Диванный критик атакует.

Клуб «Скрещенные палочки» опустел после полуночи, оставив лишь эхо заклинаний и запах дыма от погасших факелов. Мэй, оставшаяся тренировать новый приём — Вентикулус Триплекс, — метала в манекены огненные шары, пока голос не прозвучал из темноты: — Ты атакуешь, как буйная пикси. Шумно, но предсказуемо. Оминис вышел из тени, его палочка светилась слабым красным светом, очерчивая контуры комнаты. — Диванный критик? — Мэй повернулась, палочка была наготове. — Или пришёл показать, как надо? — Пришел доказать, что тишина убивает громче твоих заклятий, — он сбросил мантию, оставшись в черной рубашке с закатанными рукавами. Шрамы на предплечьях мерцали, как старые швы. Дуэль началась без предупреждения. — Петрификус Тоталус! — Мэй выстрелила первой, но Оминис уклонился, будто чувствовал траекторию заклятия кожей. — Дышишь громче дементора во время поцелуя, — парировал Мракс, посылая Флипендо в её левый бок. Девушка прыгнула в сторону, но её длинная золотистая коса задела его плечо. — От тебя несет ветхой пылью и высокомерием, — она применила Протего, создав щит из света. — Даже пыль знает больше, чем ты, — Оминис закрыл глаза, палочка дрогнула. Диффиндо разрезал щит, но Мэй уже была позади него, прижав палочку к бледной шее. — Сдаешься? — прошептала она в ухо. — Ты дрожишь, — Мракс резко развернулся, поймав её запястье. Их палочки скрестились, высекая искры. — Страх? Или азарт? — Скука. Думала, слепой аристократишка будет сложнее, — гриффиндорка вырвалась, но он поймал её за талию, палочка его уперлась в живот. — Слепота — не слабость, — голос юноши прозвучал тише, его губы почти касались ее виска. — Это свобода. Мэй замерла, чувствуя, как его дыхание синхронизируется с её сердцебиением. Палочки упали на пол, но ни один из них не потянулся поднять их. В чате «Слизеринские грехи»: Анна: Себ, ты где? Твой слепой приятель тут с Грант в подземелье играет в «горячо-холодно». Себастьян: ??? Анна: Шучу. Ну, почти. Они дерутся как кошки, но без одежды. Ну, почти. Себастьян: … Анна: Ладно, без паники. Просто... Мракс учит её «чувствовать магию». Ага, конечно. Себастьян: Выключи камеру. Анна: Не могу. Это исторический момент! Ты же не хочешь пропустить, как Оми впервые улыбнется? Себастьян: Если он улыбнётся — я съем свою мантию. Оминис между тем достал заранее подготовленный свиток из рюкзака, протянув Мэй: — Список заклятий, которые ты используешь слишком прямолинейно. — Спасибо, мамочка, — она развернула лист. На полях красовались Мраксовские пометки. — Это что, признание в любви? — Это признание в том, что ты шумишь, как стадо кентавров, — Оминис повернулся к выходу. — Приходи завтра. Научу тебя более тихой и действенной технике боя. — Без тебя научусь, — крикнула Мэй ему вдогонку. Анна, спрятав телефон, вылезла из-за колонны: — Ну что, Грант? Понравился урок «тихого убийства»? — Понравилось, как ты пыталась не дышать за стеной. Готова стать моим агентом? — Только если ты станешь моей союзницей против этих двух идиотов, — Сэллоу бросила ей шоколадную лягушку. — Держи. Твои нервы мне еще пригодятся.