Глава 2. Роскошь и холодность

      Близ реки Илек, неподалеку от ресторана «Юрта», высился особняк богатого молодого человека по имени Кеану. Новенький, с иголочки, он прямо-таки кричал о достатке и статусе своего хозяина. Два этажа дома, от одного взгляда на которые захватывало дух от неприкрытой роскоши.       Фасад был словно с картинки: дорогая каменная кладка, блеск стекла — все по последнему слову архитектурной моды. Монументальные колонны, изящная ковка, тяжелые двери с золотистыми вставками — все говорило о солидности и успехе. Вечерняя подсветка выгодно подчеркивала каждый изгиб, делая дом особенно впечатляющим.       Внутри, хоть и без всяких там «умных» систем, всё соответствовало положению Кеану. Высоченные потолки, просторные комнаты, оформленные с безупречным вкусом и с использованием самых дорогих материалов. Под ногами — паркет из натурального дерева, вокруг — мебель из ценного массива, на стенах — полотна известных художников. В гостиной уютно потрескивал камин, а в центре стоял огромный стол, готовый принять шумные компании.              И, конечно, музыкальная студия — страсть Кеану. Цифровое пианино, караоке-система — его личное творческое убежище.       Этот дом был не просто жилищем, а визитной карточкой, демонстрацией положения молодого человека в обществе.       Но однажды на пороге этого великолепия появилась его племянница — Илария. Сиротка. — Дядя… дядя Кеану, ну выгляни же! — донесся её тоненький, полный отчаяния голосок. — Это я… твоя племянница… Я так голодна! У тебя тут такое богатство… ну обогрей, накорми хоть чуть-чуть!       Алиса, его верная подруга с первого класса и по совместительству помощница по хозяйству, выглянула за калитку. — Это ещё кто там пожаловал? — строго осведомилась она. — Я тут у Кеану за главную! — Я… я — племянница Кеану… — Ах ты, попрошайка! Знаем мы таких племянников! Всем им чего-то подавай! — Но… дяде скажи… я — сирота круглая! Пожалуйста… — Иди отсюда, нищенка! Сливок ей захотелось! Сейчас как дам…       Кеану услышал шум и неспешно вышел на крыльцо, напевая себе под нос: — Чего там за галдёж, Алисонька? С кем это ты там воюешь?       Алиса, (уже спокойнее): — Да, Илария приходила… Поесть просила.       Кеану (нахмурившись и продолжая напевать, но уже с раздражением): — Какой стыд! В наше время никто не смел попрошайничать по соседям! Позор какой!