**Глава 7: Неожиданная находка**

Айви и Рафф решили не терять времени завтрашним вечером. План был прост: попробовать проникнуть в закрытое помещения D под капеллой, где, по словам Раффа, Джонатан Форд работал перед своим исчезновением. В старых планах здания, найденных в университетском архиве, под капеллой числилось подвальное помещение — сейчас официально не используемое. Оно находилось под капеллой, но проход в него был и главного здания корпуса В. Лаборатория, через которую можно было попасть в коридор, ведущий в помещение D, можно попасть только при помощи электронной ключ-карты этой лаборатории и с помощь мастер-ключа, дающего допуск в несколько лабораторий. *** Сумерки уже подкрались к стеклянным стенам лабораторного корпуса, когда Рафф поднялся на третий этаж по пустому лестничному пролёту. Свет в коридоре горел тускло — автоматическая экономия энергии, включённая с начала семестра. В этот час большинство студентов уже разошлись, и только в конце коридора, в своём закутке, по-прежнему мерцал настольный свет у рабочего места лаборанта. — Добрый вечер, мистер Дрейк, — сказал Рафф, постучав по косяку. — Рафф! Добрый вечер! — Лаборант оторвался от микроскопа, поправляя очки на носу и добродушно поприветствовал неожиданного посетителя. — Опять у тебя вечерняя тяга к исследованиям? Рафф чуть усмехнулся, опираясь плечом о дверной проём. — Прости за внезапность. Мне нужна электронная мастер-карта. Только на вечер. Завтра с утра верну. Мистер Дрейк откинулся на спинку кресла, глядя на него с прищуром. В его взгляде не было недоверия — только усталость и привычное подозрение, с которым он относился к большинству студентов. Но не к Раффу. — Ты хоть спишь вообще? — буркнул он, вставая и подходя к шкафчику с кодовым замком. — Иногда, — пожал Рафф плечами. — Просто есть пара помещений, в которые мой пропуск не пускает. А данные нужны срочно. — Курируешь чей-то проект? Или снова работаешь «вперёд графика»? Рафф усмехнулся: — И то, и другое. Он не стал вдаваться в подробности — чем меньше Дрейк знает, тем лучше. К счастью, его репутация работала на него. Рафф вёл себя как всегда — спокойно, не торопясь, голос ровный, движение точно выверенное. Он знал, что не может позволить себе ни суеты, ни лишнего интереса. Лаборант отдал ему карту без вопросов — это была не первая подобная просьба за последний год. — До девяти утра, понял? — сказал Дрейк, передавая тонкую пластиковую карточку с чипом. — Верну раньше. Спасибо. — Эй, Рафф. — Тот остановился уже у двери. — Ты — один из немногих, кому я эту штуку даю без протокола. Постарайся не слишком оставлять следы, ладно? Рафф обернулся, кивнул. — Не оставлю. Он спрятал карту во внутренний карман куртки и быстро зашагал по коридору, чувствуя, как привычный ритм сердца сбивается на полудрожь. Всё прошло гладко. Почти легко. И всё же — от этого зависело куда больше, чем он дал понять. Сумерки опускались на Академию мягкой пеленой, растушёвывая резкие очертания корпусов и башен в сине-оранжевом небе. Ворота, ведущие на территорию кампуса, были распахнуты — редкость для этого времени. Рафф ждал, опершись плечом о чугунную ограду, с руками в карманах и капюшоном, сдвинутым на затылок. Айви уже стояла у ворот Академии. Она свою очередь, принесла сегодня фонарики, блокнот, куда заранее переписала имена студентов, связанных с прошлыми исчезновениями и небольшой термос с чаем. — Долго ждёшь? — спросил он, распрямляясь и кивая ей навстречу. — Нет, пару минут всего. Я думала, вообще опоздаю, — неловко пояснила она, подойдя ближе. — Как твой день? — Пришлось половину магазина перевернуть с сегодняшними покупателями. А так в целом неплохо, — Она пожала плечами, но уголки губ дрогнули в довольной усмешке. Рафф улыбнулся краем рта. — Будешь отличным соучастником. Ничего на лице не дрогнуло. — А ты — подозрительно спокойный. — Она склонила голову. — У тебя всё получилось? Он кивнул и постучал пальцами по внутреннему карману куртки: — Карта у меня. Ждём, пока лаборатория выдохнется. Обычно часов до восьми все расходятся. Они неспешно двинулись вдоль дорожки, вымощенной старым камнем. Между корпусами уже начали зажигаться тёплые фонари, отбрасывая мягкий свет на гравий и кирпич. Осенние листья хрустели под ногами. Было неожиданно тихо — кампус будто затаился. — Здесь всегда так по вечерам? — спросила Айви, глядя на высокие окна здания лаборатории. — Не совсем. Просто вечер пятницы. Большинство студентов либо в библиотеке, либо сбежали домой. Лаборанты уходят последними. Один — уже ушёл. Второй обычно задерживается чуть дольше. — И ты знаешь это, потому что...? — Потому что не в первый раз слоняюсь здесь в одиночку, — спокойно ответил Рафф. — Когда не сплю, мозг всё равно хочет работать. Тут... тихо. И не задают лишних вопросов. Они остановились у небольшой скамейки у фонтана, который уже не работал, обмотанный на зиму полотном с надписью «ремонт». Айви опустилась первой, Рафф сел рядом. Молча. Несколько минут они просто слушали, как ветер шевелит голые ветки над головой. — Я всё ещё не уверена, что это хорошая идея, — тихо призналась Айви. — Мы же не лезем в лаборатории ради веселья, — ответил он. — Мы ищем ответы. Он бросил на неё быстрый, спокойный взгляд. — Но если передумала — скажи. Я всё равно пойду. Она покачала головой. — Не передумала. Просто... страшно немного. Рафф кивнул, не обесценивая её чувства. — Будет легче, когда всё закончится. А если станет хуже — просто держись рядом. Я разберусь с замками и уликами, ты — с текстами. Идеальное партнёрство. Айви чуть улыбнулась, глядя прямо перед собой, туда, где тёмнели окна лабораторного корпуса. — Спасибо, что ждёшь меня. — Всегда. Входная дверь в лабораторный корпус отозвалась едва слышным щелчком, когда Рафф поднёс карту к считывателю. Айви, стоявшая рядом, сжала ремешок рюкзака сильнее, чем хотела. Шум улицы остался позади, и их обступила стерильная тишина. — Закрой за собой, — прошептал Рафф. Айви подтолкнула дверь, и та мягко закрылась с автоматическим щелчком. Свет в коридоре был приглушённый — дежурное освещение делало стены еще более пустыми. Рафф уверенно свернул налево. — Ты знаешь, куда идти? — тихо спросила она. — Примерно. Чертёж подвала я видел в одной из технических папок. Помещение D находится ниже старой секции, через подвал химической лаборатории. Он не числится на студенческих картах доступа. — И ты думаешь, мастер-карта сработает? — Узнаем через пару минут. Они шли по коридору, стены которого были увешаны плакатами о мерах биологической безопасности и графиками дежурств. Их шаги глухо отдавались по линолеуму. Один из поворотов привёл их к служебной лестнице вниз. — Держись рядом, тут слабый сигнал. Камеры есть, но архив просматривают выборочно, — пробормотал Рафф, доставая фонарик. Подвал встретил их затхлым воздухом и холодом. Пахло металлом, химией и сыростью — старые вентиляционные шахты плохо справлялись. Фонарик выхватывал из темноты железные шкафы, запасные баллоны и полки с забытыми контейнерами. — Там, — указал Рафф на железную дверь с облупившейся табличкой *«D-5»*. — Эта часть не используется по официальной документации с 2013-го. Айви подошла ближе и потрогала металлическую поверхность. Холодная, чуть влажная. — Почему? — Никто не говорит. Просто список «закрытых секций». Таких четыре, но эта ближе всего к биохимическому сектору. Рафф приложил карту к считывателю. Дверь не открылась. Он нахмурился и достал тонкий инструмент — словно заранее знал, что понадобится больше, чем просто карта. — Похоже, карта даёт допуск к корпусу, но не к особо изолированным секциям. Придётся вручную. Айви стояла за его спиной, нервно оглядываясь. — Быстро получится? — Зависит от того, кто собирал замок, — пробормотал он, работая инструментом. Через несколько долгих секунд раздался мягкий металлический щелчок, и дверь приоткрылась. — Впечатляет, — прошептала Айви. — У каждого свои хобби, — ответил он с кривой улыбкой и толкнул дверь шире. За ней начинался узкий коридор с гулко отзывающимися стенами. Всё внутри было покрыто тонким слоем пыли. Кабели, тянущиеся вдоль потолка, вели к герметичным створкам и металлическим шкафам. На полу — следы. Давние, но человеческие. Обутые. — Это не просто хранилище, — прошептала Айви, разглядывая едва различимые символы на стенах. Рафф кивнул. Он уже знал. Они вошли глубже, каждый шаг отзывался напряжением в позвоночнике. Тут, в тени помещения D, пряталась не просто забытая лаборатория. Здесь было что-то ещё. — Ты точно уверен, что это безопасно? — прошептала Айви, спускаясь первой. — Насколько это возможно. Я проверил: охраны в этом крыле нет, камеры не работают уже лет десять. Они прошли по коридору, подсвечивая путь фонариками. Запах сырости и старой бумаги становился всё гуще. Наконец, они оказались перед металлической дверью без обозначений. Рафф попробовал её — закрыто. Айви осветила стену рядом и заметила небольшую нишу, в которую кто-то вставил стопку старых бумаг. Она вытащила их и перелистнула. Это оказались вырезки из газет: статьи о студентах, пропавших в Сент-Маргарет за последние сорок лет. — Кто-то явно интересовался тем же, что и мы, — пробормотала она. — Или пытался что-то скрыть, — добавил Рафф. — Посмотри сюда. Он поднял бумагу с пометками на полях: инициалы, даты, заметки карандашом. В центре страницы жирной линией было подчёркнуто имя: Роберт Моррис. Рафф сжал зубы. Это было имя его старшего брата. Айви ничего не сказала, только положила руку ему на плечо. Они переглянулись. Было очевидно: это больше, чем просто совпадение. — Ты готов идти дальше? — тихо спросила она. Рафф кивнул. Именно в этот момент из глубины подвала послышались шаги. Кто-то ещё был там. Рафф потушил фонарик, увлекая Айви в сторону. Они затаились за стеллажом с архивными ящиками. Тени на стене колыхались. В нескольких метрах от них прошёл мужчина в тёмной одежде. Рафф вытащил телефон и бесшумно сделал фото. Когда незнакомец ушёл, они не стали его преследовать — было слишком рискованно. Но вместо этого Айви заметила, что одна из стен казалась фальшивой: часть деревянной панели немного отходила. За ней обнаружился ящик с толстой тетрадью и маленькой запиской: "Не забывай. Всё начинается с него." Подпись: R.M. Рафф замер. — Это почерк Роберта, — сказал он. — Он был здесь. Возможно… он что-то оставил специально. Бегло пролистав тетрадь, они нашли описание наблюдений за участниками экспериментов. В некоторых местах были вклеены фотографии, но люди на них не были похожи на студентов. Скорее на бездомных или больных. В конце было несколько фотографий профессоров и лаборантов, а так же некоторые предположения касательно их места в структуре Академии. Айви осторожно свернула найденные бумаги и посмотрела на Раффа. — Это всё нам нужно будет проанализировать... Рафф кивнул. — И поговорить с мистером Блумом. Он мог знать кого-то из них. Они оглянулись по сторонам и подошли к двери с табличкой D6. Рафф вновь попробовал вскрыть замок. Айви нервно оглядывалась вокруг, готовая в любую секунду прятаться снова. Наконец, замок поддался и они смогли пройти в помещение. Металлическая дверь за их спинами с тихим щелчком захлопнулась. Айви вздрогнула от неожиданности — звук отразился эхом от бетонных стен. Рафф молча направил луч фонаря вперёд, выхватывая из темноты элементы интерьера: лабораторные столы, консоли с мониторами, сейфы с выбитыми номерами. Всё казалось брошенным в спешке, но при этом… не забытым. Здесь не было пыли. Поверхности были чистыми. — Кто-то тут недавно был, — тихо произнесла Айви. Рафф кивнул и подошёл к ближайшему столу. На нём лежала пластиковая папка, заклеенная скотчем. Он сорвал плёнку и открыл. Внутри — несколько распечаток с заголовками: "ПРОЕКТ MERCURIA. ФАЗА II." "O.R.B.I.S.: Поведенческое и нейросенсорное моделирование." — Это то, что он упоминал в дневнике, — сказал Рафф, протягивая документы Айви. — Роберт писал о чём-то, связанном с манипуляцией восприятием и реакцией. Сенсорная дезориентация. Смотри — тут идёт привязка к группе испытуемых не из числа студентов. Айви медленно провела пальцем по строкам, выискивая имена. Они были закодированы, но на нескольких документах шли пометки: “исключение по результатам”, “нестабильность”, “контакт прерван”. — Это… — Она замолчала. — Это о пропавших. Это они. Кажется они не были допущены до этой стадии исследований... Рафф кивнул и подошёл к следующему столу. На нём — сложенная карта подземных уровней академии. Несколько секций были обведены красным, с пометками на полях: “D5: готово к повторному запуску”, “E2 — сбой”, “капелла: вход нестабилен, рекомендуется закрыть для использования”. — Подвал под капеллой. Здесь это есть. Значит, он был связан с этой частью. Роберт знал, что она осталась неактивной, — сказал он, постукивая по схеме. — А это… — он развернул лист, прикреплённый к карте, — список оборудования. И часть инвентаря. Смотри: генераторы, ЭМ-передатчики, наборы нейроэлектродов, изоляторы. И… — Рафф нахмурился, — клетка МК-3? Айви прошла к дальнему шкафу, дверца которого была приоткрыта. Внутри — аккуратно уложенные предметы: шлем с внутренними сенсорами, шприцы с уже засохшими ампулами, старый видеорегистратор, и тетрадь в кожаной обложке. Она подняла её и открыла. Почерк — резкий, резкий, нервный. Не печатный текст, а личные заметки. Опыты. Эмоции. Сомнения. — Это не официальный отчёт. Это чьи-то дневники. Возможно — ассистента. Или одного из испытуемых. Тут есть и обрывочные описания процедур, и... — она замолчала, — и переживания. Один пишет, что "слышит звон там, где его быть не должно", а другой — о том, что "после сессии стало трудно отличить сны от реальности". Рафф подошёл ближе. Айви подняла глаза. — Это был не просто эксперимент. Это был выход за грань не только этики, но и закона. И они это знали. Похоже, они похищали людей, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. Молчание между ними стало гулким. Где-то далеко сверху гулко лязгнули трубы — вероятно, сработал насос в отключённой части здания или где то громко захлопнулась дверь. Они вздрогнули одновременно. Рафф запихнул документы в рюкзак, включая карту и папку с отметками. Айви прижала к себе дневник, будто он мог убежать. — Мы забираем это. Нам нужно сравнить с тем, что нашли в капелле. И с письмом Роберта. Может, они связаны. — Они точно связаны, — тихо ответила она. — Просто мы ещё не поняли как. Рафф погасил фонарь. — Пошли. Тут больше нечего искать — а вот кто-то может начать искать нас. — Подожди, давай сделаем несколько снимков. Рафф тяжело и нервно вздохнул, но достал телефон. Он сделала снимок шкафа с оборудованием, затем - шкафы и стол. Наконец, он усмехнулся и сфотографировал Айви, стоящую у выхода и обнимающую дневник. После этого они с чистой совестью стали покидать лабораторию. — Тихо, — прошептал Рафф, прикрыв дверь секции D, оставив позади металлический запах, слабый гул техники и ощущение, что они увидели слишком много. Замок щёлкнул, и всё снова погрузилось в тишину. Они стояли в полутемном коридоре. Воздух здесь был чуть свежее, но прохладный бетон, тусклый свет аварийных ламп и тяжесть тишины делали атмосферу клаустрофобной. Айви выдохнула, прислонившись к стене. Её сердце ещё колотилось — от усталости, от тревоги, от странного облегчения. — Нам надо уходить, — тихо сказал Рафф. Он смотрел вперёд, глаза чуть прищурены. — Быстро, но не бегом. Просто уверенно. Как будто у нас нет причин скрываться. — У нас целая папка причин, — пробормотала Айви, сжимая в руке флешку и сложенные листы с подписями и схемами. — И ни одной — оставаться. Они двинулись вперёд по коридору. Айви старалась не смотреть на двери по бокам — теперь каждая казалась ей подозрительной. Рафф шёл немного впереди, держась ближе к стене, не оборачиваясь. Он был собран, почти холоден — как будто внутри него сработал автоматический режим, включавшийся каждый раз, когда начиналась настоящая опасность. У поворота они остановились — послышался отдалённый звук шагов. Айви затаила дыхание, а Рафф жестом велел ей прижаться к стене. Свет из соседнего коридора замерцал — и погас. Шаги утихли. — Показалось, — прошептал он. — Пошли. Путь наверх к выходу из лаборатории был знаком — но в тишине ночи каждый звук казался громче, каждый шаг — рискованным. Они прошли мимо кабинета технического куратора, мимо стойки ресепшн, за которой днём всегда сидела усталая лаборантка. Рафф периодически оборачивался, взгляд его скользил по дверным проёмам, потолочным камерам и углам, где могла бы притаиться тень. Они молчали, пока не достигли лестницы, ведущей к верхнему уровню. Рафф приложил ключ-карту к боковой двери. Зеленый индикатор моргнул, и замок открылся с щелчком. — Быстрее, — сказал он. Они вышли наружу. Холодный воздух ударил в лицо, тишина ночного кампуса была почти оглушающей. Ни одного фонаря не горело — только слабо светились окна верхних этажей академического корпуса вдалеке. Айви сделала шаг, обернулась — лаборатория стояла молча, будто ничего не произошло. Рафф стоял рядом, молча глядя на корпус, с которого они только что выбрались. — Думаешь, нас кто-то видел? — прошептала она. — Нет. Но кто-то узнает, что мы там были. — Он повернулся к ней, глаза в полутьме казались темнее. — И когда это случится, мы должны уже быть на шаг впереди. Айви кивнула. Она чувствовала, как горит в груди: не страх, не тревога — а решимость. — Тогда пошли. У нас теперь много работы. Они свернули за угол, скрываясь в тени деревьев, и растворились в ночи. Айви шла чуть позади Раффа, все ещё сжимая в руках тетрадь с исписанными страницами. Дыхание её сбивалось — от волнения или усталости, она не знала. — Ты видел, — начала Айви шёпотом, когда они вышли за пределы кампуса, — в списке пометку *E2 — сбой*? Там был маркер "нестабильное воздействие". — Видел, — коротко отозвался Рафф, вдыхая полной грудью. — Думаю, это место мы ещё найдём. Или оно найдёт нас. Айви усмехнулась — нервно, почти истерично. — А ты всегда так говоришь, когда опасно? — Только когда рядом кто-то, кого не хочу терять, — отозвался он слишком быстро. Она подняла на него глаза, но он уже отводил взгляд. — Ты думаешь, кто-то из нынешних сотрудников это продолжает? — спросила Айви, почти шёпотом. — Не просто когда-то участвовал, а *сейчас*? — Думаю, — сказал Рафф, — что кто-то очень не хочет, чтобы мы сложили все кусочки. И, похоже, у него есть ресурсы, чтобы нас остановить. Они медленно приближались к Меридиану. В переулке было темно. Свет от фонаря возле витрины магазина едва касался их лиц, когда они дошли до неё. Айви выдохнула с облегчением, едва за ними вновь закрылась дверь. Рафф повернулся к ней: — У нас есть карта, записи, тетрадь и указания Роберта. Дальше — нужно сопоставить это. Может, Блум поможет. Или хотя бы подтвердит, что всё это действительно было частью академического проекта. — Или он всё это знал, — сказала Айви, тихо. — Знал, и молчал. Рафф не ответил. Только молча держал её за руку — неуверенно, осторожно, как будто ждал, что она вырвется. Но она не вырвалась. — Пришли, — наконец выдохнул он. — Мы должны успеть осмотреть здания Академии пока ещё не поздно. И пока нас действительно не начали искать. Айви первой услышала звук — негромкий шаг и тонкий звон фарфора. Они переглянулись. — Он не спит, — прошептала она. Рафф чуть кивнул и направился вниз по лестнице. Внизу, за прилавком, в старом зелёном кресле с чашкой чая в руках сидел мистер Блум. Он поднял голову — и сразу встал. — Где вы были? — Голос его был тихим, но в нём сквозила тревога, от которой у Айви потянуло холодом по спине. Рафф не ответил сразу — он снял куртку, подошёл ближе, посмотрел Блуму прямо в глаза. — Там, где обещали не быть, — мягко сказал он. — Но мы не могли иначе. Мистер Блум медленно поставил чашку на стойку и подошёл ближе. Его взгляд метнулся от Раффа к Айви. Он выдохнул. — Боже… вы оба в порядке? Айви кивнула, но едва заметно. Теперь, вернувшись в тёплый, знакомый свет «Меридиана», напряжение отпустило её, но вместе с тем накатило и странное ощущение — будто они пересекли черту, из-за которой назад уже не вернуться. — Мы нашли то, о чём писал Роберт, — тихо сказала она. — И даже больше. Блум нахмурился. Он взял её за плечи, посмотрел в глаза. — Ты дрожишь, — сказал он. — Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? Рафф положил руку на спинку кресла рядом, словно предлагая Айви присесть. — Мы понимали, на что идём, — вмешался он. — Но мы были осторожны. Мы ничего не тронули. Только копии. — Это всё равно оставляет след, — Блум потер висок, словно от головной боли. — Вы не знаете, как устроены их системы. Иногда само присутствие в помещении… — Он замолчал. — Ладно. Всё это завтра. Сейчас — наверх. Отдыхайте. Утром поговорим. Возьмёте всё с собой. Он резко развернулся, но в его движении не было раздражения — только страх, загнанный глубоко внутрь, дрожащий в пальцах, сжавших край стола. Айви сделала шаг к нему. — Прости, — сказала она. — Но это было важно. Блум обернулся. Его лицо смягчилось, глаза на миг потеплели. — Я понимаю, девочка. Именно поэтому — я волнуюсь. Он посмотрел на Раффа — долго, пристально. Потом кивнул. — Спасибо, что ты был с ней. И знайте - лучше обсуждайте всё это у меня. Здесь я смогу вас защитить. Держите меня в курсе ваших находок по возможности. Если Академия начнёт слежку - я хочу быть к этому готов. Рафф молча кивнул в ответ. И впервые за весь день в его взгляде промелькнула усталость. — Иди, Айви, — сказал Блум мягко. — Я поднимусь позже. Только заварю новый чай. Айви обернулась к Раффу, и тот жестом предложил пойти первой. Когда она поднялась по ступеням, слышала, как позади старик выдохнул — тяжело, с каким-то почти отцовским облегчением. Она знала: он не просто волновался. Он боялся потерять их обоих. Айви закрыла дверь, на секунду прислушалась — в книжном было тихо, только приглушённые звуки ночной улицы проникали сквозь окно. Рафф присел на край её кровати, и, как всегда, снял куртку так, будто она ему мешала дышать. Он бросил её на спинку кресла и потянулся, зевнув. — Ты уверена, что хочешь говорить об этом прямо сейчас? — спросил он, откинувшись назад, чтобы упереться локтями в одеяло. Айви села рядом, поджав ноги, с бумагами на коленях. Она смотрела на рассыпанные копии схем и отчетов, словно пыталась не дать себе забыться. — Мы должны как-то систематизировать всё, что нашли. Это... слишком много, — сказала она, но голос звучал тихо, и мысли явно блуждали где-то ещё. Рафф посмотрел на неё, прищурившись. — У тебя взгляд, как у человека, который смотрит на уравнение и думает о мороженом. Она фыркнула, смущённо усмехнувшись. — Прости, просто... Это всё такое странное. Не знаю, даже с чего начать. И — ты так спокойно себя ведёшь. Как тебе удаётся? Рафф пожал плечами, проводя рукой по затылку. — Наверное, потому что это не первый раз, когда я вижу, что всё вокруг — ложь. — Он замолчал, глядя в сторону. — А ещё, потому что я не один. Айви чуть повернулась к нему. Она не сразу осознала, что положила листы рядом и просто смотрит на него. — Рафф? — Мм? — А у тебя ведь раньше была... кто-то? — Она запнулась, но уже не могла отступить. — Ну, девушка. Или кто-то, кто тебе нравился по-настоящему... Почему вы расставались? Рафф поднял бровь, чуть улыбнулся, но без насмешки. — Ну в основном всё заканчивалось быстро. Я не очень хорош в этом. Забываю писать. Пропадаю. Путаю дни. Ты ведь тоже заметила, что у тебя как будто вся жизнь выпала и ты только ведёшь расследование. Вот и у меня так было последние три года. — Он чуть наклонился ближе. — А у тебя? Айви опустила глаза. — Нет. То есть, был один мальчик в школе. Но... — Она пожала плечами. — Он оказался тем, кто соревнуется с тобой, чтобы доказать, что ты глупее, а не наоборот. Рафф тихо засмеялся. — Знакомый тип. Универсальная напасть. Они замолчали. Айви уже почти забыла про бумаги. Воздух в комнате был тёплым, в кружке на столе остывал чай, а окно было приоткрыто — чуть-чуть, чтобы чувствовался свежий ночной воздух. — Знаешь, — сказала она вдруг, — мне спокойно, когда ты рядом. Рафф медленно посмотрел на неё. Он не стал ничего говорить сразу, просто взял её ладонь — осторожно, почти будто спрашивал разрешения. — Мне тоже, — сказал он наконец. И это прозвучало тише, чем всё, что они говорили до этого. Но куда более важно. Айви улыбнулась. Бумаги остались лежать на полу. А они просто сидели рядом, прижавшись плечами, пока город за окном дышал своим размеренным ритмом. И никакие секреты, никакие письма, никакие эксперименты уже не казались важнее вот этого — тёплого, тихого, настоящего. Ночь постепенно заканчивалась и из-за горизонта вот-вот должен начать появляться солнечный диск. Субботнее утро встретило книжный магазин спящим. Не было слышно даже звона фарфора. Первым уютную тишину нарушил мистер Блум. На запах кофе из комнаты Айви с чуть приоткрытыми глазами выполз Рафф. — Доброе утро, — первым заговорил он, чуть кивнув. — Утро, — ответил Блум, внимательно наблюдая за ним поверх очков. — Айви ещё спит? — Кофе без сахара, как ты любишь, — говорит он спокойно. — Спасибо, — отзывается Рафф. Он берёт чашку, но не пьёт. — Да. Очень устала вчера. Это был непростой вечер. — Я заметил, — сказал Блум, складывая газету. — Она всё больше вглядывается в то, что не должна была бы видеть. И всё дальше заходит. Рафф повернулся к нему, опираясь на край стола, чашка в руках. Он не стал притворяться, что не понимает. — Мы не можем отступить, сэр. И вы знаете это лучше всех. — Я знаю, — мягко сказал Блум. — Но я не могу перестать за неё бояться. Айви способна на многое, но у неё слишком доброе сердце. Она может пострадать не от врагов, а от собственного желания спасти всех. Рафф замолчал, опустив взгляд в чашку. Потом тихо ответил: — Я рядом. Я не дам ей упасть. Блум смотрел на него долго, словно пытался увидеть нечто большее, чем просто слова. — Знаешь, — наконец сказал он, — я поначалу сомневался. Но теперь я вижу, почему она доверяет тебе. Рафф чуть улыбнулся. Тепло, но с лёгкой грустью. — Спасибо. Я просто хочу, чтобы она знала — она не одна в этом. Мистер Блум вздохнул, поднялся и похлопал Раффа по плечу. — Береги её. Даже когда она говорит, что не нуждается в защите. Рафф кивнул, и в тишине наступившего утра оба мужчин разделили молчание, наполненное доверием, тревогой — и чем-то похожим на надежду. Повисает пауза, тишина заполняет комнату. — Мы спустились в секцию D, — говорит Рафф, наконец, негромко, почти сдержанно. — Использовали мастер-карту, прошли через лабораторный подвал. За чёрной дверью — архив, часть экспериментальной зоны. И... остатки оборудования. Блум слегка вздрагивает, но молчит, не перебивает. — Мы нашли отсек с биометрическими хранилищами. Пустыми. Почти. Но за одной из панелей сохранились данные — фрагменты логов, системные отчёты, даже видеофайл. Всё фрагментарно, но там точно работали с испытуемыми. Студентами. Имена были частично замазаны, но несколько нам удалось восстановить. Рафф делает паузу, чтобы оценить реакцию Блума. Тот слушает, напряжённо сцепив пальцы. — Там упоминается проект "ORBITA", — продолжает Рафф. — Его цель — наблюдение за поведением в условиях сенсорной изоляции. Отчёты расплывчаты, но, судя по всему, их интересовала реакция психики на конфликты восприятия. Один из экспериментов включал искусственную стимуляцию снов — через визуальные и аудиоволны. — Роберт знал об этом? — тихо спрашивает Блум. — Он нашёл часть информации. И оставил письмо. Мы нашли его за панелью. Там был список дат и имён — и пометка рядом с одним: *"не пережил третий цикл."* Мистер Блум сжал кулаки. Взгляд его стал тяжёлым, губы побелели. — Это была не просто лаборатория, — продолжил Рафф. — Это был полигон. И никто не отвечал за последствия. Всё оформлено, как учебные протоколы. Завизировано бывшим деканом факультета прикладной психологии. — Рейнольдс, — мрачно произнёс Блум. Рафф кивнул. — Мы не знаем, сколько человек прошло через это. Но ясно одно — они не остановились, даже когда поняли, что идут слишком далеко. Он замолчал. Несколько секунд слышно только, как чайник на плите начинает шуметь громче. Блум встаёт и выключает его. Возвращается медленно, словно за это время продумал слишком многое. — Этого хватит, чтобы разрушить Академию, — говорит он хрипло. — Или чтобы окончательно нас похоронить. Рафф смотрит ему в глаза: — Выбор всё ближе. И я не хочу, чтобы Айви шла туда одна. Блум долго смотрит на него. Потом, впервые за всё утро, чуть качает головой — не в укор, а как будто с пониманием. — Я не хочу, чтобы она шла туда вообще. Но знаю, что остановить её уже невозможно. Он берёт чашку, наконец делает глоток. — Значит, нам нужно быть готовыми ко всему.