Глава 29. Прикосновения

Дождь начал свой концерт с робких постукиваний по стеклу, постепенно наращивая ритм, словно стремясь стать частью этого интимного вечера. В полумраке комнаты Брианны золотистый свет настольной лампы играл на стеклах её очков. Она сняла их и положила на книжную полку, освобождая лицо от этой преграды. Джеймс сидел на диване, приняв свою почти привычную позу: чуть напряжённый, словно до конца не верил в безопасность этого момента. Брианна подошла и села рядом. В тишине между ними ощущалось нечто большее, чем просто присутствие: дыхание, шелест ткани, взгляд, не нуждающийся в словах. — Знаешь, — проговорила она, коснувшись его плеча, — с тобой тихо. И это… хорошо. Он посмотрел на неё, и медленно, словно спрашивая разрешения, поднял ладонь к её щеке. Брианна закрыла глаза. Его пальцы, теплые и немного шершавые, коснулись её губ, едва ощутимо, как ветер касается занавески. И тогда она сама подалась вперед. Поцелуй был мягким и глубоким, отмеченным той хрупкостью, что свойственна первым прикосновениям, когда тело еще не решилось, но сердце уже сделало шаг навстречу. Брианна провела руками по его груди, ощущая контуры рубашки, под которой все еще чувствовалось напряжение – не страха, а скорее сдержанности. — Всё хорошо, — прошептала она, прижавшись лбом к его щеке. Джеймс медленно притянул её ближе, скользя ладонью по её спине, к талии. Одежда, словно повинуясь невидимой силе, начала ускользать между их прикосновениями. Они не торопились, внимательные к каждому касанию, к каждому движению. Он целовал её шею, плечо, проводя губами по коже, словно впервые ощущал настоящее тепло, не прикрытое перчатками прошлого. Брианна гладила его спину, закрыв глаза. Он слегка дрожал – не от холода, а от переполняющих его чувств. Она прижалась крепче, позволяя этой дрожи быть. Когда они остались совсем рядом, укутанные пледом и тишиной, Джеймс прошептал: — Я не думал, что еще способен… вот так… с кем-то. — Ты способен, — ответила Брианна, целуя его в висок. — Уже. Их тела нашли друг друга не в порыве страсти, а в акте доверия. И эта ночь прошла не под знаком бурных желаний, а под знаком тихого дыхания двух людей, выбравших быть рядом.