Глава 6: Выгодная партия

— Обязательно ли им быть настолько мерзкими? — вопрос был скорее риторическим, поэтому Маомао не стала на него отвечать. Всё её внимание было сосредоточено на аккуратном нанесении красного пигмента на ногтевую пластину. Глаза неотрывно следили за тем, как гладкую поверхность ногтя поглощало красящее вещество, и в этом зрелище она находила успокоение для бушующих мыслей. Нанесение макияжа, долгие часы в горячей ванне, ежедневный уход за кожей и волосами — всё это было неотъемлемой частью рутины высококлассной куртизанки в доме удовольствий. И как ни странно, Маомао нравились такие медитативные, монотонные занятия. Цикл повторяющихся из раза в раз действий, выработанных до автоматизма, возвращал её в прошлое: к тем временам, когда она помогала приёмному отцу подготавливать нужные препараты, под чутким руководством расталкивая, растирая и смешивая ингредиенты. Закончив с одной рукой и придирчиво присмотревшись к результату, Маомао всё же ответила сестре: — Но не все же такие. Попадаются и неплохие экземпляры. — Ты о своем загадочном уродце? — Ха. Нет уж. Этот в списке порядочных первый с конца. — Но денег не жалеет? — нотка лукавства затаилась в вопросе сестры. Маомао скромно пожала плечами. — Откуда мне знать, какие у него комплексы? Может, он евнух? Джока искренне расхохоталась, откинув голову назад. — Как всегда очаровательна. Ты же не расскажешь, зачем он приезжает, верно? — Не могу. — Маомао поджала губы. На самом деле, она сама не находила точного ответа. После их второй — официально первой — грандиозной встречи, Величественный Господин вылетел из её покоев, явно проклиная всё на свете. Однако перед уходом он успел обговорить со старухой следующую встречу через неделю, чем вызвал восторг последней и удивил Маомао. В этот раз обошлось без вынужденного рукоприкладства. Рутинный приём: Маомао подала ему чай, предложила расслабляющий массаж кистей, на что ответом ей была лишь скептично поднятая бровь. Тогда она поинтересовалась, пригодилась ли оказанная ею услуга. «— Да. Оба младенца здоровы.» — ответил он сухо, но в голосе всё же чувствовалась признательность. Остальное отведенное на «свидание» время они молча потягивали чай. Весьма странно, но совсем не удручающе. К концу визита гость в маске встал, поблагодарил за чай и оказанный приём и удалился. Так продолжалось четыре недели. Распитие чая. Односложные ответы на вопросы. В какой-то момент Маомао надоело вытягивать из него слова, и во время встреч она попросту читала книги. Те самые, в твёрдой обложке, на иностранный манер. Однажды гость -таки нарушил своё долгое молчаливое пребывание и, наклонившись вперед в попытке прочесть название книги, с ноткой любопытства произнес: — Изучаешь свойства неизвестных лекарственных трав? — В этом нет необходимости, — не отрываясь от чтения, ответила Маомао, перелистывая страницу. — Тогда что же это за литература, что так поглотила мою Принцессу? — он откинулся на спинку дивана, не отрывая взгляда от куртизанки. «Мою принцессу?! С каких это таких пор я его? Он издевается надо мной?» Девушка, немного помедлив, пробормотала, всё так же увлеченная чтением: — Эту книгу мне подарил… — она запнулась, и в следующее мгновение её глаза встретились с его изучающим взглядом. — …подарила Госпожа. Для повышения квалификации. Мадам тщательно следит за новинками. Пальцы Маомао на миг сжали корешок книги. Она выругалась про себя, но внешне старалась остаться невозмутимой, хоть и позволила себе расслабиться и чуть не выдала Рикусона. Непростительная небрежность. Но как бы Маомао ни старалась, от гостя не ускользнуло ее напряжение. Он слишком долго наблюдал за ней и ее поведением на их встречах. Он закинул ногу на ногу и раскинул руки по обе стороны на спинку дивана. Его взгляд потемнел, глаза хитро сузились, но маска скрывала от неё всё остальное. — Хм, — выдохнул он, и на этом их многообещающий диалог завершился. В последнюю их встречу, уже у выхода, он обернулся и бросил через плечо: — Приеду через неделю, как обычно. Его темный взгляд скользнул по её лицу и фигуре, задержавшись на мгновение дольше, чем требовалось. А затем он исчез за дверью, оставив после себя лишь шлейф дорогого аромата и странное, щекочущее чувство. И вот прошло уже несколько дней, как он просрочил свое обещание. — Ладно, — послышался шелест пергамента, и Маомао вернулась в реальность. Джока, устроившись напротив, перебирала бумаги с записями. — А что насчет второго? — С ним… всё хорошо. — Это же он узнавал насчет твоего выкупа? Маомао кивнула. — И что ты решила? Девушка вновь пожала плечами. Со стороны Джоки послышался глубокий и громкий вздох, Маомао вопросительно взглянула на нее. — Что? — Не по душе мне этот тип, сестренка. — Джока отложила бумаги. — Явился, словно ветром принесло. Непонятно откуда, мотивы его неясны. Тебе, конечно, виднее, но я бы подумала хорошенько, прежде чем соглашаться. Всё-таки твоя карьера только началась, и сейчас невероятная возможность взлететь на вершину. Ты молода, красива, в высшей мере образована. Чиста. — Сестрица Джока, — Маомао ухмыльнулась, — просто признайся, что не хочешь меня отпускать. Девушка напротив смягчилась. В ее глазах заиграли лучики тепла. — Конечно, не хочу. Мы воспитали тебя, ты была такой крохой. Хотя… — Джока вернула свой хитрый взгляд, — есть и выгодная сторона. Одной молодой конкуренткой меньше. Джока потянулась, разминая плечи, и направилась к выходу. У двери она обернулась, бросив на Маомао короткий взгляд с улыбкой, и бесшумно исчезла. Приближалось рабочее время, их ожидали полуночные развлечения, и необходимо было подготовиться. Маомао осталась одна. Она перевела взгляд на доску для игры в Го, находящуюся на низком столике. Чёрные и белые камни поблескивали в тусклом свете мерцающей лампы, выстроившись в затейливый узор. Быть красивой легко. Немного труднее — быть эффектной: не только притягивать, но и подолгу удерживать восхищенные взгляды. Девушка подвинулась ближе и взяла пару камней разного цвета. Трудно соответствовать чужим ожиданиям, но еще труднее — собственным. Поднеся черный камень к свету, она повертела его в пальцах. Гладкий, холодный, с едва заметной потертостью на ребре — след от бесчисленных игр, чужих побед и поражений. Камень был идеален на первый взгляд, но при детальном рассмотрении на нем проявлялись изъяны. Как и она. На первый взгляд — совершенство. Но стоит присмотреться… Она поменяла камни: черный на белый. Тот был чуть-чуть крупнее, с идеально ровной поверхностью и боками, но на обратной стороне — застывшая капля краски. Дефект. Это не бросалось в глаза, но если знать, куда смотреть — не заметить невозможно. Маомао усмехнулась. «Все мы бракованные. Просто кто-то лучше прячет свои недостатки…» Она отбросила камни обратно, учинив хаос на игровой доске, и откинулась на спинку кушетки. Бесконечно трудно что-то поистине из себя представлять, оправдывать те самые ожидания, превосходить их. И, конечно, это становится абсолютно невозможным, если ты женщина, рожденная от проститутки в стенах борделя. Маомао хотела прославиться. Хотела, чтобы каждый мужчина, услышав её имя, замирал в предвкушении. И она добилась этого. Упорным трудом, переступая через себя, свои принципы, гордость и представления о жизни. Разрушая старое. Создавая новую себя из руин. До того как умер её приемный отец, Маомао и не думала о власти, о высоком положении или о том, чего можно добиться в жизни. И уж точно не размышляла о карьере высокоранговой куртизанки. Она была готова вести тихую, незаметную жизнь ученицы аптекаря, впитывая и поглощая новые знания. Глаза загорались от одной только мысли о том, сколько разного ей предстояло узнать из окружающего её мира — о травах, ядах, о том, как лечить и как не убить этим самым лечением. Но как итог, всё обернулось иначе. Все её познания о мире, в котором она жила, сводились к двум вещам: миром правят сильные мужчины со связями и деньгами, а женщине отведена роль отбивать свет, отбрасывать блики, поглощаемые патриархальной дырой. Признак статуса, красивое дополнение. Никогда равная, всегда ведомая. Маомао задержала взгляд на доске перед ней. На хаосе игровых камней, что учинила сама. Блестящие и на первый взгляд идеальные, при детальном рассмотрении раскрывающие свои изъяны. Совершенно точно отображали её жизненный путь. Она не была сильна в Го. Не потому, что глупа: просто такие вещи не вызывали восторженного интереса. Но она играла — этого, как и незаурядных способностей во многих других отраслях, требовала её профессия. Не отрывая глаз, она размышляла над самой важной партией в её жизни. Ей поступило предложение о выкупе: один из влиятельных постоянных клиентов предлагал баснословные деньги. Не будь это она — старуха согласилась бы, и глазом не моргнув. Это не то что отбивало все деньги на её обучение — это покрыло бы ещё несколько таких же для новых девушек. Но всё же это была Маомао — загадочная Четвертая принцесса, Целительница; неизвестно, откуда она появилась и как скоро может исчезнуть. Для тщеславных мужчин сама мысль о том, что они могут, хоть и на время, но обладать таким редким сокровищем, заставляла повышать ставки бесконечно. Они играли, но, по правде, разыгрывали их. Однако, как ни удивительно, старуха предоставила этот выбор именно Маомао. Самой решить свою судьбу — закопать себя в землю или спасти. Первый вопрос был ожидаемым: «Почему?» На что хранительница борделя просто отмахнулась, сказав, что ей некогда думать об этом. Естественно, это была огромная ложь — как это, бабка — и некогда думать о деньгах? Маомао предположила, что, возможно, на самую ничтожную часть старуха сделала это из благих побуждений. Все же она выросла у нее на глазах, потеряла отца и по вынужденной мере стала куртизанкой. Училась под личным контролем, почти заглядывала в рот — в то время ей была необходима новая взрослая фигура, на которую можно равняться. А еще Маомао не была уверена, но подозревала: саму старуху в свое время постигла схожая участь. Она была рождена падшей женщиной и также имела баснословный успех в лучшие годы. Однако, когда представилась возможность выбирать, этот выбор сделали за неё. Маомао вновь склонилась над доской Го и начала медленно двигать камни, сортируя их до тех пор, пока черные не оказались напротив белых. Две стороны, две чаши возможностей. На одной — привычная рутина, жизнь, к которой она стремилась эти годы. Блистательные приемы важных чинов, хрупкая мнимая власть над мужским эго, иллюзия контроля жизни. За время гонки за статусом Принцессы она лишь пару раз задавала себе вопрос: что случится по достижении цели? В самом начале обучения ответ был прост: она будет работать, поддерживая репутацию, зарабатывая деньги для выкупа и… чего-то еще после. Станет свободной женщиной с деньгами, а это уже что-то. А дальше… придумает. Может, купит дом в деревне и разведет оранжерею с лекарственными травами? На противоположной стороне — мнимая свобода, но здесь и сейчас. Один кивок головы — и уже завтра она будет ехать в карете, как свободная молодая женщина, в дом своего нового… как его назвать? Мужа? Хозяина? Спасителя? Или будущего возлюбленного? Смешок досады и разочарования вырвался из груди Маомао. Она не верила в любовь — слишком хорошо знала, как устроен мир, чтобы верить в такие сказки. Маомао знала, кто именно хочет её выкупить: чиновник средних лет, главный помощник императорского стратега. Этот человек был умен, воспитан, сдержан и, как дополнение — хорош собой. Слегка непривычная внешность для их страны, с западным флёром. Каштановые волосы до плеч, яркие… живые глаза, мягкая добрая улыбка. Каждая встреча с ним была долгожданной отдушиной, тем самым оплотом спокойствия. Интуиция подсказывала ей, что он хороший человек, справедливый. Не то чтобы они были знакомы слишком близко, но иногда удачные союзы и на меньшем строились, разве нет? Если Маомао повезет, она покинет дом удовольствий, будет защищена, окружена заботой и сможет делать то, что пожелает. Но как понять, чего желаешь, если толком не жила? Вопросы, вопросы. Взгляд Маомао соскользнул в сторону, вдоль фигур сянци на другом краю стола, и зацепился за Генерала. А вот и третий вариант, не вписывающийся в чашу весов, который, вопреки здравому смыслу, все никак не выходил из головы. Маомао задумалась, почему именно эту фигуру она ассоциировала с Господином в маске, но быстро отмахнулась от опасных мыслей. Другие просто не подходили. Недостаточно… величественные. Он испарился. Будто бы и не было разговора, граничащего с угрозами в её сторону, бессмысленных провокаций, на которые, вопреки воспитанию и «рабочей» этике, элитная куртизанка так легко поддалась. И ради чего? Какая цель? Зачем было приходить снова и снова, платить бешеные деньги, молча сидеть, пить чай и рассматривать её поверх края чашки, будто она — загадка, которую он пытался разгадать. Маомао поморщилась. И от этой мысли она предпочла отмахнуться, еще секунду задержав взгляд на фигуре, чтобы щелчком пальца откинуть её с доски. Только две дороги подготовила ей судьба: черное или белое. На её доске для Го не было места Генералу. А тем временем, вдали от квартала удовольствий, за рвом и высокими стенами, над цветущим императорским садом расползлись черные, гнетущие тучи траура. Империя лишилась принца и принцессы, а солнцу страны грозило раньше положенного срока закатиться за горизонт.