Кровь, пепел и прощение

Прошлое. Две девочки за пределами Сторибруга Две девочки — Эмма с золотыми волосами и Лили с глазами, полными тьмы — сидели на краю заброшенного моста, болтая ногами над пропастью. — Клянемся? — Лили протянула руку, на ладони — острый камень. — Клянемся, — Эмма без колебаний провела им по своей ладони. Кровь смешалась. Они не знали тогда, что Лили — дочь Мелифисенты, а Эмма — дочь Проклятия, ребёнок, которому предназначалось стать Тёмной. Они знали только, что мир жесток, а друг у друга — есть только они. Пока ученик Чародея не нашёл их. — Ты знаешь, кто твои настоящие родители? — прошептал он Лили. — И почему она с тобой? И тогда клятва рассыпалась, как песок. D.E.O. Настоящее. Последний акт Лекса Лютора Лекс сидел в углу камеры, безумно бормоча что-то о зеркалах и измерениях. Лили вошла без звука. — Знаешь, я когда-то ненавидела свою мать за то, что она отняла у меня выбор, — сказала она. — Но ты… ты даже не заслуживаешь памяти. Она коснулась его лба. Фиолетовый дым обвил Лекса — и его глаза стали пустыми. Чистый лист. Ни Супермена. Ни ненависти. Только тишина. Книга сказок. Последняя страница Ингрид положила руку на плечо Генри. — Напиши им конец. Генри взял перо. На пустой странице появились слова: "И Забытые Истории обрели покой. Потому что даже тьма заслуживает сна." Книга захлопнулась сама. Слияние Тёмная Эмма стояла перед своей светлой половиной. — Ты уверена? — спросила она. Эмма улыбнулась. — Мы и так всегда были одним целым. Они шагнули навстречу — и объединились. Ровно так, как когда-то Реджина и Злая Королева. Нешел-Сити. Вечер. Кара и Лена пили вино на балконе L-Corp. — И что теперь? — спросила Кара. Лена улыбнулась. — Теперь мы живём. Пока не появится следующий сумасшедший с зеркалом. Где-то внизу Эмма и Реджина шли, держась за руки.