Часть 3

- ... оказалось, что Матвей действительно убил его, а первопричиной оказались действия Натальи Алексеевны. Возможно, если бы она не использовала Кукловода, все было бы иначе. - Ужасная история, впрочем... даже я помню, как ректор Светлов был неравнодушен к проректору чародеев. Кажется, об этом знали все. Но я никогда бы не подумала, что Наталья Алексеевна способна на такое. - Пару месяцев назад я бы с тобой согласился полностью. Удивительно, что даже такие циничные люди, как проректоры и ректоры Академии падки на такие вполне человеческие грехи. Пару минут было тихо. Кажется, Зузина о чем-то задумалась. - Гермес? - Да? - Поедешь со мной в наш семейный особняк? Аверин слегка опешил от такого предложения. Он ожидал чего угодно, особенно на прогулке с Секхмет весенним, солнечным вечером, но не этого предложения. Хотя все было вполне себе логично. Совсем недавно женщина увезла отца и дядю в дом престарелых, поскольку те уже не могли ухаживать за собой, им требовались сиделки, а Малаша была нужна ей на заводе и не могла постоянно быть подле стариков. - И с какой целью? - граф посмотрел в лицо Зузиной. Та была спокойна, впрочем, как и всегда. - Чтобы сделать уборку, собрать вещи, ещё что-нибудь по мелочи. Гермес слегка прищурился. Пусть с графиней они были не настолько долго знакомы, но он уже научился определять моменты, когда женщина недоговаривала. - Есть еще причина, по которой ты едешь туда сама? Женщина вздохнула. Она крепче сжала предплечье графа. - Как догадался? - Если бы ты действительно хотела просто прибраться, то вряд ли бы поехала туда лично, скорее отправила бы Малашу. С этим домом у тебя связано слишком много воспоминаний, по большей мере негативных, было бы странно, если бы ты вернулась туда просто так прибраться по собственной воле. К тому же, дом огромен, даже с чарами и Малашей, ты убиралась бы не менее целого дня, логичнее было бы нанять уборщиц. Зузина побеждённо вздохнула. Кажется, рядом с Авериным она лишь по привычке была серьёзной и холодной, но совсем не пыталась следить за своими словами. - Ты действительно великий сыщик. Ты прав. Бабушка рассказывала про особую чародейскую книгу. Она ведётся давным давно, может, даже пару столетий. В неё чародейки нашей семьи записывают свои заклятия, узнают чары, которыми пользовались их предки. Это целое сокровище для любой чародейки, но это держится в секрете, чтобы Академия не забрала эту книгу. - Мне кажется, Сет уже продал эту книгу, раз она так ценна, - граф нахмурился. Даже он понимал всю ценность такого сборника заклятий, вряд ли брат его любимой не знал этого. Наверное, любой бы заплатил целое состояние за такой сборник. Зузина улыбнулась - Я знала, что ты это спросишь. Книга зачарована. Чародейки обязаны перед своей смертью спрятать книгу и наложить особые заклятия. Насколько я знаю, такое заклятие заставляет любого человека и приборы как бы не смотреть на книгу. Да, она может стоять прямо перед твоим носом, но из-за заклятия ты её никогда не заметишь. - И как ты её тогда найдёшь? - граф повернул в сторону, чтобы они вышли к набережной. Графиня не стала сопротивляться. - Чары с книги спадают, когда в доме чары начинает использовать достаточно сильная чародейка. Малаша говорит, что в тот раз, когда девушка моего брата угрожала мне, книга уже открылась, чары спали. Видимо, я тогда действительно испытала слишком многое, из-за чего общий фон Силы увеличился. - А потом ты этой Силой лечила ухо Сета... - Да. Скорее всего из-за адреналина я не обратила на это внимание, в конце концов пистолетом мне не каждый день угрожают. Аверин задумался, держа Зузину под руку. - Почему ты уверена, что книга до сих пор на месте? Не думаешь, что ваши отцы могли её продать? - Они уже ходят с трудом, а телефоном не пользуются. У них просто нет и шанса продать. Так какой твой ответ? - Я поеду с тобой. Как глава Управления я должен знать, какой силой будет обладать моя невеста. Взгляд графа тут же упал на графиню, но та делала вид, что ей ужасно интересно рассматривать брусчатку. Примерно такой реакции Аверин и ожидал. Он улыбнулся и сжал руку любимой крепче. Было приятно видеть собранную и холодную Секхмет растерянной. - Тогда завтра утром поедем в твой фамильный особняк. Я заеду за тобой. - А можно лучше я? Мне хочется вместе с вами всеми позавтракать тем, что приготовила Маргарита. Должна же я знать вкусы своего будущего жениха. Гермес улыбнулся. - Ты мне так мстишь? - Конечно. А что мне ещё остаётся? Только мстить тебе за твои тёплые слова. *** Аверин рукой нашупал и выключил будильник. Он был уверен, что это какой-то ученый специально придумал такой противный звук, чтобы будить людей было проще. Граф поднялся и потянулся. На кровати уже сидел серебристый кот с серыми полосками. - Кузя, сделай мне кофе пожалуйста. Сам перекуси чем-нибудь, пока Маргарита не пришла - Мя! Кот спрыгнул с кровати и с довольной мордой выбежал за дверь. Граф улыбнулся. Все-таки подобное спокойное утро его более чем устраивало. В глуби квартиры загремела посуда. Аверин встал, накинул халат и вышел на кухню. Кузя уже был у плиты и покорно ждал, когда кофе сварится. В руках он держал вчерашнюю слойку с ветчиной и сыром, активно её поглощая. Настолько активно, что, сонно моргнув, Гермес не заметил, как первый завтрак дива исчез, даже крошек не осталось. Аверин спокойно взял свежую газету и сел за стол. Кузя поставил чашку с кофе перед хозяином и сам сел на свое место, пожирая теперь колбасу с сыром из холодильника и булку. Похоже, та слойка была последняя. В газете не было совсем ничего интересного. Вот совсем. Ни тебе заявлений об убийствах, ни о грабеже, ничего. Вообще. Новости в основном говорили об общей обстановке, что где-то там, далеко кто-то ночью надебоширил, но бравые полицейские мигом этих нехороших людей отправили домой. Были статьи про экономику, даже пара строк про завод Василя. Ещё в газете была статья о здоровье, о том, что пора уже готовиться к лету. В разделе с рекламой красивым шрифтом с выделяюштмися орнаментами выделялось объявление о новых конфетах с завода "Звезда". В общем, все было спокойно. Это даже радовало. Выпив кофе, Аверин переоделся в спортивное и отправился на пробежку. Обычный знакомый маршрут, знакомые сонные лица, приятный лёгкий ветерок в лицо. Весна была в полном разгаре, птицы неустанно щебетали, на деревьях почки уже набухли, появились привычные лужи, лёд в каналах уже пошёл трещинами, солнце выглядывало из-за облаков. Красота. Звякнул очередной трамвай, улицы наполнились приятными ароматами свежей выпечки и кофе, появлялось больше людей на улицах города. Все было спокойно. Да, недавние события потрясли весь мир, но по крайней мере сейчас все было хорошо, ничего не предвещало беды. Аверин вернулся в дом. Уже приятно пахло раскаленным маслом, с кухни доносились голоса, стук ножа, звон посуды и шипение чего-то на сковородке. Граф быстро прикинул, что это может быть. Вряд ли это блины, они так громко не шипят. Для оладий не нужен нож совсем. Оставался лишь один вариант. Сырники. С клубничным вареньем. Улыбнувшись сам себе, Аверин пошёл в душ, чтобы смыть с себя утренний пот. А после, уже свежий, чистый, мужчина пошёл к обеденному столу. Сырники уже были готовы, рядом стояла сметана, долгожданное клубничное варенье и сгущёнка. Кузя уже ждал хозяина, смотря на него с надеждой в глазах. - Я уже тёте Марго сказал, что тетя Сеша приедет! Она поэтому решила сырники сделать! - кажется, див был рад приезду Секхмет даже больше Аверина. - Нам придётся дождаться её, прежде чем начать есть, - Гермес с ухмылкой посмотрел, как лицо Кузи мгновенно изменилось. - А если я один сырник съем, она же не заметит? - Кузя, нельзя. Из принципа нельзя. В дверь позвонили. Маргарита пошла открывать. За ней выбежал Кузя, ну и сам Аверин тоже. - Ой, а мы вас уже заждались! Проходите, проходите! На пороге стояла Секхмет, она как всегда выглядела просто волшебно. Чистое, выглаженное платье, подчёркивающее фигуру, аккуратно уложенные волосы, небольшое количество неброских, но ценных серебряных украшений, расслабленное лицо с мягкой улыбкой. В этот раз Зузина пришла как всегда в тёмном платье, которое закрывало её тонкую шею, декольте и руки, но она была немного ниже обычного. Похоже, женщина отдала предпочтение обуви на плоском ходу. За ней стояла Малаша. В отличие от хозяйки, дива выглядела устрашающей. Огромный рост, безжизненные глаза, вытянутая форма. И плевать, что она была одета как человек, плевать, что вела себя аккуратно и вежливо. Голову никак не покидала мысль, что дива ведёт себя так лишь потому что это приказ её хозяйки. - Я рада снова видеть вас, Маргарита. Извините, за столь ранний визит, надеюсь, Гермес и Кузя предупредили вас о нашем природе. - Конечно предупредили, куда уж они денутся! Пойдёмте, пойдёмте, я уже все приготовила, вы как всегда вовремя! - Тётя Сеша! - Кузя подошёл к женщине, когда та разулась и прошла чуть дальше в дом. Див сразу её обнял и прижался. Зузина на удивление ласково обняла его в ответ и начала гладить по голове и спине. - И тебя я очень рада видеть. Я привезла тебе безе, я помню, что тебе понравилось в прошлый раз. - Правда? Спасибо! Аверин выдохнул. Что бы Василь ни говорил, но Секхмет умеет втираться в доверие благодаря своей чуткости и внимательности к деталям. Кузя отстранился и посмотрел на Аверина. Маргарита учтиво ушла на кухню. - Наверное, мне стоило сначала подойти к тебе? - Зузина подошла ближе. - Возможно. Но я не обижаюсь. Ты же знаешь. - Увы, знаю. Граф улыбнулся. Графиня сняла свои перчатки и подала ему руку. Он поцеловал её. Как всегда ладонь Секхмет была теплой, от нее приятно пахло парфюмом с нотками черного перца, которые приятно переплетались с ароматом ее сигарет. А она - его лоб. Аккуратно, нежно, без пошлости. Старый русский обычай. Вроде уже давно забытый, мало кто так делал. Но сколько нежности он в себе таил. Губы женщины были мягкие, без помады. Она лишь прикоснулся губами к его коже, задержалась на секунду дольше, но этого уже было достаточно, чтобы граф почувствовал весь спектр эмоций, который хотела передать чародейка. Он выпрямился и посмотрел на неё с тёплой улыбкой. - Ты всех так приветствуешь? - Боюсь, что только тебя. Они вдвоём сели за обеденный стол и принялись за еду. В этот раз Маргарита переплюнула сама себя, сырники получились нежные внутри, хрустящие снаружи, лёгкий творожный оттенок не был перебит сахаром или ванилином, как любили делать в не самых лучших забегаловках. Клубничное варенье лишь дополняло общую картину истинного наслаждения. Кузя с удовольствием поглощал сырники, по два за раз. Он поел их и с вареньем, и со сгущёнкой, но остановился на сметане. Секхмет же смешивала сметану с вареньем. Она и не скрывала своего наслаждения. - Давно у меня не было такого вкусного завтрака... Надо попросить у Маргариты рецепт, уж больно вкусные у неё сырники. Аверин усмехнулся и от души полил очередную порцию сырников вареньем. - Это секрет фирмы, их просто так не достать. Женщина посмотрела на него с лёгким прищуром. - И что же мне нужно сделать? Граф ответил ей таким же взглядом. - В ответственный момент ответить мне "Да". Всего-то Женщина усмехнулась. - Я бы сделала это и без сырников. Они оба тихо засмеялись Вскоре, кажется, наелись все. Кузя довольный пил какао, как и его хозяин, благо Секхмет почти бесплатно предоставляла им наборы с какао-бомбочками, препочитая чай. Только Малаша сидела и смотрела на оставшуюся гору сырников. За весь завтрак она съела 3 сырника, что было очень мало для дива. - Малаша, - Зузина негромко позвала её. Дива в мгновение ока посмотрела на хозяйку. - Можно. Прошло от силы минуты две, как тарелка с сырниками опустела полностью. Аверин удивился. - Почему ты сказала Малаше не завтракать до сих пор? - Она быстро и много ест. В конце концов, девятый ранг, такое тело кормить надо. Если бы я позволила ей есть первой, она бы вряд ли оставила даже маленький кусочек тебе или Кузе. Гермес усмехнулся. - Она все ещё не принимает твой выбор? Женщина задумчиво провела пальцем по ручке кружки - Нет, выбор она приняла. Скорее не может привыкнуть, что о тебе теперь тоже надо заботиться. А Кузя... вроде, она никогда не встречала такую ситуацию, чтобы все 3 фамильяра служили одной семье, два из которых продолжат служить этой ветке рода. - Верно, - голос Малаши как всегда был глубоким и спокойным, - на моей памяти это большая редкость. Я встречала ситуации, когда после свадьбы к семье переходил второй фамильяр, но он служил молодожёнам, на него не могли претендовать остальные члены семьи, старый фамильяр действовал по приказам главы семьи. Но трех фамильяров, действующих одновременно, я не встречала. Кузя горделиво выпятил грудь - Потому что я особенный! И хозяин тоже! Малаша отпила чай. - Так как за Гермесом Аркадьевичем уже следят два дива в этом мире, я не вижу смысла быть четвёртой нянькой, к тому же у вас есть семья, к которой, в случае затруднительного положения, вы можете обратиться. А вот за Секхмет Владимировной следить некому. Поэтому логичнее, если за ней буду следить я. - Я тоже за ней слежу! Она тоже скоро станет частью семьи, я, как фамильяр, должен за ней следить, - Кузя слегка нахмурился Малаша смерила его твёрдым взглядом. Див притих. Похоже, отдавать свою хозяйку на попечение другому диву, особенно настолько слабее её самой, фамильяр Зузиных не собиралась. Секхмет вздохнула и допила кофе. - В чем-то Малаша права. Надо разграничить ваши отношения, как это было с тобой, Кузя, и с Владимиром. Хотя, кажется, вы сделали это уже и без присутствия людей. Граф поставил кружку на стол - Они лишь разграничили, кто за какого хозяина отвечает. Но обязанности под вопросом, Малаша старше, опытнее и сильнее, она вполне может отодвинуть Кузю на второй план, забрав все его обязанности себе. А в случае неповиновения, напасть на него. Секхмет задумалась. Малаша же сидела с дьявольской улыбкой и смотрела на хозяйку. Кузя же посмотрел на старшую диву. - Согласна. Как тогда разграничим их полномочия? - Секхмет перевела взгляд на Гермеса - Предлагаю сделать следующим образом: пока мы находимся у меня дома, главным дивом будет Кузя, затем по иерархии должна идти Малаша, как фамильяр, затем Владимир. У тебя дома, соответственно, главной остаётся Малаша. Женщина задумалась. Она скрестила руки на груди, смотря в пустую чашку. - Соглашусь. Но от себя условий добавлю. В домах и зданиях, которые принадлежат мне или моей фамилии главной будет являться Малаша. По иерархии далее идёт Кузя, следом Владимир. Все три дива должны подчиняться не только твоему, но и моему слову. Далее. Во всей недвижимости, которая принадлежит тебе, Гермес, главным остаётся Кузя, следом по иерархии идёт Владимир, затем Малаша. Иначе Малаша Владимира загоняет до смерти. В местах, которые не принадлежат ни тебе, ни мне, каждый див заботиться о своём хозяине. В случае конфликтных ситуаций, дивы обязаны позвать либо тебя, либо меня, для разрешения спора. Далее. При повиновении диву, второй див-фамильяр обязан выполнять поручения, связанные с хозяевами беспрекословно, именно так, как он бы сделал это для своего хозяина. Второй человек, то есть я для Кузи и ты, Гермес, для Малаши, должен восприниматься как второй, равноправный хозяин. Пакостить воспрещается. Толковать приказы хозяев в сторону пакости воспрещается. Наказывать второго дива воспрещается. Женщина задумалась. Граф вскинул брови. - Это больше похоже на договор. Это у тебя профессиональная деформация? Зузина усмехнулась - Можно и так сказать. Но это так, плохой договор. Нужно его доработать, додумать так, чтобы никакого неповиновения не было. Я не так хорошо знаю Кузю, но Малаша вполне может начать показывать характер, если более слабый и неопытный див начнёт отдавать ей приказы... Малаша слегка выпрямила спину, переведя взгляд на Кузю. Под столом послышался стук. Дива перевела взгляд обратно на хозяйку - ... как, например, сейчас. Она привыкла командовать дивами на заводе, привыкла к тому, что слабый дивы даже пикнуть в её присутствии не смеют. Граф усмехнулся. Он положил руку на плечо графине и аккуратно начал гладить её по руке. - Не волнуйся. Если она попробует причинить вред Кузе, я смогу с ней справиться. Ты не одна сейчас. Ты можешь на меня положиться. Женщина вздохнула. Она положила свою руку на ладонь мужчины, словно впервые в своей жизни чувствуя чужую силу и тепло. - Умом я это понимаю, но... как же там Пушкин писал? "Привычка свыше нам дана, замена счастию она". Я уже привыкла к самостоятельности. Она положила голову ему на плечо. Малаша перевела взгляд на пустую тарелку из-под сырников. Кузя в этот момент же улыбнулся - А можно мы уже поедем? А с нами Владимир будет? Аверин продолжил гладить Зузину по плечу - Нет, он сегодня вызвался на дело о похищении. Похоже, работать в одиночку ему нравится все больше, - граф тепло улыбнулся, - думаю, нам пора ехать. Иначе мы так весь день дома просидим *** Дорога была лёгкая. За руль села Малаша, так как направлялись они на её территорию. Спереди сидел и Кузя. Секхмет и Аверин расположились на заднем сидении. И если Зузина уже давно привыкла к стилю вождения своего фамильяра, то Аверин с толикой ужаса обнаружил, что дива не просто ездит, она гоняет, проезжая мимо знаков на максимально дозволенной скорости, словно куда-то спешила. Зато Кузе несомненно понравился такой стиль езды. Он внимательно наблюдал за действиями старшей, надеясь научиться гонять так же. Внешняя отделка особняка выглядела лучше, чем в последний визит графа. Видимо, Секхмет решила навести красоту в доме. Старые детали дома были заменены, все заново и качественно покрасили, старые рамы заменили, витражи восстановили, даже крыльцо починили. Теперь дом выглядел воистину достойным своих хозяев. Аверин подал руку Зузиной, помогая ей выйти из машины. Вдвоём они пошли в дом, женщина как всегда два раза хлопнула в ладоши, чтобы пропустить гостей внутрь. Пусто Первое впечатление, которое буквально напрашивалось - пусто. Да, при первом визите дом тоже нельзя было назвать оживленным, но все равно по мелким деталям подсознательно ощущалось, что здесь кто-то живёт. Сейчас же этого ощущения не было. Было тихо, даже чересчур, что вполне нормально для загородного дома. Зузина прошла дальше. За ней пошла Малаша, аккуратно указывая, куда идти. Аверин решил не отставать, а за ним шёл Кузя и внимательно осматривался. Они пошли на кухню. В глаза бросилась полка с книгами рецептов самых разных мастей, размеров и цветов. Прямо по середине между книгой о кулинарии Европы и книгой рецептов под названием "Как у бабушки", расположился массивный корешок в кожаном переплёте, с серебряными вставками без подписей и названий. Зузина сразу потянулась к нему и вытащила толстую и тяжёлую книгу, которую вмиг положила на столешницу. На книге не было никаких названий, только замысловатые вензеля и завитушки, а в центре - небольшое овальное углубление с острой иглой. Женщина попробовала открыть книгу - Её приклеили изнутри что ли... Она попробовала ещё раз, но не получилось. Аверин аккуратно забрал книгу и тоже попробовал открыть. И действительно, страницы не поддавались, открыть их было невозможно. Граф осмотрел книгу и вновь обратил внимание на овальное углубление. Он пригляделся. Внутри, еле заметным тонкими трещинами, расходились чародейские знаки, наполненные чем-то бурым. - Кузя, попробуй принюхаться, проверь, что это, - граф протянул своему диву книгу. Кузя уткнулся в неё носом. - Ой! Это ужасно старая кровь! Не колдунская, это точно, хотя определить что-либо тяжело! Ей далеко не год и даже не два! - Кузя принюхался ещё немного. Секхмет задумалась. - Надеюсь, я не усну, как Спящая Красавица. Женщина аккуратно забрала книгу из рук графа и уколола палец об иголочку на обложке. Кровь красивой алой каплей поползла в углубление, впитываясь в чародейские знаки. Вдруг книга открылась, сама начала листать свои страницы и остановилась на определённом развороте. Из неё выпали 2 виниловые пластинки. Граф поднял их и осмотрел. Одна пластинка была полписана, как "Внучке", а вторая "С днем рождения, повелительница морей" Колдун показал пластинки чародейке. - Ты что-нибудь о них знаешь? Женщина приспотрелась. - Это почерк дедушки... Хм. Одна пластинка точно для меня, вторая, по идее, предназначалась бабушке. Но я не припомню, чтобы у неё была такая... Зузина забрала пластинки из рук Аверина и осмотрела их, но достаточно быстро положила на столешницу. - Предлагаю разобраться с ними позже. Аверин заглянул в книгу. На развороте красовались рецепты гуляша и киевской котлеты. Неужели семейные рецепты требовали такой конспирации. Зузина лишь выдала: - Ого... похоже, книга показывает последнее заклятие, которое использовала чародейка... Вот тут как раз чары дешифровки и шифровки... - Секхмет провела рукой по буквам. Гермес вновь взглянул в книгу. На него все ещё смотрел рисунок красивой киевской котлеты. Кузя облизнулся. - Секхмет, а не может быть такого, что мы видим разные изображения? Потому что сейчас я и Кузя видим домашние рецепты, но никак не чары. Зузина взглянула на Аверина. - А что вы видите? - Котлеты! И гуляш! Тётя Марго примерно также готовит, только в киевскую котлету другие специи добавляет, а томатную пасту для гуляша не обжаривает отдельно с луком! Зузина вновь взглянула в книгу. - Малаша? Дива кивнула. - Да, я тоже вижу рецепты. Это нормально. Книга зачарована множеством защитных заклинаний, чтобы даже при её утере, никто не мог ей воспользоваться, кроме наследников крови. Однажды Академия уже пыталась изъять эту книгу у этой семьи, но, к счастью, не смогла увидеть чары, лишь подобные рецепты. Зузина вздохнула. - То есть никто кроме меня не сможет прочитать эту книгу? - Только если на неё будет претендовать другая ветка вашего рода. В моих приоритетах указано, что если у вас не будет потомства, я буду обязана перейти к другой ветке рода вместе с этой книгой. Зузина вздохнула. - Действительно... могу понять почему моим предшественникам потребовалась такая защита... Она вновь взглянула на пластинки. - Придётся ехать в город, ко мне в квартиру, чтобы их послушать. - В этом нет необходимости, Секхмет Владимировна. В доме есть проигрыватель. Женщина удивлённо посмотрела на фамильяра. - Разве? Бабушка же была против всегда, а свой громофон я продала ещё давно. Малаша усмехнулась. - Платон Филоменович, несмотря на протесты жены, очень любил слушать ее арии, особенно когда она была в отъезде. Женщина усмехнулась, взяла книгу подмышку, в другую руку подхватила пластинки. - Что ж, веди. Втроём они последовали за фамильяром. Дива пришла в ту самую роскошную спальню с двуспальной кроватью, направилась к тумбочке слева. Аккуратно покрутив круглую ручку от выдвижного ящика, дива открыла его, являя на свет небольшой, но явно рабочий громофон. Вскоре, Малаша настроила его, подняла трубу и завела. Зузина лишь поставила первую пластинку под названием "Внучке". Послышалось шипение из трубы. Зузина села на кровать, прислушиваясь. Рядом с ней устроился и Гермес. Кузя, как и Малаша, остались стоять у двери Шипение сменил низкий, прокуренный голос. Секхмет заметно напряглась. - Алло, все, пишем уже? Кхм. Ну что, Снежа, поздравляю тебя, ты стала такой же сильной, как и твоя бабушка, а может, даже сильнее. Не думаю, что я бы дожил до этого момента, поэтому решил записать тебе это обращение. Я очень тобой горжусь, моя милая внученька. Я возлагаю на тебя большие надежды, все же ты умнее и намного дисциплинированнее своего отца и брата. Я верю, что ты сможешь приумножить наши накопления и дать здоровое потомство. На тебе лежит ответственность всего нашего рода... О, милая, подойди сюда. Милая, ну пожалуйста, я же это для Снежи записываю. - Зачем мне это? Опять эта глупая шайтан-машина, высасывающая души! - Ну милая моя, повелительница морей, как же ты не понимаешь, внучке же записываем пару добрых слов. Скажи ей что-нибудь напоследок -Ах, да что сказать, я уже ей все сказала! - послышался нежный, певучий женский голос, сладкий, словно мед, не тронутый прожитыми годами, - Ни за что пусть не выходит замуж на мужчину ниже себя по званию, а за бедняка тем более! Ох уж эта отмена крепостного права! Такая чушь! - Ну все, все, хватит тебе причитать, что было, то было, успокойся. Может, ещё что-то хочешь сказать? - Пусть счастлива будет. - Вот и отлично... Снежа, код от шкафа - год самого большого моего разочарования. Я надеюсь, у тебя все хорошо, надеюсь, что эта запись тебе не понадобиться. Удачи, наша внученька Запись закончилась. Секхмет сидела молча, смотря на свои руки. На её лице не было даже осколка эмоций. Она лишь потянула руку и убрала иголку с пластинки. Граф впервые видел её такой задумчивой. - Ты как? - Аверин аккуратно положил руку ей на плечо. - Я... - её голос вмиг стал хриплым, тихим, практически старческим, словно до этого она использовала чары, чтобы хотя бы говорила как молодая девушка, - В юности я боготворила их. Всегда слушала, соглашалась с их мнением, перенимала их мысли, считая, что они единственные знают все... тяжело осознавать свои ошибки, а их было очень много. Чтобы стать такой, какая я есть сейчас, мне пришлось кардинально изменить свое отношение к жизни, к людям, изменить свой характер, стать совсем другим человеком. Пусть я добилась всего того, чего они от меня желали, но не теми способами, которыми они бы хотели... Она тяжело вздохнула. Граф был рядом. Он понимал, что графине нужно время, чтобы собраться с мыслями, чтобы подавить в себе эти воспоминания, чтобы прийти в себя. - Сеша... Женщина медленно повернула на него голову и посмотрела на него. В её глазах стояли слезы. - Сделанного не воротишь. Всё, что мы сейчас можем - пожинать плоды прошлого и учиться на своих ошибках. Все мы помним свои главные ошибки, за которые нам стыдно, но далеко не все готовы учиться на них. Я думаю, что твои бабушка с дедушкой все равно гордились бы тобой, несмотря ни на что. Женщина отвела взгляд и глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. - Я... я знаю. Я это понимаю, но никак не могу заставить себя этому следовать. Мне действительно стыдно за себя прошлую. Наверное, я даже счастлива, что познакомилась с тобой только сейчас. Если бы ты узнал, какой я была, думаю, ты бы и минуты со мной не смог бы просидеть. Она улыбнулась и посмотрела наверх. Он не стал ей мешать. Спокойно дождался, когда она придёт в себя, когда станет вновь намного холоднее. Вскоре, Секхмет вновь взглянула на Гермеса. В её глазах уже не было ни намёка на минутную слабость. - Ты меня впервые Сешой назвал. - Да, прости. - Ничего. На самом деле мне даже понравилось. Может, нам действительно перейти хотя бы дома на укороченные имена? - На публике предлагаешь все так же по полному имени обращаться? - граф вскинул брови. - Почему бы и нет. Я бы хотела все домашнее оставить дома. К тому же, Кузя уже давным давно меня Сешой называет, - Зузина пожала плечами. - Хорошо, я согласен. Только у меня вопрос. На записи твой дед называл тебя не "Сеша", а "Снежа". Почему? Женщина усмехнулась. - Мои отец и дядя тогда тащились по Египту и тому подобному, поэтому заранее договорились, чтобы их детей звали, как Египетских богов. Они долгое время спорили, кто сможет назвать своего сына Сетом, богом войны, но, как ты понимаешь, в этой гонке проиграл мой отец. Но, чтобы не выглядеть проигравшим, мой отец придумал, чтобы меня звали Секхмет, как богиню войны. Дед был против, поскольку до этого они договорились, что первую внучку назовут Снежанной. Поэтому, несмотря на то, что по документам я Секхмет, дедушка и бабушка называли меня Снежанной или Снежей. Представляешь, какая каша была у меня в голове в детстве? Женщина вновь опустила взгляд. Аверин лишь крепче сжал её плечо, пытаясь вернуть Зузину с небес на землю - Какое имя тебе больше нравится? Секхмет задумалась. - Они мне оба не нравятся. Лучше бы я была какой-нибуль Настей или Алёной, хотя бы к фамилии подходит. Она вздохнула. Граф понимал, что ей банально тяжело говорить о своём прошлом и о семье. - А что за сейф? Женщина встала и подошла к платяному шкафу. Открыв его, она указала на дно шкафа. - Тут встроенный сейф с кодовым замком из 4 цифр. Всего было дано три попытки, две я уже использовала, на третьей неверной попытке все содержимое сейфа будет уничтожено. - А что там? - Аверин тоже подошёл к шкафу. И действительно, в тёмном углу был маленький металлический кодовый замок. Секхмет благоразумно отошла, чтобы колдун смог спокойно осмотреть сейф. - Не знаю. И Малаша тоже не знает, как и код. К шкафу подошёл Кузя, начиная водить носом, но почти сразу чихнул от пыли. - Гадость какая! Ещё и пахнет дихлофосом! Зузина усмехнулась. - Знаю, тут висели бабушкины шубки, шапки, их от моли каждый раз обрабатывали, запах уже просто въелся. Гермес задумался. Одна попытка, чтобы отгадать пароль, код состоит из 4 цифр, есть также подсказка, что это год главного разочарования дедушки Секхмет. Граф принялся перебирать различные моменты из личного дела её семьи. - Какие коды ты уже пробовала? - Год рождения бабушки и год рождения Сета. Больше на ум ничего не пришло. - Почему ты выбрала год рождения Сета? - Бабушка как-то раз обмолвилась, что из-за рождения Сета, дедушка ненавидит число 38. Вот я и подумала, что, раз его обычный пароль не подходит, он выбрал число, которое всегда обходил стороной. - А почему ты не можешь вскрыть замок с помощью чар? - Аверин ещё раз осмотрел замок. - Потому что любая попытка вскрыть замок не паролем приведёт к уничтожению содержимого. В детстве дедушка и бабушка уже показывали, к чему это может привести. - Какие ещё года твой дедушка мог бы ненавидеть? Зузина задумалась, явно перебирая различные события в своей голове. - Все, что связано с Сетом, с моим отцом и дядей и с войной, пожалуй. Хотя, годы войны он не прям ненавидел, но, скорее всегда сильно расстраивался, когда при нем поднималась эта тема. Аверин вновь задумался. - Может, год рождения всшего отца? - Кузя посмотрел на Секхмет. - Господин, когда родила госпожа, был счастлив, поскольку в тот день он ещё не знал, какие разочарования принесут ему сыновья, - спокойным голосом ответила дива. Граф и графиня тут же перевели взгляд на Малашу. - Твой господин считал именно сыновей разочарованием? - спросил Гермес Малаша кивнула. - Какой тогда год мог загадать дедушка? - Секхмет тоже решила спросить. - К сожалению, я не знаю. Господин ставил этот пароль в тот момент, пока я была в клетке, чтобы я не смогла никому рассказать о пароле. - Он хотел, чтобы его сыновья стали колдунами? Малаша хищно улыбнулась - И владеть мной? Ни за что, господин знал, на что я способна, отчего недостойным нельзя владеть мной. Зузина тут же посмотрела на Аверина. - Ты думаешь... - Да. В каком году они закончили Академию? - В 1935, - незамедлительно ответила Малаша. Граф нагнулся и начал вводить код. Графиня стояла рядом и наблюдала за пальцами колдуна. Послышался щелчок. Все выдохнули. Гермес поднял дно шкафа и явил на свет "сокровища" этого дома: на одной половине ящика внутри лежали различные женские украшения, от маленьких брошей до массивных колье и тиар. С другой стороны же лежали предметы мужского туалета: толстый кожаный ремень, с серебряной бляхой, белые перчатки, несколько галстуков, монокль и трость с серебряным наболдашником. Послышалось шипение. Обернувшись, граф увидел, как в мгновение ока, Кузя встал перед ним, оскалившись и выпустив когти, а в дверном проёме была Малаша в своей звериной форме. Руки сами собой призвали Плеть. Неужели дива нападёт на них? Неужели она сожрёт их всех? Почему именно сейчас? - Боишься? - голос Секхмет был на удивление ровным и спокойным. Её бледная рука спокойно достала из шкафа трость. Малаша зашипела громче, начиная пятиться. Женщина же спокойно пошла прямо на неё. - Сеша, стой! Вдруг зрение обволокло что-то тёмное. Тело стало таким... лёгким... Практически невесомым... Граф открыл глаза. Он лежал на кровати все в той же спальне, только над ним склонилась графиня и Кузя. Малаша чем-то гремела на фоне, затылок сильно болел. - Ты как? Что болит? - Секхмет взяла руку Аверина проверяя пульс. Кузя на удивление молчал. - Что это было...? - граф пока не хотел вставать, тело все ещё было ватным. - Малаша, похоже, активировала одно из заклятий, из-за чего все те, кто не входит в мою семью, потеряли сознание. Я и сама не знала, что такое заклятие у нас есть. - Ещё больше поводов на тебе жениться... - все-таки Аверин приподнялся на локте, потирая затылок. - Хозяин... давайте мы сюда больше вообще приезжать не будем? - Кузя посмотрел на графа с явной мольбой в глазах. Секхмет тихонько засмеялась. - Действительно, ощущение, что этот дом проклят! - она сама слегка поморщилась и потерла голову. - Тётя Сеша, вы тоже головой ударились? - Кузя, пытаясь повторить действия чародейки, попробовал найти её пульс на руке. - Нет, нет, все хорошо... Просто я очень испугалась, когда вы вдвоём упали, видимо, из-за этого голова разболелась. Она мягко улыбнулась и потрепала Кузю по голове. - Пойдёмте на кухню, там Малаша готовит ужин, чтобы попросить прощения. Там же вам обоим сделаем компресс, я лёд вам сделаю. Гермес усмехнулся. - Ну что ж, пойдём...