Глава третья

Теодор вошёл грубо. Она вцепилась в него пальцами, задыхаясь он раздирающей боли. А он продолжал пробиваться сквозь преграду. Это чувство, которое она испытывала совсем недавно — улетучилось под натиском его члена. Гермиона чувствовала, что её будто раздвигают, растягивают чем-то. И вколачивают кол, буквально в прямом смысле. Неприятные ощущения охватили её. Там загорелось. А Нотт становился только быстрее и быстрее. И Гермиона цеплялась ему за плечи, царапая ногтями. Носом тыкалась в плечо и вдыхала его запах. От него пахло какой-то сладостью: приторной и вызывающий тошноту. Гермиона откинула голову набок и посмотрела туда, где стоял Малфой, но его там не было. Он ушёл, а Теодор становился всё быстрее и быстрее. И наконец издал стон, вытащил член и кончил ей на живот. Гермиона чувствовала как сперма растекается по её коже, а парень поцеловал её куда-то в шею, а потом встал и пошёл к столику. Она видела как он взял сначала один коктейльный бокал, пригубив его, поставил, потом взял другой. От сюда жидкость показалась ей розовой. Гермиона смотрела на его обнаженную фигуру, а конкретно на влажные ягодицы. Он поставил бокал, повернулся. Гермиона резко отвернулась. Его голый член она видеть почему-то не хотела. — Ты прости. Сам не понимаю как это всё случилось. — Уже случилось, — сухо поговорила она. — Всё в порядке? — В порядке, — обрубила она. — Я пойду в бар. Хочу выпить что-то покрепче. Эти напитки сплошная сладость. Ты будь тут, хорошо? — Как будто я могу куда-то уйти в таком виде. От твоего марафона всё болит и щиплет. Хоть бы от спермы очистил. — А никто сюда не зайдёт? — Нет, мы арендовали чилаут на всю ночь. Сняли на всю ночь. Значит продумали всё. И как я могла в это вляпаться? Идиотка! Теодор ещё какое-то время копошился, а она не смотрела, что он делал. А потом ушёл. Гермиона лежала на этом красном бархатном диване и смотрела на такой же красный мерцающий потолок и слышала как открылась дверь. Вероятно Теодор вернулся. Ведь она не замечала сколько прошло время, как вдруг услышала его шаги. Внутри всё сжалось. Эти шаги были не его. Гермиона зажмурилась. А в это время кто-то сел на краешек дивана. Она дышала и почувствовала другой запах, не такой сладкий, скорее пряный. Парфюм Малфоя. — Ну и что тебе надо? — не открывая глаз, спросила она. Она почувствовала как её ног коснулась что-то гладкое и приятное, оно завибрировало. И Гермиона открыла глаза. — Тебе понравилось? Она приподнялась на локтях и посмотрела на него. Малфой был сосредоточен: взгляд внимательный, а по её коже он водил той самой красной штучкой. — Зачем? Не понимаю. Ты чего пришёл? Да у нас всё нормально и нам не нужен предводитель или кто ты? —спросила она. — Я не хочу с тобой спать! Достаточно того, что ты видишь меня голой. — Я пришёл помочь, Грейнджер. Или тебе всё понравилось? Она нахмурилась. — А как это понимать? Меня только что трахал другой и ты приходишь помочь? Ты сам это организовал! — Понимай как хочешь. Я просто пришёл тебе помочь. Малфой взмахнул волшебной палочкой и Гермиона почувствовала как её кожа очистилась. Потом он провел этой штукой по её ногам. И Гермиона ощутила приятное вибрирование. Тело дало отклик и тогда она поджала ноги, а он немного нагнувшись, коснулся предметом её лона и прижал его. Малфой смотрел в её глаза, а она откинулась на спину и закрыла свои. Вибрация усиливалась и девушка ощущала как волны проникает внутрь. Её тело начало отзываться и жжение перестало быть значимым. Она больше не ощущала ссадин, и чувствовала каждая клеточкой вибрации, что проникали в неё. Они расслабляли и несли наслаждение, которое начало прибираться к ней. Гермиона начала громко дышать и немного приподнималась. И Малфой сразу сильнее прижал предмет. Казалось ещё чуть-чуть и Гермиона подпрыгнет, то ли от боли, то ли от наслаждения... И тогда Малфой нажимал ещё сильнее, прижимал его к её лону ещё сильнее, да так, что словно нажимал на нужную кнопочку. И её затрясло. Так сильно, что она испугалась этого и открыла глаза. Цепляясь руками за диван. Гермиона ощущала, что губы стали сухими, совсем сухими, но не получалась закрыть рот и облизать их. И в этот момент она расслабилась, откинулась на спину и ощутила как что-то изливается изнутри. Вибрации стали тише. Гермиона снова закрыла глаза, а потом всё прекратилось и, она почувствовала как предмет больше не прикасается к ней. И открыла глаза. — Зачем всё это было? Это же ты всё придумал? А я знаю —ты! Зачем ты меня подложил под Нотта, а потом пришёл как... — Гермиона не могла подобрать правильного слова, — и сделал «добро». Зачем? — Не знаю Грейнджер. — Это называется харассмент. Принуждение к сексу. — Я не знаю таких слов. — Не строй из себя идиота. Я этого не хотела! — Серьёзно? Я слышал твои мысли. Ты хотела его. И ты его получила! — Если ты любишь правду, то да! А я даже была влюблена в Тео. И может быть представляла, что-то подобное... Только почему ты в этом участвуешь? — раздражённо спросила она и снова приподнялась на локтях и посмотрела ему в глаза. — Ты извращенец? — Возможно, — спокойно ответил Малфой и откинул штучку, попадая ей в грудь. Гермиона перехватила её. — Возьми, пригодится. Не думаю, что Теодор сможет тебя удовлетворить. — Да откуда ты знаешь! — Знаю! — Ты с ним сам спишь что ли? Малфой резко нагнулся и схватил её за запястье, сильно дёрнув. — Чтобы я такого больше от тебя не слышал. Понятно? Или я прямо тебя сейчас накажу и так, что Теодор покажется тебе сказкой. Ты меня поняла? — в его голосе звучала не скрываемая агрессия. Гермиона смотрела на него и не собиралась больше с ним разговаривать. Ещё и в таком тоном. И дёрнула руку. — Отпусти меня! — Ты должна сказать мне спасибо! — требовательно прошипел он, смотря ей в глаза. — За изнасилование? — За то, что кончила. Малфой встал. Она слушала его шаги, как захлопнулась дверь и вскочила. Села и откинув этот красный предмет на диван, уже зло посмотрела на дверь. Будто бы на него. — Урод, — проговорила Гермиона, встала и начала собирать вещи с пола. Больше ни на одну минуту не задержусь в этой отвратительной красной комнате. И в этот момент зашёл Теодор. Рубашка была небрежно застёгнута, а ремень и вовсе не застёгнут. Он держал два стакана с каким-то коричневым напитком. — А я принёс нам алкоголь, может быть хочешь? — Не люблю. — Ты хочешь уйти? — Да, — сказала Гермиона, продолжая одеваться. — Давай я тебе помогу, — он подошёл к столу, поставил стаканы и подошёл к ней. Теодор собрал оставшуюся одежду, выпрямившись, посмотрел ей в глаза. — Ты меня простишь? — За что? — Ну за всё это. — Я ненавижу Малфоя. Это он всё спровоцировал. Мы бы разобрались сами, правда? — Да, но я не должен был вестись у него на поводу, — он коснулся кончиками пальцев её влажных волос. — Ты вспотела? — Да, — проговорила Гермиона. Утаивая то, что было пока он отсутствовал. — Давай я провожу тебя до дома или может быть ты хочешь ко мне? Послушай, если ты не обижаешься за всё это, то я... Не знаю наверное это сейчас выглядит как оправдание. Это глупо звучит, понимаю. Как и то, как всё это выглядит. Ну правда в том, что я не причинил бы тебе вред. И не о каком изнасиловании не шло и речи. А Малфой бы никогда тебя не тронул. Он не может... — Теодор запнулся. — А что с ним? — Ну понимаешь, — Гермиона не понимала, — у него есть желание, но психологически он не может. — Желание к кому? — Она приложила усилия, чтобы сказать это. — К грязнокровкам? И Теодор молча кивнул. Гермиона понимала, что не собиралась расставаться с Теодором. Раз так всё сложилось, значит такова судьба. И в этот момент она вспомнила взгляд Малфоя, внимательно-проникновенный взгляд. Ненавижу, — подумала она и сама поцеловала Теодора. — Ну давай свой алкоголь, —разрывая поцелуй, проговорила она. И он улыбнувшись, пошёл к столику и взял стакан.