Конец?

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь высокие окна аудитории, рисовали золотые полосы на деревянных партах. Лололошка, сидя у края ряда, лениво чертил в тетради спирали, пытаясь не заснуть под монотонный голос профессора. Лекция по "Этике взаимодействия с ИИ” Рядом, развалившись на стуле, Ричард рисовал в блокноте карикатурного единорога, отдаленно напоминающего статую в центре кампуса. Его темные волосы падали на лоб, а глаза то и дело закрывались от скуки. Он наклонился к Лололошке, прикрывая рот ладонью, и шепнул: — Ло, если я сейчас отключусь, пни меня. Староста опять будет пилить, если я провалю тест. Лололошка хмыкнул, уголки его губ дрогнули в слабой улыбке. — Смотри, она уже косится, — кивнул он в сторону передних рядов, где Ника, сидя с идеально прямой спиной, что-то записывала в тетрадь. Ее карандаш двигался с механической точностью, но время от времени она бросала быстрые взгляды назад, будто проверяя, не натворили ли они с Ричардом чего-нибудь. Аудитория была полна знакомых лиц. Линда, вечно жующая жвачку, сидела через ряд, лениво листая смартфон под партой. Ким, с неизменным батончиком в руке, что-то шептал своей соседке, вызывая у той тихий смешок. Профессор, пожилой мужчина с сединой на висках, продолжал бубнить, стоя у доски, где мелом были нарисованы какие-то схемы. Все казалось таким привычным, таким… нормальным. Но Лололошка не мог избавиться от чувства, что это лишь декорация, скрывающая что-то гораздо более мрачное. Его мысли прервал резкий звук — десятки смартфонов в зале завибрировали одновременно, как стая разбуженных насекомых. Экраны загорелись, уведомления высветились на дисплеях, и тишина аудитории лопнула, сменившись шорохом и шепотом. Лололошка нахмурился, глядя на свой телефон. Сообщение без имени отправителя, только текст, холодный и четкий, как удар: "Вы не люди. Вы — автоматоны. Создания JCompany. Ваша жизнь — ложь." — Что за шутка? — пробормотал он, но его голос утонул в кошмаре, который развернулся в следующую секунду. Молли, сидевшая впереди, внезапно дернулась, ее смартфон выпал из рук и разбился о пол. Ее голова мотнулась вбок, глаза загорелись алым светом, а изо рта вырвался звук — не крик, не стон, а механический скрежет, будто кто-то включил сломанную радиостанцию. Тим, уронив батончик, схватился за голову, его пальцы вцепились в кожу, и из-под ногтей потекла не кровь, а похожая на нее голубая жидкость. Профессор замер у доски, его мел выпал из рук, а затем его тело начало дымиться, словно внутри заработала неисправная проводка. — Ло! — Ричард вскочил, опрокинув стул. Его лицо побледнело, глаза расширились от ужаса. — Что с ними?! Лололошка не ответил — он не мог. Аудитория превратилась в хаос. Студенты, еще минуту назад бывшие их одногруппниками, друзьями, теперь корчились, ломая парты своими неестественно сильными руками. Девушка с косичками, чье имя Лололошка никогда не запоминал, вцепилась в плечо своего соседа, и тот закричал, когда ее пальцы, усиленные механикой, разорвали ткань рубашки и плоть. Из-под кожи профессора повалил дым, его лицо исказилось, а затем он рухнул, его тело начало плавиться, оставляя лужу раскаленного металла и пластика. Запах горелой проводки смешался с едким дымом, заполняя легкие. — Бежим! — Лололошка схватил Ричарда за рукав, толкая его к двери. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, оно разорвет грудь. Они выскочили в коридор, где кошмар был еще страшнее. Пол был усеян осколками стекла, обрывками одежды и чем-то, что Лололошка не хотел разглядывать. Стены, еще вчера украшенные плакатами университетских мероприятий, теперь были покрыты черными пятнами и трещинами. Автоматоны — бывшие студенты, преподаватели, даже охранники — бродили повсюду, их движения были рваными, нечеловеческими. Некоторые просто стояли, повторяя одну и ту же фразы, другие же нападали на всех кто попадался в поле зрения. Лололошка и Ричард мчались по коридору, перепрыгивая через обломки. На повороте они едва не столкнулись с двумя автоматонами, которые повалили уборщика в синем комбинезоне. Тот кричал, пытаясь отбиться, но его крик оборвался, когда один из автоматонов вонзил руку ему в грудь. Лололошка отвернулся, но успел увидеть, как второй автоматон начал… есть, его челюсти двигались с механической точностью, разрывая плоть и одежду. Кровь смешалась с маслом, текущим из их поврежденных тел, и запах ударил в нос, вызывая тошноту. — Не смотри, Рич! — Лололошка потянул друга дальше, уворачиваясь от еще одного автоматоноа, который с воем прыгнул на них. Его рука задела плечо Лололошки, оставив жгучий след, но они успели увернуться. Лестница на первый этаж была завалена обломками, но они пробрались, цепляясь за перила. На площадке Лололошка заметил Сашу — ту самую, что всегда шутила про кофе в кафетерии, его “сестричку”. Теперь она стояла, прижав к стене другого уборщика, ее руки были по локоть в крови, а лицо искажала гримаса боли и ярости. Она повернулась, ее глаза встретились с глазами Лололошки, и на секунду ему показалось, что она его узнала. Но затем ее голова дернулась, и она бросилась к ним. — Быстрее! — Ричард толкнул Лололошку вперед, и они скатились по последним ступеням, чудом избежав ее хватки. Двери на улицу были распахнуты, стекла выбиты. Они вырвались наружу, и солнечный свет ослепил их, как насмешка над тем, что творилось вокруг. Кампус, еще вчера полный смеха и жизни, теперь был полем боя. Газоны были усеяны обломками, дым поднимался над общежитием, а крики раздавались со всех сторон. Автоматоны бродили повсюду: кто-то крушил машины, кто-то нападал на убегающих студентов, а кто-то просто стоял, их тела дымились, словно они сами не могли выдержать правды, открывшейся им. — Ло! Ричард! — знакомый голос прорезал хаос. У разбитого фонтана, среди обломков статуи единорога, стояли Дилан и Шэрон. Дилан выглядел так, будто только что вырвался из драки: его куртка была порвана, волосы растрепаны, а в руке он сжимал металлическую трубу, покрытую пятнами “крови”. Его глаза метались по сторонам, но в них была не только паника — что-то еще, глубже, как будто он пытался понять, что происходит с ним самим. Шэрон была не в лучшем состоянии: отсутствующий взгляд, пятна крови на одежде, тряска по всему телу. — Вы целы? — Ло подбежал к ним, его взгляд скользнул по Дилану, задержавшись чуть дольше, чем нужно. — Что за чертовщина творится?! — Это Дженна, — тихо сказал Дилан, и все повернулись к нему. Его голос был ровным, но в нем чувствовалась тяжесть, как будто каждое слово давалось ей с трудом. — Она отправила сообщение. Хотела чтобы каждый знал правду. Ричард шагнул к нему, его лицо исказилось от гнева и боли. — Правду?! Дилан, посмотри вокруг! Это не правда, это бойня! Ты… ты специально ее отпустил, черт бы тебя побрал! — Мы обязаны найти ее, — продолжала Шэрон, словно не слыша. Ее руки дрожали, но она смотрела прямо на Лололошку. — Это.. она д-должна знать как это остановить. – Как отменить это. Лололошка почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Он открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Дилан шагнул вперед, его труба поднялась, будто он готов был ударить. — Замолчи, — прорычал он. — Ты не знаешь, о чем говоришь. Но Шэрон не слушала. Она пошутнулась, как бы прятавшись за спину Дилану. — Я должен был… — Голос Дилана отдал горечью, пока она говорил, – Не надо было ей рассказывать.. Лололошка огляделся: автоматоны приближались, их горящие глаза выискивали цели. Кампус превратился в ловушку, и они были в самом ее центре. — Надо уходить, — сказал он, его голос был хриплым, но твердым. — Сейчас же. Дилан кивнул, его рука невзначай коснулась плеча Лололошки, словно ища опору. Шэрон вытерла слезы, ее взгляд стал жестким. Ричард, все еще бледный, шагнул ближе к группе, его руки сжались в кулаки. Они двинулись прочь от фонтана, пробираясь через разрушенный кампус, где каждый шаг мог стать последним. Солнце все еще светило, но его тепло казалось ложью, как и весь этот мир. Лололошка бежал впереди, его дыхание сбивалось, а сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Позади, почти наступая ему на пятки, мчался Дилан, сжимая металлическую трубу, его лицо было напряженным, глаза метались по сторонам, выискивая угрозы. Шэрон держалась рядом, ее шаги были неровными, а руки то и дело касались рукавов Дилана, словно она боялась потерять его в этом хаосе. Ричард замыкал группу, его обычная беспечность испарилась, сменившись бледностью и сжатыми кулаками. Кампус вокруг них был неузнаваем. Зеленые газоны, еще вчера усыпанные студентами с кофе и книгами, теперь превратились в поле битвы, усеянное обломками, дымящимися останками автоматонов и пятнами крови. Воздух пропитался запахом горелого пластика и металла, от которого першило в горле. Вдалеке, у общежития, поднимался столб черного дыма, а крики студентов смешивались с механическим воем автоматонов, потерявших всякое подобие человечности. — Куда мы вообще бежим?! — выкрикнул Ричард, перепрыгивая через разбитый велосипед, лежавший поперек тропинки. Его голос дрожал, но в нем еще теплилась надежда, что у Лололошки есть план. — К волонтерскому центру! — отозвался Лололошка, не оборачиваясь. — Дженна должна быть там. Если кто и знает, как это остановить, то это она! — Если она вообще жива, — пробормотал Дилан, но его слова потонули в новом взрыве звуков — где-то неподалеку обрушилось окно, и из здания вывалился автоматон, его тело дымилось, а глаза горели красным. Он бросился к группе студентов, пытавшихся укрыться за машиной, и Лололошка заставил себя отвернуться, чтобы не видеть, что будет дальше. Они добежали до парковки у главного корпуса, где царил хаос. Машины стояли брошенные, некоторые с открытыми дверями, другие с разбитыми стеклами. Ключи торчали в замке зажигания старенького пикапа, чья краска облупилась, а на борту красовалась надпись "Lucky Charms — доставка". — Это наш шанс! — Лололошка рванул к пикапу, распахивая водительскую дверь. — Залезайте! — Ты умеешь водить? — Шэрон замерла, ее глаза расширились. — Сейчас узнаем, — отрезал он, прыгая за руль. Дилан занял переднее сиденье, бросив трубу на пол, и начал рыться в бардачке, надеясь найти что-нибудь полезное. Шэрон и Ричард втиснулись на заднее сиденье, их лица были бледными, но решительными. Лололошка повернул ключ, и двигатель закашлял, но завелся. Он вдавил педаль газа, и пикап рванул вперед, едва не врезавшись в перевернутый мотоцикл. Парковка осталась позади, и они выехали на главную дорогу кампуса, ведущую к магистрали. — Держитесь! — крикнул Лололошка, сжимая руль так, что костяшки побелели. Дороги Хэнфорта превратились в кошмар. Магистраль, обычно забитая машинами студентов и местных, теперь была кладбищем брошенных автомобилей. Пробки растянулись на километры, водители бросали свои машины и бежали, спасаясь от автоматонов, которые появлялись повсюду. Лололошка видел, как один из них, с лицом, искаженным механической яростью, выпрыгнул из окна третьего этажа офисного здания, рухнув прямо на убегающую женщину. Ее крик оборвался под тяжестью металла. Другой автоматон, чья кожа обуглилась от внутреннего жара, кидался на машину, разбивая стекла и разрывая двери, пока водитель внутри не затих. — Господи… — прошептала Шэрон, ее руки вцепились в спинку сиденья Дилана. — Это… это не может быть реальным… — Это реально, — отрезал Дилан, его голос был хриплым. Он смотрел в боковое окно, где полицейская машина, перегородившая дорогу, пылала, охваченная огнем. Копы, стоявшие рядом, оказались автоматонами — их глаза горели тем же красным светом, а табельные пистолеты стреляли без разбора, посылая пули в толпу, машины и даже друг в друга. — Объезжай! — крикнул Ричард, указывая на узкий проезд между горящей машиной и обочиной. Лололошка резко вывернул руль, и пикап накренился, шины завизжали, но они проскочили, избежав града пуль. Магистраль была усеяна дымящимися обломками. Пожары вспыхивали повсюду: кафе у дороги горело, его вывеска "Кофе и улыбки" висела криво, объятая пламенем. Вдалеке, у торгового центра, Лололошка заметил, как автоматон тащил человека за ногу, а тот отчаянно пытался уползти. В небе гудели вертолеты — три черных силуэта, круживших над городом. Но их полет был недолгим: один внезапно накренился, задымил и рухнул где-то за горизонтом, второй взорвался в воздухе, разбрасывая обломки, а третий исчез в дыму, словно его и не было. — Они падают… — пробормотал Ричард, его голос дрожал. — Даже вертолеты… — Это автоматоны, — сказал Дилан, его взгляд был прикован к дороге. — Они везде. В машинах, в полиции, в небе… Дженна сломала их всех. Лололошка стиснул зубы, пытаясь сосредоточиться на дороге. Пикап мчался вперед, объезжая брошенные машины и баррикады. На одном из перекрестков они наткнулись на блокаду: две полицейские машины перегородили путь, а автоматоны в форме стреляли по всему, что двигалось. Лололошка резко свернул в переулок, едва не врезавшись в мусорный бак. — К центру ближе через набережную! — крикнула Шэрон, ее голос был напряженным, но твердым. — Там меньше пробок! — Если там вообще безопасно, — буркнул Дилан, но Лололошка уже направил пикап к реке. Набережная встретила их дымом и криками. Автоматоны бродили по тротуарам, их движения были хаотичными, но пугающе целеустремленными. Один из них , кинулся на пикап, но Лололошка успел вывернуть руль, и автоматон рухнул на асфальт, оставив за собой шлейф искр. Вдалеке, у моста, горела еще одна баррикада, и Лололошка заметил, как люди пытались перебраться через реку, но автоматоны настигали их, не давая шанса. — Волонтерский центр недалеко, — сказал Лололошка, его голос был хриплым от напряжения. — Если Дженна там… — Она должна быть там, — перебила Шэрон, ее пальцы сжались в кулаки. — Она… она не могла просто так это сделать…. Дилан фыркнул, но промолчал. Его рука лежала на трубе, а взгляд был прикован к дороге, где очередной автоматон выпрыгнул из окна кафе, рухнув на машину впереди. Та вспыхнула, и Лололошка едва успел свернуть, чтобы не врезаться. Пикап мчался по магистрали, оставляя за собой дым и хаос. Волонтерский центр "Счастье" был уже близко — кирпичное здание с яркой вывеской, которое еще вчера казалось символом надежды. Теперь же Лололошка боялся того, что они найдут внутри. Он бросил взгляд на Дилана, чье лицо было напряженным, как и лица всех его друзей. Машина мчалась по магистрали, его двигатель ревел, заглушая стоны и крики, доносившиеся со всех сторон. Лололошка сжимал руль так сильно, что пальцы онемели, его глаза метались между дорогой и зеркалами заднего вида, где мелькали тени автоматонов, преследующих убегающих. Дилан, сидя рядом, стиснул металлическую трубу, его лицо было напряженным, а взгляд — тяжелым, словно он пытался удержать в себе бурю эмоций. Шэрон на заднем сиденье вцепилась в подголовник, ее дыхание было прерывистым, а Ричард, прижавшись к окну, бормотал что-то неразборчивое, будто пытался убедить себя, что это всего лишь кошмар. Дорога к волонтерскому центру "Счастье" превратилась в полосу препятствий. Магистраль была забита брошенными машинами, некоторые пылали, выбрасывая в небо клубы черного дыма. Пробки давно перестали быть просто заторами — они стали ловушками, где люди, пытаясь выбраться, попадали под удары автоматонов. Лололошка видел, как один из них вырвал дверь седана и вытащил кричащую женщину. Ее вопль оборвался, когда автоматон сдавил ее шею с механической точностью. — Не смотри, Шэрон, — тихо сказал Дилан, заметив, как она вздрогнула. Но его собственный голос дрожал, выдавая страх, который он пытался скрыть. Чем ближе они подъезжали к центру города, тем гуще становились толпы. Люди бежали куда глаза глядят, их лица были искажены паникой, одежда порвана, а руки сжимали сумки, детей или ничего — лишь отчаянную надежду выжить. Среди них мелькали автоматоны, их движения были рваными, но смертоносными. Один, с горящими красными глазами, прыгнул на мужчину в деловом костюме, повалив его на асфальт. Другой, чья кожа дымилась, вцепился в ребенка, пока мать не бросилась на него с куском арматуры. В толпе Лололошка заметил отряды SWAT — люди в черной броне, с автоматами наперевес, бежали вместе с гражданскими, но их оружие было почти бесполезно. Пули отскакивали от металлических тел автоматонов или застревали в их пластиковой коже, не останавливая. Один из бойцов выстрелил в автоматона, который кинулся на девушку, но тот лишь дернулся и продолжил атаку, разрывая жертву. Другой SWATовец пал под ударом своего же товарища — автоматоноа в такой же броне, чьи глаза горели алым. Хаос не разбирал, кто человек, а кто машина — смерть настигала всех. — Они не справляются… — прошептал Ричард, его голос был едва слышен за ревом двигателя. — Никто не справляется… Лололошка резко вывернул руль, объезжая перевернутый автобус, чьи окна были заляпаны кровью. Пикап накренился, шины завизжали, но он удержал машину на дороге. Впереди маячило здание волонтерского центра "Счастье" — белый фасад с яркой вывеской, которая теперь висела криво, наполовину сорванная. Но путь к нему был перекрыт: толпы людей, автоматоны, горящие машины и обломки зданий превратили улицу в непроходимый лабиринт. — Дальше не проехать, — сказал Лололошка, его голос был хриплым от напряжения. Он затормозил, и пикап остановился у края толпы, где люди кричали и толкались, пытаясь пробиться куда угодно, лишь бы подальше от смерти. — Придется пешком, — Дилан открыл дверь, сжимая трубу. — Держитесь ближе. Они выбрались из машины, оставив ее среди хаоса. Толпа тут же поглотила их, как река, несущая обломки. Лололошка шел первым, расталкивая людей, его рука невольно сжала запястье Шэрон, чтобы не потерять ее. Дилан прикрывал их сзади, его труба поднялась, когда автоматон с дымящимся лицом бросился к ним, но Ричард успел толкнуть его в сторону, и машина рухнула в толпу, вызвав новые крики. — Центр там! — крикнула Шэрон, указывая на здание, чьи окна пылали, выбрасывая языки пламени в небо. Фасад был изуродован: стены покрыты копотью, вывеска "Счастье" дымилась, а вход завален обломками. Они пробивались вперед, уворачиваясь от автоматонов и падающих тел. SWATовцы, смешавшиеся с толпой, палили, но их пули лишь добавляли хаоса, раня людей и не останавливая машины. Лололошка видел, как один боец упал, когда автоматон с оторванной наполовину рукой, вонзил ему в грудь свой металлический обрубок вместо кости. Кровь брызнула на асфальт, смешавшись с голубой жидкостью. И вдруг, среди дыма и криков, они увидели ее. Дженна стояла у входа в центр, точнее, то, что от него осталось. Половина ее тела была обуглена, одежда сгорела, обнажая металлический каркас, который дымился и искрил. Ее лицо, наполовину расплавленное, искажала гримаса боли, но глаза, все еще человеческие, горели лихорадочной решимостью. Она держалась за стену, ее пальцы оставляли черные следы на бетоне, а из груди вырывались клубы дыма, словно она сгорала изнутри. — Дженна… — Шэрон замерла, ее голос сорвался. Лололошка шагнул вперед, его сердце сжалось. Дилан, стоя рядом, опустил трубу, его лицо побледнело, а Ричард просто смотрел, не в силах вымолвить ни слова. Дженна подняла взгляд, ее голос, дрожащий и уже не совсем человеческий, прорезал шум толпы: — Я сделала это… Рассказала всем автоматонам, кто они. С самого начала… это было моей целью! Дилан шагнул к ней, его кулаки сжались, а голос дрожал от ярости и отчаяния: — Дженна, это же убьет их всех! Что ты наделала?! Она покачнулась, ее тело затрещало, словно внутри лопались провода. Но ее глаза, полные боли, встретили его взгляд. — А лучше оставить их в неведении, да? — Ее голос стал тише, но каждое слово било, как молот. — Тебе бы понравилось, будь ты на их месте? Ты бы хотел жить во лжи? Шэрон, вытирая слезы, шагнула ближе, ее голос был полон горечи: — Дженна, дело не в правде! Дело в том, как ты это сделала! Нужно было доносить информацию постепенно… Дженна слабо усмехнулась, но ее смех перешел в кашель, изо рта вырвался дым. Она посмотрела на Лололошку, и в ее взгляде мелькнуло что-то, похожее на сожаление. — Уже поздно, — прошептала она, ее голос ломался, как треснувшее стекло. — Я выслала им всем свой код… Полностью отключила все предохранители. Именно для этого меня и создал JDH. Способа отменить это… нет. Ее слова повисли в воздухе, тяжелые, как дым, окутывающий центр. Лололошка почувствовал, как холод пробежал по спине. Он хотел что-то сказать, но не успел — Дженна пошатнулась, ее тело вспыхнуло ярче, и она рухнула на колени. Металл и пластик начали плавиться, стекая на асфальт, а ее глаза потухли, оставив лишь пустую оболочку. — Нет… — Шэрон бросилась к ней, но Дилан схватил ее за руку, удерживая. — Она ушла, — тихо сказал он, его голос был пустым. Толпа вокруг них продолжала кричать, автоматоны нападали, вокруг стреляли, но все это казалось далеким, как эхо. Волонтерский центр пылал, его стены рушились, унося с собой последнюю надежду остановить кошмар. Лололошка посмотрел на друзей: Шэрон, чьи слезы текли по щекам, Дилана, чья рука все еще сжимала ее плечо, и Ричарда, чьи глаза были полны ужаса, но он не отводил взгляд. — Что теперь? — прошептал Ричард, его голос дрожал. Лололошка не знал ответа. Но он знал одно: они не могли остановиться. Не сейчас.