Глава 1. Его интерес

      — Вы просили меня остаться, — почти выплюнул Антонин, недовольно уставившись на нового преподавателя по ЗОТИ.       Гермиона Грейнджер появилась в Хогвартсе недавно и совершенно неожиданно. Посреди учебного года руководство школы поменяло им профессора, ничего толком не объяснив.       Долохову, как и большинству слизеринцев, было все равно на смену учителя, а вот Том изрядно нервничал и буравил Грейнджер взглядом.       Та же его словно не замечала, отдавая всё внимание ему — Антонину.       — Просила, — кивнула Грейнджер, улыбнувшись, и сбросила с себя преподавательскую мантию.       Нос защекотал приятный аромат духов. Долохов вдруг замер, ибо его взору открылся ее образ: Грейнджер была одета в белую рубашку и чересчур короткую юбку (она едва доходила до колена). Он невольно сглотнул, когда его глаза остановились на острых коленках.       — Мистер Долохов, будучи педагогом, я очень обеспокоена слухами, которыми полнится Хогвартс. Я понимаю, я новый человек, но всё же вынуждена спросить: вы, мистер Реддл и мистер Малфой промышляете чем-то незаконным? Быть может, используете запрещённую магию?       Она медленно приблизилась и, оперевшись ладонями на стол, чуть наклонилась. На ее губах играла легкая ухмылка, но за этой показной легкостью и милым тоном скрывалось нечто иное, как думалось Антонину. Невзирая на твердую убежденность в ее хитрости, Долохов все равно бегло взглянул на ее грудь, которая оказалась в непозволительной близости от его лица. Так и хотелось потянуться к ней ладонью. Она словно манила его.       Ох уж эти чертовы гормоны. Профессор Грейнджер была хороша собой. Даже слишком.       Прочистив горло, он тихо произнес:       — Не понимаю, о чем вы, профессор. Мало ли что болтают.       Она оттолкнулась от стола и, обойдя его, уселась прямо на парту, свесив свои красивые ноги. Ее изгибы в такой позе были столь соблазнительны, что Антонин задержал дыхание.       — Мистер Долохов, — ее голос звучал так чарующе, словно мантра, — я бы хотела открыть небольшой дуэльный клуб для узкого круга учеников, но я не смогу это сделать, если в школе практикуют темную магию.       — Для узкого круга? — загорелись его глаза.       Тому это… не понравится. Или понравится? Антонин не ведал. Мысль, что Грейнджер роет под них, не покидала его. Но дуэльный клуб — это же мечта любого старшекурсника. Фактически, разрешение на легальные сражения.       — Очень узкого, — почти шепотом произнесла она.       Долохов ощутил, как к щекам прилила кровь. В голове зрели отнюдь не самые приличные фантазии о сидящем перед ним профессоре. Руки сжались в кулак, ибо еще минута этого странного диалога, и Антонину придется позорно бежать в туалет, чтобы… избавить себя от тесноты в штанах. Еще на уроке ему было плевать на профессора, а теперь его тянуло к ней самым немыслимым образом.       — Я… я, наверное, пойду, мне нечего вам рассказать о делах Тома, — стал было собираться Антонин, но внезапно тонкие пальцы схватили его за галстук.       Долохов застыл на месте. Губы Грейнджер вдруг обрушились на его, и Антонин тотчас растворился в этом поцелуе, ибо Гермиона сминала его уста страстно, даже грубо. Ее язык лизнул его, и она неспешно отстранилась.       — Расскажи мне всё, — говорила она на манер змея-искусителя. — Расскажи, что планирует Том, где вы собираетесь, чем занимаетесь.       Она держала его за галстук и нежно целовала челюсть. Долохов больше не мог противиться ее чарам.       — В тайной комнате, — ответил он сбивчиво. — Мы изучаем самую темную магию, планируем… планируем несколько убийств магглорожденных. Том ищет кое-что… Кое-что древнее. Артефакты… Вроде, — разум кричал ему заткнуться, но он не мог, — реликвии основателей.       — Где он прячет свой дневник? Кольцо?       — Какой дневник?       — Крестраж! — она укусила его за жилку на шее.       — Простите, профессор, я не знаю, о чем вы…       Он потянулся было за новым поцелуем, но Грейнджер как подменили. Все резко прекратилось. Она отпрянула и слезла со стола. Морок тотчас спал с Антонина, и здесь то он осознал, что его использовали.       — Вы! — вскочил он. — Вы околдовали меня.       Холодный и острый, сродни бритве, взгляд Грейнджер скользнул по семикурснику.       — На войне все средства хороши. Обливиэйт.       Голубой луч достиг его мгновенно, и он обмяк.

***

      Гермиона выпроводила Долохова, стерев ему последние минуты из памяти, и протяжно выдохнула, сжав переносицу.       — Никто ничего не знает. Видимо, придется заняться Реддлом лично. Как же… бесит.

***

      — Вызывали, профессор?       Том появился ближе к восьми, как они и договаривались. В его темных глазах не читалось ничего, кроме, возможно, холодного интереса.              — Да, Том, — улыбнулась Гермиона и жестом пригласила его присесть.       — Благодарю, но я, пожалуй, постою, — голос звучал как сталь. — Или вы… надолго меня вызвали?       Гермиона окинула его взглядом и была поражена тем, как идеально на нем сидела слизеринская форма: белая рубашка под горло, зеленый галстук, отутюженная мантия, а вычищенные ботинки даже сверкали.       Собравшись с духом, Грейнджер начала проворачивать свой обычный трюк — сняла мантию, дабы аромат дурманящих духов с каплей Амортенции достиг его носа, и медленно двинулась к нему. Ее трясло. Внутри, казалось, все замерло, лишь сердце гулко стучало.       Шаг. Второй. Третий.       Гермиона неспешно приближалась к Тому, ожидая изменений в его поведении, но те не наступали. Он оставался бесстрастным.       Абсолютно.       — Профессор? — невозмутимо вскинул бровь. — Вы ответите на вопрос?       «Черт побери! Давай же, ну!»       Остановившись в полуметре, она твердо взглянула ему в глаза, узрев в них ноль эмоций. Осознание неприятно кольнуло в груди. Гермиона еле поборолась с отвращением, обслюнявила уже четырех юных Пожирателей, переместилась во времени, в конце концов, а Том…       Чертов Волдеморт взирал на нее сверху вниз с полным равнодушием.       — Недолго, — понурила плечи, смирившись с тем, что ее план провалился, — хотела согласовать время для дуэльного клуба. Но если вы спешите…       — Нет. Я останусь, — прервал он ее, шагнув вперед. Расстояние между ними сократилось, и Гермиона хотела отступить, но Том не позволил — схватил за запястье и дернул на себя. — Ну куда же вы, профессор?       «Он знает!» — мелькнула неутешительная мысль.       — Пустите меня, мистер Реддл, — потребовала она.       — Я вам не нравлюсь? — деланно расстроился он. — Или возмущены, что ваши духи с Амортенцией на меня не действуют? Мне, признаться, было интересно, когда же настанет моя очередь. Когда мечта всех юношей, профессор Гермиона Грейнджер, наконец-таки позовет меня на свои миленькие встречи, подробности которых странно исчезают из воспоминаний упомянутых юношей.       Его острый взгляд пронизывал. Гермиону охватила дрожь. Он держал ее крепко. Ей не вырваться, а палочка, как назло, лежала на столе.       — Не понимаю, о чем вы, — выплюнула она.       — Вы оставляете улики. Ваш парфюм, — он наклонился и прошелся носом по ее шее, — имеет очень сильный аромат. Мне пришлось пробраться в вашу комнату и изъять флакон, чтобы подтвердить свои подозрения.       Близость заставила Гермиону вздрогнуть. Темный Лорд нюхал ее. Мерлин, какой ужас.       — Как вы посмели шариться в моих вещах? — злобно прошипела она, пытаясь отпрянуть, но тщетно.       Конечно, Грейнджер предполагала такое развитие событий, поэтому подготовилась и спрятала все важные вещи и документы в арендованном доме, что находился в Хогсмиде.       Том оторвался от изгиба шеи и вновь посмотрел ей в глаза. Его зрачки были расширены. На него духи так подействовали или… это естественная реакция?       — Пустите меня немедленно. Я не понимаю, что вы несете!       — Вы лгунья, профессор Грейнджер, — он оскалился.       Том резво развернул ее и прижал спиной к своей груди двумя руками. Гермиона не могла сдвинуться. Как ни странно, Реддл был чересчур силен.       Его рука заскользила вниз по ее телу и бесцеремонно забралась под юбку. Грейнджер всхлипнула и снова попыталась вырваться, но хватка Тома была мощной. Его пальцы прошлись по кружеву ее чулок, бедру и, добравшись до нижнего белья, отодвинули вбок ластовицу трусов.       — Ты с ума сошел? Пусти меня, Том. Сейчас же!       Мольбы не были услышаны. Его пальцы прошлись вдоль ее сухих половых губ.       — Я просто хочу взять свое. Почему им ты позволяла, а мне нет? — Том обжег шепотом ее ухо.       Он держал ее чертовски крепко.       — Я буду кричать, — глухо отозвалась она.       Его, видимо, не волновали угрозы, ибо в следующий миг он проник в нее сразу двумя пальцами, Гермиона невольно застонала.       — Рискни, Гермиона. И я расскажу всем, что новый профессор по ЗоТИ — извращенка. Благо, у меня есть много свидетелей.       Его движения пускали странные мурашки, будто тело ей не подчинялось. Она прикрыла глаза, пытаясь отогнать неконтролируемое чувство.       Тем временем Том коснулся губами ее шеи и усилил стимуляцию руками.       — Что ты хочешь? — прохрипела она.       — Мы поступим так: ты встретишься со мной завтра ночью. Наедине. А я буду молчать о случившемся и не расскажу Дамблдору, чем занимается его новый профессор.       Все резко прекратилось. Том отпустил ее так внезапно, что Гермиона чуть не рухнула на пол, но успела ухватиться за стол и опереться на него.       — До завтра, профессор Грейнджер.       Том ушел, оставив ее в полном раздрае.       План провалился с громким треском.