Часть 4. Башня

      Еще даже не светало. Сизый предрассветный час будто заблудился среди ветвей деревьев. Небо оставалось серым. Глубокие тени залегли на земле. Скабиор и Гермиона очутились на полянке посреди леса. Скабиор уверенно и быстро потащил ее куда-то за руку. Он же сказал Фенриру переместить лагерь, какого хера? Палатки стояли на прежнем месте. Ну Фенрир, мудак ты пушистый, почему ты ослушался приказа?! Злость закипела в душе. Ноги несли его вперед, а гнев звал воздать тупому оборотню по заслугам.        Добравшись до палаток, Скабиор резко остановился, оглядывая привычное место. С губ сорвалось тихое:       — Твою дракклову мать…       Скабиор, не отпуская девушку, пошел вперед, оторопело глядя себе под ноги. Ком встал в горле. Он считал… тела. Растерзанные тела егерей лежали на земле. Кровь, ярко-красная в скудном свете пробуждающегося дня, щедро заливала мох и траву под ногами. Они лежали примерно в тех же позах, в которых их застали враги.       Привалившись к стволу дерева, Флаки сидел у костра, будто до сих пор помешивал похлебку. В одной его руке был зажат старый половник. Торви и Брит лежали здесь же, судя по положению тел, они успели вскочить на ноги, схватить палочки… И все на этом. Глубокие раны пересекали их искаженные лица. Торви широко открыл рот, будто собирался отмочить одну из своих шуточек. Вот только он не смог бы, потому что его горло было перерезано. А Бриту вспороли живот. Видимо, пока он был живым, он так и замер навечно, удивленно глядя на вывалившиеся кишки. Скабиор проглотил проклятие, сцепил зубы и двинулся дальше. Девчонку он решил отпустить, все равно было не до нее. Он медленно направился к общей палатке. Предчувствуя ужасное зрелище, глотнул чистого лесного воздуха, чтобы зайти внутрь.        Бордовые брызги крови ярко выделялись на светло-серых стенах палатки. Все внутри было залито кровью: стены, общий стол, шкафы и, конечно, тела. Парни не успели даже выбежать и встретили свою смерть прямо за столом. Только Кит смог подобраться ближе к пологу, но это ему не помогло, он упал с перерезанным горлом. Мертвые лица были изуродованы, будто их дракон пожевал, пожевал и потом выплюнул. Нестерпимо воняло заразительным запахом чужой смерти. У некоторых тоже были выпущены кишки, как у Торви.        Десять человек. Его людей. В его лагере. Скабиор, гневно раздувая ноздри, вылетел из палатки. Эмоции кипели внутри. Он знал. Он точно знал, кто это сделал с ними. И почему, знал тоже. Он наткнулся взглядом на фигурку в джинсовой куртке. Гермиона в ужасе озиралась по сторонам. Ее сильно мутило: от вида, от запаха…       — Все? — тихо спросила она.       — Фенрира нет, — покачал головой Скабиор.       Скабиор стоял и смотрел, крепко фиксируя увиденное в памяти. Весь его отряд, его парни были порезаны как свиньи на убой. По характеру ранений он признал работу братьев Лестрейнджей. Таких же странных в своих убийственных изысках, как и их фамилия. Они методично убивали его егерей одного за одним. Скорее всего, даже пытали, чтобы выведать правду о том, куда подевался их главарь. Видимо, парни молчали. Где, блять, Фенрир?       — П-пожиратели? — Гермиона тяжело сглотнула, будто тщетно старалась проглотить комок, застрявший в горле.       — Да, — Скабиор медленно кивнул, с трудом осознавая, что его егерей больше нет. — Узнаю работу братьев Лестрейндж.       — Он знают, что ты убил Беллатрикс?       — Как видишь, — хмыкнул Скабиор и на несколько секунд прикрыл глаза, чтобы собраться с силами. Его начинало трясти от всего разом: дивный коктейль из гнева и ненависти растекался внутри. А еще туда замешался животный страх смерти. Неотвратимой, и, судя по поверженным егерям, очень-очень мучительной. Скабиор знал, как будут звать его палачей: Рудольфус и Рабастан. Они раскрыли его дебильный план. Они уже взяли его след. Они придут за ним. Или он за ними? Завалить Беллу ему помогла святая Фортуна, справится ли он с сумасшедшими Пожирателями один на один?        Тряхнув головой, чтобы прогнать назойливые и дьявольски болезненные мысли, Скабиор подошел к Флаки и склонился над ним, неотрывно глядя в мутные мертвые глаза. Посмотрел на его вспоротый живот. Бордовая кровь совсем засохла. Мухи и муравьи уже успели наведаться на званый ужин и вовсю пировали над поверженным телом.       — Думаю, часов десять назад. Флаки обычно готовил ужин около восьми вечера. Значит, они их пытали. И, видимо, узнали, что я тебя забрал из мэнора.       — Твои люди… не знали, куда ты направился?       — Нет. Они не знают этого места, — Скабиор нервно почесал переносицу. О нем вообще никто не знал.        — Ты думаешь, они бы не сдали тебя Роули? — скептический тон Гермионы откровенно раздражал. Она стояла, бледная, обхватив себя руками, и старалась не смотреть на обезображенные трупы, задрала голову и изучала начинающие светлеть верхушки деревьев.       — Не сдали бы, — процедил Скабиор, начиная беситься. Холодный пот уже весь вышел, и на смену ему пришла простая и понятная ярость.       Несмотря на хреновый вид, Гермиона звучала с изрядной долей скептицизма, будто не верила ни Скабиору, ни его мертвым парням. Как будто аргументы лежащие без дыхания прямо у ее ног не были достаточными. Вот и снова она произнесла нечто такое, отчего пульс Скабиора ускорился:       — Если вы ловили нас из-за денег, то почему ты думаешь, что они не могли продать тебя?       — Потому что они мертвые лежат, идиотка, — не тая раздирающей голову обиды, зло рявкнул Скабиор. — Если бы они сдали, то наверное были бы живы, блять?!       — Такие как ты могут продать кого угодно, — невозмутимо пожала плечами Гермиона. И это стало последней каплей.       — Вот как?! — Скабиор перестал нависать над Флаки и быстрым движением оказался рядом с Гермионой, бешено рыча ей в лицо. Впрочем, ни на секунду не дрогнувшее. — Тогда мне бы стоило не спасать твою шкуру, а сдать сразу же самому лорду?!       — Может, и стоило бы, — решительно задрала подбородок Гермиона, не желая уступать. Ее карие глаза, резко контрастирующие с белой кожей, вдруг засияли огнем возмездия. — Но, Скабиор ты уже сделал свой выбор. И теперь тебе придется за него заплатить.       — А вот это все не расплата, а?! — закричал Скабиор и обвел дрогнувшей рукой свой поверженный лагерь. — Все мои парни сдохли!       — Надеюсь, что твоя расплата, егерь, найдет тебя, — зашипела Грейнджер, тоже начиная распаляться. На щеках расцвели алые пятна гнева.— Если ты думаешь, что я куплюсь на твою заботу лживую, то очень ошибаешься, Скабиор. Я помню все, что ты сделал.       — Лестрейнджи не ищут меня, они ищут нас, Пенелопа, — Скабиор приблизил свое лицо к ней и угрожающе зашептал. — Чтобы через Круцио точно выяснить, кто ж из нас ебнул дорогую Беллу. Думаю, сам лорд тоже не прочь узнать. Мы с тобой повязаны, детка. Так что хочешь ты или нет, придется меня терпеть.       Грейнджер злобно поджала губки, но ничего не сказала, в ответ окатив его презрительным взглядом. Скабиор решил, что этот раунд за ним. А еще им надо было скорее проваливать отсюда! Впечатленный десятью мучительными смертями товарищей, мозг со всех сил бил тревогу, призывая его немедленно валить с этой залитой кровью полянки. Скабиору казалось, что две пары темных, сумасшедших глаз, совсем как у их мертвой соратницы, внимательно следят за ним из-за черных силуэтов деревьев. Глубокий лес, всегда бывший ему другом, вдруг оказался смертельной ловушкой. Словно Лестрейнджи стояли где-то там, всего в нескольких шагах от него и уже поднимали палочки, чтобы вспороть ему живот…       Скабиор тряхнул башкой, сбрасывая морок. Надо уходить! Опять! Он как дракклова крыса бегал в клетке из угла в угол, нигде не находя успокоения. Никакой защиты. Никакого укрытия… Впервые в жизни! Гадкий, настойчивый страх поселился в его кишках и громко нашептывал ему поскорее бежать отсюда. Усилием воли Скабиор подавил его. Разумно рассудил, что раз их с Пенелопой до сих пор не убили, то никого тут нет, кроме трупов его ребят. Сука! Скабиор поморщился и направился к своей палатке.       Учитывая, что Лестрейнжи учинили в лагере, он не сомневался, что найдет внутри какой-нибудь сюрприз.       — Финита! — высоко вознеся палочку, Скабиор наложил на палатку несколько чар, желая убедиться, что ему не упадет на голову гильотина, когда он зайдет внутрь. Хотя ощущение в дрожащих кишках было примерно как перед казнью. Хотел бы Скабиор знать, когда она состоится. — Репелло Инимикум!       Снаружи палатка выглядела чистой, но, когда он зашел внутрь, то обнаружил огромную надпись кровью на стене. «Предатель». Буквы были начертаны жирно, густые капли крови обильно стекали вниз маленькими ручейками. Видимо, братья Лестрейндж терзали его парней, чтобы сцедить с них побольше крови, чтоб потом начертать прямо над его кроватью дракклово слово. Предатель! Скабиор бешено клацнул зубами. Предатель чего, интересно? А потом осекся, решив, что вот уж точно не хотел бы переспрашивать это у Лестрейнжей. Одно он понял кристально точно в эту секунду: Пожиратели и их ебанутый лорд никогда его не простят. Он приговорил себя к смерти в тот момент, когда убил Беллатрикс. И когда решил спереть Грейнджер из-под носа у Малфоев. Точка невозврата была пройдена.       Скабиор еще несколько секунд пялился на окровавленную стенку, а потом перевел взгляд ниже, на свою кровать. Она была вся перевернута вверх дном, видимо, Пожиратели тут что-то надеялись найти. Скабиор медленно обвел взглядом комнату, отмечая, что и остальные вещи успели пострадать: печка была будто отброшена взрывом к дальней стенке. Маленький стол, за которым он обычно сидел за картами и чаем, оказался разломан пополам, словно в него бомбардой швырнули. А больше тут ничего и не было. Видать, Лестрейнжи надеялись найти здесь что-то важное для него. Но, сюрприз, ребята, все самое важное Скабиор всегда носил при себе в кармане своего потрепанного черного пальто. В палатке же были вещи, с которыми, случись что, не жалко было расстаться.        — Репаро! — Скабиор решил, что не намерен оставлять свою палатку здесь. Под действием заклинания стол вновь стал целым. Дальше он захотел починить вещь стратегического значения: маленькую печку, без которой в палатке было просто дьявольски холодно ночами. Пока он приводил в порядок свою утварь, Гермиона уже потеряла его.        — Скабиор, ты, — Гермиона зашла внутрь палатки и застыла на пороге. Широко распахнутые глаза смотрели на кровавую надпись. Рот сначала приоткрылся, а потом она с силой сжала губы. Одной рукой потянулась зажать себе нос. Ну да, внутри запашок был тот еще. Обильно смоченный кровью брезент отвратительно вонял.        — Сейчас соберу вещи и валим отсюда, — бросил через плечо Скабиор, не отвлекаясь от методичного собирания своих нехитрых пожитков.        — Ты проверил Следящие? — Гермиона отвела взгляд от надписи и встала посреди палатки, крепко обняв себя руками. Кажется, ей было очень не по себе. Признаться, Скабиору тоже. Липкий как кровь страх сжимал горло. Ее голос дрогнул. — Они будут искать тебя.        — Нас, — тут же вредно возразил Скабиор. — Конечно, проверил, Пенелопа. Выходи, сейчас уменьшу палатку и возьму ее с собой. Похоже, что она пригодиться нам.        — Тебе, — хмыкнула Гермиона мрачно, но решила больше не препираться и послушно направилась к выходу.        — Нам, красавица, — парировал Скабиор и тоже вышел из палатки. Вдохнул чистый воздух ночного леса. И решил прояснить позицию Гермионы относительно их дальнейшего путешествия. Он повернулся к ней и не отводя давящего взгляда, язвительно осведомился.— Хочешь одна повстречать братьев Лестрейндж? Понравилась их тонкая работа?        — Нет, — Гермиона печально покачала головой и снова подозрительно заозиралась по сторонам. Похоже, Гермионе мозг тоже подсказывал валить отсюда на хер как можно быстрее.        — Редуцио! — Скабиор навел палочку и уменьшал свою палатку до того момента, пока та не стала совсем крошечной, потом наклонился, закинул ее в карман пальто.       Скабиор вновь посмотрел на свой лагерь... Не совсем свой. Там, где раньше он пировал с ребятами, теперь праздновала свою победу Смерть. Тела лежали прямо на земле. По ним скользил первый луч солнца этого проклятого дня. Дня, где десять его егерей больше никогда не будут ржать, ловить неудачников и делить добычу. Он остался совсем один. И где, блять, Фенрир?! Пожиратели взяли его в плен?! Сумел отбиться? В последнее Скабиор с трудом верил, колдовал оборотень хреново. Хуже всех… Но был дьяволски быстр. Неужели смог убежать? Скабиор задумчиво прикусил губу. Чуйка велела ему брать Пенелопу под ручку и валить. Но он смотрел на парней. Его мертвых парней. Убитых просто так. Предатель.        Он не мог уйти, навсегда оставив их так. На поживу насекомым и лесным зверям. Сколько дерьма они пережили все вместе.        — А, сука, — безумно злясь на самого себя, Скабиор потянулся за палочкой. Нерешительно поднял ее и принялся колдовать.       — Вингардиум левиоса, Торви! — захваченное заклинанием тело егеря взмыло в воздух. Выпотрошенные кишки свешивались вниз. Скабиор подавил рвотный позыв и бережно переместил тело на землю. Потом подумал несколько секунд и направился, так и не отпуская Торви, к палатке. Он уже все решил. Скабиор занес тело егеря в общую палатку. Уложил на брезентовый пол, рядом с Китом.        Потом вышел из палатки и встретил напряженный взгляд Гермионы. Она поджала губы, пока наблюдала за его движениями. Наверное, хотела сказать, чтобы он пошевеливался, но не стала по какой-то причине. Она понимала: он должен был похоронить их.        — Вингардиум левиоса, Флаки! — тело поддалось магии и зависло, Скабиор начал перемещать его. Мертвая плоть затвердела настолько, что крепко сжатый в мертвых пальцах половиник волочился по земле за Флаки, пока его тело залетало в палатку. Скабиор уложил его рядом с Торви. Все его парни. Мертвы. Сука! Сука! Сука! Отдавая им последние почести, Скабиор только начал врубаться в то, что именно он делает. Не так, ох, не так он вчера воображал себе сегодняшнюю ночь! Они должны были праздновать крупный куш в «Белой виверне»! Или другом поганом кабаке! Скабиор посмотрел на изуродованные тела перед собой. Его затошнило. Остался Брит.        — Вингардиум левиоса, Брит!        Тело взмыло в воздух, голова и руки Брита безвольно раскинулись. Бриту больше всех не повезло, если можно так сказать. Ему вскрыли брюхо совсем сильно. Внутренности стали вываливаться прямо на землю, тянуться за телом уродливыми бурыми змеями. Скабиор сжал зубы крепко. До боли. Наконец-то он перенес труп и его части в палатку, уложил Брита рядом с другими. Скабиор посмотрел в мертвые лица. Предатель. Будто кричали они. Ты предал нас. Мы мертвы из-за тебя! От запаха крови и человеческой требухи совсем замутило.        Скабиор пулей вылетел из общей палатки. Остановился снаружи перевести дух. Его полностью разъебало, пока он переносил тела мертвых друзей. Теперь ему предстояло сделать одно дело. Последнее. Скабиор собрался. Ему нужно было сотворить сложное, очень сложное заклинание, но и мотивации у него сейчас было хоть отбавляй. Скабиор встал в боевую стойку, торжественно возвел палочку. Нацелился на палатку. Спите спокойно, парни.        — Адское пламя! — закричал он, вкладывая в проклятие всю свою боль. Горькая, ужасная, она разрывала на части его голову. Он стоял и смотрел, как палатка мгновенно вспыхнула, вся полностью. Безудержное пламя резвилось, поглощая ее силуэт и трупы его парней. Скабиор потянул носом раскаленный воздух. Смотрел. Лицо горело от близости открытого огня, но он не мог отвести взгляда от бушующих языков пламени. В этом огне горела вся его жизнь. Предатель.        Скабиор настолько пропал в горьких мыслях, что не заметил, как к нему подошла Гермиона. Ничего не говоря, она вдруг потянулась к его руке. Красная повязка на локте. Гермиона с трудом сняла ее, практически содрала с рукава его пальто и, небрежно скомкав, бросила в огонь. Скабиор только и видел, как пламя вспыхнуло чуть ярче, навсегда погребая в себе его прошлое.        Огонь еще горел, опаляя ветки деревьев, стоявших вокруг лагеря, а Скабиор развернулся и пошел прочь, судорожно пытаясь придумать, куда им отправиться теперь. Судя по всему, его искали очень тщательно.       — Скабиор, — потянула его за рукав Гермиона, нагоняя. Егерь несся вперед куда-то вглубь леса, гонимый собственными эмоциями. — Верни мне палочку, я знаю, где мы сможем укрыться! Иначе они быстро найдут нас!       Скабиор остановился, раздраженно глянул на девку, что опять доставала его со своей палочкой в совершенно неподходящий момент, а потом решил, что драккл с ней. Возможно, учитывая, что Гермиона попадалась им с ребятами не так часто, она действительно знает укромные места. Скабиор потянулся в карман пальто и достал ее палочку. Гермиона мигом цапнула древко и, схватив его за предплечье, твердо произнесла:       — Аппарейт!

***

      Они оказались на заднем дворе небольшого дома. Плотная живая изгородь защищала двор от лишних глаз. Скабиор окинул дом быстрым взглядом, сходу определив, что живут здесь явно магглы. Куда, интересно, она их приперла?       — Экспекто Патронум! — получив палочку, первым делом Гермиона вызвала патронуса и отправила его к Гарри и Рону, строго наказав призрачной выдре искать их везде и без ответа не возвращаться. Патронус улетел. Гермиона двинулась к двери дома и, высоко подняв палочку стала снимать Защитные чары. — Финита! Гоменум Ревелио!       Чары показали, что в доме никого нет. Гермиона подошла к двери и уверенно открыла ее, поманив Скабиора следовать за собой. Скабиор вошел внутрь, слепо надеясь, что им не придется бежать как крысам и из этого укрытия. Внезапно, он почувствовал себя просто... выпотрошенным изнутри. Примерно как ребята. Он устал прятаться от смертельной опасности. Устал постоянно бежать куда-то. И нигде не находить покоя.       — Твой дом? — спросил Скабиор, озираясь по сторонам. Было темновато. Кажется, окна были закрыты изнутри толстыми занавесками, не пропускавшими свет. Его едва хватало, чтобы Скабиор смог разглядеть комнату, в которой они оказались. Тут был обычный маггловский диван в центре комнаты, а еще телевизор и книжный шкаф.       — Мне кажется, или я должна сказать что-то очень грубое в ответ? — фыркнула не него Гермиона, проходя внутрь дома и зажигая маггловский свет. Скабиор получше смог рассмотреть обстановку. Ну да. Типичный маггловский дом. Бежевые стены. Аккуратные ряды светильников на стене. Скабиор разглядел на стене несколько больших рамок. В них висели какие-то грамоты. Все-таки магглы странные. В волшебных домах на стене было принято вешать портреты и картины, а тут… «Королевский медицинский колледж: квалификация зубной технолог присваивается Джону Грейнджеру». Скабиор не стал читать дальше. Неинтересно. Гермиона уже успела исчезнуть из его поля зрения, судя по ее шагам, звучавшим из-за стены, она удалилась на кухню, примыкавшую к гостиной.       — Что, и вода есть? — спросил Скабиор со знанием дела. Он чувствовал, как от него воняет чужой смертью, кровью, потрохами. Будто он сам сгорел в той палатке, а потом встал с пепелища и…       — Воду нужно включить, — прервала его мрачные мысли Гермиона. — Здесь никто не живет…уже.       — А где твои родители? — Скабиор прошел вслед за ней на кухню. Здесь было светлее. Видимо, заря уже занялась. Чертова ночь закончилась. Скабиор прикусил губу. Он чувствовал себя паршиво, но старался при девке не сильно раскисать. Ему нужно было отвлечься от ощущения сосущей пустоты внутри. Он как-нибудь потом подумает, что ему делать дальше. А сейчас он прошел вглубь кухни, таращась по сторонам. Кухня тоже была маггловской, без очага. Очень чистая и светлая. Белый кухонный гарнитур с каменной бежевой столешницей. На окне длинные белые занавески. Скабиор опытным взглядом попалил в окно, увидев снаружи кусок внутреннего двора и зеленую живую изгородь. Его еще не отпустили мысли о том, что херовы Лестрейнджи могут таиться где угодно.       — Не твое дело, Скабиор, — Гермиона чуть язык ему не показала, наслаждаясь тем, что теперь могла отплатить грубияну его же монетой. Девушка опешила, увидев, как егерь пошел шерстить по кухонным шкафчикам в поисках провизии. — Эй, что ты делаешь?       — Ищу еду, — пожал плечами Скабиор. Его еще мутило от увиденного в лагере, а мозг требовал немедленно заняться чем-то отвлекающим от ощущения всеобщего пиздеца. О, надо же, тут явно было больше жратвы, чем где-либо, где ему доводилось бывать! Банки с крупами стояли аккуратными башенками сразу в нескольких верхних ящиках. Рис. Манка. Овсянка, сэр. М-м-м, хорошо. Они стояли друг напротив друга. Скабиор прислонился к столешнице, а Гермиона к противоположной стене.       — Это мой дом, я сама все сделаю, — зашипела Гермиона, приняв закрытую позу. Ее возмутило бесцеремонное поведение гостя. — Не смей тут ничего трогать!       — Мне нравится, когда ты так говоришь, детка, — Скабиор закончил свои поиски и повернулся к девчонке. — Пожиратели не знают, что ты тут бываешь?       — Я убираю их Следящие чары. На пару дней хватает. Погреться и помыться. И обратно в палатку, — Гермиона тяжело вздохнула. — Добро пожаловать в мою жизнь, Скабиор.       — Кхм, — Скабиор криво усмехнулся и заискивающе протянул: — Прям при-и-иглаша-а-аешь?       — Ты хочешь уйти? — прямо посмотрела на него Гермиона. Лицо ее выражало крайнюю степень серьезности. Что ж, не лучший ли это момент, чтобы расстаться и пойти каждому своей дорогой?       — Дадут мне уйти, как ты думаешь? — мрачно засмеялся Скабиор, облокотившись на длинную столешницу. Он прекрасно знал ответ на свой вопрос. Вообще, он достаточно понятливый, Лестрейнджам можно было просто обойтись надписью «предатель» на стене, а не убивать его людей. Драккл.       — Нет, — печально покачала головой Грейнджер и, сделавшись еще более грустной, спрятала на несколько секунд лицо в ладонях. Тяжело выдохнула. Видимо, увиденное в лагере ее тоже пока не отпустило. Она отняла руки и тихо добавила севшим голосом.— Никто не уйдет.       — Тогда, пожалуй, останусь, — Скабиор послал ей скотскую улыбку. Он, честно говоря, вообще не представлял свой дальнейший путь. Все его убежища были раскрыты.— Если ты меня не выгонишь. Нас двое и Лестрейджей двое, как-нибудь отобьемся! — с преувеличенным оптимизмом заявил он, будто сам верил в свои слова. Ему вдруг захотелось приободрить захандрившую девушку.       Гермиона снова тяжело вздохнула и оглядела наглого гостя оценивающим взглядом. Вот она и приютила человека, которого искренне ненавидела, а теперь была обречена скитаться вместе с ним. Судя по ее недовольной мордашке, она молила Мерлина, чтоб Скабиор свалил отсюда. Но у него были совсем другие планы, детка.       — Я думаю, им все равно, кто из нас заавадил Беллу. Если мы им попадемся, то прикончат, так же как парней, — Скабиор задумчиво почесал затылок. — Или хуже.       — Я не хочу попасть к ним живой, — Гермиона нервно обхватила себя руками и сглотнула комок, вставший в горле. Ее голос был безжизненным, но вполне уверенным. Словно опять и опять, закрывая глаза, она видела перед собой безумную ведьму, слышала ее визгливое «поганая грязнокровка». — Я больше не вынесу… такого.       — Предлагаешь мне убить тебя в случае чего? — Скабиор осознал всю остроту момента и внимательно на нее посмотрел. Правильно ли он понял ее предыдущую реплику? Девка просила ее прикончить, если им все-таки не повезет и в следующий раз Лестрейнджи настигнут их?       — Да, пожалуйста, — тихо произнесла Гермиона. Противная дрожь сковала все тело. Она подняла на него глубокий темный взгляд. Скабиор различил в нем столько разных эмоций, но главенствовал там, пожалуй, Страх. Животный, неприглядный страх загнанного в угол человека. Скабиор почему-то подумал, что сам выглядит также. Они оба были приговорены к смерти. И палачи у них были одни и те же. Голос девушки звучал тихо, но твердо, словно она у него требовала Непреложный Обет. — Пообещай.       — Обещаю, Пенелопа, — серьезно кивнул Скабиор. Ему не нравились всякие обещания и обеты, но вопрос был очень животрепещущим. Их могли поймать в любую дракклову секунду. . Когда он увидел, парней мертвыми, то осознание всей серьёзности ситуации шарахнуло его по голове. Они были в полном дерьме. Скабиор почесал затылок и нервно заржал, чтобы хоть как-то подбодрить совсем поникшую девушку. — Мне бы тоже не хотелось попасть к Лестрейнджам живым.       — Я не смогу тебя убить, — покачала головой Гермиона, мрачно закусила губу. — Никого не смогу.       — Тебе так кажется, детка, — недоверчиво хмыкнул Скабиор и добавил со знанием дела: — Когда приходит время выбирать, большинство из нас не теряет ни секунды.       — И ты? — Гермиона глянула на него как-то странно.       — Ну, — Скабиор нахмурил лоб, припоминая недавнюю шикарную прогулку по Малфой-мэнору. Туда и обратно. — У меня и мысли не было просто вырубить Беллу. Когда я услышал твой крик аж на заднем дворе мэнора, то просто понял, что именно надо сделать.       — О Мерлин, — простонала Гермиона, крепко зажмурив глаза. Видимо, ей не по нраву пришлось воспоминание о ее крике. Да, Круцио в исполнении такой профессионалки как Белла намертво заседает в памяти.— Что ты думаешь делать теперь?       — В плане куда податься? — уточнил Скабиор и неопределенно пожал плечами.       — Да.       — Кажется, я теперь на вашей стороне, — Скабиор откровенно заржал. Смех вышел до того горьким, что Гермиона резко открыла глаза. — Никогда бы не подумал...       — Ты можешь сбежать из Британии, — предложила Гермиона, внимательно отслеживая парад эмоций на лице мужчины. Сначала на нем проступило удивление, а потом явный скепсис:       — Куда, например?        — Не знаю, в Европу? Францию?       — И че я там делать буду? — Скабиор криво усмехнулся. — Мне некуда идти, Пенелопа. Пожалуй, я останусь.       Гермиона замолчала, видимо, обдумывала его слова.       — С нами?       — С тобой, — вредно возразил егерь.       — Тогда мы должны освободить Рона и Гарри!       — Если лорд уже вернулся в мэнор, а это скорее всего уже произошло, то никакого Гарри уже нет.       — Нет! Не говори так! — девушка яростно сверкнула на него глазами глазами и всплеснула руками, словно он озвучил ее самый большой страх. — Мы спасем их из мэнора, чего бы это не стоило! Проберемся туда и вызволим из подвала. Скабиор, или ты со мной, или уходи. Сейчас.       Скабиор смотрел на ее решительное лицо несколько долгих мгновений.       — Я уже сказал, что останусь. Но с чего это ты решила, Гермиона, что будешь командовать?       — Потому что, егерь, я знаю, как вы ведете охоту на нас. А ты ничего не знаешь про то, как быть жертвой, — девушка вскинула подбородок с вызовом. — И я не командую, просто… Я права.       — Так, и какой у тебя план? Заявиться в мэнор, который теперь напичкан Защитными чарами, и выкрасть Поттера? — Скабиор послал ей скептичный взгляд. — А потом попасться в руки жаждущим расправы Лестрейнджам и лично лорду?       — Я пока не уверена в плане до конца. Но что-нибудь придумаем! — Скабиора повеселило то, как девчонка уже записала его в соратники своим «мы». А ведь действительно…       — Ладно, я согласен. Мы аппарируем к мэнору. А там попробуем преодолеть барьер. Вдоль их забора везде Защитные, сама же видела.       — Еще бы. Я очень хорошо видела. Спасибо тебе, Скабиор, — зашипела Гермиона, мгновенно в мыслях обнаружив себя перед воротами в проклятое место.       — Мы должны учитывать домовиков. Они следят за всей территорией, — Скабиор припомнил, что пока они шли в мэнор, он видел пару домовиков, которые занимались садом.       — Да, я знаю, что у Малфоев еще остались домовики. Но, быть может, там есть какой-нибудь подземный ход? — Гермиона ухватилась за внезапно пришедшую мысль и стала горячо думать вслух. — Вот бы найти где-нибудь архитектурный план мэнора!       — Пенелопа, поверь, потайные ходы в богатеньких особняках обычно ведут из дома, а не в него, — Скабиор ехидно засмеялся и покачал головой.       — Тебе-то откуда знать? — смерила его недоверчивым взглядом девушка.       — О, поверь. Мы не найдем вход в тоннель, если не будем идти непосредственно из особняка.       — Найдем! Знаешь, Скабиор, сколько раз я находила то, что считалось невозможным.       — Ну? — Скабиор с сомнением изогнул бровь.       — Великое множество, — задрала нос Гермиона. — Если нам нужен вход, я его найду.       — Уверен, что лорд предусмотрел такую возможность. Там должны быть Охранные чары.       — Взломаем, — пожала плечами Гермиона с видом бывалой домушницы.       — Ты хочешь штурмовать мэнор прямо сейчас? — его голос полностью отразил все сомнение, которое он испытывал.       — Нет, план еще не готов, — Гермиона внутри вся зашлась от негодования, но сохранила внешнее спокойствие. Еще бы: наглец смел критиковать ее план! Пусть плана даже пока не было толком. Пока!       — Отлично, — Скабиор выглядел довольным тем, что ему удалось отсрочить их верную погибель еще на какой-то срок. — Тогда я хочу в душ.       — Я вообще-то тоже.       — Окей, ты сама предложила, детка, — Скабиор тут же оторвался от столешницы, схватил ничего не подозревавшую девчонку за руку и потянул ее, заставляя следовать за собой.       — Что?! Нет! — Гермиона густо покраснела и резко вырвала свою руку из загребущих лап егеря. — Я имела в виду, что хочу пойти первой. И пойду!       — Ну-у-у, как хочешь, — разочарованно протянул Скабиор, со смехом наблюдая, как девчонка отскочила от него на почтительное расстояние и уже вытащила палочку. Несколько секунд ей понадобилось, чтобы успокоиться. А потом Гермиона указала палочкой на один из шкафов за его спиной.       — В шкафу есть запас продуктов. Картофель в мешке в нижнем шкафу, а еще есть рис, — противным тоном раздавала указания Грейнджер. — Приготовь что-нибудь, пока я буду в ванной.       — А где очаг? — когда он шарил на кухне, так и не обнаружил там привычных вещей. В доме должен быть очаг, камин, что-то нормальное!       — Здесь электричество вообще-то, — вредно возразила Гермиона и обвела рукой пространство кухни.       — И как им пользоваться?       Гермиона со вздохом подошла к плите и показала на ручки.       — Здесь регулируется температура. Десять самая горячая, единица самая низкая. Просто ставишь кастрюлю на вот эти конфорки и все.       — Окей, красавица.       Гермиона гордо удалилась, а Скабиор остался на маггловской кухне изучать устройство электрической плиты. Он пошарил по шкафам и нашел там рис. Стал ждать, когда вода закипит. А пока было время подумать.       Итак, его парни мертвы. Все, кроме Фенрира? Где спрашивается, Фенрир? Его взяли в плен? Жив ли оборотень? Лестрейнджи убили всех, искали Скабиора и Грейнджер и не нашли. Роули вышел на них, когда Пенелопа назвала лорда по имени. Выходит, весь Ближний круг в курсе и теперь будет гоняться за ними, пока не найдет. Как много сохранных мест он знает?       Впрочем, зачем им сохранные места, если Грейнджер решила штурмовать мэнор? Вдвоем! Скабиор умилился наивности дурочки. Их убьют сразу же. Возможно, он даже не успеет послать в нее Аваду, как обещал. И вообще… Нахера он пообещал? Когда он увидел Флаки и парней мертвыми, то внутри закопошилось ужасное и незнакомое ранее чувство. Сможет ли он убить Грейнджер, с этими ее темными кудрями? Закрыть ее глаза навсегда? Скаб что-то не был теперь уверен. Он ведь теперь на стороне хороших парней, не так ли? Против воли на губы его просочилась горькая усмешка. Никогда бы в жизни не подумал.       Не раздумывал он и в ту секунду, когда решил вместо Петрификуса послать в проклятую суку Аваду. Он ненавидел Беллу изо всех сил, желал навсегда стереть ее с земли. Зеленый луч ударил в ее спину. Скабиор сделал выбор. За который теперь, очевидно, он будет платить сполна, как метко заметила раньше Пенелопа. Драккл.       Кажется, вода закипела. Скабиор кинул туда рис. А еще, слава бороде Мерлина, он нашел соль в одном из шкафчиков. В отличие от предыдущего, домишко был заброшен совсем недавно. Здесь не было ни пыли, ни грязи, похоже, Грейнджер за ним внимательно следила. Куда только родители ее делись? Скабиор хмыкнул про себя. Он правильно понял, что девчонка оказалась ему под стать, такая же вредная и упертая. А еще до жути хотелось помыться. Кажется, он знатно провонял, пока творил Адское Пламя, которое навсегда погребло в себе парней.       Скабиор досадливо прикусил губу. Хреново ему было, конечно. Он по-своему любил ребят. Они были его командой, тупых, но, в общем-то, неплохих парней. Да, даже доставучий Флаки, упокой Мерлин его душу. А теперь их нет… Скабиор чувствовал кипящую в душе ненависть и желание отомстить. Ага, ебанутым на всю голову Лестрейнджам. И самому лорду, разумеется. Дракклову Роули, который вышел на место, о котором, Скабиор надеялся, никто не знал. Теперь знают. Роули наймет других егерей, и они будут вместо них ловить грязнокровок по лесам. А теперь и его самого. Судьба в очередной раз щелкнула его по носу. Расплата, Пенелопа, уже близко, не так ли?