Часть 5

В итоге дерево Томми оказалось в замковых садах. Они нашли крошечное деревце, крепко посаженное у одного из старых засыпанных прудов. Его зелёные листья были яркими и здоровыми, и Томми был очарован, когда ему его показали. Теперь, когда наступила весна, Техно и Фил разрешали Томми выходить на улицу, если рядом был кто-то из взрослых фейри. Уилбур тоже часто ходил с ними на прогулки. Уилбур мог усадить малыша перед его деревом и молча смотреть на него пару часов. Учитывая, каким активным стал Томми с наступлением весны, это был хороший трюк. В тот момент Уилбур сидел у основания небольшого летнего дерева, а Томми лежал у него на коленях. Одна из книг, которые дал ему Техно, использовалась в качестве ремня безопасности, чтобы Томми не двигался, пока Уилбур читал. Сам Техно последние несколько часов непринуждённо сидел на скамейке в нескольких метрах от них. С наступлением весны Техно стал немного менее энергичным. Однако он был достаточно взрослым, чтобы весенняя хандра не так сильно его одолевала. Помогло то, что ему, по-видимому, нравилась весна, хотя Уилбура иррационально раздражало, что фейри предпочитает сезон после своего или даже до своего. Фил присоединился к Техно на скамейке всего несколько минут назад, выполнив все королевские и сезонные обязанности, которыми занимался всё утро. Он, конечно, жил на полную катушку. Это также иррационально раздражало Уилбура, и сегодня это чувство усилилось, потому что он всё ещё слегка клевал носом после лекарства от аллергии, которое Техно заставил его принять утром, прежде чем выпустить на улицу. К счастью, у него был способ улучшить своё настроение. — Я закончил главу, — крикнул Уилбур, взглянув на взрослых. Он наблюдал, как Техно полез в карман и достал одну из шоколадных конфет, которые он стал носить в дополнение к своим любимым конфетам фейри. Техно бросил её Уилбуру, и тот легко поймал её в воздухе после всех тренировок, которым он посвятил последние несколько месяцев. — Мой! — Объявил Томми, когда Уилбур поймал угощение. Его руки потянулись к нему, но Уилбур отдернул его. — Нет, Томми, — сказал Уилбур. — Человеческий шоколад не для маленьких фейри. Томми посмотрел на него и нахмурился. — Мой! Уилбур вздохнул и посмотрел на другого фейри. — Ты можешь принести ему что-нибудь ещё поесть? — Конечно, — согласился Фил, вставая. Он достал из кармана чернику. Лично Уилбур не стал бы её есть, но Томми, похоже, был доволен, когда Фил протянул ему ягоду, поэтому Уилбур не стал спорить. — Эй, Би, — сказал Фил мягким, но каким-то раздражающим тоном. Он не собирался возвращаться на своё место, и Уилбур невольно напрягся, хотя Фил был очень добр к нему последние несколько месяцев. — Думаю, тебе стоит придумать другое имя для Томми, когда вы будете снаружи. Уилбур моргнул, глядя на него. — Что? — спросил он. — Почему? — Ну, можно использовать его, когда мы одни, но в общественном месте, где могут быть другие фейри, лучше не называть его настоящее имя из соображений безопасности. — Томми это не его настоящее имя, — нахмурившись, сказал Уилбур. — Так я его называю. Я не знаю, как его зовут на самом деле. Никто мне не сказал. Фил лишь на мгновение посмотрел на него, прежде чем странно ухмыльнуться. — Понятно, — медленно произнёс он. Фил присел на корточки, чтобы дать Томми чернику, но теперь он переместился так, что сел на землю перед Уилбуром. Уилбур уставился на него. Он не всегда знал, что думать о Филе. С Техно он мог иметь дело. Он понимал, как устроены зимние фейри. На тот момент их отношения были построены на сделках, что давало Уилбуру определённую структуру, позволявшую ему легче ориентироваться в их взаимодействии. К тому же Техно не умел лгать. Ну, технически ни один фейри не умел лгать, но, в отличие от Фила, в поведении Техно чувствовалась искренность. Он никогда не мог скрыть, насколько он фейри, в присутствии Уилбура. Когда он раздражался, его голос становился слишком низким и глубоким, а на лице не всегда отражались человеческие эмоции. Он никогда не был грубым, но мог быть довольно настойчивым. Он всегда ясно давал понять, чего хочет от Уилбура, и от этого Уилбуру становилось легче дышать. Фил совсем другое дело. Он хорошо притворялся человеком, но Уилбур слишком хорошо знал фейри, чтобы его можно было обмануть. Он видел проблески фейри за человеческим обликом, особенно сейчас, когда у Фила наступил сезон, и это заставляло его относиться к Филу с подозрением, как если бы тот просто показал себя настоящего. Фил также решительно отвергал все замечания Уилбура о сделках. Это расстраивало Уилбура и часто внушало ему страх, но с приходом весны страх начал превращаться в гнев. — Знаешь, — сказал Фил, отвлекая его от мыслей слишком мягким выражением лица. Уилбур решил проигнорировать раздражение, которое это вызвало, и пока что послушать его. — Настоящее имя фейри не обязательно совпадает с тем, которое ему дали при рождении. Иногда имя, с которого они начинают, по какой-то причине не подходит, и фейри в итоге идентифицирует себя с другим именем. Иногда это прозвище, которое люди слишком часто использовали, прежде чем закрепилось вместо настоящего имени, или имя, которое дал им человек, которого он очень любят. Я думаю, кто-то, — Фил щёлкнул Томми по носу, — выбрал имя, которое ты дал ему, в качестве настоящего. Уилбур на мгновение потерял дар речи. — Правда? — спросил он. Слово прозвучало сдавленно. — Ага, — ответил Фил, и на его лице появилась странная улыбка, которая впервые не заставила Уилбура почувствовать себя неловко. Уилбур почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы, и отвернулся от Фила. Он несколько раз тяжело сглотнул, крепче прижимая к себе ребёнка. — Итак, — сказал Фил, дав ему время прийти в себя. — Возможно, стоит придумать тебе прозвище. Уилбур кивнул, слегка запаниковав, когда вспомнил, сколько раз он по неосторожности произносил имя Томми вслух, не задумываясь. — Да, — сказал он. — Хм. Как вы его называете? — Уилбур знал, что Фил и Техно иногда водили Томми в суд, так что у него, должно быть, уже есть какое-то прозвище. — А... ну что ж, — сказал Фил. — Все называют его Верховным правителем всего сущего, — предположил Техно. — Что? — Спросил Уилбур. — Или сокращенно Верховный. — Техно пожал плечами. — Я не буду так его называть, — решительно сказал Уилбур, глядя на Томми. Томми ухмыльнулся ему, пуская слюни и пережёвывая чернику. — Я буду называть его Черникой. Взрослая фейри сделала паузу. — Черника? — с сомнением переспросил Техно. — Да, — сказал Уилбур. — Почему? — Конечно, — сказал Фил. — Можешь называть его так. Пока что. Но не стесняйся предлагать другие варианты. — Ему нравится прозвище Черника, не так ли, Черничка? — спросил Уилбур. — Черника! — Радостно воскликнул Томми. — Черника! Уилбур улыбнулся ему и наклонился, чтобы поцеловать в макушку. — Пока! — Томми радостно захлопал в ладоши. Звук этого имени, искажённого детскими губками и превратившегося в нечто вроде «Уи-би», заставил его задуматься. Он задался вопросом, могут ли люди тоже иметь разные настоящие имена. В конце концов, «Уилбур» не было его настоящим именем. Его мать дала это имя матери Томми. «Уилбур» - это просто имя, которое пришло ему в голову однажды ночью, и с тех пор он использовал его вместо настоящего. С самого начала оно казалось ему более настоящим, чем то, которое продала его мать, а за последние несколько лет это стало ещё более очевидным. — Фил, ты же не собираешься позволить ему называть этого ребёнка Черникой, правда? — слишком громко прошептал Техно со скамейки. — Тише, — сказал Фил, даже не пытаясь говорить шёпотом. — Я позволю. Уилбур отложил размышления о своём имени. Взрослые фейри всё равно называли его прозвищем, а Томми не мог его произнести, так что не имело значения, настоящее ли имя «Уилбур». (Хотя он отчасти надеялся, что это его настоящее имя.) После того дня Томми стал Черникой, по крайней мере, для Уилбура. Для всех остальных он был кем-то вроде «Верховного правителя всего сущего». Фил чаще всего называл его «Верховным», а Техно в основном просто говорил «Правитель всего сущего», хотя иногда заменял это на «Верховный». Несколько работников замка, которые чаще всего общались с Томми, начали использовать аббревиатуру для этой фразы, хотя все они были разными, поскольку люди изначально использовали разные наборы слов. По сути, если вы слышали набор случайных букв или слов, скорее всего, это относилось к Томми. Весна в царстве фейри тянулась медленно, как будто время для его короля буквально замедлялось, и с каждым днём чувства Уилбура к весенним феям становились всё более противоречивыми. Это был сезон Фила, и хотя Уилбур не считал его слабым ни в одно из предыдущих времён года, это было заметно. Весной от него исходила другая аура, наполненная силой, от которой Уилбур тревожно ёрзал. И всё же в то же время что-то в фейри неуловимо притягивало его, как планета, пытающаяся получить тепло от солнца, не сгорая. Это было сложно. К счастью, Техно, как всегда, было противоположностью сложности. Уилбур тяжело вздохнул, и Техно взглянул на него. Они находились в комнате, которую недавно переделали в подобие школьного класса. Техно действительно заботился об образовании, даже, по-видимому, о человеческом. Уилбур смутно помнил, как пошёл в первый класс, но его мать приняла решение продать его к середине сентября того же года. Он умел читать; должно быть, кто-то научил его этому в детстве, потому что у него неплохо получалось. Он сохранил этот навык, живя в мире фей, и читал разные книги в свободное время. Это было одно из немногих занятий, которые не вызывали у него скуку и не приводили к неприятностям. Однако в других областях его образования были некоторые пробелы. — Возникли проблемы? — Спросил Техно. Уилбур покачал головой и нахмурился, глядя на стол. — Просто устал. — Техно, конечно, знал, что в последнее время он плохо спал. Ему снились кошмары, и даже не о суде над матерью Томми. Его боязнь воды усилилась после сильного весеннего шторма две недели назад, и с тех пор ему снилась только вода. — Ну, тебе не обязательно делать все домашние задания сегодня, — сказал Техно. — Просто сделай часть из них. Уилбур посмотрел на него с унылым видом. — Если я закончу это домашнее задание по математике, можно я пойду посплю в саду с Томми? — Конечно, — согласился Техно. — Договорились. — Он наклонился и прижался лбом ко лбу Уилбура. — Отлично! — радостно сказал Уилбур. Он написал «=5» в нижней части листа, над которым работал последние полчаса. Затем он быстро передал готовый лист Техно. Техно даже не успел выпрямиться. — Я сейчас пойду за Томми. — Ты хитрее большинства фейри, которых я знаю, — сказал Техно, когда Уилбур соскользнул со своего места, его тон был насмешливым. — Но сделка есть сделка. Продолжай. Уилбур ухмыльнулся, а Техно раздражённо покачал головой. Детская Томми находилась в соседней комнате, так что за ним можно было наблюдать, пока Техно давал Уилбуру уроки. — Выпусти меня! — пожаловался Томми, увидев его. В тот момент он сидел в манеже, сжимая руками прутья, словно собирался перелезть через них. — Не волнуйся, Томми, — сказал Уилбур, улыбаясь. — Мне удалось освободить нас обоих на вторую половину дня. — Он взял свёрток с пелёнками, прежде чем достать Томми из манежа. Он прошёл мимо Техно с улыбкой на лице. Он знал, что ему повезло, что Техно не возражает против его немного дерзкого поведения, поэтому он старался не делать этого слишком часто, но сегодня он действительно устал. — Хочешь пойти в наше любимое место? — спросил Уилбур у Томми. Томми всё ещё дулся из-за того, что сегодня так долго просидел в манеже, поэтому Уилбур ответил за него. — Да, хочу. Уилбур и Томми теперь проводили больше времени в садах. Фил и Техно даже не настаивали на том, чтобы ходить за ними по пятам, пока Уилбур обещал оставаться в главном из пяти садов замка. К счастью, главный сад был достаточно большим и даже занимал место, где было посажено дерево Томми. Они часто навещали дерево Томми или бесцельно бродили по садам, рассматривая цветущие растения. Однако Уилбур хотел пойти только в одно место, когда уставал. Уилбур посадил Томми у основания самого высокого дерева в главном саду. Это было красивое и явно очень старое дерево. С него постоянно падали лепестки, образуя у основания розовую кучку, в которую Томми с радостью запустил пальцы, когда его отпустили. Уилбур подготовил слингокуртку, чтобы привязать Томми к себе, прежде чем снова поднять его. Лепестки падали с его маленьких пальчиков, когда его поднимали. Как только Томми устроился, Уилбур огляделся, чтобы убедиться, что никто не видит, что он собирается делать, а затем начал карабкаться. Примерно месяц назад Уилбур нашёл в стволе дерева дупло, достаточно большое, чтобы Уилбур мог лечь на спину, вытянув руки над головой, и не касаться стен ни руками, ни ногами. Он также мог стоять в нём, хотя взрослый человек не смог бы. Это было уютное маленькое дупло на высоте около 3 метров от земли, вход в которое был скрыт ветвями дерева. Уилбур был уверен, что никто, кроме них, не знал об этом дупле. Он мог бы сидеть у входа и смотреть на людей сквозь ветви, и его бы никто не заметил. Томми, похоже, тоже понравилось это место. Уилбур положил его на стопку одеял, которые он тайком пронёс сюда несколько недель назад, прежде чем взять одно для себя. Дно кроватки было на удивление мягким. Уилбур свернулся калачиком и с удовольствием задремал рядом с Томми, который тоже, казалось, был не прочь вздремнуть. По крайней мере, какое-то время он был не прочь. В конце концов малыш решил, что они больше не спят. — Черничка! — голос Томми заставил Уилбура очнуться. — Черничка, Черничка, Черничка! Уилбур вздохнул. У Томми был период, когда он зацикливался на некоторых словах, которые слышал, и… повторял их снова и снова. «Черничка» была одним из его любимых слов не только потому, что Уилбур называл его «Черничка», но и потому, что он, к сожалению, узнал, что, если на улице постоянно повторять слово «Черничка», то на любом растении поблизости появится Черника. — Черника! — снова проворковал он. Уилбур поднял взгляд и увидел, что на одной из ветвей большого дерева расцвела ежевика. Уилбур вздохнул и сорвал для него ягоду, прежде чем тот начал плакать из-за того, что не мог до неё дотянуться. — Черника! — сказал он, как только доел её. Появилась ещё одна ягодка, и он сорвал её. — Черника! — Томми, ты не можешь просто выращивать ягоды в неограниченном количестве, — проворчал Уилбур. — Черника! — Парню повезло, что он был симпатичным. Уилбур в отчаянии уставился на крышу комнаты на дереве. — Или, может быть, ты сможешь. — Ч-Черника! Уилбур быстро понял, что в ближайшее время ему не захочется вздремнуть. Вместо этого он взял одну из книг, которые хранил здесь, и открыл её, время от времени останавливаясь, чтобы собрать ягоды, до которых Томми не мог дотянуться. — Ты испортишь себе ужин, — упрекнул Уилбур. — Черника! Ура! — был ответ. Ну, Уилбур не был его родителем, он был просто его… человеком, так что он решил, что это не его забота, и сорвал ему самую свежую ягоду. А потом ещё одну… и ещё одну. Казалось, что эта закономерность будет повторяться бесконечно, пока её внезапно не прервал голос. — О! Привет. Уилбур замер при звуке голоса Фила и повернулся, чтобы посмотреть на голову фейри, появившуюся в дупле. Уилбур не задумывался о том, можно ли ему здесь находиться, рассчитывая, что его никогда не поймают. Техно, скорее всего, было всё равно, но Филу могло быть не всё равно. — Черника! Фил поднял глаза и увидел, как с другой ветки выросла ягода. — А, — сказал он, полностью забираясь в дупло. — Так вот что было странным в моём дереве. — Это твоё дерево? — спросил Уилбур, испытывая странную смесь страха и смущения. Он не… подумал, что это может быть дерево Фила, хотя, наверное, должен был. Это было весеннее дерево, огромное, в главном саду. Наверное, это было довольно очевидно, но эти факты выскользнули из головы Уилбура ещё до того, как он успел их обдумать. Его привлекло это дерево ещё до того, как он нашёл дупло. Может быть, его странное увлечение деревом должно было стать ещё одним намёком. — Я не против, что ты здесь, — сказал Фил, заметив беспокойство Уилбура. — Однако я не в восторге от кое-кого, — он повернулся к Томми, произнося это. Малыш хихикнул. — Использует мою магию, чтобы делать себе запрещённые ягоды. — Черника! — ответил Томми. Ягодка появилась рядом с головой Фила. — Ура! — сказал малыш. — Черника растёт на кустах, молодой фейри, — сказал Фил, шутливо прищурившись и глядя на малыша. Томми захлопал в ладоши и захихикал, довольный своими проделками. — Ягодка! — объявил он. Прямо перед его лицом на дереве появилась огромная ежевика. — М-м-м! — Ты такой придурок, ты это знаешь? — спросил Фил. И поскольку он был Томми, он тут же открыл рот. — Придурок! Уилбур посмотрел на Фила, и Фил посмотрел на него в ответ. — Придурок! — Я допустил ошибку. — Придурок! — Черничка, — твердо сказал Уилбур. — Придурок. — Придурок! Уилбур сорвал ежевику, которую вырастил Томми, и поднёс её к лицу. — Черничка. — Придурок, — Томми надулся, когда его слово не привело к тому, что он получил ягоду. — Черничка Маленькое личико Томми сморщилось, когда он очень усердно задумался. — Черничка Уилбур протянул ему ягоду. — Черника! — Рядом с ними на ветке дерева выросла ежевика. Он хлопнул в ладоши. — Черника! Черника! — Что ж, — сказал Фил. — Полагаю, я предпочитаю Чернику. — Черника! Фил вздохнул, но больше не возражал. Он оглядел дупло, заметив стопку книг и пару одеял, которые Уилбур притащил месяц назад или около того. — Ты уже бывал здесь раньше, — заключил он. — Извини, — сказал Уилбур. Фил покачал головой. — Я не против, — сказал он. — По крайней мере, ты вежливый гость. — Черника! — Честно говоря, я привел невежливого гостя. Фил просто пожал плечами. Он опустился на пол, чтобы не сидеть на корточках, и ухмыльнулся. Он протянул руку и схватил одеяло, которое Уилбур уже накинул ему на плечи. Он аккуратно поправил его, чтобы оно пришлось ему по душе, а затем нежно погладил Уилбура по кудряшкам. Уилбур моргнул, глядя на него, и на мгновение затаил дыхание. Его выражение лица было безошибочно нежным, но не таким, как всегда раздражало Уилбура. Он видел, как Уилбур смотрел на Томми, когда тот делал что-то особенно милое и по-детски наивное, но теперь это выражение было обращено к нему. — Интересная книга? спросил он. — Да — ответил Уилбур. — Это сборник легенд от Техно. Фил тихо рассмеялся. — Конечно, это первое что он тебе даст. Тебе нравится? — Да, — сказал Уилбур. — Кстати о Техно, разве ты не должен сейчас за уроками быть? — Я устал, — сказал Уилбур. — Поэтому я… убедил Техно дать мне отдохнуть. — Убедил, да? — спросил Фил, приподняв бровь, но при этом улыбаясь. Он выглядел почти гордым, и Уилбур снова почувствовал странное притяжение к этому человеку. Уилбур пожал плечами. Он обнаружил, что физически придвигается ближе. — Черника! Вздохнув, Фил отвернулся от Уилбура и сорвал для Томми самую спелую ягоду. — Полагаю, теперь ты отвечаешь за ягоды, — сказал Уилбур, откинувшись на спинку стула и снова уткнувшись в книгу. — Черника! — Полагаю, что да. Уилбур продолжал читать, хотя ему было трудно сосредоточиться, потому что его глаза всё ещё слипались. Он зевнул, отложил книгу и посмотрел на Фила. Фил в тот момент держал Томми на руках и, вероятно, пытался убедить его перестать выращивать ягоды, потому что что-то бормотал ему. Обычно Уилбур слишком нервничал, чтобы уснуть рядом с Филом, но сегодня он чувствовал себя на удивление спокойно. Возможно, он привык дремать на дереве, а поскольку это было дерево Фила, то и энергия была такой же. Он не был уверен, но обнаружил, что свернулся калачиком на боку, лицом к нему и Томми. Фил начал тихонько покачивать Томми и, к удивлению Уилбура, начал петь мелодию. Неудивительно, что Фил хорошо держал ноту, музыка была частью жизни фейри, но Уилбур никогда не слышал, чтобы он пел. Песня показалась Уилбуру знакомой, но он не мог вспомнить, откуда она. Однако она была приятной и успокаивающей. Уилбур закрыл глаза, слушая мелодию Фила, и быстро уснул. Впервые за несколько недель ему не снилась вода.