Глава 7. Сквозь слёзы и трудности.

Маргарет Фриц. Меня мучило множество проблем. После того, как моя квартира сгорела, я приобрела небольшой домик в деревне. К счастью, мне дали денежную компенсацию. Сумма была скромной, поэтому я не могла позволить себе что-то красивое или просторное. Затем появился ребёнок. Вскоре после смерти Виолы врачи разрешили мне зайти в палату и увидеть девочку. Я решила назвать её Пайпер, как и мечтала моя дочь. Держа малышку на руках, я не смогла сдержать слёз. Пайпер сильно похожа на Виолу: у неё такие же чёрно-белые волосы и голубые глаза. Черты лица практически идентичны. Не хотелось бы, чтобы Ричард занялся воспитанием девчушки. Я хочу стать опекуном, тем более он сам настаивал на аборте. После похорон Виолы я направилась по адресу, где сейчас живёт отец Пайпер. Мне было легко его отыскать: я зашла в компанию, где работает Ричард, и задала вопрос касательно его местонахождения. Мне повстречались доброжелательные люди, которые охотно помогли. Дорога до новой квартиры Ричарда оказалась долгой, но теперь я стояла у двери и нажимала на кнопку. В ответ раздалась приятная мелодия звонка, и вскоре я услышала лёгкие шаги, приближающиеся ко мне. Дверь открылась, и на пороге появилась девушка с яркими каштановыми волосами, на ней был халат алого цвета. По описанию Виолы, это та девушка, с которой Ричард изменил ей. – К кому вы пришли? – спросила она, поправляя пояс своего халата. – Здесь живет Ричард Фриц? – Да, а что-то случилось? Его нет, он отлучился в магазин на короткое время. Судя по её внешности, она – доминирующая личность и не любит, когда всё идёт не по её плану. – Мне нужно с ним поговорить. Это важно. Девушка немного подумала, затем отступила на шаг назад, чтобы я могла войти в дом. Краем глаза я заметила, что на её безымянном пальце сияет обручальное кольцо. Быстро же женился Ричард. Мы с шатенкой уселись на уютный диван в гостиной. Она начала расспрашивать о нашем разговоре и о том, как я связана с Ричардом. Я кратко объяснила ситуацию. – Вам действительно нужен такой человек, как Ричард? – осведомилась я, прекрасно осознавая, что лезу в чужие дела. Шатенка собиралась ответить, но не успела. Входная дверь захлопнулась, и вскоре в гостиной появился бывший муж Виолы. Увидев меня, Ричард потерял дар речи. Девушка решила оставить нас вдвоём для более приватной беседы. Он стоял, не собираясь садиться рядом. – Зачем вы пришли? Мы с Виолой всё обсудили. Если вы собираетесь читать мне нотации о том, какой я плохой и изменщик, просьба уйти, - произнёс Ричард властным тоном. – Я не собираюсь этого делать. У меня есть две новости: одна плохая, другая хорошая, – я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями, – первая новость – Виолы больше нет в живых. Вторая – у тебя появилась дочь. Смысл сказанного быстро дошёл до Ричарда. В его глазах не было ни капли сожаления. В них лишь гнев и ярость. Когда он стал таким? Когда Виола знакомила меня с ним, он казался добрым и заботливым. Неужели возраст и статус его так поменяли? – Чего вы хотите от меня? Денег? Я давал их Виоле, когда она рассказала о беременности. – Я в курсе. Об этом мне поведала моя дочь, – я опустила взгляд на пол, – я пришла ради твоей дочери, чтобы узнать, готов ли ты воспитывать её? Ричард цокнул языком. – Я могу повторить то, что говорил Виоле. Я не хочу детей. Она собиралась прервать беременность, но не послушалась меня. Почему? Может, потому что ребенок не от меня, и Виола решила заработать на этом? – спрашивал он. Я не могла поверить его словам. – Дочка мне не нужна. Можете оставить её себе. Он говорил о ней, как об игрушке. Мне было больно за Пайпер. Она лишилась и матери, и отца. Я попросила Ричарда написать отказ от ребёнка, и он без колебаний согласился. Когда я покидала квартиру, заметила, как в коридоре стояла та девушка. Она всё слышала, её глаза были красные, как помидоры, а на щеках оставались засохшие следы от слёз. Она тихо сказала мне: «Я уйду от него». Я кивнула и вышла из квартиры. Ричард, похоже, останется один. Он продолжит увлекаться женщинами, но когда придёт время заводить детей, столкнётся с проблемами — будь то возраст, здоровье или выбор партнёрши. Сделает ли он правильный выбор? Это уже другой вопрос, в который я вдаваться не стану. На следующий день Ричард оформил отказ от ребёнка, и я спустя время смогла получить опекунство. Так как вещи для девочки, которые покупала Виола, сгорели до тла, мне пришлось искать способы купить кроватку и одежду хотя бы на первое время. Кто-то дарил, а что-то я покупала сама, ведь ещё могла работать. В итоге я создала уютную детскую комнату, и через неделю в моём доме появилась Пайпер. И даже с появлением ребёнка в доме стало не легче. Меня уволили с работы, и мне приходилось сильно экономить. Ночью девочка часто капризничала, иногда из-за зубов, а иногда просто хотела кушать. А что касается Ричарда? Он уехал после того, как отказался от ребёнка. Я больше не встречала его, и он явно не хочет видеть ни меня, ни Пайпер. Так и проходили наши дни. Мы жили скромно, но благодаря этому я могла обеспечить девочку одеждой и пищей. Пайпер росла с непростым характером. Будучи ребенком, не совсем понимала, почему я не могла купить ей ту или иную игрушку. Были и крики, и истерики. Когда она пошла в школу, ситуация стала не менее трудной. Её дразнили из-за цвета волос, называя далматинцем. Это заставляло Пайпер приходить домой в слезах, иногда она отказывалась идти на занятия. Я всегда поддерживала её, уверяя, что её цвет волос – это уникальная черта, которой нет у других. Со временем она вроде бы успокоилась и начала меньше обращать внимание на насмешки, но вскоре возникла новая проблема – нежелание делать домашние задания на следующий день. Я никогда не прибегала к физическому наказанию, поэтому всегда старалась объяснять Пайпер, почему важно учиться. Всегда возникало немало трудностей: непростой подростковый период, потеря работы и выход на пенсию. Когда началась старшая школа у Пайпер, я сумела найти неплохое место с хорошей оплатой и надеялась, что наконец-то заживем нормально, без финансовых проблем. У меня ведь есть работа и я получаю пенсию. Но однажды, обратившись в больницу, мне поставили диагноз. Неделю назад я ощутила сильную усталость и недомогание. У меня начался затяжной кашель, появлялась одышка, особенно при физической активности. В легких были слышны хрипы. Я решила, что это простуда, но Пайпер настаивала, чтобы я посетила врача. Я долго сопротивлялась и откладывала поход в больницу, пока моя внучка не отвезла меня туда сама. Там мне назначили множество анализов. И вот я сижу в кабинете врача, который с недовольным лицом изучает результаты. – У меня для вас плохие новости, Маргарет Фриц, – произнес он. – У вас обнаружен серьёзный диагноз: хроническая обструктивная болезнь лёгких. – Что это означает? – Это прогрессирующее заболевание легких, представляющее угрозу для вашей жизни, – начал объяснять врач. – Речь идет о воспалении дыхательных путей и отёке тканей легких. – Есть ли возможность избавиться от этого недуга? – продолжала засыпать его вопросами я, сидя, напротив. – Да, такая возможность есть. Однако для этого нужна дорогостоящая операция. Шок овладел мной. Я не знала, как сообщить о болезни Пайпер и не понимала, как жить дальше.