Сезон 2 Серия 12

      Сезон 2 Серия 12              — Угу, так мы собираемся к Лютеру? — бормочу я себе под руку, жуя гамбургер, ев его. Пятый украл его для меня. Я наблюдала, как он бегал, чтобы одеться, с тех пор как Ваня позвонила нам и сказала, что она приехала. Она заберет нас. Я склонилась к дивану, чтобы показать его так называемый потерянный пиджак.              — Он здесь, кстати.              — Спасибо, — он быстро надевает свой пиджак, и тут мы слышим гудки снаружи.              — Пошли, — я машу рукой Эллиоту, когда мы с Пятым выбегаем вниз по лестнице, направляясь в переулок, где в конце припаркована машина. Я быстро доедаю свой гамбургер и складываю коричневый пакет, чтобы положить в его свой рюкзак, прежде чем мы оба запрыгиваем в машину, чтобы отправиться в подпольный бойцовский клуб. Поездка была быстрой, и мы приехали как раз к закату, мы все трое, к сожалению, ждали, чтобы войти, но как только мы подошли к передней части… ох, неприятности.              — Дети не допускаются.              Это тут же бесит Пятого, который и так уже раздражен, он хватает мужчину за воротник и поднимает его до своего роста. Мужчина был довольно маленьким для своего возраста.              — Я не чертов ребенок! Теперь открой эту чертову дверь. Боже помоги мне. Или я вырву тебе чертовы коленные чашечки и пришью их к твоим ногам. Может быть, так ты хоть немного вырастешь.              О, нет, он этого не делалает!              Я ахаю, прикрыв рот в шоке, охранник быстро открывает дверь, чтобы мы вошли. И как только я вхожу, я ухмыляюсь, как сумасшедшая. Люди подбадривают и кричат, визжат и делают ставки на то, кто победит, чем ближе мы подходим к передней части ринга. Я прикрываю нос рукавами, испытывая отвращение к запаху пота, следуя за братьями и сестрой Харгривз на трибуны. Пятый идет позади меня, ведя меня на пустое место с Ваней с другой стороны, мы все трое наблюдаем за боем, а я потираю руки со злобной улыбкой.              Лютер сейчас дерется с другим парнем.              Пришло мое время блистать.              Так как я готова втоптать его гордость.              Он не будет знать, что его поразило.              Лютер врезается в стену, останавливаясь, чтобы посмотреть на своего босса, который сидел перед нами. Он кивает, и Лютер снова вступает в бой, нанося скоординированные удары против человека, который тоже был ему подобен.              Парень отступает в другую сторону ринга, изо рта у него льется кровь, Лютер медленно опускает руки. Я знала, что он думает об Эллисон и ее муже. Он был полностью рассеян и не заметил, как его противник поднялся, пока тот не ударил его в лицо. Противник Лютера был удивлен, что тот не увернулся от его атаки, но даже не пошатнулся после удара, переходя к другому удару. Я слышу, как Пятый и Ваня вздрагивают от этого звука, я тоже, противник снова бьет Лютера в лицо…              Все затихли в замешательстве, когда Лютер сливал бой, позволяя своему противнику атаковать его снова и снова с легкостью.              — Посмотри, он колотит его! — тихо шипит Ваня, вздрагивая, когда Лютера снова бьют.              — Ударь меня еще раз, — хрипит Лютер.              — Что, черт возьми, ты делаешь!? — вопит Джек, в ярости.              Противник хватает Лютера за шею и бросает его о стену, за которой мы стояли.              — О, боже мой, Лютер! — ахает Ваня.              — Почему он не сопротивляется? — восклицает Пятый.              — Он чувствует, что заслуживает этого, так как позволил Эллисон ускользнуть сквозь пальцы. Ты знаешь, она замужем и все такое, и она счастлива. Он несчастен и хочет чувствовать боль, так как ему кажется, что это единственное, что он сейчас может контролировать, — Я пожимаю плечами, и оба брата и сестра Харгривз смотрят на меня широко раскрытыми глазами.              — Что?              Противник несколько раз нападает на Лютера, и Пятый поворачивается, высовывая голову на ринг.              — Лютер, ты сумасшедший!? Просто ударь его! — кричит он своему тупому обезьяньему брату.              Лютер выкрикивает, умоляя почувствовать боль, и тут я перепрыгиваю через стену, приземляясь на ринг. Я хрущу шеей и пальцами, готовая к избиению.              Наконец-то.              Черт возьми, наконец-то я могу это сделать.              — Убирайся оттуда, Эстель!              — Что, черт возьми, ты делаешь, Эстель!? — Ваня и Пятый кричат на меня, когда большой противник смотрит на меня в замешательстве, все остальные вокруг ринга тоже смущены тем, почему я там.              — У меня с этим парнем разборки, — шиплю я, и мужчина кивает, отступая назад, чтобы я могла делать свое дело.              — Эстель? — Я сердито смотрю на Лютера, когда он смотрит на меня.              — Это за все то дерьмо, через которое ты заставил пройти Ваню, — Я расправляю плечи, готовясь, отводя руку назад.              — Я просто здесь, чтобы снять стресс и отомстить тебе. Но, серьезно, обратись к чертовому терапевту.              — Погоди, что… — Я отвожу руку назад и бросаюсь вперед, замахиваясь рукой и нанося Лютеру апперкот в лицо. Я шиплю, тряся рукой от боли, когда его вырубают. Его тело падает назад с громким стуком, и все мгновенно затихают. Ни единого писка, пока все внезапно не взрываются аплодисментами.              — Ебучее дерьмо! Она его свалила!              — Она не может быть такой сильной, верно!?              — Она крутая маленькая девочка!              Противник в шоке смотрит на меня, почесывая голову и оглядываясь на своего босса, не зная, что делать в этой ситуации.              — Не волнуйся, ты оставляешь себе деньги, — большой парень кивает, показывая мне большой палец вверх, а я смотрю на Лютера, лежащего на полу и слабо улыбающегося луне. Все вокруг ринга уходят со злобным пыхтением, освистывая или жалуясь на потерю кучи денег, так как Лютер слил игру.              — Черт, Эстель! Зачем ты это сделала!? — Пятый подбегает ко мне после того, как тоже перепрыгивает через стену, вставая рядом со мной и глядя на Лютера.              — Чтобы сломить его гордость. Таким образом, он действительно учится, а не являясь дерьмовым лидером, — Я кладу руки на бедра, когда обезьяний человек, наконец, теряет сознание на теперь тихом и пустом ринге.              — Мне жаль твоего брата.              — Мне тоже, но тебе не нужно было его бить! — Я пожимаю плечами на Мальчика.              — Я на самом деле давно собиралась это сделать. Очень многие люди так думают.              — Кто!? — Я оборачиваюсь, похлопывая его по плечу и улыбаясь ему.              — Не волнуйся об этом. Тебе, наверное, стоит отнести брата в его комнату. Лютер живет над стриптиз-клубом, так что ты можешь телепортировать его туда, — Пятый кивает, телепортируясь с Лютером, как раз когда Ваня спускалась по ступенькам с трибун, чтобы выйти на ринг. Она в замешательстве идет ко мне, оглядываясь в поисках своих братьев, которые таинственным образом исчезли.              — Ты знаешь о большом заброшенном особняке поблизости? — спрашиваю я ее, и она кивает.              — Да, он находится недалеко от города.              — Это далеко?              — Не совсем. Я могу тебя подбросить, если хочешь, — Я стою рядом, задаваясь вопросом, стоит ли мне заставить Пятого перебросить меня туда или заставить ее подвезти меня.              — Я попрошу Пятого подбросить меня, не волнуйся, — Я улыбаюсь Ване, и она кивает, поворачиваясь, когда Пятый внезапно телепортируется рядом со мной, когда она отвернулась, подпрыгивая от неожиданности.              Мне серьезно нужно надеть на него чертов ошейник!              — Ваня, не могла бы ты присмотреть за Лютером, пожалуйста. Никто из нас не знает, как правильно лечить серьезные раны, — просит он свою сестру, которая тоже подпрыгивает в испуге, испугавшись, что к ней подкрались сзади, но неуверенно кивает.              — Да, конечно, но как ты… — она указывает в одном направлении, прежде чем посмотреть на нас.              — Я думала…              — …извини, какой там адрес особняка? — спрашиваю я, и она запинается, прежде чем сказать мне.              — Спасибо, Ваня! Нам нужно найти остальных, но мы скоро вернемся, хорошо! — она машет нам на прощание с улыбкой, когда я вытаскиваю Пятого из здания вместе с собой, на пустую улицу ночью.              — Хорошо, теперь нам нужна машина, — Прежде чем я успеваю что-либо сделать, маленький убийца телепортируется в случайную машину перед нами, пригибаясь под рулем. Двигатели завелись довольно быстро после того, как Мальчик перемкнул провода, наклонившись к пассажирской стороне, чтобы открыть мне дверь.              — Твоя поездка, — он ухмыляется мне, и я хихикаю, садясь в машину.              — Отличный уход за ней. Должно быть, стоило дорого, — Я саркастично киваю, когда мы выезжаем на дорогу.              — О да, конечно. Копил, чтобы купить эту красавицу, — Пятый хихикает, мы оба смеемся, когда двигатель кашляет после того, как он это сказал.              — Хорошо, и куда мы едем? — спрашивает он, а я ищу в машине карту, открывая бардачок, чтобы найти ее. Я проверяю, на какой улице мы находимся, и направляю Мальчика, куда ехать, чтобы добраться до особняка, где был Клаус.              Поездка туда будет долгой, поэтому я посвятила Пятого в то, что произошло, пока мы были на драке, упомянув сидячую забастовку, то, как Клаус увидел свою любовь, Рэймонд допрашивал Эллисон, когда она раскрыла свои силы перед ним, и то, как он встретил Клауса и Лютера.              Разговор затих, и я расслабляюсь в машине, оглядываясь вокруг, и замечаю кнопку на приборной панели, которая вызвала мой интерес. Я нажимаю на нее и с удивлением смотрю, как опускается верхняя крыша.              Теперь это жизнь.              С ветром в волосах.              Звезды надо мной.              И радио…              — ...Блядское дерьмо! Подними его! — Я ахаю, Пятый вздрагивает от неожиданности, прежде чем включить громкость радио.              ~ Надзиратель устроил вечеринку в окружной тюрьме. Там была тюремная группа, и они начали выть. Группа прыгала, и сустав начал качаться. Вы должны были слышать, как пели эти выбитые из колеи тюремные птицы.              — Элвис Пресли! Поехали! — Я подпеваю словам, легко раскачиваясь под песню, а Пятый тихонько хихикает.              — Я удивлен, что ты знаешь, кто он такой, — Я ахаю на него, совершенно оскорбленная!              — Не знать короля!? Ты сошел с ума! Кто бы его не знал! — Я продолжаю петь, Пятый нажимает на газ, чтобы мчаться по открытой проселочной дороге, мы оба прекрасно проводим время.              ~ Номер 47 сказал номеру три: «Ты самая милая тюремная птичка, которую я когда-либо видел.              Я показываю на Пятого, когда пою это, и он счастливо смеется, наблюдая, как я раскачиваюсь под песню.              ~ Я, конечно, буду в восторге от твоей компании, давай, займись со мной тюремным роком.              

•┈••⋆ ☂ ⋆••┈•

             — И мы здесь! — Я хлопаю, когда Пятый медленно подъезжает по подъездной дорожке. Мы, наконец, добрались до особняка, мой голос немного охрип, так как я пела во время марафона Элвиса Пресли.              Он паркует машину среди деревьев, чтобы спрятать ее, прежде чем мы выйдем.              — Ты уверен, что Клаус здесь? Ни за что он не может позволить себе это место.              — Он здесь, он просто ночует, — Я пожимаю плечами.              — Пошли, — Я закрываю глаза и позволяю Мальчику держать меня за руку, когда нас окутывает знакомая синяя вспышка, перенося куда-то ближе к особняку, но мое сердце падает, когда я внезапно теряю равновесие.              — Черт! — Я падаю назад, так как моя правая нога была в воздухе.              — Эстель! — Пятый быстро ловит меня и прижимает к груди, пока я крепко держусь за его свитер, отступая от щели, которая была позади меня.              Я смотрю позади себя и вижу, что чуть не упала в покрытый листьями бассейн, и с облегчением вздыхаю, что этого не произошло.              — Спасибо, Пятый.              — Хорошо, что я тебя поймал. Я уверен, тебе не понравилось бы быть мокрой, — он хихикает, отводя меня от бассейна, обнимая за талию.              Пятый отпускает меня, и я прохожу мимо него, ухмыляясь.              — Честно говоря, я уверена, мне бы не понравилось. — Я прохожу мимо него, вбегая в темный особняк после того, как открываю незапертые двери балкона. Я хихикаю, видя, как он замер снаружи, лицо покраснело. Я поворачиваюсь назад, слегка испуганная от того, как темно внутри особняка. Я вслепую ищу выключатель света на стене и, наконец, нахожу его, включая его и слыша шипение с дивана передо мной.              — С чего бы кому-то меня будить? Я так устал, — Я слышу, как бормочет Клаус, его голова высовывается из-под одеял. Он моргает на меня, протирая глаза, пока, наконец, не замечает меня.              — Сумасшедшая? Это ты? — Он медленно садится, и я ухмыляюсь, когда он смотрит на меня с большой растущей улыбкой.              — Привет, Клаус!              Сгусток радости тут же вскакивает и бросается ко мне, поднимая меня и кружа меня в своих объятиях.              — О, боже мой! Я могу держать тебя сейчас! Я могу тебя раздавить! — Он счастливо подпрыгивает, прижимаясь щекой к моей собственной. Он крепко сжимает меня, держа меня под руки, как если бы я была ребенком.              — Посмотри на себя! Ты чертовски великолепна! Мой лучшая подрушка чертовски горячая штучка! — Он, наконец, опускает меня, держа руки на моих плечах и ухмыляясь мне.              — Спасибо, Клаус. Ты убийственная королева! Продолжай выглядеть красиво, — Клаус откидывает волосы назад, и мы смеемся.              — Бен здесь? — Он слегка хмурится.              — Ты больше не можешь его видеть? — Я качаю головой.              — Он сидит вон там.              Он указывает на диван, и я все равно машу рукой.              — Привет, Бен! Как мои малыши? — Клаус дуется на меня, оглядываясь на диван, чтобы поговорить с Беном, как я предполагаю.              — Я согласен, мы не малыши, — сердито ворчит худой брат, оглядываясь на меня, и я хихикаю.              — Вы мои драгоценные малыши для меня.              — Так что привело тебя сюда, сумасшедшая? — Он тянет меня к дивану, и я сажусь с ним, чтобы наверстать упущенное.              — Ты уже видел Дэйва? — Клаус замирает, отворачиваясь, прежде чем тихонько покачать головой.              — Клаус, я знаю, что ты хочешь помешать ему поступить на службу, но, пожалуйста, не делай этого. Не пытайся…              — …почему я не должен? Почему я не должен пытаться помешать ему быть убитым!? — кричит он.              — Дело не в этом. Не ходи к нему внезапно, особенно не в закусочную, не туда, где он работает. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы тебе было больно…              — …я должен что-то сделать, Эстель. Я должен остановить его, — Я вздыхаю, кивая.              — Если ты собираешься пойти к нему, пожалуйста, скажи мне, прежде чем ты уйдешь. Позволь мне пойти с тобой, хорошо, — он кивает, и я вижу, как Пятый открывает дверь во двор.              — Пятый, мой дорогой брат! — Клаус быстро оживляется, подходя, чтобы обнять его, но маленький убийца быстро телепортируется с его пути и приземляется рядом со мной на диване, садясь со мной.              — Привет и тебе, Клаус, — говорит Мальчик, откидываясь на подушки и закидывая руку за меня на диване, закинув одну ногу на другую.              — Мои любимые люди пришли навестить меня! Я тронут!              — О, да! Я хотел спросить, как продвигается твой культ? — Я спрашиваю, и Клаус стонет.              — Я так устал от них. Они следуют за мной повсюду.              — Да, тебе это очень не понравится, когда они придут и найдут тебя здесь.              — Они что!?              — Я также слышал, что маленький Бен тоже влюбился. Это так мило! — Я ухмыляюсь, и Клаус смеется.              — Он сейчас очень краснеет!              — Как бы мне ни нравилось наверстывать упущенное, чего я не делаю, мы пришли сказать тебе, что мы вернули апокалипсис. Снова, — говорит Пятый, и Клаус смотрит на нас широко раскрытыми глазами.              — Как будто это произойдет в ближайшие 10 дней, — Я тоже откидываюсь назад, когда худой брат вздыхает, сидя на полу.              — Вы, должно быть, шутите прямо сейчас. Я думал, что это было только в 2019 году!              — Вот почему мы пришли найти тебя. Нам нужно провести встречу, чтобы остановить это. — Мальчик внезапно встает, поднимая и меня.              — Нам нужно идти сейчас. Мы нашли Ваню и Лютера, теперь нам нужно найти остальных.              — Да, я не могу, мой друг. Я должен остановить Дэйва…              — …Клаус… — Я начинаю, но он качает головой.              — Я ценю то, что вы, ребята, пришли найти меня и сказать мне, что мир снова подходит к концу, но мне нужно остановить его, прежде чем я смогу помочь вам, ребята. — Он выталкивает меня и своего брата из своего особняка!              — Погоди, Клаус… — Он захлопывает дверь перед нашими лицами, и Пятый вздыхает.              — Пошли обратно, я измотан, — Я зеваю, и Пятый кивает, телепортируя нас обратно к машине, чтобы мы могли поехать обратно домой к Эллиоту.