ч.I. Две стороны одной монеты | гл.4

      Гарнизонный госпиталь находился в Тросте недалеко от Стены, там всегда принимали разведчиков с травмами разной степени тяжести и весьма успешно с ними справлялись. Но Крешет через город и прилегающие земли повезли прямо в Южный госпиталь Военной Полиции. Леви несколько раз пытался противостоять этому решению, но едва услышав фамилию разведчицы, гарнизонный врач замахал руками и попытался снять с себя всю ответственность.       «Поразительная живучесть, нужно сказать. Хотя вы, разведчики, народ такой — то мрёте как мухи, то выживаете в самых невероятных обстоятельствах», пожилой мужчина с холеными усами в белоснежном фартуке посмотрел на Леви из-под густых бровей. Проехав вместе с Крешет несколько миль, держась за её запястье так, будто от этого зависело оборвется её пульс или нет, капитан был явно не в настроении слушать колкости и только из уважения молчал. «Перелом рёбер вследствие падения, ушиб головного мозга, contusio cerebri, множественные гематомы… Обошлось без разрывов внутренних органов и откусанных конечностей на удачу. Я всё задаюсь вопросом, как девочке удалось примотать себя к седлу прежде, чем она потеряла сознание? Может, правду говорят, что воздух за Стенами повышает выносливость, м?»       Они шли по коридору, ведущему в индивидуальные палаты. Всё здесь выглядело не так, как привыкли члены Разведкорпуса, обращаясь за медицинской помощью: деревянные панели на стенах, ряды обитых кресел и чайных столиков у окон, роскошный ковёр на полу — будто это дорогой пансионат, а не лечебница… и щебечущие медсестрички в белых халатах перехваченных поясами под грудью, явно не занятые ничем по-настоящему дельным.       «Это же капитан Леви… Тот самый капитан Леви из Разведкорпуса», одна молодая девушка наклонилась к другой.       «Он? Я думала, он выше…»       Леви не удержался и цокнул языком. Он практически привык к подобному отношению, но сейчас эта беззаботность окружающих выводила из себя.       «У молодой госпожи Крешет хорошие шансы. Лорда уже уведомили», сообщил врач, останавливаясь у одной из дверей. «Нам стоит известить также Командующего Смита?»       «Нет необходимости. Я сам ему сообщу», это были чуть ли не первые слова, которые капитан произнес с того момента, как разведчицу забрали в хирургическое отделение. Он толкнул дверь палаты и попытался как можно быстрее закрыть её за собой, чтобы докучливый врач не последовал за ним.       В нос ударил резкий запах лекарств. Леви поморщился, прежде чем посмотреть на койку. То, что он увидел, оттолкнуло его настолько, что по позвоночнику пробежал холодок. Всё его тело мгновенно прилипло к двери и отказывалось даже двинуться вперёд.       Крешет с закрытыми глазами лежала на белых простынях. Её изможденное, бледное лицо не выражало ничего, грудь едва вздымалась под тонким одеялом, а отмытые от крови и расчесанные, тёмные волосы лежали аккуратными волнами на подушке.       Она настолько отчетливо напоминала образ, от которого он привык бежать, что ком подступил к горлу. Леви закрыл глаза и заставил себя медленно вдохнуть.       Всё было не так, как в Подземном городе. Чистота и роскошь палаты, шёпот людей за дверью, обнадеживающие слова врача, и он сам — старше, сильнее и опытнее. Такого не могло повториться вновь, а значит…       Он открыл глаза. Закатное солнце сквозь занавески освещало комнату рыжевато-золотым, на тумбочке у койки стоял букет нераспустившихся подснежников, и чужое дыхание показалось вдруг более различимым.       Леви медленно подкрался ближе и осторожно коснулся руки, лежавшей поверх одеяла.       Она была тёплой.

***

      Тали уже по звуку догадалась, что нападать на манекен бессмысленно. Четыре секунды. Эти чёртовы четыре секунды не давали ей покоя. Она отлетела в сторону, уцепилась за ветку и повисла на тросе под ней.       Один. Второй. Третий. Куски мешковины и сена глухо падали на землю.       Казалось, тень, которая мечется между манекенами, практически невозможно заметить в ветвях. Не было и шанса преодолеть эту разницу в четыре секунды. Удивления по поводу того, как ему удалось её поймать при первой встрече, не осталось, зато на его месте появилась колючая зависть. Она поморщилась.       Ей за ним было не угнаться даже при лучшем раскладе. В этом перелеске она знала каждый сук и ветку, точно запомнила все варианты расположения манекенов и скорость, с которой их поднимали, и всё равно это не помогало. А на незнакомой местности она бы и вовсе осталась далеко позади. Вот что значили слова Эрвина о том, что он с ней посоперничает. Её рука сжалась на рукояти УПМ.       «Легкий и проворный, не целится, бьет сразу куда надо. Чёрт. Как? Он же даже в кадетке не учился.»       Последний раз Тали чувствовала себя настолько униженной, только когда не смогла пройти трассу для новичков в училище. Даже с десятого раза. Но с тех пор прошло уже столько лет, что об этом досадном недоразумении помнили разве что Эрвин и Нил Док, которые были свидетелями всех её падений. Со временем слабости и ошибки удалось компенсировать знанием окружения и скоростью восприятия. Она научила себя маневрировать и учитывать огромное количество обстоятельств, играющих роль во время перемещения в воздухе.       Вот только Леви двигался так, будто знал местность чуть ли не лучше её самой и совершал лишних движений на порядок меньше.       «Перед кем он так выделывается?» Со злостью подумала она и быстро посмотрела в сторону края полигона, где стояли другие разведчики, но тряхнула головой и отвернулась, поняв, что только теряет время. «Хотя бы один… Я должна достать хотя бы один…»       Тали прыгнула вперёд, по большой дуге взлетела вверх, чтобы оценить расположение манекенов, и спикировала вниз, вложив максимум скорости. Сено ударило ей в лицо за три секунды до встречи клинков с импровизированным загривком фанерного титана. Зато они врезались в дерево и разрезали его с диким хрустом и летящими во все стороны щепками. Когда Тали оказалась на земле, манекен за её спиной распался на две части.       «Эй, Крешет», этот голос, растягивающий гласные, хоть и звучал на небольшом отдалении, ощущался так, будто раздался над самым ухом. «А у вас тут можно ломать манекены? Я думал, в Разведкорпусе с бюджетами не очень.»       Когда она подняла голову, сидящий на низкой ветке Леви ухмыльнулся и вызывающе поднял подбородок. Её глаза сердито вспыхнули, но она быстро подавила желание бросить в него оставшийся в руке огрызок лезвия.       «У нас, Леви», проговорила она, вешая на своё лицо неественно-дружелюбную улыбку. «Не "у вас", а "у нас".»       Он фыркнул. Эта тренировка была запланирована как разминка перед учениями в горах, куда Крешет так любезно его подписала. Отряд Эрвина, вероятно, не совсем по своей воле, а в силу неразлучности двух капитанов, вызвался поддерживать её отряд.       У неё больше не было преимущества — Леви потратил несколько дней на то, чтобы изучить каждый уступ, за который можно было зацепиться, на полигоне. Она теряла скорость на наборе высоты, восполняя её неожиданностью. Леви устремлялся вперёд, не раздумывая, и каждый раз, нанеся удар, на мгновение оборачивался, чтобы увидеть её лицо.       «Мне нужен перерыв», Тали махнула рукой и вставила рукоять в кобуру.       «Уже сдулась?» Ехидство пробивалось сквозь хладнокровный тон. На секунду показалось, что он её достал, но она только бросила сквозь зубы короткое:       «Иди ты», и направилась к столам у края леса. Напрямик к тому, за которым стоял Эрвин.       Леви закатил глаза и спустился с ветки.       «Он… очень хорош», нехотя произнесла Тали, с грохотом укладывая на стол израсходованные баллоны с газом, и почти обиженно добавила: «Как ты и говорил.»       Эрвин посмотрел на неё сверху вниз и поднял одну бровь. Редкостью было видеть её в настолько смешанных чувствах.       «Впервые вижу, чтобы ты была так не рада чужим успехам.»       Он услышал, как она клацнула зубами.       «Да он же с тебя глаз не сводит!»       «С меня?» На губах Эрвина появилась усмешка. Ещё большей редкостью было наблюдать за тем, как Тали ошибается в своих представлениях об окружающих.       «Ну а с кого ещё?.. Хвостиком за тобой везде ходит, как бродячий кот. Не смейся!»       Эрвин тут же поджал губы, но блеск в глазах спрятать было невозможно. Тали, не торопясь, меняла баллоны в УПМ на новые и проверяла крепления. Его рука опустилась ей на плечо и слегка сжала.       «Тебя никто не заменит, Тали.»       Вместо обнадеживающего, эта фраза оказала обратный эффект. На Эрвина уставились два светящихся от гнева синих глаза.       «К чему ты это сейчас сказал, м?»       Капитан не успел ответить, потому что из-за спины донеслось по-доброму насмешливое и не менее злорадное:       «Ну что, Крешет, каково проигрывать?» Люк Ласс обогнул Тали и плюхнулся на скамейку у стола. Её взглядом можно было прожигать насквозь, но выдержка превосходила ожидания.       «Он не единственный, кому я уступаю», с натянутым спокойствием ответила она. «В конце концов, есть Микки и Нанаба. Их маневрирование куда лучше.»       «А по твоему кислому лицу так и не скажешь. Может, он тебе просто нравится, а? Не получается впечатлить новенького?» Разведчик явно не чувствовал опасности, которую мгновенно считал Эрвин.       «Люк…» Он хотел попросить его остановиться, но даже самообладанию Тали где-то приходил конец.       «Если ты продолжишь, я разрежу тебя пополам прямо как тот манекен», ядовито выплюнула она.       «Тали…» Рука, которую Эрвин всё ещё держал на её плече, была отброшена в сторону.       «Нет! Ты не понимаешь. И ты тоже, Люк!» Её слова неприятно хлестнули Эрвина как по живому, но в следующий момент она уже сделала два шага от них. «Я обгоню его, чего бы мне это ни стоило!»       Всё, что он мог, это проводить её взглядом. Обычно Тали так себя не вела, а её умению находить общий язык с кем угодно он и сам завидовал. Но, видимо, то на что он рассчитывал, когда предполагал изменения в Корпусе из-за Леви и его товарищей, уже начало происходить, хоть и не с того края, который он изначально ожидал.       «Огненная она у тебя», фыркнул Люк, пожимая плечами.       «Не у меня», медленно проговорил Эрвин.       Ханжи Зое — ещё один капитан и командир отряда естествоиспытателей, которая обычно находилась либо в лаборатории, либо сразу везде — пересобирала свой УПМ неподалёку. По наблюдениям Леви у неё было только два состояния: настолько увлечённое, что Четырёхглазая не видела даже закрытую дверь, в которую могла впечататься со всей силы, и впитывающее всё вокруг с нездоровым энтузиазмом — и в том, и в другом, ей удавалось мастерски игнорировать пляшущего вокруг Моблита Бернера, приставленного к ней, по-видимому, для равновесия.       Леви привык к тому, что поведение людей ему достаточно ясно, но Разведкорпус полнился чудаками и сумасшедшими. Половина утопала в фантазиях о мире за Стенами, половина — грезила геройствами. И те, и те по виду искренне собирались отдать сердца за Человечество, и не просто на словах. Но Эрвин и Крешет подозрительно выбивались. Нет, говорили они оба ту же героическую дрянь, что и все остальные, повторяя друг за другом чушь про всеобщее освобождение. Но от слов Эрвина что-то внутри неизменно сжималось и горело, а Крешет — пробиралось внутрь и укладывалось приятной тяжестью.       «Говоришь, они не встречаются, а? Она же от него не отлипает», хмуро проворчал Леви, подобравшись поближе к Четырёхглазой. Та сразу же оживилась и развернулась к нему. Казалось, она как раз ожидала собеседника, а тема беседы значения не имела.       «О-о, а ты сам посмотри», заговорщически начала она тоном полным своего фирменного нездорового энтузиазма. «Рядом стоят — но друг друга почти не касаются. И не смотрят друг на друга, если не разговаривают, взглядом не ищут. А что это означает?»       «Понятия не имею.»       «Дистанцию это означает, Леви. Всему тебя учить надо, ужас какой.»       Он посмотрел на неё исподлобья, как на идиотку.       «Не отвлекайся от темы.»       «Не ведут себя так любовники, вот что я тебе скажу. Даже если скрывают свои отношения, там обычно...» Она стала театральной и начала жестикулировать, так что он предпочёл отодвинуться. «Взгляды полные тоски, томные вздохи всякие... Ну ладно, тут переборщила. А эти двое, скорее, как брат и сестра. Представь — одна душа разделённая между двумя людьми.»       Призрачный образ Фарлана и Изабель наложился на две стоящие на отдалении фигуры и карикатурно совпал с ними. Леви поморщился. Последнее, чего хотелось в этих обстоятельствах, сравнивать их с ними. Но суть он уловил.       «Предположим.»       «Они просто ещё с кадетки вместе. Прошли огонь, воду и десяток экспедиций, так что, наверное, у них какая-то связь, как у несъедобных», утробный смешок вырвался у неё неосознанно. «Тали даже за ним в Разведку пошла.»       «Что значит "даже"?»       «А, ты не в курсе», её очки знающе блеснули. «Тали сама из клана Крешет. Они все после кадетки идут в Гвардию Его Величества или Комиссариат Военной Полиции, сидеть в больших кабинетах и расследовать внутренние преступления. Говорят, подчиняются лично Королю. Знаешь, как их называют?»       Он скрестил руки на груди, всем видом показывая, что глупо задавать вопросы, на которые, она знает, он не может дать ответ.       «Королевские ловчие. А? Красиво звучит.»       «М. Вот как», его лицо исказила гримаса презрения. «Аристократы.»       Не то, чтобы он совсем не догадывался, эта особенно высокомерная манера говорить и двигаться отчетливо напоминала редких гостей Подземья, наблюдать которых можно было только у входа и только снизу вверх. Они обычно приезжали на расписных каретах и с крысами дел вести не очень хотели, поэтому говорили коротко. Как будто бы грязи на их руках от этого стало бы меньше.       «Здесь аристократов нет», неожиданно серьезно отозвалась Ханжи, прежде чем вернуться к своему УПМ. «Мы все — разведчики. Выживаем и умираем одинаково.»       Леви даже руки опустил. У всех тут была такая удивительная манера говорить о смерти в глотке титана, как о чём-то само собой разумеющимся. Разве что рекруты от этого были не в восторге. Ветераны же травили анекдоты про оторванные конечности и выходы за Стены без УПМ, бодро рассказывали о том, как в прошлый выезд едва-едва пронеслись мимо открытой пасти размером с чей-то дом, и сравнивали их уродливые физиономии с лицами нелюбимых родственников. Всё почти как в Подземном городе, только вместо голода, сырости и недоверия к окружающему пространству — какая-никакая еда, крыша над головой и это глупое ощущение всеобщего единства.       «Леви!» Уже набивший оскомину оклик не дал ему закончить размышления. Дерзкая ухмылка на лице Крешет не предвещала ничего хорошего. «Реванш. Ну-ка, догони.»       С места её как будто сдуло. Леви даже подумать не успел, как бросился в погоню. Ветер засвистел в ушах. Он сосредоточился: ей удалось разрезать мешок на холке ближайшего манекена, но после она только набирала скорость, огибая препятствия. Улетая от него по прямой, оторваться ей бы не удалось. Привычный паттерн с постоянным маневрированием она сменила на разгон на поворотах за счет инерции. Большая глупость с её стороны — пренебрегать очевидным преимуществом. Леви пролетел над веткой, за которую она зацепилась. Повторил её же тактику со взлётом вверх и пикированием и с легкостью повалил Крешет на землю, припечатав сверху.       «Какого чёрта?!» Она задергалась под ним, как птица, попавшая в силок. Черные кудряшки разлетелись по зелёной траве. Он не был уверен, стоит ли её отпустить, поэтому просто навис сверху.       «Ты что, Крешет, проигрывать не умеешь?»       «Какого чёрта ты меня сбил?!» Крикнула она ему в лицо с таким выражением — ещё немного и бросилась бы. «Мы охотимся на титанов, а не на людей!»       «Так ты сама сказала тебя догнать!» Внезапно опешил он… Её взгляд в тот прошлый раз, когда он точно так же поймал её, Леви запомнил и недоумевал, почему сейчас синие глаза смотрели на него с такой искренней злостью.       «Догнать, а не сбить!»       Ей удалось вырвать руку из его, схватить за воротник и, оттолкнув коленом в живот, перевернуть на спину, оказавшись сверху. Он и не собирался сопротивляться. Ножны больно проехались по его бедру.       «Ты — ненормальная», спокойно сказал Леви, посмотрев вверх, на её слегка покрасневшие щеки. Копна кудряшек, как крона, накрывала их лица. Крешет поджала губы, надула щеки, как обиженный ребёнок, и быстро поднялась.       Леви хотел сказать ещё что-то колючее, но она отвернулась, отряхнула одежду и так быстро пошла прочь, что он почему-то почувствовал уязвленным себя.       «Дурь», позже этим вечером это самое чувство уязвлённости потянуло его в коридор, который вёл в комнату Эрвина, заставило встать у стены и подождать непонятно чего. Понятно стало, когда он услышал шаги.       «Что ты тут забыл?» Крешет подняла подбородок и посмотрела на него сверху вниз. Этот взгляд нравился ему значительно меньше, чем тот любопытный, которым она одаривала его обычно за обедом.       «Я мог бы спросить то же самое», буркнул он в ответ и отвернулся. Эта затея начала казаться ему ещё более глупой. Капитан уставилась на него и пару раз моргнула, потом приложила ладонь ко лбу и усмехнулась.       «Это даже звучит смешно… А выглядит и того хуже, наверное», она сделала шаг в сторону, собираясь уйти.       Леви не понял, что она имеет в виду, но понял, что момент вот-вот будет упущен, и наконец выдал то, что подсказывали ему остатки совести и интуиция.       «Ладно. Извини.»       Выражение лица Крешет снова поменялось на недоуменное. Она остановилась и обернулась к нему.       «За что?»       «За то, что сбил тебя.»       «А, это…» Кажется, она решила посчитать выступы кирпичей над его головой. Снова забавно тряхнула своими кудряшками. «Забудь.»       Махнула рукой и, не дожидаясь ответа, пошла к двери, за которой её, вероятно, ждал Эрвин.       «Ненормальная…» Подумал Леви. «Почему-то именно со мной такая ненормальная, правда…»       Экстра       «Ставлю десятку, что через неделю», Ханжи задорно хлопнула ладонью по столу, за которым сидел Эрвин. Он как раз отвлекся от бумаг и откинулся на спинку стула.       «Не раньше чем через месяц», усмехнулся он.       «Ой, да ладно тебе, ты же видел, как они друг на друга смотрели?»       «Видел, но…»       Вздох открывающейся двери, заставил их обоих замолчать и обернуться. Кудрявая голова Тали с озадаченным лицом появилась в проёме.       «О чем это вы?»       «Капитан Зое требует отловить титана для экспериментов», тут же нашелся Без-Пяти-Минут-Командующий. Ханжи избыточно искренне всплеснула руками.       «Эрвин! Как ты не понимаешь, это действительно важно!» Ей вообще не нужно было многого, чтобы войти в режим увлеченного титанолога.       Но Тали не повелась даже на это.       «Кто учил тебя врать, Эрвин? Это точно была не я.»       Она покопалась в кармане куртки и достала несколько леденцов. Они с Ханжи обе посмотрели на них, как на что-то ожидаемое, но всё ещё удивительное.       «Они у тебя там сами собой появляются, что ли?»       Тали пожала плечами и бросила парочку на открытую ладонь Зои.       «Я в этой куртке ездила домой. Видимо, там кто-то…» Она внезапно оборвала себя и нахмурилась.       «Олофрен?» Эрвин слегка наклонил голову вбок. Тали с братом не ладили примерно столько, сколько он её знал. Каждый раз, когда Крешет приходилось возвращаться в увольнение домой, она делала такое скорбное лицо, что ему самому становилось тошно и хотелось внезапно найти ей какое-нибудь чудовищно неотложное задание.       «Он не мог», Тали неуверенно покачала головой. «До вешалки не дотянется. Да и с чего бы он…»       Она махнула рукой и развернула конфету.       «Надеюсь, хотя бы не отравленные.»       Ханжи, запихнувшая в рот уже оба леденца, чуть не подавилась.