Часть 1

Мрачный осенний день. Турбин с болью смотрел медицинский отчет: Пациент: Майорова Евгения Павловна Дата поступления: 18 октября 2013 года Место происшествия: Техническое депо Южного железнодорожного узла, пространство между составами. Характер травмы: огнестрельное ранение правого плечевого пояса (входное — в переднелатеральной области; выходное — в заднелатеральной). Описание повреждений: Повреждение дельтовидной и большой грудной мышцы. Оскольчатый перелом плечевой кости (проксимальный отдел). Повреждение подключичной артерии (неполный разрыв, оперативно устранён). Повреждение плечевого нервного сплетения — частичное нарушение функции руки. Дополнительно: Фрагменты боеприпаса 5.45 мм (предположительно от автоматической винтовки) зафиксированы в мягких тканях правого плеча и верхней части грудной клетки, извлечены хирургически. Состояние при поступлении: геморрагический шок II степени, кратковременная потеря сознания. Установлен дренаж, проведено переливание крови, экстренная операция. Впоследствии — искусственная кома для предотвращения отёка мозга. Фактор, спасший жизнь: своевременный вызов помощи лицом, находившимся поблизости (заключённый, ранее задержанный пострадавшей). Госпитализация — в течение 18 минут после ранения. Оценка врачей: шансы на выживание без экстренной медицинской помощи — менее 20%.

***

Уже третий день она находилась в реанимации. На любой вопрос врачи отвечали, как запрограммированные автоответчики: «Ей нужен покой. Мы делаем всё возможное, чтобы сохранить ей жизнь». У входной двери отделения транспортной полиции стояли двое мужчин. - Мне нужно ехать в больницу, понаблюдать за ситуацией. - Слушай, Мишань, езжай к полковнику Сомову с докладом. Я отправлю дежурить Турбина. - Одолжишь "Волгу" - понимая, что отпираться бесполезно, попросил его Головин. - Боюсь, топлива не хватит. Дотянешь до заправки? - коллега передает ему ключи от автомобиля. - Надеюсь, смогу. Нам зарплату неделю назад дали. Куда ты все деньги отлистал? Корзуна мучило чувство вины за то что она не отправился на станцию вместе с ней. "Как же тебя угораздило" - думал он. Когда-то, ещё в период его службы в армии, на войне* он впервые узнал что означает тяжелое ранение, когда его сослуживец был ранен снайперской пулей в плечо из крупнокалиберной винтовки. Через полчаса к больнице на такси подъехал лейтенант Турбин. Он вышел из автомобиля и направился к входу. - Как она - взволнованно спросил он одного из врачей, который вышел на улицу в старом плаще. - Пока нет изменений. То что она выжила, даже врачи считают каким-то чудом.

***

Первый проблеск надежды

Палата утопала в мягком полумраке. Тусклый свет уличного фонаря проникал сквозь жалюзи, отбрасывая бледные полосы на стерильные стены. Возле двери в палату, на неудобном стуле, полусогнувшись и уронив голову на сложенные руки, дремал Артём Турбин. Врач, высокий, сдержанный мужчина в белом халате, подошел к двери. Он на мгновение задержался, глядя на спящего лейтенанта. Даже во сне усталое лицо Турбина было полным напряжённого ожидания. Тихий вздох нарушил тишину. Врач открыл дверь и вошёл в палату, включив свет. Кардиомонитор равномерно отсчитывал время короткими звуковыми сигналами. Взгляд — беглый, почти машинальный. Он видел уже сотни таких пациентов. Папка. Лист состояния. Ручка. Запись: "Состояние стабильное. Реакций нет. Сон глубокий. Давление в пределах нормы. Рефлексы незначительные." Неожиданно Майорова открыла глаза. Несколько секунд она смотрела в потолок, моргая, будто проверяя, не сон ли это. Потом медленно повернула голову и встретилась взглядом с врачом. Он замер. На мгновение. Затем его лицо оживилось. Он подошёл ближе, уже не как наблюдатель, а как участник. Проверил зрачки. Его руки двигались быстро, но точно, без суеты. Волнение ещё не прорывалось наружу, но в каждом движении чувствовалась сосредоточенность — настоящая, почти хирургическая. Он нажал кнопку вызова. — Пациентка пришла в сознание. Срочно. Палата номер тридцать восемь. Губы дрогнули. — Где я?.. Что случилось?.. Голос был хриплым, словно забывшим, как говорить. Врач подошёл ближе, спокойно и мягко, как с раненым ребёнком. — В больнице. Вы в безопасности. Всё самое ужасное уже позади. Пока врачи фиксировали первые признаки возвращения Майоровой к жизни, в отделении продолжалась работа. Корзун и Головин обсуждали вопрос, где может скрываться аферист Краморенко, один из сбежавших заключенных. - Сплошные ребусы, - задумчиво сказал Корзун, поднимая и перебирая какие-то документы, - вообще ничего не понятно. - Полагаешь, он уже за границей? - поинтересовался Головин, орошавший из небольшого комнатного опрыскивателя растение в горшке. - Всякое может быть, хотя вряд ли. Дело в Интерпол передали, так что торопиться Краморенко некуда. - Ага. - Спешить - да, торопиться - вряд-ли. - Документ для него новый состряпать не проблема. - При его возможностях - да. Хотя, он к комфорту привык. А жизнь в бегах комфорта не обещает. - Да, ну и что ты думаешь? Что он будет делать, пока ещё здесь? - Честно? - Ну, конечно честно. - Не знаю. - Ну Корзун, Корзун, ответил Головин, бросая коллеге кепку, - плохо, что не знаешь. - А откуда это здесь? - Турбин приволок. Это со "спортсмена", что по болотам обманкой бегал. - Не понял? - Что это не понял? - ответил Головин. - Турбин приволок, Где-то зазвонил телефон. - А эта дочка... а...

***

Мошенник в поезде

Вокзал. Темноволосая девушка с мужчиной в пальто и шляпе шли к вагону поезда. - Ира, последний раз тебя предупреждаю, - сказал полноватый мужчина в форме. - это фирменный поезд, а не хвост с... с... кошачий. Короче, вот работа. Девушка проверила паспорт. - Здрастье. - Здрасьте, проходите пожалуйста. - Проходите. Ещё раз увижу, этот бардак, я тебя..., я тебе обещаю, пойдешь на пассажирский от... по столбам... - Я справлюсь... - "Справлюсь"... Последний раз я тебе сказал. Мужчина повернулся к сотруднику персонала. Тем временем мужчина в пальто с девушкой прошел в вагон и зашел в купе. - Так, пожалуйста, - сказала девушка - не стой на сквозняках, ладно, береги себя. - Что бы я без тебя делал, девочка ты моя ненаглядная, ответил мужчина, - я умоляю тебя, приезжай поскорей. - Пап, как только закончу все дела, сразу прилечу. Этим мужчиной был Краморенко. Он обнялся с дочерью. - Как я тебя люблю. - Я тоже тебя очень люблю. Слава богу, все закончилось. Девушка покинула купе и вышла из вагона. Поезд тронулся. Краморенко открыл сумку. Там были деньги. За его дочерью, которая шла по перрону, наблюдали два человека в синей камуфляжной форме. Тем временем Майорова окончательно вышла из комы. Поморгав, она наклонила голову на бок и ёё лицо расплылось в легкой грустной улыбке. Она выжила. Через несколько минут в палату зашла знакомая ей медсестра. Евгения проснулась. - Что со мной с...? - В вас стреляли, но теперь вы в безопасности. Пока вы были в коме, вам сделали две операции. Вас скоро переведут в реабилитационное отделение. Новость показалась сюрреалистичной. Ей предстоял долгий путь. Пока медсестра говорила, сердце Евгении забилось быстрее при мысли о физиотерапии. Сможет ли она снова выполнять свою работу? Как к ней будут относиться коллеги? Турбин ещё сидел возле палаты. В окно лился тусклый, сероватый свет — московский октябрь, когда день почти не отличается от вечера. Коридор пах антисептиками, свежим линолеумом и затхлым кофе из автомата. Медсёстры ходили тише, чем обычно. На коленях у Турбина лежала тонкая папка: «Служебное пользование». Он держал её двумя руками — чуть неловко, как будто не знал, что с ней делать. Папка была открыта на первой странице. Турбин снова пробежался глазами по тексту. Знал уже почти наизусть, но всё равно читал. МВД РФ Отдел по расследованию преступлений на транспорте г. Москва Следователю Котову В.А. Докладная записка Оперативная сводка №72/11 от 18 октября 2013 года Об обстоятельствах ранения сотрудника полиции Майоровой Е.П. 17 октября в 12:43 на территории вагонного депо станции Москва-Пассажирская-Курская при попытке задержания лиц, совершивших побег из автозака, была тяжело ранена сотрудник уголовного розыска, майор полиции Майорова Евгения Павловна. Согласно предварительным данным, майор Майорова, находясь на станции по служебному визиту вместе с коллегой по отделению, обнаружила одного из сбежавших преступников в межвагонном пространстве. В процессе задержания она успела обезоружить и обездвижить одного из заключённых (ФИО устанавливается), после чего по ней был открыт огонь вторым беглецом из пистолета (предположительно, ПМ), выстрел пришёлся в область левого плеча. Через 2–4 секунды третий участник побега дал короткую очередь из автоматической винтовки (предположительно, ведомственной на базе АКС-74У), не прицельно. Один из фрагментов попал в грудную клетку, причинив проникающее ранение с повреждением лёгкого. После ранения капитан Майорова потеряла сознание. Благодаря действиям ранее задержанного участника побега (ФИО устанавливается), был вызван наряд и скорая помощь. Медицинская эвакуация произведена в течение 12 минут. На момент прибытия скорой — признаки дыхательной недостаточности, гиповолемический шок. По заключению дежурного хирурга, жизнь сотрудника была спасена благодаря быстрой доставке, своевременной трахеотомии и стабилизации давления. Оперативная группа продолжает розыск участников побега. Орудия преступления не обнаружены. Подпись: Начальник ОУР капитан полиции Воробьёв И.А. Турбин отложил первый доклад и рассматривал второй. Служебный доклад От: старшего следователя СК Котова В.А. К: начальнику УВД по ЮВАО 17 октября с.г., в 12:36, на территории локомотивного депо станции Москва-Товарная произошёл вооружённый инцидент при попытке побега из-под стражи. Майорова Е.П., сотрудник линейного отдела полиции, находясь на станции по служебному визиту вместе с коллегой по отделению, попыталась задержать одного из троих беглецов между вагонами состава. В результате оперативных действий один подозреваемый был обезврежен. Второй, воспользовавшись заминкой, произвёл выстрел из пистолета "ПМ" — пуля попала в плечо. Почти одновременно третий преступник дал короткую очередь из автоматического оружия, не прицельно. Предположительно, оружие было найдено или передано на территории депо заранее. Раненая сотрудница была обнаружена благодаря задержанному ранее заключённому, подавшему сигнал тревоги. Пострадавшую эвакуировали в сопровождении дежурного врача. На момент прибытия медиков наблюдались шоковое состояние и значительная кровопотеря. Состояние оценивается как тяжёлое стабилизированное. Ведётся расследование. Заключённые №2 и №3 находятся в розыске. Он достал ручку из внутреннего кармана пиджака. Провёл линию под фразой: «воспользовавшись заминкой, произвёл выстрел». Заминка. Он хорошо знал, что за "заминка" там была. То, что один из зеков всё-таки сдался. А второй воспользовался этим. Ещё подчеркнул: «задержанному ранее заключённому, подавшему сигнал тревоги». Не хотел, но всё равно выдохнул — коротко, зло. — Ни черта он не «подавал сигнал». Он просто заорал, потому что крови испугался, — пробормотал, почти беззвучно. — Но спасибо ему, да... Он положил ручку обратно в карман, закрыл папку, затем снова открыл. Глаза его задержались на словах: «состояние — тяжёлое стабилизированное». — Уже не тяжёлое, — сказал он в пространство. — Уже стабилизированное. И спасибо, что ты упрямая. Не только в допросной. Он открыл дверь в палату, чтобы заглянуть, и посмотрел на неё. Майорова лежала неподвижно, дыхание было едва уловимо, но ровное. — Женя. Ты меня слышишь? Пояснения: * - возможно, имелась в виду Первая Чеченская война. Некоторые персонажи-полицейские в прошлом проходили военную службу.