Глава 8. Возвращение

Оглушительный взрыв сотряс библиотеку до основания. Пыль, обломки книг, клочки перьев говорящей совы (которая, пророчески ощущая неладное, успела улететь за несколько минут до взрыва, оставив лишь сердитое карканье в качестве прощального подарка) взметнулись в воздух, окутывая все пространство густой, едкой пеленой. Когда дым начал рассеиваться, открылась картина полного разгрома. Полки рухнули, словно подкошенные, некогда аккуратно расставленные свитки и фолианты валялись на полу беспорядочной грудой, а предметы мебели, когда-то гордо занимавшие свои места, превратились в бесформенные кучи щепок и ломаного дерева. Библиотека, хранительница знаний и тишины, теперь напоминала поле битвы, где сразились хаос и порядок, и победил, к сожалению, хаос. Посреди этого апокалиптического пейзажа, словно маяк надежды во тьме, мерцало зеркало. Его поверхность пульсировала неземным светом, пробиваясь сквозь завесу пыли и разрушений, словно стремясь осветить путь к спасению. Напряжение достигло критической точки. Все затаили дыхание, не смея пошевелиться, опасаясь спугнуть хрупкий момент. Сердца бешено колотились в груди, предчувствуя кульминацию их отчаянной попытки. Затем, медленно и неуверенно, словно призрак, материализующийся из воздуха, из самой зеркальной глади начала проступать фигура. Сначала появилась тонкая, бледная рука, затем очертания плеча, и, наконец, вся фигура целиком предстала перед ними. Это была Лора. Ее лицо, осунувшееся и бледное от долгого заточения, выражало сложную смесь чувств – облегчение от близости к спасению, страх перед неизведанным, и глубокую усталость, пропитавшую каждую клеточку ее тела. Она казалась невероятно хрупкой и уязвимой, словно бабочка, с трудом вырвавшаяся из тесной оболочки кокона, готовая в любой момент рассыпаться в пыль. Собрав последние силы, Лора сделала нерешительный шаг вперед, навстречу свободе, покидая кошмарное заточение зеркального мира и возвращаясь в мир, где ее любили и ждали. — Лора! — выдохнула Эмма, бросаясь к ней навстречу, переполненная радостью и облегчением. Она долго ждала этого момента, и теперь, когда он, наконец, настал, она не могла сдержать слез. Но прежде чем Эмма успела добежать до Лоры и заключить ее в объятия, произошло нечто совершенно неожиданное, что заставило сердца всех присутствующих замереть от ужаса. Из зеркала, словно тень, преследующая свет, выскользнула вторая фигура. Кора. Ее лицо, искаженное гримасой злобы и отчаяния, было самым отвратительным и пугающим зрелищем, которое они когда-либо видели. В ее глазах горел безумный огонь ненависти, а на губах застыла злобная усмешка. Она двигалась с невероятной скоростью и целеустремленностью, словно хищник, выследивший свою добычу и готовый на все, чтобы ее заполучить. Кора стремительно бросилась к Лоре и, подобно голодному зверю, схватила ее за руку. — Ты никуда не уйдешь! — прошипела Кора, ее голос был полон яда и ненависти. Она сжала руку Лоры мертвой хваткой, словно не желая ее отпускать ни при каких обстоятельствах. Ее длинные, острые ногти впились в нежную кожу Лоры, оставляя глубокие красные следы и вызывая вспышку острой боли. — Ты останешься со мной! Мы будем вместе навсегда! Лора вскрикнула от боли и ужаса, отчаянно пытаясь вырваться из мертвой хватки Коры. Она чувствовала, как кровь начинает просачиваться сквозь пальцы Коры, и ее охватил леденящий страх. Они обе, словно две противоборствующие силы, застыли на пороге зеркала, балансируя между двумя мирами, борясь за свою судьбу. Напряжение достигло немыслимых высот. Казалось, что время остановилось, замерло в ожидании решающего момента. Все замерли, парализованные страхом и неопределенностью, не зная, как поступить, как предотвратить трагедию. Любое неосторожное движение могло привести к катастрофическим последствиям. Именно в этот критический момент, когда надежда, казалось, почти угасла, произошло самое странное, невероятное и, в то же время, трогательное событие, которое никто не мог предвидеть. Из-под груды обломков, словно по мановению волшебной палочки, появилась рыжая вспышка. В мгновение ока промелькнула грациозная фигура, и… появился Фенек. Его шерсть, обычно гладкая и блестящая, сейчас была взъерошена и испачкана пылью, а в глазах, обычно лучистых и игривых, горел яростный огонь. Он чувствовал страх и боль Лоры и пришел, чтобы ее спасти. Фенек, словно стрела, выпущенная из лука, стремительно подскочил к Коре и, не раздумывая ни секунды, с яростным рыком вцепился зубами в ее руку. Все произошло настолько быстро и неожиданно, что никто не успел даже моргнуть. Фенек, повинуясь своим инстинктам и любви к Лоре, действовал с невероятной скоростью и эффективностью. Раздался пронзительный вопль Коры, полный боли, ярости и изумления. Она не ожидала такого поворота событий. Ее хватка на руке Лоры ослабла, и та, воспользовавшись моментом, отчаянным усилием вырвалась из ее цепких пальцев. Фенек, словно безумный, продолжал яростно терзать руку Коры, тряся головой и разрывая плоть своими острыми зубами. Его дикий рык смешался с криками Коры, создавая какофонию ужаса, эхом разносившуюся по разрушенной библиотеке. Зрелище было настолько жестоким и неожиданным, что даже самые опытные воины не могли поверить своим глазам. Благородное животное, обычно такое ласковое и игривое, превратилось в свирепого защитника, готового на все ради своей хозяйки. — Что… Что это такое?! — пролепетала Белоснежка, глядя на происходящее в полном оцепенении. Она не могла понять, откуда взялась эта лиса и почему она так яростно нападает на Кору. — Откуда взялся этот… зверь? — прохрипел Дэвид, хватаясь за меч, готовый в любой момент вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля. — Это фамильяр Лоры, — прошептала Реджина, ее голос дрожал от изумления. Никто не знал, что произошло. Все были слишком потрясены, чтобы что-либо предпринять. В конце концов, Фенек, оторвав изрядный кусок плоти от руки Коры. Пронизанный болью и безумием вопль Коры заполнил собой и без того разрушенную библиотеку. Оставив за собой багровую дорожку, она рухнула на колени, судорожно прижимая к груди окровавленную культю руки. В глазах плескалась невыразимая ненависть, смешанная с животным страхом. Ее безумный взгляд метался по комнате, словно ища виновника всех ее бед. И вдруг, словно ведомая неведомой силой, она подняла голову и посмотрела на зеркало. В глазах зажегся зловещий огонь. Превозмогая боль, Кора, словно раненый зверь, поползла в сторону мерцающей поверхности. — Я вернусь! — прошипела она, сплевывая кровь. — Я вернусь и заставлю вас всех заплатить! За все! Словно повинуясь ее злобному намерению, зеркальная гладь запульсировала, впустив в себя тьму и отчаяние Коры. Собрав остатки сил, она вцепилась здоровой рукой в раму и повалилась обратно в зеркальный мир, исчезнув в его мерцающей глубине. Последним, что они увидели, была ее искаженная от боли и ненависти гримаса. Рыжая молния пронеслась по комнате, оставив за собой лишь легкий запах дикой травы и пыли. Лиса, не раздумывая ни секунды, прыгнула следом за Корой в зловещее зеркало. Время для раздумий не было. Фенек знал, что Кора представляет собой серьезную угрозу для Лоры, и он не мог позволить ей скрыться. Он должен был ее остановить, даже если это означало отправиться в неизвестность, в мир, где царят тьма и хаос. На мгновение его глаза встретились с глазами Лоры. В них читалась боль, страх и невероятная любовь. Фенек понимал, что, возможно, это их последняя встреча. В его взгляде не было ни капли сомнения. Он знал, что должен сделать. В последний момент, перед тем как полностью исчезнуть в мерцающей глубине зеркала, Фенек, повернув голову в сторону Лоры, тихо прошептал: — Прощай… И с этими словами лиса растворилась в зеркальном мире, оставив после себя лишь тишину и боль утраты. В библиотеке воцарилась гнетущая тишина. Все стояли, словно громом пораженные, не в силах поверить в то, что только что произошло. Кора исчезла, потянув за собой в неизвестность верного спутника Лоры. Лора, освобожденная от заточения и опасности, но лишившаяся своего друга, стояла в объятиях Румпельштильцхена, ощущая, как ее сердце разрывается от боли. Она понимала, что Фенек пожертвовал собой ради нее, и эта мысль причиняла ей невыносимую боль. — Фенек… — прошептала она, и слезы градом покатились по ее щекам. — Почему?.. Румпель дрожал, словно в лихорадке. Его тело сотрясала мелкая дрожь, а дыхание было прерывистым и неровным. Он прижимал Лору к себе так сильно, словно боялся, что она снова исчезнет, ускользнет сквозь пальцы, оставив его одного в этом пустом и жестоком мире. — Лора… ты вернулась… — прошептал он, его голос сорвался от переполнявших его эмоций. Он ждал этого момента слишком долго, и теперь, когда он, наконец, настал, он не мог поверить в свое счастье. Лора, почувствовав его дрожь и услышав его дрожащий голос, обняла его в ответ. Слезы градом катились по ее щекам, смешиваясь с пылью и кровью. Она чувствовала себя слабой и измученной, но, находясь в объятиях Румпельштильцхена, она чувствовала себя в безопасности. — Я дома, Румпельштильцхен… я дома… — прошептала она, прижимаясь к нему сильнее. Они стояли в объятиях друг друга, посреди разрушенной библиотеки, в окружении хаоса и обломков, словно два последних выживших после катастрофы. В этот момент, казалось, больше ничего не имело значения. Все остальные проблемы и заботы отступили на второй план. Лора вернулась. И это было единственное, что имело значение.