Глава 13. Жизнь потом.

Обед они все же нашли. Отойдя достаточно далеко и выйдя в противоположный квартал, впрочем, абсолютно похожий на предыдущий, несуразная пара посыльных за едой побродила вдоль улицы – и осела в довольно симпатичном ресторанчике жареной курочки. Не самый полезный обед с точки зрения правильного питания, но зато объемный и масштабный – а в вопросах снабжения целой команды прожорливых людей это было самым главным. Да и горячая, вкусная, хрустящая курочка никогда не была лишней, особенно в промозглые дни поздней осени. И пока Чаннен делал заказ, оккупировав кассовую стойку и желая получить самый выгодный набор из всех дневных и обеденных комбо, своевременно успевший заказать еду прямо перед ним Хунсок сидел на столике вдалеке и молчаливо наблюдал за чужой суетой. Самостоятельно налитый в автомате напиток шипел приторной содовой сладостью, еда пока что не была готова и оставалось время подумать о всяком. Всякого в голове было, как обычно, много. Переезд, пугающее количество новых лиц вокруг, только что произошедшая стычка – каждое событие требовало обдумывания на несколько часов. Но у него было лишь минут десять. Ведь, как ему думалось после всего лишь суток, проведенных в компании нового компаньона, тот вернется за стол и начнет болтать. Неважно о чем и по какой причине, но обязательно начнет. Ведь если Чаннен остановится и замолчит – он, наверное, умрет. Или взорвется от переполняющей его энергии. - «Утомляет…»- мелькнула быстрая мысль среди бурного потока, и парень шумно выдохнул. Все же тихая рассудительность Хвана ему была больше по душе, чем постоянный фоновый шум от его внезапного напарника. И простительно было бы, неси этот шум хоть какую-то смысловую нагрузку, но нет. Абсолютная ерунда вместе с какими-то бахвальскими историями не стоили и гроша, выветриваясь из головы также быстро, как и попадали туда. - «И почему хенним вообще связался с ним?»- вопрос не давал покоя, зудя под кожей и требуя ответов. В своего старшего Ким верил безоговорочно и до конца, не смея оспаривать какие-либо кадровые решения, но все же выбор казался опрометчивым. Возможно, даже глуповатым. Но делать выводы за день общения было все же слишком быстро, и следовало наблюдать дальше. Ему все равно нечем было еще заняться в большом, абсолютно незнакомом городе. И никаких планов не появлялось, ведь, хоть Хунсок и верил до конца, что данное ему обещание рано или поздно исполнят, он и подумать не мог, что произойдет все вот так. Что они уедут из их родного маленького городка у соленого, как кровь, моря куда-то на север, под крыло вечно переменчивой столицы. И пусть суть мало менялась – парень так и представлял, что в итоге окажется в бандитском притоне под крылом взошедшей звезды криминального мира – обстоятельства все же очень сильно искажали итоговый результат. И сейчас Ким столкнулся с самым большим страхом любого вчерашнего подростка: с непониманием, что ему делать в этой только что открывшейся так называемой взрослой жизни. К счастью, хоть и не добровольному, у него был прекрасный источник фонового шума, заглушающий подобные весьма депрессивные размышления на корню. Чаннен наконец закончил делать свой заказ и, повергнув кухню ресторана одновременно в шок и радость от такого количества позиций, прискакал за выбранный столик и плюхнулся на стул напротив. Пришлось вынырнуть из мыслей, перестав бездумно смотреть в стену, и обратить внимание на движущийся субъект рядом. - А ты че, тоже заказал что ли?- бесцеремонно подтянув к себе чужой чек, лежащий на столешнице, дернул бровью старший.- Блин, я че, зря брал на всех?! И в его голосе звучала такая детская обида, будто Ким лично заставил его купить лишнюю газировку или пачку чипсов. А ведь на эти деньги они могли купить те же чипсы – но потом, когда момент для них был бы более подходящим. Драма уровня начальной школы, не меньше. - Я не просил,- коротко ответил парень, отворачиваясь в сторону окна. Проблемы создавались на пустом месте, ведь кто в своем уме будет брать еду на мало знакомого человека, собирая общий заказ для своих знакомых. Поэтому он и заказал себе отдельно, вовсе не надеясь на доброту ближнего своего. Но ближний оказался настойчив. - Ну, съешь потом тогда,- пожал Чаннен плечами, щелчком пальцев возвращая чек и усаживаясь поудобнее. Он скрестил руки на груди, словно строгий учитель перед нашкодившим учеником, и Ким недовольно дернул плечами. Ему не нравилось, когда на него смотрели слишком пристально. Таким обычно занимался он сам. - Ты же так и не сказал, кто ты!- так, словно у них был не закончен какой-то разговор, вспомнил разговорчивый напарник их вчерашнюю попытку нормально познакомиться. - Никто,- ответ не изменился, но надежды на то, что он удовлетворит чужое любопытство, не было. Так и вышло, и Чаннен лишь хмыкнул, поводя плечами, словно пытаясь выглядеть внушительнее. - Харэ заливать-то,- и деться в этот раз было некуда. Но ведь Хунсок не врал, по-крайней мере, не до конца. Юридически и официально он и правда был никем, мальчишкой без семьи с безликой фамилией из детского приюта, которому даже не нашлось места в чьей-либо семье. Настоящее ничто для государства, рассматривающего всех только с точки зрения их важности и нужности. А остальное… Остальное требовало слишком сложных слов, которым не учат на улицах, в портах и прочих злачных местах. Поэтому он просто замолчал, глядя в окно на проезжающие по дороге машины, стайки опаздывающих школьников и толпы рабочего люда, стремящегося во все стороны сразу. И надеясь, что такое молчание даст понять собеседнику, что говорить на данную тему с ним не желают. Чаннен подождал, наверное, минуту из вежливости или каких-то иных побуждений. Но ждать вечность он не мог и не желал, а, раз с ним говорить не стали, начал говорить сам. Он в этом плане был крайне самостоятельным. - И что ты будешь у нас делать? Может, ты какой-нибудь хакер?- начал он предполагать, внимательно изучая сидящего напротив парня, абсолютно непохожего ни на какого опасного мошенника, какими хакеров постоянно показывали в шпионских фильмах и дорамах. Просто подросток с излишней любовью к черному цвету, взъерошенный и несуразный, как и все они. Хунсок не ответил, но и прерывать не стал. Возможно, какая-то его часть хотела посмотреть, как далеко в своих суждениях заберется старший, но в основном было просто все равно. Люди могли думать о нем что угодно, это их проблемы – ровно как и их ожидания. - Или!.. Владеешь боевыми искусствами? Муай-тай? Кунг-фу? Я вот много что знаю!- еще одним неоспоримым талантом нового знакомого было в каждом разговоре выходить на себя любимого.- И этим я бы показал!.. Но копы… Босс сказал не высовываться и не встревать ни во что, я только поэтому и остановился! Так меня вообще не остановить! - «Это точно»,- мелькнула в голове Хунсока на удивление согласная с оратором мысль. - Жаль, конечно, что нельзя ничего нормально делать,- Чаннен устал сидеть в пафосной позе прокурора на допросе и облокотился на стол, взъерошивая себе волосы.- Ждем одобрения… Как будто нам нужно чье-то одобрение!.. Разговор начал медленно склоняться в какую-то интересную плоскость, и Хунсок покосился на старшего. Сейчас, скорее всего, был идеальный момент попытаться выяснить, что же именно они тут будут делать и что ожидают. Краткий рассказ от Хвана что-то пояснял, конечно же, но уж слишком грубыми мазками, из которых пока что не получалось собрать картину. - А чье это одобрение?- Чаннен, кажется, не ожидал, что с ним заговорят, а потому даже немного удивленно покосился на младшего. Но не стал отказываться от благодарного слушателя, сразу взбодрившись. - Ну тех, с кем босс договорился! Та женщина сразу сказала – без их одобрения нам тут ниче не светит,- покачал головой не самый детальный информатор, фыркая.- Небось со дня на день и будет это все… Ну, что они там обычно делают. Важные разговоры, бла-бла. - Их несколько?..- задумчиво и больше для самого себя протянул Хунсок, окончательно отворачиваясь от окна и пристально глядя на сидящего напротив. Чаннен согласно мотнул головой. - Ща, вспомню…- он поднял ладонь, готовый загибать пальцы.- Получается, та женщина… Секретарь мэра. Потом какой-то прокурор. Еще, э-э, комиссар полицаев, точно! И еще чел, он типа депутата какого-то. Все?.. Да, вроде все! Чаннен сжал четыре загнутых пальца, довольно шевеля большим оттопыренным пальцем, оптимистично указывающем на предполагаемый исход всего, что здесь происходило. Но Хунсок был чуть более реалистичен. Перечисленный список хоть и был крайне мал, но казался слишком весомым. Прокурор, глава полиции города, да еще люди при политической власти – после Йосу, где вся бандитская жизнь строилась вокруг мелких сошек и, максимум, транспортного и пограничного контроля, это казалось откусанным не по силам куском. И хоть он и знал, что Хван амбициозный человек, который ни за что не будет ограничивать себя чем-то мелким и возвращаться к тому, с чего начал, такой внезапный прыжок чуть ли не в государственную структуру пугал. Пугал неопределенностью, рисками, слишком уж большим шансом проигрыша. И даже если им повезет в этой рулетке, то каждый следующий день будет похож на прогулку по минному полю. Где любой шаг – это риск не угодить чужим интересам. А за такое убирают без следов и последствий. Но, с другой стороны, разве его это касается? Он здесь никто и без прав, он даже может уйти, хоть никогда этого и не сделает, а значит его не должны касаться чужие проблемы. А Хван наверняка что-то придумает, как и всегда. Разговор Чаннена с самим собой убежал уже куда-то совсем в другую сторону, кажется, к обсуждению доставшегося им за просто так дома и того факта, какая у него захламленная площадка на крыше, как наконец раздался божественный звук – звонок небольшого колокольчика у стойки выдачи заказов, куда только что массивной повар водрузил два просто огромных пакета. И один скромный поднос с едой на месте. Старший подорвался первым так, будто раздался сигнал к началу марафона. Хунсок даже привстать не успел, а тот уже преодолел пару шагов в сторону прилавка с самым уверенным и радостным лицом на свете. Мешать такому казалось как минимум бесчеловечным. А потому Ким просто смотрел, с самым своим вежливым лицом, на то, как не подумавший заранее старший пытается одновременно взять с прилавка два набитых горячей едой пакета и поднос с расставленными на нем коробочками курочки и напитками. И так, и эдак, и даже с помощью рабочего персонала, который явно не совсем понимал, что за сражение гордости сейчас разворачивается на их глазах, но все же Чаннен смог. И, сжав в одной руке целых два пакета, отчего его явно теперь клонило в противоположную сторону, с подносом в другой он потопал обратно к своему месту. Повар за его спиной только вздохнул, поражаясь современной молодежи. - Мог бы и помочь, мелкий,- прошипел он злобно, едва ли не кидая поднос на стол. Его собственный стакан с газировкой опасно зашатался, скрипя пластиковыми гранями, маленькие пластмассовые контейнеры с закусками разъехались по поверхности, словно льдины по весеннему морю. Пакеты плюхнулись тут же, занимая собой добрую половину немаленького столика. - Ты справился,- легко пожал плечами Хунсок, подхватывая свою часть заказа и раскрывая картонный короб. Горячий запах мяса, панировки и сладкого, глазировавшего все соуса ударил в нос, и только сейчас, уже ближе к обеду, Ким понял, что он проголодался. - Ну, пахнет неплохо,- Чаннен, который тоже взял себе порцию, видимо, для аперитива перед истинным обедом, щедро высыпал весь предложенный ему пакетик кунжута на горячую курицу и, не умудряя себя гигиеной, просто схватил куски пальцами, засовывая их в рот. Торопливое дыхание носом и нечленораздельные звуки подсказали, что мясо было еще слишком горячим. Но они торопились, а потому курицу пришлось есть обжигающе горячей. Сладкий сливочно-медовый соус отлично сочетался с добавками в виде панировочных сухарей и, кажется, крупной соли, мясо было нежным и мягким, а успевшая немного выдохнуться газировка не щекотала нос противными пузырьками. Обычная трапеза, но почему-то сейчас она казалась какой-то более важной, более серьезной, настоящей. Из-за того ли, что это была почти столица, тот самый город, куда мечтают попасть все, или из-за того, что она была куплена на свои, такие взрослые деньги – Хунсок не знал. Но жаловаться не собирался, сосредоточенно жуя и стараясь не отставать от Чаннена, буквально пылесосящего собственную еду как ребенок с голодного края. На несколько минут они словно стали самыми обычными подростками, хоть и с оговоркой на возраст одного из них, лишенные всяких странных проблем и задач, выходящих за границы обычной школьной жизни. Но это все было лишь на мгновение. А настоящая жизнь, как бы она не пряталась по подворотням и узким улицам, вот-вот должна была нагрянуть во всю силу.