Часть 9

Два года спустя Когда огромный корабль с множеством людей пришвартовался возле берега, Эвтида замерла. Другие, уставшие пассажиры тут же принялись с вещами спускаться на сушу, в то время как Эва не решалась. Да, она сама захотела вернуться в Германию, долго и морально готовилась к этому и думала, что справилась со своими страхами, но… Ты должна! Докажи себе, что война не оставила на тебе отпечаток. Покажи, что несмотря на все старания этого чудища (Амена) ты осталась прежней! Глубоко вздохнув и крепче сжав пальчиками небольшую дорожную сумку, Эва вместе с остальными оказалась в Берлине. Ее родной город, место где она выросла, испытывала множество эмоций: любила, грустила и едва не умерла… Когда война закончилась страны - победители принялись помогать всем пострадавшим, больше всего гуманитарной помощи оказывали евреям. После освобождения из концлагеря несчастным возвращали все конфискованные деньги и имущество. Эва не стала исключением. Небольшие сбережения несчастной были восстановлены, как и переданы ключи от прежней квартиры и… Милая Заава… Из-за того, что у старушки не было наследников, она переписала дом на Эву и теперь по закону он достался девушке. Три года назад, желая убежать от своих страхов, Эва продала квартиру пожилой женщины и уплыла в Швецию. Там она попыталась начать все с чистого листа: работала, искала друзей и многое другое. Правда, чем больше проходило времени, тем отчётливее Эвтида понимала, она не там где должна быть. Когда же несколько месяцев назад ей приснилась бабушка Заава в цветочном магазине, для Эвы все стало ясно. Она обязана вернуться в столицу и восстановить своё любимое дело. Я все же не усвоила урок, начальник, — мысленно говорила Эва с Аменом, — Цветы есть и будут моей отрадой и я вновь продолжу этим заниматься! Несмотря на всю ненависть к нацисту, Амен был своего рода ее мотиватором. В последние годы, когда у неё что-либо не получилось она представляла образ убитого нациста и назло ему начинала работать усерднее и добивалась всего…

***

Столица встретила девушку проливным дождём, но несмотря на это решительная красавица немедля отправилась в свой прежний дом. Каждый камушек, вывеска, лестничная площадка служили ей воспоминаниями. Забавнее же всего было видеть ту самую кондитерскую, где было написано «собакам и евреям вход запрещён», теперь она работала для всех. Ни за что, больше отсюда ничего не куплю, — проходя мимо магазина подумала Эва. Удивительно, в последний раз она была здесь несколько лет назад, в день когда нацисты схватив ее и бабушку Зааву притащили в концлагерь. Надеюсь перед смертью ты мучился, начальник, — вновь мысленно обратилась к Амену Эва вспомнив их первую встречу в лагере и тут же себя одёрнула. Нет, сейчас думать об этом чудовище не стоит. Гад убит, а она жива. Он не сломал ее, вопреки ожиданиям и теперь она назло ему проживёт лучшую жизнь! Полгода спустя Это было трудно… Вынести на плечах весь груз прошлого, начать вкладываться в новый магазинчик и в целом начинать жить заново, но Эва справилась! Отдав все свои накопления, она приобрела небольшое помещение, которое со временем смогла превратить в свой личный рай — магазин цветов. Девушка понимала, что сразу клиентов у неё будет мало, потому начала сдавать комнату в своём доме и параллельно работала официанткой в пабе, где случайно и познакомилась… Абрам… Милый, славный, лучший! Этот мужчина стал одной из причин почему Эве хотелось вставать по утрам. Как выяснилось они с Абрамом попали в концлагерь в один день, но из-за того, что мужчины и женщины «жили» там порознь они не видели до этого друг друга. Абрам тоже был евреем и после свержения рейха на оставшиеся деньги открыл паб, который приносил ему неплохой доход, особенно ночью…

***

После завершения рабочего дня, Эва проводив последнего посетителя, с улыбкой на лице принялась прибираться. Поставила на место ленточки, побрызгала цветы водой и убедившись, что уход за ними полностью соблюдён выключила свет и покинула магазинчик. Более девушка в пабе Абрама не работала, ведь магазин стал приносить неплохой доход и в подработке она не нуждалась, но несмотря на это с мужчиной они виделись чуть ли не каждый день. Пережитые ужасы стали их главной причиной сближения. Они могли понять друг друга без слов, порой вспоминали как хорошо жилось до войны, а иногда даже припоминали начальника. — Отвратительный был человек. Любил часто заходить в мужскую часть лагеря и упивался нашими криками, заявляя, что настоящий мужчина стерпит любую боль, — как-то поведал ей Абрам, когда они сидели в парке, — Казалось, этот Амен не человек вовсе, — сжав кулаки добавил еврей. — Люди так не поступают, он действительно был чудовищем, — поддерживала разговор Эва, которая к своему стыду не поведала другу о том, что последние месяцы провела в бункере в доме начальника. Не говорила о том, что Амен старался быть с ней нежным, готовил для неё, выбирал книги и в конце, когда весь мир готов был рухнуть, поцеловал ее и попросил прийти на казнь. А она так и не явилась… При всем желании увидеть гибель начальника своими глазами, она не желала исполнить его последнюю волю, потому в день расстрела уплыла на корабле в Швецию ликуя, что Амен в толпе искал ее и так и не найдя умер. Надеюсь в агонии! Эвтида ненавидела Амена каждой клеточкой своего тела. При одном упоминании его имени липкий страх сковывал, тело бил озноб и что самое странное рука, на которой Амен вырезал ее цифры «79708», начинала болеть. Боже, как же ей было противно и мерзко видеть эти злосчастные цифры. Зимой девушке было легче, она надевала наряды с длинным рукавом и прятала таким образом ото всех свой позор, а вот летом… — Такие мерзкие твари как ты недостойны имени… — неожиданно всплыл в голове голос Амена, пока девушка покинув цветочный магазин шла навстречу к Абраму. — Урок усвоила? — У тебя нет больше имени. Ты отныне 79708! — Села! — Никчёмная! Тварь! — Я не убью тебя! Заставлю пройти все круги ада, чтобы ты молила меня о смерти! Все слова нациста вихрем начали кружиться в голове. Перед глазами образовалась пелена и девушка столь сильно погрузилась в свои мысли, что не заметила как врезалась в прохожего… — Прошу прощения, я… , извините, просто задумалась, — начала объясняться Эвтида, однако стоило ей поднять глаза и увидеть с кем она столкнулась, как дар речи тут же пропал… Нет. Нет. Нет. Этого быть не может! Широко распахнув глаза полные ужаса, Эва удивлённо смотрела на свой ночной кошмар. На мужчину, которого боялась и ненавидела всей душой, кого считала давно мертвым и… — Эва? Едва услышав голос Амена, девушка чуть не рухнула на колени. Все события прошлого которые она так хотела забыть стали появляться перед глазами: приезд в концлагерь, вырезание цифр на руке, бочка с холодной водой, Финн с которого содрали скальп, попытка изнасилования, жизнь в заточении и… Эва не помнила как крепко прижав сумочку к себе ринулась бежать. — Эва! — услышала она позади себя голос начальника, — Остановись! — теперь девушка отчётливо слышала и торопливые шаги Амена. Он бежал за ней… Боже! Пользуясь тем, что она была миниатюрной по сравнению с Аменом, Эва начала пробираться через идущих людей, в скором времени оторвавшись от Амена, добежала до ресторана, где они с Абрамом должны были увидеться. Тяжело дыша Эвтида отворила дверь заведения и войдя стала искать глазами мужчину. — Эва? Что случилось? На тебе лица нет! — обеспокоено начал говорить Абрам встав со стула, — Скажи кто тебя обиде… Договорить Эва ему не дала. Задыхаясь от слез, девушка прильнула к мужчине в объятия и стала трястись от ужаса. Это было словно в страшном сне. Иногда в кошмарах Эва видела как вновь встречается с Аменом, но каждый раз просыпаясь в холодном поту успокаивала себя, что это лишь сновидение, а сейчас… — Давай уйдём, только через чёрный вход, молю! — дрожа от страха, начала просить Эвтида, глаза которой были на мокром месте. — Конечно, конечно, милая. Продолжая обнимать друга, Эва поспешно покинула с ним ресторан, радуясь тому, что принадлежало место их знакомым и их легко пропустили через чёрный вход. Больше всего Эвы радовалась, что смогла оторваться от Амена и добежать до ресторана. Девушка даже не догадывалась, что все это время успевший за ней мужчина стоял и издали наблюдал как она прижимается к другому. Всепоглощающая ярость, а точнее ревность, которую он испытывал лишь раз с Финном (доктором), вновь охватила Амена. Немыслимых сил стоило мужчине держать себя в руках, пока этот мерзкий еврей (да, Амен его узнал) прижимал девушку к себе. Эва так ластилась к нему. Искала защиты… Решив, что лучше успокоиться и позже с ней поговорить, Амен подозвал к себе на улице какого-то парня и вручив ему денег произнес: — Следишь и запоминаешь куда идут эти двое, — указал он на Эву и этого урода, — Потом приходишь в этот дом, вновь указал Амен на здание, — Где делишься знаниями и получаешь столько же денег, понял? Кивнув, парень тут же начал исполнять приказ, в то время как Амен немедля поднялся в дом, где временно жил, пока в его особняке шел ремонт… — Я вижу прогулка явно не пошла тебе на пользу, — игриво проговорил Тизиан пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, — Ты даже злее чем обычно и … — Я нашёл ее, — сухо процедил Амен, прервав друга. Перестав читать книгу, Тизиан с неверием посмотрел на Амена. Неужели? Нашёл? После стольких лет поисков? — Тогда почему ты зол? Это же прекрасная новость. — У неё есть мужчина, — проговорил Амен, после чего налил себе в стакан виски и залпом выпил все содержимое. Тизиан ничего отвечать не стал. Смысл был ему говорить, что это было ожидаемо? Что Эва за месяцы проживания в бункере не прониклась симпатией к начальнику как того ожидал Амен. И понятное дело, такая красивая девушка не могла оставаться одна. Тяжело вздохнув, Тизиан понял, что у Амена появился ещё один повод трепать ему и Герсе нервы. Все эти годы пока они были на свободе мужчина везде искал Эву. Где только он не был. Амен потратил все возвращённые после конфискации деньги на путешествия. Он искал Эву и в Польше, и в Швейцарии, пару дней назад вернулся из Швеции и потеряв надежду отыскать девушку ходил чернее тучи, не зная, что случайно столкнётся с Эвтидой во время прогулки. — Послушай, — положив руку на плечо друга проговорил Тизиан, — Наличие мужчины у Эвы это не повод позволять ярости брать верх. Мы живы! Чудом избежали казни, а это всего лишь мелочь. Амен не отреагировал. Лишь сжав в руке стакан вспомнил как несколько лет назад, стоя среди всех нацистов, искал в толпе пришедших на казнь Эвтиду. Он так надеялся, что она придёт. Но, увы, Эвтида так и не явилась, как и не состоялась его казнь. Мелких солдат и прочих нацистов в этот день действительно казнили, а представителей высших чинов решили судить. Начался Нюрнбергский процесс, где на законодательном уровне шел судебный процесс. Честно? На удачу Амен не рассчитывал. Сидя в тюрьме все эти месяцы, пока шел сам процесс он желал поскорее столкнуться со смертью, но у судьбы были свои планы. В один из дней заседания, когда настала очередь его и Тизиана. Выяснилось следующее: — Мы нашли ваши записи и также отыскали всех евреев, что там числились. Вы герой, господин Тизиан, — проговорил пожилой мужчина в зале суда. Тогда Амену все стало ясно. Его лучший друг оказывается вел двойную игру. Притворялся нацистом, но все это время тайно спасал узников. Он давал им поддельные паспорта, деньги и переправлял в безопасное место. — Вас судить не имеем права. Сегодня же все имущество и деньги будут возвращены. Почёт и уважение таким людям. — Благодарю, — не посмотрев даже не Амена заявил Тизиан, а затем набрав воздух в лёгкие добавил, — Хотелось бы добавить, об этом сведений нет, но мой друг, начальник концлагеря помогал мне в этом. Даже спас одну девушку под номером 79708, которую мы не смогли вывезти из страны, поэтому она жила у него дома. И… Договорить Тизиану не дали. Заявив, что обо всем разузнают, суд над Аменом перенесли. Честно? В спасение Амен не верил, но удача была на его стороне, ведь среди документов было найдено письмо врачей концлагеря, где они обращаясь к Гитлеру писали донос на Амена, мол тот не дал им провести эксперимент, связанный с животными. Взяв это за основу и решив, что Амен будучи начальником на самом деле спасал евреев суд оправдал его. Таким образом Амен и Тизиан спаслись от казни. И если Тизиан заслужено, то Амен… — Да, ты прав, — посмотрев на Тизиана, произнес Амен, — Главное мы живы. Эвтиду же добьюсь, — договорив, мужчина тут же мысленно добавил: Надо будет сожгу весь мир дотла, уничтожу любого, но сделаю ее своей!