Тени одиночества

Девушка с улыбкой копошилась над столом, старательно расставляя столовые приборы. Закончив, она бросила быстрый взгляд на часы. Девять часов вечера. " Все готово... Когда же он вернётся?" — пронеслось в голове у Кристы. Тот человек, что проскользнул в ее мыслях был ее парень, Алекс. Этим же днём он ушел, оставив ей лишь записку. В ней, небрежным почерком было написано следующее: ухожу встретиться с друзьями, приду не раньше восьми. Сначала девушку одолело невыносимое разочарование, так как сегодня их годовщина она планировала провести этот день вместе. Однако ее же просто-напросто поставили перед фактом, так что по прошествии некоторого времени ей не оставалось ничего кроме как смириться. Весь день она занимала себя приготовлениями к ужину, которым она решила удивить Алекса. Хоть у нее и оставались сомнения по поводу его внезапного исчезновения, но она продолжала утешать себя единственно верными, как она считала, мыслями, хватаясь за них, как утопающий, за спасительные соломинки. Но сейчас, когда время близилось к ночи, ее постепенно охватывало нарастающее, словно штормовая волна, беспокойство. Прошло два часа. Девушка все также сидела одна на диване, в ожидании звонка она напряжённым взглядом пилила телефон. В энный раз Криста снова набрала номер парня. Гудки тянулись мучительно долго, и каждый из них эхом отдавался в ее голове, лишь усиливая панику. — Абонент временно недоступен… — произнес бесчувственный голос автоответчика. Ее пальцы судорожно сжали телефон. — Не может быть, чтобы он просто исчез, — лихорадочно бормотала она, — что-то случилось, наверняка что-то случилось. Она снова набрала его номер, но в ответ — все та же тишина. Спустя ещё час. ... Ее сердце, казалось, вот вот откажет от столь башенного ритма. В ушах эхом раздавался непрекращающийся звон, все тело саднило и насквозь пропиталось липким потом. Ее руки дрожали в конвульсиях, а взгляд помутнёно бегал по разным поверхностям. Губы, словно в припадке, продолжали бессвязно бормотать. Слабость во всем теле и неспособность поднять даже собственные ноги, онемение конечностей и другие прелести панических атак испытала на себе эта несчастная девушка. Единственное что она сделала — вновь набрала его проклятый номер. В ослабших руках, она до боли в костях сжала мобильный — на экране в бесчисленный раз загорелась уже до тошноты знакомая фраза — «Абонент временно недоступен... ». Тяжёлая железка выпала из её рук, и с характерным треском упала на пол. Слезы безысходности градом пились по ее щекам, оставляя мокрый след на ее осунувшемся лице. Её горло сдавливал спазм, а на лице застыло выражение муки. — Я не могу, я не смогу одна, — шептала она в пустоту, словно моля о спасении. Но вокруг была только тишина и ее собственный дрожащий голос. В отчаянии она схватила первое, что попалось под руку, — стакан с водой — и залпом его выпила. Это не помогло. Страх разрастался, заполняя собой все ее существо, превращаясь в монстра. Криста почти физически чувствовала как он дышал ей в затылок, обнимал ее шею ледяными руками, заставляя прерывисто задышать. Она знала, что это иррационально, знала, что у нее есть друзья, знакомые, работа. Но здравое мышление давно покинуло ее, оставив наедине с первобытным ужасом. Она обхватила себя руками, пытаясь согреться, но холод шел изнутри, сковывая ее. Внезапно она вспомнила слова психолога, к которому ходила несколько раз. «Когда вы чувствуете нарастающий приступ паники, попробуйте сосредоточиться на настоящем. Назовите пять вещей, которые вы видите, четыре, которые можете потрогать, три, которые слышите, две, которые можете понюхать, и одну, которую можете попробовать». С трудом, сквозь пелену слёз, она начала рассматривать комнату. Пять: лампа, кресло, телевизор, фотография на стене, окно. Четыре: мягкий плед, шершавая обивка кресла, холодный металл браслета на руке, гладкая поверхность стола. Три: тиканье часов, шум улицы, пение птиц за окном. Две: запах недавно приготовленного ею мяса, аромат любимых духов Алекса. Одна: вкус остывающей еды на столе. Дыхание немного выровнялось. Она повторила упражнение еще раз, концентрируясь на ощущениях. Конечно, это не избавило ее от страха полностью, но зажгло маленький огонек в темноте. Она встала с дивана и направилась на кухню. Выключила кофеварку, налила себе чашку и вышла на балкон. Шум улицы, звуки машин действовали на нее словно успокоительное. Вдохнув свежего ночного воздуха, она впервые за долгое время почувствовала не только страх, но и что-то ещё. Нечто похожее на… надежду. Надежду на то, что она сможет принять себя, полюбить. И тогда, возможно, одиночество не будет казаться таким пугающим. Возможно, однажды она сможет понять, что быть одной — это не проклятие, а возможность. Возможность узнать себя, стать сильнее, возможность построить свою жизнь так, как она того захочет. Одиночество – это не пустота, а возможность заполнить свою жизнь тем, что на самом деле важно именно ей.