Часть 13

На удивление Эвы вечер действительно удался. И если вначале девушке было не совсем комфортно из-за воспоминаний, то со временем она забылась и просто веселилась. Шутки Тизиана были отдельным видом искусства, Герса оказалась очень милой и интересной девушкой, малыш просто чудо, а Амен… — Может тоже останешься на ночь? — взяв Эву за руку, спросила Герса. Тизиан знатно выпил и ехать обратно до дома был не в силах, потому семейство решило переночевать у Амена (предварительно спросив разрешения) и теперь просили и Эвтиду с ними остаться, — А что? Уложим мужчин и будем до утра сплетничать, — не унималась Герса. С одной стороны Эве не хотелось возвращаться в свою пустую и одинокую квартиру, когда тут веселье было в самом разгаре, а с другой… Сможет ли она уснуть в этом доме? Она преодолела страх и вошла. Благодаря Тизу и его семье даже забылась, но ночью, когда останется одна, что будет? — Эва? — Согласна, — ляпнула она и тут же невольно посмотрела на Амена, который на глазах расцвёл. Видимо он очень хотел, чтобы она осталась, но просить или уговаривать не стал. Желал чтобы Эвтида сама приняла это решение. До трёх часов ночи Амен, Герса и Эвтида довольно весело проводили время, беседуя на различные темы, пока Тиз и его малыш мирно храпели. Малыш на руках у мамы, Тизиан же на кровати. Когда же все знатно устав решили пойти спать, Эвтида напряглась. Амен выделил ей очень красивые покои, но несмотря на это, что-то девушку гложило. В ванную пойти перед сном Эвтида не решилась. Вспоминала как в первый раз здесь мылась. Тогда ей казалось, что Амен отравил воду или же хотел утопить ее. — Держи, — протянул ей Амен свою белую сорочку, когда проводил до покоев, — Чтобы спалось удобней, — пояснил он и девушка вежливо кивнув, взяла вещь, — Спокойной ночи, Эва, — взглянув на неё, произнес Амен, но она не ответила. Мыслями девушка была очень далеко и мужчина это видел. Когда Эвтида согласилась остаться, он полагал, что девушка совсем преодолела страх, однако сейчас, видя как Эва поникла, Амен понимал - страх ее слишком велик. Ничего. Они вместе пройдут через это. Он сделает все, чтобы Эвтида была счастлива…

***

Уснула Эвтида не сразу. Просто лёжа на спине и смотря в потолок она думала о своём, пока слабость не взяла верх, она прикрыла очи и тут же начала видеть кошмар. Во сне Эвтида находилась в ванной, над ней же возвышался Амен, что был одет как нацист. Не успела Эва ничего произнести, как мужчина оскалился и схватив ее за волосы, опустил насильно на дно. Ледяная вода окутала ее принося боль, паника охватила тело, лёгкие же начали гореть от нехватки кислорода. — Подохни, грязная шавка, — услышала она надменный голос и тут же истошно закричала. — Эва! Эва! — нежные касания и встревоженный голос оторвали от дурмана. Резко распахнув глаза и увидев перед собой Амена (он услышал крики Эвы через стенку и немедля пришёл к ней), Эвтида вскрикнув, начала отталкивать его. Слёзы текли по щекам, губы тряслись, пока несчастная безостановочно твердила: — Не подходи! Не прикасайся! Амен сразу понял — любимой приснился кошмар, где монстром был он. Сердце сжалось, но он не растерялся. Осознавал, что надо успокоить и показать, что… — Того Амена больше нет, — схватив ее за руку и рывком прижав к себе произнес он, — Нацист тот мёртв. Я же с тобой. Всегда рядом. Всегда готов помочь и защитить. Перестав брыкаться, Эва, пелена которой наконец спала, поняла, что это был всего лишь сон и что перед ней другой… — Амен, — с дрожью в голосе прошептала Эвтида сильнее прижавшись к мужчине. Какая ирония. Она искала защиты у Амена от самого «Амена». — Тшшш, — успокаивающе прошептал мужчина, поглаживая любимую, — Это был лишь кошмар. Девушка тряслась как осиновый лист, пыталась отдышаться, пока Амен ощущал презрение и ненависть к самому себе. Довёл бедняжку. Заставил пройти через все круги ада… Продолжая шептать нежные слова, Амен аккуратно уложил Эвтиду и сам лёг рядом. На удивление она не испугалась и не прогнала его. Наоборот уткнулась лицом в его плечо. — Если тебе неприятно, могу выйти, — спустя пять минут спросил Амен, так боясь, что Эвтида заставит его уйти, но девушка отрицательно покачала головой. Удивительно было то, что лишь сейчас в объятиях Амена она ощутила себя в полной безопасности, прежние страхи улетучились и комната перестала давить на неё. Теплота исходящая от мужчины, его ласковые слова и лёгкие касания окончательно успокоили Эву. Продолжая прижиматься к сильному телу, Эвтида уснула, Амен же наоборот до утра не спал и даже не шевелил затёкшей рукой, боясь потревожить сон любимой. Он лишь любовался ею, понимая, что это их первая совместная ночь вместе…

***

После ночи проведённой в доме бывшего начальника концлагеря Эвтида чувствовала себя как никогда лучше. Она была горда собой и тем, что смогла преодолеть страх, больше же всего поднимало Эве настроение ощущение трепета и лёгкости рядом с Аменом. В эти дни они стали особенно близки, что не могло не радовать их обоих. Работалось легче, они смеялись, шутили, а порой даже дурачились и сегодняшний день не стал исключением. — Хотел предложить тебе съесть и мой эклер, — с трудом сдерживая смех, произнес Амен, — Но вижу, коробка пуста. Не знаешь где мой десерт? — Знаю, — с серьёзным лицом проговорила Эвтида, смотря на мужчину, — Произошло чудовищное преступление среди бела дня — Неужто? — начал подыгрывать ей Амен, — И что же случилось? — Белки, — сама едва сдерживая смех, продолжила говорить девушка, — Я увидела как стая белок ворвалась в магазин и безжалостно напав на эклер расправилась с ним. Держаться серьёзным становилось все труднее. Эвтида была такой сказочницей. Порой придумывала действительно забавные вещи. — Видимо, чтобы подозрения на них не пали, они решили подставить тебя, запачкав щеку кремом? — игриво спросил Амен, указав Эвтиде на испачканное место. Не успела она ответить что-то колкое, как Амен, сократив расстояние между ними, наклонился и провёл языком по лицу девушки, слизав остатки крема, чем вызвал оцепенение у Эвтиды. Весь игривый настрой девушки спал, сердце забилось быстрее, щеки же покрылись румянцем. Ее робость забавляла Амена. Слабо улыбнувшись, мужчина, который все это время с трудом сдерживался, наклонившись хотел поцеловать губы Эвтиды, однако приход Тизиана все испортил. Вначале Амен хотел даже ему нагрубить, ведь тот испортил такой момент, однако видя в каком виде друг, умолк. — Надо поговорить. Наедине, — сурово произнес обычно веселый Тизиан насторожив. Кивнув, Амен заявил Эве, что скоро вернётся, сам же спустился с другом в подсобку для разговора. Он даже не поздоровался со мной, — подумала Эва, подметив, что впервые Тиз был с ней суров и безразличен. Страх поселился в сердце и она невольно последовала за мужчинами дабы подслушать…

***

Стараясь не шуметь, Эва на цыпочках спустилась по ступенькам, где стала невольным свидетелем гневного разговора двух друзей. — Не понимаешь? — злился Тизиан, — Тебе повезло, что у меня есть связи и мне посчастливилось узнать о том, что на тебя донесли до того, как получили ордер на твой арест. Сегодня-завтра за тобой явятся. Амен не отвечал. И это больше всего тревожило Эву. Она хотела узнать, что думает он, как отреагировал на донос и узнал ли кто написал на него…. — Представляешь что бы было, если бы я не узнал об этом? Тебя бы расстреляли! — Я понял, Тиз, спасибо. — наконец раздался безразличный голос Амена. Эва ещё больше сжалась. Как он мог быть таким спокойным? — Я не ради «спасибо» пришёл. Идём помогу тебе собрать вещи. Успеешь выехать из страны раньше, чем тебя объявят в розыск и… — Я никуда не поеду. Так же спокойно ответил Амен, вызвав удивление у Тизиана и Эвы. Когда же друг начал злиться, Амен ему пояснил, что ни жизнь, ни деньги его более не интересуют и что он мог бы уехать при одном условии: Эва отправилась бы с ним, но зная их непростую историю, девушка, которая лишь сейчас начала привыкать к нему, не бросит магазин ради него. — Ты с дуба рухнул? — повысил голос Тизиан, — Она сдала тебя. Написала донос. — И правильно сделала, — ухмыльнулся Амен, — Как же иначе поступают с врагами? Совесть ещё больше сдавила грудную клетку Эвы. Он не злился на неё, а наоборот оправдывал. — Ты понимаешь, что несёшь ересь, Амен? — терпение Тиза лопнуло, — Тебя убьют! — Это лучше чем жить вдали от неё, — без колебаний ответил Амен, говоря чистую правду. Какой толк от жизни, если он будет вдали от Эвы? Если не сможет касаться ее, любить и оберегать? — Амен, — вновь попытался вразумить его Тизиан, но мужчина не поддался. Заявив, что против судьбы не пойдёшь, он попросил друга не волноваться. Завершив, мужчина покинул комнату и поднялся наверх, куда только успела прибежать Эвтида. Видя, что диалог завершается, она скоропостижно поднялась и выровняла дыхание. Тизиан ушёл быстро. Вновь даже не посмотрев на неё. Эва чувствовала себя поникшей, больше же всего ее удивлял тот факт, что Амен вёл себя как обычно. Шутил, дразнился и общался как прежде. Будто не узнал, что она написала донос на него…. На протяжении дня Эва думала как поговорить с Аменом и убедить его уехать, но чем больше она размышляла, тем сильнее понимала — мужчина не уедет. Он был очень упёртым и всегда поступал как считал нужным. Она не смогла даже уговорить его не приходить «работать» к ней. Хотя и угрожала, и оскорбляла, и язвила, толку ноль. Уеду лишь если Эва со мной будет, — повторяла она в голове его слова и гадала, смогла ли бы она действительно все бросить и уехать с Аменом? С человеком, который ее пытал и так много раз спасал? За всеми этими мыслями Эва не заметила как закончился день и они попрощавшись ушли в разные стороны. Правда даже дома Эвтида не нашла покой. Все думала над словами Тиза, коря себя за то, что написала донос. Он был твоим врагом тогда. Так было нужно, — успокаивала себя Эва, но выходило это у неё слабо. Откинув покрывало, Эвтида плюхнулась на кровать желая уснуть, но опять тревога забирала покой. Воображение рисовало картину того, как ночью за Аменом приходят, а затем и убивают. От мысли, что она больше никогда не увидит Амена, сердце начало обливаться кровью. Стоило же представить, что мужчина больше никогда не встретит ее утром возле магазина, не будет шутить и защищать, как Эва, не выдержав, вскочила с места. Возможно это глупо, даже нелогично, однако лишь сейчас Эвтида поняла, что влюблена в Амена. Да, в бывшего нациста, в человека который едва не убил ее и поломал психику… Быстро, поверх ночной рубашки, натянув пальто, девушка глубокой ночью покинула дом, молясь, чтобы Амен был в своём особняке. Как она добралась до дома Амена знает лишь Господь. Часть дороги бедняжка прошла пешком, содрогаясь от каждого шороха и лая уличных собак, которые могли запросто ее загрызть, потом она поймала попутку и всю дорогу молилась, чтобы мужчина, который любезно согласился ее подбросить, не начал приставать к ней. Эве повезло. Все обошлось, мужчина на самом деле подвёз ее и ничего не взяв взамен уехал, пожелав лишь удачи. Дальше Эвтида не помня себя помчалась к входной двери и начала стучать. Била кулаками, выравнивая дыхание и так надеясь что успела. Не прошло и пяти минут как дверь отворилась и на пороге появился разгневанный мужчина, которого разбудили в столь поздний час. Однако стоило Амену увидеть задыхающуюся Эвтиду, как страх проник под кожу. Он испугался что с ней что-то случилось. Схватив ее за плечи, Амен лихорадочно начал осматривать ее, пока Эвтида, выпутавшись из его цепких рук, не обняла мужчину. — Кто обидел? Что случилось? — обняв напуганную девушку с тревогой спросил Амен, на что Эва тихо всхлипывая ответила: — Никто. Испугалась просто. Думала уже забрали. Подслушала, — сразу понял Амен. — Эва. — Я не хотела… это было давно. Я тогда ненавидела тебя и… — Ты поступила правильно, — поглаживая девушку заявил Амен, продолжая обнимать, — Я не злюсь на тебя. — Прошу, уезжай, — подняв голову и посмотрев в глаза мужчины, взмолилась Эвтида, — Я не хочу… — голос дрогнул, но она все же продолжила, — Не хочу, чтобы тебя убили. Глаза Амена расширились от удивления. Она не жаждала его смерти? Опасалась за жизнь, потому и ночью прибежала сюда? Сердце забилось быстрее, улыбка же тронула уста. — Скажи, что уедешь, я не смогу… не смогу жить зная, что ты мёртв. — Как и я не смогу жить, зная, что ты принадлежишь другому, — став серьезным, произнес Амен, — Я пошёл против рейха, спрятав у себя в бункере, делал для тебя все не по доброте душевной, Эва. Девушка замялась и внимала словам мужчины. — Я люблю тебя, — наконец слетело с губ Амена. Он окончательно признал своё поражение, теперь уже и вслух, — Полюбил ещё до начала войны. Любовался издали, хоть и все мое нутро твердило, что еврейку нельзя любить. Я боролся с самим собой. Намерено пытал тебя, дабы доказать себе, что ничего к тебе не чувствую. Ноги Эвтиды стали ватными, она с трудом держала себя в руках. — Я ненавижу себя за те деяния, — видя как слёзы появились в уголках глаз любимой, заявил Амен, — Даже презираю. Но прошлое, увы, изменить не в силах. Зато в моих силах сделать все, дабы ты была счастлива. И я до последнего вздоха, пока меня не расстреляют, буду рядом с тобой. Повисла тишина. Оба молчали и даже не знали, что сказать. — Знаешь, что самое абсурдное? — наконец проговорила Эва смело глядя в глаза Амена, — Не то, что нацист полюбил еврейку, а то, что она вопреки всему влюбилась в своего же палача. Он не ослышался? Эвтида только что призналась ему… — Эва… Слов у мужчины не нашлось. Вместо этого он, охваченный безграничным счастьем, накрыл ее губы своими…

***

Ближе к утру все обговорив они отправились к дому Тиза, чтобы попрощаться. Одежды много с собой не взяли. Лишь очень крупную сумму денег, которую за годы службы накопил Амен. Этого им хватало на ближайшие десять лет. Даже больше. Попрощавшись с Тизианом, Амен и Эва, которые наконец открыто признали свои чувства, навсегда покинули Германию и переехали в Аргентину, где вновь открыли цветочный магазин. Через время, не желая тянуть Амен и Эва поженились. Счастью мужчины не было предела… — Сегодня я в последний раз сделаю тебе больно, — нависая над девушкой заявил Амен, понимая, что с его размерами просто так лишить Эву девственности не получится, — Более клянусь никогда не заставлю тебя страдать. — Верю, — проговорила она искреннее и невольно посмотрела на вырезанное клеймо на руке мужчины. Там «красовалось» ее имя и каждый раз видя это, она понимала, что их любовь состоит из боли и страданий… Первый раз действительно оказался довольно болезненный. Хотя Амен делал все, дабы расслабить и возбудить любимую. Зато последующие разы… Избавив Эвтиду от платья, Амен принялся бродить руками по стройному телу. Задержавшись на груди, он до приятной истомы сжал ее, отчего Эва прогнувшись в спине, издала чарующий стон. Обхватив большим и указательным пальцами затвердевшую горошину, мужчина всосал в рот другой сосок любимой и стал дразнить языком. Разве бывает так хорошо? — промелькнула мысль, когда Амен продолжая теребить её сосок, опустил вторую руку вниз и провел по влажным складкам. — А-м-е-н, — прошептала Эва его имя, когда мужчина раскрыв половые губы, коснулся клитора, вызвав ни с чем не сравнимые эмоции. — Такая податливая, — дразнился он, неотрывно глядя на девушку. Открыв было рот, Эвтида хотела ответить, однако Амен не позволил. Нагло улыбаясь, он просунул два пальца в девушку и тут же едко усмехнулся, увидев, как вместо язвительного ответа с губ Эвы сорвался очередной стон. Нарочно начав медленно двигать пальцами, Амен наслаждался тем, как девушка извивалась и отбросив стыд сама насаживалась на широкие пальцы мужа, желая получить разрядку. Почувствовав, как стенки влагалища начали сжимать его пальцы, мужчина незамедлительно вынул фаланги, желая продлить томление любимой. — Амен, — недовольно простонала она и мужчина ухмыльнулся. Как же он обожал, когда Эвтида обращалась к нему по имени… Не прерывая зрительного контакта с ней, Амен поднял руку до уровня лица и слегка высунув язык, облизал свои пальцы, что были все в смазке. Шумно выдохнув, Эва, которая сходила с ума от истомы, замерла, почувствовав горячее дыхание мужа меж ног. — Ах! — не сдержавшись, сорвалась девушка, стоило Амену начать водить горячим языком по её половым губам. Задыхаясь от чувств, Эва ёрзала на месте, зажимая рот рукой, пока Амен вылизывал её. Поддавшись порыву, девушка протянула руку и коснувшись головы мужчины, сжала платиновые волосы. Как же ей было хорошо… Это было несравненно, феерично, неописуемо! Почувствовав, что язык мужчины более не ласкает её, Эва тяжело дыша, приподняла голову и ахнув, легла обратно, ощутив пульсирующий член мужа. Как же она любила когда Амен входил в неё резко, полностью заполняя собой. Принимать его было одно удовольвие, когда же мужчина параллельно дразнил ее клитор пальцами, Эве казалось, что она распадается на сотни кусочков…

***

Несмотря на страхи Эвы, что их когда-то найдут, никто за ними так и не явился. Всю свою долгую и счастливую жизнь они провели в Аргентине радуясь каждому дню. О судьбе близкого друга они долгое время ничего не знали, так как боялись связываться с ним. Не хотели, чтобы их выследили, однако как-то раз они столкнулись на улице, когда Тизиан со своей семьей отдыхал в Аргентине. Оказалось, что когда пришли за Аменом и не нашли его, правительство пришло к Тизу, тот же развёл руками и сказал, что более они не общаются с Аменом. За заслуги Тиза его сажать в тюрьму не стали, однако наблюдали и спустя годы увидев, что действительно Амен и Тизиан никак связь не поддерживают, отстали от него. За годы семейной жизни у Амена и Эвы родилось шесть здоровых детей. Прошлое они не вспоминали, клейма на их руках стали просто символами их силы и любви. Вместе Амен и Эва прошли сквозь ненависть и любовь, обретя долгожданное счастье. Конец.