Склеп

Тишина древнего склепа давила. Пыльный, озоновый воздух почти не двигался под низкими сводами бункера, скрытого глубоко под особняком JDH. Аварийные лампы, восстановленные Саймоном, бросали тусклый свет на грубые каменные стены и искореженные остатки оборудования. В центре зала, словно алтарь, зияла трещинами огромная каменная арка – руины портала. Вокруг царило запустение, свидетельство давней катастрофы или спешного бегства создателя. Лололошка, Дилан, Шэрон и Ричард стояли перед аркой, их дыхание казалось слишком громким в этой гробнице технологий. Месяцы в бегах, постоянное напряжение и воспоминания об острове сделали их старше, настороженнее. Саймон Солус, их проводник и нынешний обитатель верхних этажей, стоял чуть поодаль, его лицо было как всегда сложно прочесть. — И это всё? — Ричард нарушил тишину, голос глухой. — Куча мусора и сломанная арка? Ради этого мы рисковали? — Это не просто арка, Ричард, — Саймон обернулся, его глаза блеснули в полумраке. — Это ключ. Ко всему. Лололошка подошел ближе к порталу, пальцы скользнули по холодным, испещренным символами камням. Вспышка. Не воспоминание, скорее… знание. Оно всплыло из глубин амнезии, такое же неожиданное и чужое, как и он сам в этом мире. — Схождение, — прошептал он. — Или Отправление. Это точка, где реальности… Он не договорил. Воздух перед аркой заискрился, свет собрался в мерцающую, но четкую фигуру. Голограмма. Высокая, до боли похожая на Лололошку, но с другими глазами — холодными, пронзительными, несущими печать усталости и власти. JDH. Шэрон тихо вскрикнула, отступая на шаг. Ричард замер, широко раскрыв глаза. Дилан инстинктивно поднял свой сканер, как будто это могло защитить. Голограмма JDH оглядела их, затем ее взгляд остановился на Лололошке. Голос прозвучал энергично, но с нотками усталости, эхом отражаясь от стен: — Отправление – это точка схождения реальностей! Он начал ходить взад-вперед перед аркой, словно лектор перед аудиторией. — Да-да, — прошептал Ричард Шэрон. — Это он… точно он… — Это место можно называть как угодно, — продолжил JDH, не обращая внимания на шепот. Он резко остановился и картинно поклонился. — Ну что? Эффектное появление? — Он выпрямился, усмехнувшись. — Не совсем появление, конечно. Ведь это лишь моя фрактальная проекция через остатки былых врат, отголоски величайшей силы во вселенной… Силы, которую я смог обуздать! Эти врата, — он махнул рукой на руины, — закрыты навсегда! Стерты! Уничтожены! Разрушить врата Схождения, конечно, буквально невозможно, но я смог! — Он довольно потер руки, активно жестикулируя, словно объясняя очевидное детям. Дилан опустил сканер, недоуменно глядя на голограмму. — То есть… вот это Схождение – проход между реальностями? Через него Лололошка мог бы вернуться домой? — В его голосе слышался шок и, возможно, тень надежды. Шэрон ахнула, прикрыв рот рукой. Ричард смотрел то на JDH, то на Лололошку, не зная, как реагировать. Саймон же взирал на голограмму с явным восхищением. — О, неплох! Хорош! — JDH указал на Дилана пальцем. — Не зря у тебя компилятор продвинутее, чем у прочих! — Он подошел к Дилану ближе, его голографический образ слегка мерцал. — Не ожидал тебя здесь встретить, кстати. Дилан не ответил, лишь напряженно смотрел на создателя. JDH самодовольно хмыкнул. — Да, я определенно превзошел себя, создавая новую жизнь… — Как это – врата разрушены? — голос Лололошки прозвучал неуверенно, прерывая JDH. — Как… как мне вернуться домой? JDH повернулся к нему, вид у него стал задумчивым. Он посмотрел в потолок, почесывая подбородок. — Хм, дай-ка подумать… — Он резко опустил взгляд, ткнул пальцем в сторону Лололошки. — НИКАК! — И тут же добавил, видя выражение лица своей копии: — Ой, только не надо твоего нытья! Я же сказал, что сделаю всё возможное… когда-нибудь. Но вот восстановить Схождение, или Отправление, называй как хочешь, находясь в другой реальности – это, знаешь ли, за гранью реальности! — JDH внезапно сделал сальто назад, приземлившись на руки, и продолжил говорить вверх ногами: — Хороший каламбур, да? Тем более, ломать – не строить! А сломать это было чертовски сложно, поверь! — Он ловко встал на ноги. — Ладно, Ло, буду проще: в мои планы никогда не входило твое возвращение, уж прости. — Что?.. — Лололошка шагнул вперед. — Ах ты подонок! Как ты… — Заткнись, — ледяным тоном оборвал JDH. Голограмма слегка замерцала. — Хотя, знаешь, если бы я не выбрался с того острова — что, на деле, было ну очень легко, — я бы, возможно, засомневался в себе. Но я выбрался. А ты — нет. (Шэрон смотрела на JDH с ужасом и отвращением. Как можно быть таким… бесчувственным? Ричард сжал кулаки, чувствуя бессильную злость на этого самодовольного типа, который так похож на их друга). — НО не переживай! — JDH снова стал энергичным. — В этой реальности тоже очень круто! Серьезно! — Он вдруг обернулся к Саймону, который все так же молча стоял в углу. — Кстати, ты, розовый! А чего ты там стоишь в уголочке? Почему молчишь? — Голограмма слегка наклонилась, изображая интерес. Саймон вздрогнул, словно его выдернули из мыслей. Он робко, совершенно не свойственным ему тоном, ответил: — Ну… Рад видеть тебя, Джон. — О-о-о, как это мило! — протянул JDH игриво. — И я был бы рад тебя видеть, если бы кое-кто, — его голос снова стал холодным, и он резко повернулся к Лололошке, — не потратил весь мой анти-прокс! — JDH развел руками, зло глядя на свою копию. Саймон выпрямился, в его голосе появилась надежда. — Так значит… ты был прав, Лололошка? Это вещество… оно было для меня? Я правда твой друг, Джон? JDH снова обернулся к Саймону, его тон стал чуть мягче, но все еще снисходительным. — Ну… да, — он снова зажестикулировал. — В той или иной степени, Саймон. Я хотел взять тебя с собой с самого начала, как только запланировал всю эту чехарду с меняшками. — Он снова встал на руки, говоря из этой позы: — А что, ты думал, всё это случайность? Ты был бы крайне полезен в моих путешествиях! Плюс, ты – единственный ненадоедливый собеседник во всей… — Он вернулся в вертикальное положение. — Нет, не так… во ВСЕХ вселенных! Поэтому я и решил, что как только ты себя осознаешь, я заберу тебя с собой. Как делал и с кучей других вещей для этого. — Он усмехнулся. (Шэрон ахнула. Ричард недоверчиво покачал головой. Вещей? Он назвал Саймона вещью?) — Что? — Саймон сердито скрестил руки на груди, его обычная невозмутимость исчезла. — То есть я для тебя… какая-то вещь? — Ох, Саймон, ну конечно, да! — буднично заявил JDH, лениво почесывая спину голографической руки. — Я же тебя создал! — Нет! — Саймон повысил голос, его лицо покраснело. — Я такой же живой человек, как и ты! JDH громко расхохотался, эхо заметалось под сводами склепа. — Нет, ну ты что! Ты не живой! И человеком тебя назвать – крайне грубое приближение! Глупостей не говори, Саймон! Я даже на твоем чертеже давным-давно нарисовал сердце, потому что у тебя его нет! — Он демонстративно постучал себя по груди, изображая сердце, и снова засмеялся. — Классно я придумал, да? Саймон отшатнулся, закрывая лицо руками. — Не могу… это слушать… хватит! — его голос дрожал. — То есть… я так убивался из-за тебя… переосмысливал реальность заново… потому что… — Он не закончил фразу, явно подавленный и злой. Он опустил руки, но не смотрел на JDH. — Ты бросил меня тут одного… И когда во мне разгорается надежда, что ты действительно считал меня другом… ты бросаешь мне в лицо вот это? (Шэрон прикусила губу, чувствуя укол жалости к Саймону. Ричард просто смотрел, пораженный такой жестокостью). — Прощай, Джон, — тихо, но твердо сказал Саймон, разворачиваясь. Он решительно зашагал прочь, к выходу из зала, его шаги гулко отдавались в тишине. — Чего это он так? — искренне удивился JDH, глядя ему вслед. — Ему что, кто-то чувство юмора подкрутил? Дилан, до этого молча наблюдавший за сценой, издал короткий, злой смешок. — Жесть, чувак. Выходит, единственного друга ты сам себе создал, да? И даже тот ушел, узнав, какой ты на самом деле. — Он демонстративно закатил глаза. — Честно говоря, начинаю понимать, почему все в Хэнфорте тебя ненавидели. Ты же просто ужасен. JDH повернулся к нему, его лицо стало непроницаемым. — Ах, железка… Меня это не волнует. Ты хоть сам-то знаешь, зачем тебя создали, а, умник? — Он медленно снял свои очки, и его холодные, точь-в-точь как у Лололошки, но совершенно пустые глаза впились в Дилана. — Чтобы быть моим другом в общаге! Дилану стало не по себе от этого взгляда. Он отступил на шаг. — Неужели… — Ой, а что такое? — язвительно протянул JDH. — Тяжело осознавать, что у каждой вещи есть свое предназначение, да? Дилан выпрямился, злость вытеснила минутный страх. Он сделал шаг вперед, к голограмме. — Нет, не тяжело! Ведь я – не вещь! И у меня, в отличие от тебя, действительно ЕСТЬ предназначение! — Он резко повернулся к Лололошке. — Лололошка, я пойду за Солусом. А ты… — его взгляд метнулся к JDH, на это самодовольное лицо, так похожее на лицо его друга, — …а ты пошел прочь. С презрением глянув на своего создателя, Дилан развернулся и быстро зашагал вслед за Саймоном, его шаги были твердыми и решительными. Лололошка, Шэрон и Ричард остались одни в полумраке древнего склепа, лицом к лицу с мерцающей голограммой JDH и тяжелым осознанием того, что пути назад, возможно, действительно нет.