Часть 1

***

Если вы боитесь что-то потерять, то об успехе можно забыть, ведь достижения не возможны без потерь. (Х.Р.Спектер)

С самого детства Харви Спектер грезил о карьере юриста, поэтому, не щадя себя, поступил в Гарвард — кузницу самых блестящих умов. На финишной прямой, на последнем курсе, его внимание привлекла Фелоноя Смит. Сногсшибательная блондинка с пронзительными зелеными глазами, точеной фигурой, острым умом и не менее дерзким языком. Они и раньше то и дело сталкивались: на вечеринках, дебатах, в ходе учебных судебных заседаний. Фелоноя пользовалась бешеной популярностью, но ни одному парню не удавалось пробиться дальше мимолетного флирта. Харви тоже не был замечен в серьезных отношениях, предпочитая короткие интрижки. Последний год учебы они были неразлучны, игнорируя перешептывания за спиной и завистливые взгляды. Обоим пророчили головокружительный взлет. Во время стажировки Харви знакомится с Джессикой Пирсон, которая сразу же разглядела в нем потенциал и дала блестящую рекомендацию. Фелоноя уже выбирала между несколькими юридическими фирмами, мечтающими заполучить такую акулу. Иногда каждого из них посещала мысль, что он — лишь обуза для другого. С первых дней в Гарварде Луис Литт лелеял мечту о дружбе с Харви, но тот оставался неприступным. Фелоноя и вовсе не видела в Луисе ни соперника, ни мужчину, что лишь подливало масла в огонь литтовской неприязни к Спектеру. Тем не менее, ни Харви, ни Фелоноя не собирались ставить точку в своих отношениях, свято веря, что справятся с любыми преградами. После выпуска Харви приобрел кольцо — скромное, с крошечным камнем. Пригласив девушку на романтический ужин, Харви и сам удивился своему спокойствию. Фел была ослепительна в алом платье, с распущенными волосами. Красный, бесспорно, ей к лицу. — Честно говоря, я удивлена, — произнесла Фел, легко целуя Харви и усаживаясь на стул, который он галантно отодвинул. — У нас что-то намечается? Фелоною Смит нельзя было назвать доверчивой или наивной, разве что она сама хотела такой казаться. И этот вечер не был исключением. Интуиция подсказывала ей, что Харви Спектер что-то задумал. — Очень на это надеюсь, — ответил Харви, занимая место напротив Фел с привычной ослепительной улыбкой. — Разве мы не собирались копить на квартиру? — с легким недоумением спросила Смит, окидывая взглядом шикарный интерьер ресторана. — Не стоит об этом беспокоиться, Фел. Просто расслабься и позволь нам насладиться вечером, — с обезоруживающей улыбкой ответил Харви, стараясь увести разговор в другое русло. Вечер и правда складывался безупречно. Изысканное виски и вино, аппетитные блюда и непринужденная болтовня создавали атмосферу легкости и беззаботности. Харви сыпал остротами, вызывая на лице Фелонои все более широкую улыбку. Звук ее смеха становился для него самой приятной музыкой. — Меня официально приняли в штат окружного прокурора, — с нескрываемой гордостью объявил Харви. До этого он не хотел давать Фелоное ложных надежд, стремясь всегда соответствовать ее высоким ожиданиям. — Харви, это потрясающе! — если бы не стол и другие посетители ресторана, Фелоноя подпрыгнула бы от восторга. Но у нее тоже были новости для Спектера, и она надеялась, что они окажутся столь же радостными. — У меня тоже кое-что есть, чем похвастаться, — с лукавой усмешкой протянула Фелоноя, выдержав эффектную паузу. Харви, заинтригованный, подался вперед, предвкушая ход королевы. — Мне предложили место помощника адвоката в «Северн, Гарнер и Локк». — Я знал, что ты сорвешь банк, Фелоноя! — глаза Харви искрились неподдельным триумфом за нее. — Ты бриллиант, каких поискать. — Он перехватил ее руку через стол, сжимая ее ладонь с теплом победителя. — После меня, разумеется, — не удержался он от фирменной ухмылки. Они еще долго жонглировали остротами, обсуждая свои триумфы и строя амбициозные планы на будущее. Казалось, этот вечер застрахован от любых промахов. Но, вспомнив об их затянувшемся квартирном вопросе, Фелоноя решила сменить тактику, переходя к более деликатному тону. — Харви, может, мы и не вырвем эту квартиру из лап рынка так быстро, как рассчитывали, но этот вечер стоил каждой потраченной минуты, — проговорила она с лукавой улыбкой. — Мы трудились как проклятые и заслужили этот момент славы. Харви согласно кивнул, чувствуя, что подготовил идеальную почву для своего главного вопроса. — Не могу не согласиться. Этот ужин — достойная награда за наши успехи. И раз уж мы заговорили о будущем… у меня есть кое-что для тебя. — Харви, с хитрой улыбкой, достал из кармана пиджака бархатную коробочку. Смит замерла, потеряв дар речи. Сердце бешено заколотилось, предвкушая нечто особенное. Харви медленно открыл футляр, являя миру изящное кольцо с небольшим, но ослепительно сверкающим бриллиантом. — Фелоноя, никогда не думал, что мне так повезет встретить кого-то, кто так идеально мне подходит… — Согласна, я твой идеал, — ничуть не скромничая, ответила Фелоноя, отпивая глоток вина. — Ты задаешь планку, к которой я стремлюсь. Ты даешь мне цель, которую я хочу достигать снова и снова, — Харви произносил каждое слово, подводя к главному. — Ты делаешь меня счастливым. Фелоноя Глория Смит, ты выйдешь за меня? — Он подвинул коробочку с кольцом ближе, глядя ей прямо в глаза. В его голосе звучала неприкрытая искренность и любовь. Фелоноя, как и подобает первоклассному адвокату, сохраняла невозмутимое выражение лица. Внутри же бушевал целый ураган чувств и мыслей. Фел, в принципе, не особо признавала институт брака. С юридической точки зрения, брак — это союз для создания семьи, порождающий имущественные и личные права и обязанности. А с другой… это объединение двух любящих сердец, решивших пройти рука об руку через всю жизнь. Натянув на себя маску фирменной невозмутимости, Фелоноя сделала вид, будто глубоко задумалась. Игриво прикусив губу и бросив взгляд на слегка напряженного Спектера, она решила не затягивать паузу. — Я, признаться, тоже не ожидала встретить мужчину, столь достойного, разделяющего мои взгляды и способного обуздать мой непростой характер… Харви продолжал буравить ее взглядом, требуя ответа. — Харви Реджинальд Спектер, да, и еще раз да! Я стану твоей женой! Харви поднялся из-за стола и опустился на одно колено, протягивая кольцо. Фел протянула руку, и мужчина надел его на ее палец. Не в силах больше сдерживаться, она прильнула к нему, их взгляды встретились, и они слились в нежном поцелуе. — Фамилию не меняю, — Фел объявила это как непреложный факт. — Может, Спектер-Смит? — Харви попытался сгладить углы, как всегда стремясь к выгоде. — Нет, — отрезала Смит, не оставляя места для маневра. В ее голосе звучала сталь. — Ладно, будь по-твоему. — Харви, ослепленный внезапным счастьем, лишь отмахнулся. — Но за спиной ты для меня всегда будешь миссис Спектер, — усмехнулся он, бросая вызов ее непреклонности. Вечер и вправду стал триумфальным, открыв новую главу их жизни, полную любви, амбиций и общих планов. Свадьбу решили сыграть без лишнего шума. По паре приглашенных с каждой стороны. Для Харви было принципиально важно, чтобы отец и младший брат, Маркус, занявший почетное место шафера, разделили с ним этот день. Мать в списке приглашенных не значилась. У Фел из близких оставался лишь младший брат Аластор, а в роли подружки невесты выступила Одри Олдридж, старая подруга еще со времен Гарварда. И хотя Харви и Фелоноя изначально планировали ограничиться формальным бракосочетанием в мэрии, родственники настояли на небольшой, но элегантной выездной церемонии. Торжество прошло без излишней помпезности. К алтарю невесту вел Аластор, передав сестру в руки Харви Спектера. Обменявшись клятвами, священник провозгласил их мужем и женой. После церемонии гости переместились в небольшой ресторанчик. Фел сияла в своем простом, но элегантном платье, а Харви не сводил с нее глаз. Маркус, как истинный шафер, то и дело поднимал тосты, рассказывая забавные истории из детства Харви, вызывая улыбки у всех присутствующих. Аластор, хоть и казался немного отстраненным, все же был рад за сестру. Вечер прошел в теплой, семейной атмосфере. Разговоры лились рекой, смех не утихал, а молодожены казались по-настоящему счастливыми. Фел и Харви танцевали свой первый танец под тихую музыку, в мире не существовало никого, кроме них. Когда солнце начало садиться, окрашивая небо в невероятные оттенки, гости стали расходиться. Фел и Харви остались одни, держась за руки и глядя куда-то в даль. — Теперь мы семья, — прошептала Фел, прижимаясь к Харви. — Навсегда, — ответил он, целуя ее в волосы. На следующее утро, когда светило вовсю заявило о своих правах, Фел проснулась от нахальных солнечных зайчиков, танцующих на лице. Харви, как приклеенный, посапывал рядом, обвив ее руками так, будто боялся, что она испарится. Фел, стараясь не разбудить соню, выскользнула из его объятий и вышла на балкон. Внизу плескалась бескрайняя лазурь, ослепительно сверкая. Она жадно вдохнула свежий бриз. Бросив взгляд на кровать, где еще дремал ее муж, она не могла поверить, что всё это происходит с ней. Вскоре проснулся и Спектер. Лень вылезать из постели, он потянул жену за руку, не желая оставаться в одиночестве. Позже они вместе позавтракали, наслаждаясь обществом друг друга и панорамой за окном. После они отправились на променад по побережью, держась за руки и строя планы. В аэропорту их ждали Гордон и Аластор, чтобы отправить в свадебное путешествие — щедрый подарок семьи. Фел обняла брата, чувствуя укол тоски, несмотря на его показную отстраненность. Харви крепко пожал руку отцу, благодаря его за всё. К тому же, у них теперь была собственная квартира, куда можно вернуться, чтобы начать семейную жизнь и продолжить свой путь к вершине. Первое время их захлестнула эйфория нового этапа! Харви и Фел мчались домой, словно на крыльях, чтобы утонуть в объятиях друг друга. Да, мелькала возможность оказаться по разные стороны баррикад в зале суда, но пока это казалось далекой и смешной угрозой. Вскоре каждый из них с головой ушел в работу. Открывшиеся возможности манили невероятными перспективами, и никто не собирался сдаваться или уступать! Харви, бывало, возвращался глубокой ночью, заставая лишь спящую Фелоною, а она, в свою очередь, ускользала рано утром, когда он еще видел сны. Чтобы работа не задушила пламя их страсти, они оставляли друг другу записки — не пылкие признания, а забавные подколки, понятные лишь им двоим. Но когда им все-таки удавалось выкроить время друг для друга, они болтали без умолку, стараясь обходить скользкие рабочие темы. Впрочем, часто это заканчивалось грандиозной перепалкой, после которой они демонстративно спали на разных сторонах кровати. Примирение всегда было битвой самолюбий, финальным аккордом которой неизменно становилась постель. Что взять с двух титанов? Первую годовщину едва не прозевали в суете рабочих будней, если бы не настойчивые поздравления родных. Отметили тихо, по-семейному, наслаждаясь редкими моментами мира и покоя в обществе друг друга. Харви, привыкший к фееричным вспышкам гнева своей жены, научился купировать взрывы, даже в эпицентре самой яростной словесной перепалки. Фелоноя же искренне верила, что бурные ссоры — куда предпочтительнее ледяного безразличия. На рассвете Харви проснулся с ощущением, что Фел нет рядом. И действительно, ее половина кровати пустовала, но телефон лежал на прикроватной тумбочке. Из ванной доносились какие-то странные приглушенные звуки, сквозь шум льющейся воды было сложно что-то разобрать. — Фел, всё нормально? — обеспокоенно спросил Спектер, постучав в дверь. Шум воды усилился. — Да, все в порядке, — ответила Фелоноя, но что-то в ее голосе показалось Харви неестественным. Мужчина нахмурился. Что-то явно было не так. Он приложил ухо к двери, пытаясь разобрать хоть что-то. Слышалось какое-то бульканье, как будто Фел что-то полоскала. Может, плохо себя почувствовала? Стараясь не накручивать себя и не тревожить Фел лишними вопросами, Харви отправился варить кофе. Несколько минут наедине, перед ее уходом на работу, не помешают. Через пару минут Фелоноя вышла из ванной. Выглядела она измученной, на лбу выступила испарина. Даже вытирая лицо полотенцем, она не стала выглядеть лучше. — Что-то мне совсем не нравится твое «все в порядке», — сказал Харви, подходя к жене с чашкой кофе. От запаха ее передернуло. Не понимая, в чем дело, он тут же убрал чашку подальше. — Просто голова раскалывается, вчера был аврал, — Фел устало опустилась на диван, потерла виски. — Может, возьмешь выходной? — выпалил Харви и тут же осекся, поймав на себе ее испепеляющий взгляд, — ладно, проехали. — У меня ключевая сделка, я в этом деле с самого начала, и мы на финишной прямой. Никакое недомогание меня не остановит, — отрезала Фелоноя, злясь, скорее, на себя. Спектер решил не испытывать судьбу. Не хотелось начинать день со скандала. Фелоноя, взяв себя в руки, начала собираться на работу, подгоняя и его. Впервые за долгое время они отправились в офис вместе. Но мысль о ее состоянии не давала ему покоя. Он засыпал ее сообщениями, на которые она сухо отвечала: «Все ок». И это, как ни странно, не успокаивало. Работа помогала отвлечься, но совесть грызла. В конце дня Харви решил не задерживаться и встретить жену дома. Приготовить ужин, набрать ванну… может, даже вместе. Войдя в квартиру, он застал приглушенный свет, а на журнальном столике — какой-то предмет. Харви не сразу понял, что это, но, подойдя ближе и взяв в руки, увидел две полоски. Осознание ударило, как обухом по голове. В руках он держал тест на беременность с положительным результатом. Оглядевшись, он заметил Фелоною, которая неспешно вышла из-за угла, нервно теребя прядь волос. — Это то, о чем я думаю? — выдохнул он, не веря своим глазам. Девушка едва заметно кивнула, и глаза предательски блеснули. Харви впервые видел слезы на лице Фелонои Смит. — Да, Спектер, я беременна, — объявила Фел, разведя руками, пытаясь сдержать подступающую панику. В голове роились мысли о карьере, о переменах, о полной неизвестности. — Фел, да это же потрясающе! — Харви шагнул вперед, чтобы обнять жену, но она засуетилась. — Тебе легко говорить, Харви. Не тебе вынашивать, не тебе рожать и, уж точно, не тебе ставить карьеру на паузу, — в голосе Фелонои зазвучали истерические нотки. «Боже, как не вовремя!» — витало в ее голове. Они ведь всерьез эту тему никогда не обсуждали, вечно откладывая на «когда-нибудь потом». И вот это «потом» нагрянуло, как снег на голову. Он же даже не знает, что делать в таких ситуациях, кроме как выигрывать дела. — Погоди, а ты уверена? Эти штуковины иногда ошибаются, — неуверенно пробормотал Харви, цепляясь за соломинку. «Может, есть шанс, что это ошибка?» — промелькнуло в его голове. Смит, не говоря ни слова, направилась в ванную комнату и вернулась, держа в руках несколько тестов. Она молча разложила их перед мужем. На каждом — две полоски. Без вариантов. «Ну все, приплыли…» — подумала она, глядя на растерянное лицо Харви. Он уставился на полоски, как на ключевые улики в запутанном деле. Беспомощность — новое для него чувство. Обычно уверенный, контролирующий каждый нюанс, он вдруг потерял дар речи. Все его доводы, стратегии и планы рассыпались, как карточный домик, перед этими пластиковыми штуками. — Окей, — выдавил он, пытаясь взять себя в руки. — Нужно это обсудить. Составить план. — План? Харви, ты серьезно? — Фел нервно усмехнулась. — Это же ребенок, а не поглощение компании! Тут нельзя все просчитать. Она опустилась на диван, обхватив себя руками. Внутри все заледенело. Страх сковал. Как совместить работу и материнство? Вернется ли вообще её прежняя жизнь? — Я понимаю, это не сделка, Фел, — мягко сказал Харви, беря ее за руку. — Но мы же команда. Всегда все решали вместе. И сейчас справимся. Просто дай мне время это переварить. И привыкнуть к мысли, что у нас будет маленький Спектер. — Он прижал её к себе. — Спектер-Смит, — усмехнулась Фел, вспомнив, как в день помолвки Харви предложил ей двойную фамилию. Фел вытерла слезы, прислонившись к Харви. «Маленький Спектер-Смит…», — пронеслось у нее в голове. Звучит мило, но реальность пугала. Она представила себя в декрете, забросившей свои амбиции, а Харви — пропадающим на работе, пытаясь обеспечить семью. Идиллия разбивалась о быт. Харви молчал, обдумывая услышанное. Он чувствовал, как дрожит ее рука в его ладони. Он никогда не был готов к этому, но отступать не собирался. Фел — его жизнь, и он примет любой ее поворот. Он обнял ее крепче, вдыхая аромат ее волос. — Знаешь, я всегда хотел научиться готовить, — неожиданно произнес Харви. — Представь, я буду готовить тебе полезные завтраки, пока ты кормишь нашего малыша. И мы будем выбирать имя, споря до хрипоты, как обычно. Фел тихо засмеялась, и напряжение немного отпустило. В его словах было столько тепла и надежды, что она поверила: они действительно справятся. Может, все и не будет идеально, но вместе они смогут преодолеть любые трудности. — Ладно, Спектер, у тебя есть девять месяцев, чтобы научиться готовить что-то кроме яичницы, — сказала Фел, улыбаясь. — если это будет девочка, то первое имя выбираю я. Харви усмехнулся, притягивая её ближе. — Договорились, Спектер-Смит младшая получит самое прекрасное имя, какое только можно придумать. А насчет готовки… я возьму уроки в интернете. Там точно что-нибудь найдется о правильном питании для будущих мам и их малышей. Фел прижалась к нему, чувствуя, как тепло разливается по телу. Страх еще не ушел, но его слова и уверенность в голосе придавали ей сил. Она представила, как Харви, в фартуке, колдует над кастрюлями, и невольно улыбнулась. — Только не говори никому пока, ладно? Дай мне немного времени, чтобы самой привыкнуть к этой мысли, — попросила Фел, зарываясь лицом в его пиджак. — Как скажешь, милая. — Харви целует ее в макушку. — Мы справимся со всем вместе. И знаешь что? Это будет наше самое лучшее дело. — Он взял её лицо в ладони, заглядывая в глаза. — Самое важное — это ты, Фел. И наш малыш. Остальное приложится. Когда они все-таки решили сообщить о грядущем пополнении, новость была встречена родными с восторгом. Отец и брат Харви ликовали, а Аластор, обычно скупой на эмоции, искренне порадовался за сестру. Время неслось вперед, отсчитывая недели. Беременность не остановила Фелоною: она все еще тянула лямку в адвокатской конторе. Впрочем, скрыть очевидное становилось все сложнее. Токсикоз, гормональные всплески, заставлявшие ее то смеяться, то плакать над рекламой подгузников, и, конечно, округлившийся живот — все указывало на ее положение. Партнеры настаивали на декрете, но Смит была непреклонна. Ей маячило повышение — должность младшего партнера, означавшая новые горизонты, влиятельных клиентов, ценные связи и солидные бонусы. Заманчивое предложение, и Фелоноя не собиралась его упускать. Карьера Спектера тоже набирала обороты. Пара выигранных дел, прогремевших на весь город, и вот он уже младший государственный обвинитель. Харви держал слово. Подъем ни свет ни заря, пробежка, приготовление сбалансированного завтрака — все ради нее. Он старался окружить Фелоною заботой, но ее перепады настроения ставили его в тупик. Казалось бы, из-за пустяка — набрала пару кило — а у нее слезы в три ручья. Для Харви это были мелочи, а для нее — трагедия вселенского масштаба. Еще одним камнем преткновения стал пол ребенка. Фелоноя категорически отказывалась его узнавать до самых родов, желая сохранить интригу. Харви же, как человек, привыкший к контролю, мечтал заранее подготовить детскую и подобрать идеальное имя. Стоило затронуть эту тему, как разгорался скандал. В их отношениях стабильностью отличались разве что споры. Вскоре общий знакомый пригласил их на свадьбу. Для Фелонои это обернулось настоящей драмой. Живот округлился настолько, что скрыть его было невозможно, и мысль о том, что она не влезет в платье, терзала её. В день мероприятия она заперлась в ванной, утопая в слезах. — Милая, мы опаздываем, — поторопил её Харви, застегивая рубашку. — Я никуда не поеду, — капризно ответила она из-за двери. — Мы же всё обсудили, ты выглядишь прекрасно, и если захочешь, мы сразу уедем, — сказал Харви, повторяя заученную фразу. Дверь открылась, и перед ним предстала заплаканная, растрепанная Фелоноя, даже не попытавшаяся надеть платье. — Езжай без меня! — выпалила она, захлопнув дверь. Харви тяжело вздохнул. В последние дни Фел постоянно устраивала сцены. Стоило ему намекнуть, чтобы она сбавила обороты на работе и отдохнула, как в ответ сыпались обвинения и упрёки. Всё можно было списать на гормоны, но Смит и до этого никогда не отказывалась от работы, как, собственно, и сам Спектер. После медового месяца никто из них не брал отпуск или больничный, каждый жил работой. Отбросив попытки переубедить её, Харви отправился на торжество без Фелонои. В день свадьбы Артура в голове то и дело всплывали воспоминания о собственной церемонии: предвкушение, волнение, триумфальный момент, когда их объявили мужем и женой. Сознание того, что он оставил дома расстроенную беременную жену, грызло его, но пути назад уже не было. Родители жениха приветствовали прибывающих гостей. Артур Рейсс был одним из немногих, с кем Харви и Фел поддерживали связь со времен учебы в Гарварде. Обменявшись парой фраз с другими приглашенными, Харви наконец-то увидел и самого жениха. — Харви Спектер, старина! Ты совсем не меняешься, — воскликнул Артур, окинув друга взглядом с головы до ног. — А где же Фел? — Она… — Харви уже собирался выдать заготовленную отговорку, когда заметил, что взгляд Артура направлен куда-то за спину Спектеру. — Фелоноя! — радостно воскликнул Артур. Обернувшись, Харви увидел свою жену. Кремовое кружевное платье, распущенные волосы, едва заметный макияж, призванный скрыть следы недавних слез. Угрызения совести пронзили его. — Выглядишь потрясающе. Надеюсь, не затмишь Грету, — подмигнул Артур. Артур покинул пару. — Знаешь, я облажался, надо было остаться, — первым сдался Харви, и в голосе звучало сожаление. — Прости и ты меня, — Фел выглядела виноватой, — как только полегчало, сразу же примчалась. Он нежно коснулся ее губ поцелуем, и, взяв под руку, они направились к своим местам. Организатор, проводил их к стороне жениха. Окинув взглядом толпу, Харви с досадой заметил в зале Луиса Литта. Нельзя сказать, что их сердца затрепетали от восторга при виде бывшего однокурсника — скорее, они предпочли бы и дальше обходиться без этой встречи. Впрочем, Фелоноя еще до беременности имела удовольствие столкнуться с Литтом в зале суда, где оставила его в моральных руинах. Церемония прошла идеально, как по нотам, Артур и Грета купались в теплых поздравлениях родных и друзей. Харви и Фел, наблюдая за этой картиной, погрузились в приятную ностальгию. Перед банкетом они решили немного прогуляться — Фелоное из-за беременности было нелегко долго сидеть или ходить, но она стойко держалась, не подавая виду. Харви, как истинный джентльмен, поддерживал супругу и ни на шаг не отходил от нее. В этот момент уединения к ним подкрался Луис. — Ну надо же, мистер и миссис Спектер собственной персоной, — язвительно процедил Литт. — И, судя по всему, мини-Спектер на подходе… Поздравляю. — в его тоне не было ни капли искренности. — Луис, мы тоже рады тебя видеть. Хотя, признаюсь, не ожидали. — Фелоноя едва заметно скривилась, но ответила сдержанно. Харви бросил на Литта ледяной взгляд, но промолчал. Знал, что сейчас любое слово может спровоцировать ненужную ссору, а портить праздник Артуру и Грете он не хотел. — Что ж, жизнь идет своим чередом. — Литт не замечая напряжения, продолжал — Вы все так же счастливы, как и прежде. А я… кручусь верчусь в одной конторе. — в его голосе звучала какая-то странная смесь зависти и самоиронии. — Как твои дела, Луис? Чем занимаешься? — Фелоноя, почувствовав неладное, попыталась сменить тему. — Все по-старому, — отмахнулся Литт. — Пытаюсь не умереть со скуки. Но вы не обращайте на меня внимания. Просто решил поздравить вас с грядущим пополнением. — с этими словами он развернулся и, шаркая ногами, побрел прочь, оставляя Харви и Фелоною в полном недоумении. Они переглянулись. — Что это было? — прошептала Фелоноя. — Не знаю, — ответил Харви, — но мне это не нравится. И, крепче обняв жену за плечи, повел ее к их столику. Ему почему-то казалось, что эта встреча с Луисом — не случайность, и что за ней последуют не самые приятные события. Харви и Фелоноя веселились от души на свадебном приеме друзей. Вероятно, это их последний выход в свет в статусе «просто муж и жена», ведь до рождения ребенка оставалось всего-то ничего — каких-то четыре недели! — Замрите! — скомандовал фотограф, выискивая идеальный кадр на фоне цветочной изгороди. Харви, с фирменной ухмылкой, нежно приобнял свою очаровательную супругу, и они оба, сияя, посмотрели прямо в объектив. В этот момент казалось, что весь мир затаил дыхание, предвкушая их следующий, самый важный этап в жизни. И зная Харви и Фелоною, просто не будет!