Глава 30. На грани молчания

Утро началось привычно тихо и тепло. Брианна уже сварила кофе, и в гостиной негромко звучал джаз, пока за окном шел дождь. Джеймс вышел из ванной комнаты босиком, с влажными после душа волосами и полотенцем на плече. На мгновение Брианна замерла, глядя на него, словно все еще не могла поверить, что он стал частью ее жизни. Но что-то в его взгляде было другим. Отрешённым. Словно он ушёл куда-то внутри себя и не спешил возвращаться. — Всё в порядке? — спросила она, подавая ему чашку. Он взял её, поблагодарил — голос ровный, спокойный, но не тёплый. — Просто не выспался, — ответил он и сел за стол, уткнувшись взглядом в окно. Сначала Брианна решила не придавать значения — Джеймс иногда был молчаливым. Но в этот раз молчание ощущалось колючим. Она чувствовала себя ненужной рядом. И, что было непривычно, ей это стало больно. — Если ты хочешь побыть один… — начала она, но он сразу взглянул на неё, быстро. — Почему ты это сказала? — Потому что ты холоден, как будто меня здесь нет. Джеймс отвёл взгляд. На мгновение зажмурился. — Это не из-за тебя, — сказал он, тише. — Просто… бывает. Когда что-то всплывает. Старое. — Ты мог бы сказать. — А ты могла бы не делать выводов. — Его голос был не резким, но в нём была усталость, почти раздражение. Это обидело. Она отвернулась. С минуту в квартире царила тишина, слышно было только, как дождь стучит по стеклу. Брианна встала и шумно поставила чашку в раковину. Он подошёл следом. Нерешительно. — Прости. Я не хотел. Она обернулась. На глазах стояла та злость, что приходит от обиды, а не от враждебности. — Мне тяжело гадать, Джеймс. Я стараюсь быть рядом. А ты отдаляешься, как будто всё это — ошибка. Он молчал. Потом шагнул ближе. — Это не ошибка. Ни ты. Ни мы. — Он выдохнул. — Просто... иногда я не понимаю, как всё это вообще возможно. Я боюсь, что всё исчезнет, как раньше. И чтобы не привыкнуть слишком сильно — я отдаляюсь. Глупо, знаю. Она смотрела на него. Потом мягко, почти с выдохом, обняла. Он уткнулся лицом в её плечо, словно возвращаясь изнутри к ней. — Давай договоримся, — сказала она тихо. — Если тебе плохо — не молчи. Просто скажи. Даже одно слово. Чтобы я знала, что это не я. Хорошо? Он кивнул, не отпуская. И всё снова стало тише. Но теперь — тише между двумя людьми, которые слышат друг друга. Вечером всё было по-другому. Как будто утренний холод оттаял сам собой, но всё же оставил после себя хрупкие следы, как иней на стекле. Брианна зажгла свечу на подоконнике — не ради атмосферы, просто не хотелось включать верхний свет. Джеймс сидел на полу, прислонившись к дивану, в руках — книга, которую она когда-то посоветовала. Он не читал, просто держал, вертел в пальцах. Она подошла и села рядом. Их плечи соприкоснулись. — Спасибо, что остался, — тихо сказала она. Он обернулся к ней. Его глаза были уставшими, но тёплыми. — Я боялся, что испортил всё. — Ты не испортил, — улыбнулась она. — Но мне важно знать, что ты рядом не по привычке. А по желанию. Он смотрел на неё с той уязвимостью, которая не нуждается в объяснениях. Медленно потянулся к её щеке, коснулся пальцами. — Ты мне дорога. Я просто... учусь быть здесь. Она прикрыла глаза от его прикосновения. А потом, не торопясь, взяла его руку и положила себе на колени, переплетая их пальцы. Так они и сидели. Долго. Почти не разговаривая, но ощущая, как тишина снова становится их общей. В какой-то момент она склонилась к нему, положила голову на его плечо, и он прижал её ближе. — Давай просто побудем, — сказала она. Он кивнул. Они никуда не спешили. Они так и сидели — тесно, молча, с дыханием, которое постепенно замедлялось в унисон. За окном падал мелкий дождь, и в нём было что-то обволакивающее, почти уютное. Брианна провела ладонью по его руке — вверх, к плечу, словно проверяя, здесь ли он. Он повернул голову, и их взгляды встретились — близко, слишком близко, чтобы отступить. Его рука скользнула по её спине, неуверенно сначала, затем увереннее — с теплом, с благодарностью за то, что она рядом. Он поцеловал её висок, задержался губами у линии её кожи. — Ты дрожишь, замёрзла? — прошептал он. — Я не замёрзла, — прошептала она в ответ. — Просто... не хочу, чтобы этот момент закончился. Он повернулся полностью, сел ближе, обнял её обеими руками, укутал собой, как пледом. Она прижалась к нему, уткнулась носом в его шею. Он пах дождём, кофе и чем-то её — чем-то, что теперь уже сложно было отделить от ощущения безопасности. Их губы встретились, не как в порыве, не как в пороке — как в доверии. В длинном, медленном, почти тихом поцелуе, где всё было просто: тепло, дыхание, касание. Её руки сжали ткань его футболки на спине. Он прижал её ближе, не спрашивая — только отвечая. Пальцы Брианны скользнули по его щеке, по линии скулы. Джеймс опустил лоб к её лбу, закрыл глаза. — Я не знаю, куда всё это ведёт, — выдохнул он. — Но впервые за долгое время… мне не страшно. Она поцеловала его снова, мягко. — Мне тоже. Они остались на полу, прижавшись друг к другу, в полумраке, где не нужно было говорить больше ни слова. Рядом лежала книга, погасшая свеча и их тишина — наполненная, спокойная, уже не острая.