Спецвыпуск на День святого Валентина: Свидание в выходной

      Пятница.       В честь завтрашнего дня влюблённых в школьном коридоре кто-то поставил красочный почтовый ящик для валентинок. Какой же переполох был вокруг него каждую перемену: визги, крики, слёзы, презрение… Но Эмбер и остальные из клуба непризнанных не воспользовались ящиком.       Рэю хоть и пришлась по душе сама идея дня влюблённых, но он не понял, зачем кидать открытку в почтовый ящик, если он может поздравить Урсулу лично – как мнимую сестру, конечно, иначе бы его в школе неправильно поняли.       Урсула на словах поддержала мнимого брата, но по ней было видно, что праздник ей всё ещё непонятен.       Тодд фыркал в сторону красочного ящика, но подозрительно замолкал, когда Эмбер упоминала в разговоре Миранду - интересно, он подготовил ей открытку или нет?       Свою валентинку, старательно сделанную своими руками ещё вчера вечером, Эмбер спрятала у себя дома в столе до завтра – открытка предназначена тому, кого отпугивает этот переполох вокруг ящика с валентинками.

***

      Суббота.       Они договорились встретиться возле её дома в любое удобное для него время. Для Джейкоба удобное время – вечер, когда ещё не начались сумерки.       Скучающее лицо Эмбер в окне на втором этаже оживилось, и уже минут через пять она вышла из дома с чем-то розовым в руках.       – Быстро родители меня отпустили, – бросила она. – А это тебе.       И Эмбер протянула крупное картонное сердце. По контуру продета пунктиром через дырки красная лента, завязанная посередине в несимметричный аккуратный бантик на розовой стороне. На бесцветной стороне нарисованы красной ручкой маленькие сердечки.       – Не клала вчера валентинку в ящик, знаю, что ты не любишь всю эту шумиху, – рассказывала Эмбер, пока Джейкоб разглядывал картонку, – но и не поздравить не могла. Тебе как, нравится хоть? Сама делала.       День влюблённых для Джейкоба всегда бы обычным днём, и он делал всё то же, что и в любой другой день. Он бы и сейчас этот так называемый праздник проигнорировал. Но Эмбер так старалась…       – Нравится, – наконец ответил он, позволив себе улыбку.       Она улыбнулась в ответ и развела руки, приглашая в объятья.       Стояли они, соединённые в объятьях, долго.       – Ты знаешь какое-нибудь уединённое место? – вдруг смущённо спросила Эмбер, отведя от него взгляд.       – Их в той заброшке много.       – Пойдём тогда… поищем.       Что она хочет? Зачем ей уединяться? Они и так встречаются в местах подальше от чужих глаз. Что-то она скрывает. С другой стороны, есть возможность… Джейкоб тряхнул головой, прекращая развитие мысли, и они пошли к привычному заброшенному зданию.       Наконец он привёл Эмбер в небольшое помещение в середине третьего этажа заброшки – здесь они укрыты от холодного ветра, дующего из дыр для окон. Однако он готов и собой укрыть её от холода, если понадобится, и… согреть.       Эмбер залезла на старый стол в углу и расстегнула куртку.       – Неудобно, – зачем-то пояснила она.       Замёрзнет же. Джейкоб тоже расстегнул куртку и заключил Эмбер в объятья. Приготовился к поцелую, но она как-то странно прижалась к нему. Её тонкие руки скользнули за спину под курткой, она носом уткнулась куда-то в ключицу, потёрлась об него… грудью… Что она делает?! Лицо тут же вспыхнуло, но он не отодвинулся.       – Тебе не нравится? – спросила Эмбер.       – …Нравится, – наконец ответил он.       Она посмотрела на него с ухмылкой:       – Ты можешь посмотреть, если хочешь.       – Куда?       Глупый вопрос. Эмбер, порозовев от смущения, но не изменив выражения лица, отпустила его и показала на грудь:       – Сюда.       Вот зачем ей было нужно уединиться. Если бы он знал заранее, то привёл бы её домой, к себе в комнату – отец всё равно бы не обратил на них внимания, для него сейчас ничего, кроме скорби по матери и очередной бутылки, не существует. Чёрт.       – Всё хорошо? – осведомилась Эмбер.       Джейкоб кивнул – не надо ей пока знать, о чём он только что подумал.       – Если что, я… могу снять куртку.       – Я сам.       Под яркой дутой курткой, которую он накинул ей на плечи, прячется стройное тело. Тяжело отвести глаза от плавных линий её фигуры. Эмбер же сидела, немного выпятив грудь и согнув руки в локтях.       – Так и будешь смотреть? – лукаво поинтересовалась она.       В ответ Джейкоб молча подцепил край водолазки и поднял её выше груди. Тело девушки тут же покрылось пупырышками от холода, поэтому он обхватил крупными ладонями её тонкую талию. Лукавство в её глазах в этот момент исчезло – Эмбер будто сдалась ему на милость… Сжав губы от напряжения, Джейкоб осторожно обхватил левую грудь. Сжал. Эмбер шумно вдохнула. Сжал ещё, чуть приподнимая. Пододвинулся ближе. Правая рука плавно переместилась на правую грудь. Сжал её чуть сильнее. Эмбер выпустила что-то похожее на… стон?       – Больно?       – Нет, – выдохнула она.       И он продолжил: приподнимал, сжимал, нажимал с боков, просто гладил. Лицо Эмбер пылало, она тяжело дышала, приоткрыв рот, и даже… выгибалась ему навстречу. Джейкоб хоть и держался спокойно и контролировал своё тело, как привык, но никогда ему это не удавалось так тяжело. Тренировки с ножом? Подработка в домах, где нужен ремонт? Нет, самое тяжёлое – не сорваться, когда в его руках хрупкое, незащищённое и притягательное тело девушки, которая настолько ему доверяет.       – Сзади.       – Что? – не понял Джейкоб.       – Застёжка сзади… если что.       Она готова настолько далеко зайти, несмотря на условия? Не обращая внимания на горящее от смущения лицо, он нащупал у неё на спине крючки и расстегнул с первого раза. Её лицо тоже вспыхнуло. Он приподнял лифчик и увидел её небольшую, гладкую с виду грудь. Она прямо перед глазами. Живая. И к ней можно прикоснуться. Очень хочется обхватить каждую, гладить, мять, ещё и… Нет, нельзя, сейчас слишком холодно. Он поднял на Эмбер глаза и заметил странный, будто затуманенный взгляд, притягивающий к себе… Нет, дальше держать себя в руках совсем невозможно, да и место неподходящее. Джейкоб сглотнул и, отведя взгляд, поспешно опустил ей водолазку.       – Засиделись, – только это и смог он сказать.

***

      Пройдя мимо родителей, мирно смотрящих телевизор в обнимку, Эмбер поднялась к себе в комнату будто в трансе. Только начиная переодеваться в пижаму, она заметила, что лифчик так и не был застёгнут.       – Почему он остановился? – вслух выдала она. – Неужели ему не понравилось… то, что он увидел?       Эмбер посмотрела на свою грудь, держа в руках пижамную кофту. Вроде форма у них красивая, изъянов нет.       – В чём же дело? Я… не хотела, чтобы он прекращал. Но почему тогда не сказала этого? Почему вся моя смелость куда-то делась?       Она усмехнулась и тут же дала ответ:       – Он первый, кто зашёл дальше поцелуев.