Часть 27

Томми сидел на краю своего гнезда, закутанный в плащ Техно (сегодня был именно тот день недели, когда он мог его взять, и сорочьи инстинкты блаженно мурлыкали от знакомого запаха), и вертел в руках книгу. Она появилась на его тумбочке час назад — без предупреждения, без записок, просто материализовалась из воздуха с тихим хлопком. Кожаный переплёт, потёртые страницы, и на обложке — знакомая эмблема в виде криво ухмыляющейся маски. Найтмер. — Опять, — пробормотал Томми, открывая первую страницу. — Что на этот раз? Мир, где все — русалки? Или где я — стол? Или где у меня снова течка и... Он осёкся, вчитываясь в строки. «Мир №47. Название: Временная Петля. Классификация: Омегаверс-Альтернатива. Статус: нестабильный. Временная петля активна. Администратор: Дрим (статус: жертва петли). Дополнительная информация: мир содержит элементы принудительного цикла, множественные смерти администратора, наличие Хранилища Пандоры, активное божественное вмешательство (XD, Кристин).» Томми моргнул. Перечитал. Снова моргнул. — Временная петля? Омегаверс? Администратор — жертва?! — его голос сорвался на возмущённый шёпот. — Ты издеваешься?! Тень в углу комнаты шевельнулась, и из неё выступил Найтмер — как всегда, бесшумно и до отвращения эффектно. Его маска с кривой улыбкой блестела в свете фонаря, рога отбрасывали причудливые тени на стену. — Не издеваюсь, — сказал он ровно. — Это учебная миссия. Развлекательная. Ты засиделся в своём уютном мире, пора проветриться. — Проветриться?! — Томми вскочил, чуть не уронив книгу. Крылья за спиной встали дыбом от возмущения. — В прошлый раз ты закинул меня в Омегаверс, где у меня была течка, и меня вылизывал пиглин, и нюхал птицекрылый старик, и я чуть не умер от жары! — Ты выжил. — Я получил психологическую травму! — У тебя их коллекция, — Найтмер пожал плечами. — Одной больше, одной меньше. Читай книгу. Там описание мира и твоя роль. И да — в этом мире уже есть Томми. Местный. Поэтому маскируйся. Очки, маска, что угодно. Не свети лицом. — Что значит «местный Томми»?! — Читай. И исчез. Томми остался стоять с книгой в руках, чувствуя, как внутри закипает раздражение вперемешку с любопытством. Рольф, спавший в углу, поднял голову и вопросительно фыркнул. — Нет, Рольф, — сказал Томми. — Ты со мной не идёшь. Я не знаю, что там за мир, но тащить тебя в петлю времени — это слишком даже для меня. Рольф недовольно заворчал, но спорить не стал. Только демонстративно отвернулся к стене. Томми вздохнул, сел обратно в гнездо и открыл книгу. Чем дальше он читал, тем шире становились его глаза. Мир №47 был... пиздецом. Если кратко: Дрим, администратор сервера, застрял во временной петле. Каждый раз, когда он умирал — а умирал он часто, очень часто, — всё возвращалось к началу. К дню создания сервера. И каждый раз он пытался что-то изменить. Сбежать. Спрятаться. Договориться. Убить себя раньше, чем это сделают другие. Ничего не помогало. Его убивали снова и снова. Томми читал список смертей — просто список, сухие строчки в книге, — и чувствовал, как внутри всё сжимается. «Смерть №1: Квакити. Тюрьма. Множественные травмы, несовместимые с жизнью.» «Смерть №2: Сэм. Удушение. После убийства Томми.» «Смерть №3: Бэд. Тюрьма. Причина не установлена.» «Смерть №4: Сапнап. Тюрьма...» Список продолжался на несколько страниц. Томми закрыл книгу, потом снова открыл. Перечитал описание того, что делали с Дримом в тюрьме. Его пытали. Морили голодом. Жгли лавой. Ломали кости. И каждый раз — новый вдох, новое начало, и снова боль. — Найтмер, — прошептал Томми в пустоту. — Ты ебанутый. Пустота не ответила, но Томми показалось, что где-то в тенях раздался тихий смешок. Он дочитал до конца. Узнал, что Дрим в конце концов нашёл спасение у Кристин и Техно. Что Кристин разорвала его связь с сервером, и XD отступил. Что Дрим остался жив, и у них с Техно будет ребёнок. И где-то между строк Томми заметил мелкую приписку, сделанную явно рукой Найтмера: «Развлекись. Помоги ему или не помогай — решать тебе. Но не задерживайся слишком долго. Звезда вернёт тебя, когда захочешь.» Томми захлопнул книгу. — Развлечься, — повторил он. — В мире, где администратора убивают сотни раз, а местный Томми — конченый псих, который пытал его в одной из петель. Отличное развлечение. Просто курорт. Он вздохнул, проверил инвентарь, нацепил тёмные очки и плотную маску, скрывающую нижнюю часть лица. Накинул плащ с капюшоном — не Техно, свой собственный, чтобы не светить знакомыми вещами. Крылья втянул — спасибо Вёрту за науку. Звезда на шее слабо мерцала, готовая к переходу. — Ладно, — сказал Томми. — Повеселимся. И провалился в реальность. Первое, что он увидел — лес. Обычный лес, не снежный, не адский, просто деревья и трава. Солнце светило высоко, воздух был тёплым. Где-то вдалеке слышались голоса — кажется, строился сервер. Томми огляделся. Инвентарь работал. Звезда на шее была на месте — её нельзя сломать, нельзя снять насильно, она всегда возвращала его домой, если он искренне хотел вернуться. Удобно. Он начал с разведки. Первая петля ушла на то, чтобы понять расклад. Местный Томми действительно существовал — шумный, наглый, с теми же золотистыми волосами и голубыми глазами. Он тусовался с Уилбуром, строил Л'манбург и вообще вёл себя как каноничный Томми из его воспоминаний. Томми-попаданец старался не пересекаться с ним лишний раз. Дрима он нашёл быстро. Администратор выглядел... плохо. Даже в маске было видно, как он напряжён, как дёргается от резких звуков, как избегает прикосновений. Его руки дрожали — постоянно, мелкой дрожью, которую он безуспешно пытался скрыть. Томми не стал подходить сразу. Вместо этого он начал собирать ресурсы. Железо. Алмазы. Зелья. Еда. Всё, что могло пригодиться. Он знал, где что лежит — книга Найтмера содержала карту мира и расположение ключевых точек. Пещеры, шахты, заброшенные базы. Томми действовал быстро и тихо, как сорочий птенец, который нашёл особенно блестящую монету и теперь тащил её в гнездо. А потом петля схлопнулась. Дрим умер — Томми даже не узнал, как именно, просто в один момент мир моргнул, и он снова стоял в лесу, в первый день создания сервера. Инвентарь был пуст. — Ты издеваешься, — прошептал Томми, глядя на пустые ячейки. — ВСЁ, ЧТО Я СОБРАЛ! Он выругался — длинно, грязно, на грани слышимости. Потом глубоко вздохнул и пошёл собирать ресурсы заново. Во второй петле он попытался помочь Дриму напрямую. Подошёл к нему, представился как «странник», предложил информацию. Дрим посмотрел на него с недоверием, но выслушал. Они даже начали действовать вместе — Томми показывал, где спрятаны ресурсы, Дрим использовал свои админские способности, чтобы ускорить процесс. А потом их обоих поймали. Томми даже не понял, как это вышло. Кто-то сдал. Кто-то выследил. Их схватили, связали и бросили в камеру — не в Пандору, та ещё строилась, а в какое-то временное узилище. Томми стоял лицом к стене и методично бился об неё головой. Бам. — Здесь все конченные... Бам. — ...полные пидорасы... Бам. — ...я домой хочу... Бам. — ...почему все такие ебнутые? Дрим сидел в углу, обхватив колени руками, и молча смотрел на него. Его дрожь стала заметно сильнее — то ли от холода камеры, то ли от страха. Он явно не ожидал, что его странный союзник будет биться головой об стену вместо того, чтобы пытаться сбежать. — Ты... в порядке? — тихо спросил он. — НЕТ! — Томми повернулся к нему, и даже через маску и очки было видно его бешенство. — Я НЕ В ПОРЯДКЕ! Твой мир — это КОШМАР! Здесь ВСЕ хотят тебя убить! Местный Томми — ПСИХ! Уилбур — ДРАМАТИЧНЫЙ ПИСАКА, который ещё и предатель! Тюрьма строится, хотя ты НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ в этой петле! ЗА ЧТО?! Дрим сжался ещё сильнее. — Я... я не знаю, — прошептал он. — Это всегда так. Я пытался понять. Пытался изменить. Но ничего не работает. Они всегда находят причину. Всегда. Томми выдохнул, привалился спиной к стене и сполз на пол. — Прости, — сказал он уже тише. — Я не на тебя ору. Просто... твой мир ебанутый. — Я знаю, — Дрим горько усмехнулся. — Я в нём живу. Точнее, умираю. Они просидели в камере ещё несколько часов, пока их не убили. Томми даже не запомнил, кто именно — кажется, кто-то из команды Сапнапа. Было больно, но быстро. Новый вдох. Снова лес. Снова пустой инвентарь. — Сука, — сказал Томми и пошёл собирать ресурсы в третий раз. Петли сливались в одну бесконечную полосу. Томми потерял счёт тому, сколько раз он начинал заново. Он знал каждую пещеру, каждую жилу алмазов, каждый сундук с добычей. Он мог собрать полный сет брони и оружия за пару часов — быстрее, чем кто-либо на сервере. Но инвентарь всё равно обнулялся каждый раз, и это бесило его до зубного скрежета. Он помогал Дриму. Не всегда — в некоторых петлях он просто наблюдал, собирал информацию, пытался понять, кто именно запускает цикл убийств. В других — действовал активно: прикрывал Дрима в бою, вытаскивал его из засад, предупреждал о предательствах. Пару раз его самого убивали. Один раз — местный Томми, и это было особенно мерзко: смотреть в собственное лицо, искажённое злобой, и чувствовать, как меч входит в грудь. Томми-попаданец потом долго не мог прийти в себя после той петли. В другой раз он попытался взорвать все дома со спящими людьми. Просто от отчаяния и злости. Собрал ТНТ, расставил по серверу, поджёг фитили... и его застрелил скелет, пока он бежал от взрывов. Петля схлопнулась. В следующей он решил, что массовые убийства — не его метод. Слишком много шума. В одной из петель их с Дримом снова поймали и бросили в камеру — на этот раз уже в недостроенную Пандору. Стены из обсидиана, лава где-то за ними, тяжёлый воздух. И снова Томми стоял лицом к стене и бился головой, бормоча ругательства. Дрим, сидящий в углу, вдруг тихо рассмеялся. — Ты всегда так делаешь, когда нас ловят, — сказал он. — В прошлой петле тоже бился. И в позапрошлой. Томми замер. — Ты... помнишь? — Нет, — Дрим покачал головой. — Но я... чувствую. У меня дежавю. И твои ругательства... они кажутся знакомыми. Томми медленно повернулся к нему. — Ты помнишь меня через петли, — сказал он. — Не полностью, но... что-то остаётся. — Наверное, — Дрим пожал плечами. — Ты единственный, кто пытается мне помочь. Не в каждой петле, но... часто. Я это чувствую. Томми ничего не ответил. Просто сел рядом и молча ждал, пока их убьют. В конце концов Томми решил действовать по-другому. Он прочитал в книге Найтмера, что спасение Дрима пришло от Кристин — Богини Смерти, жены местного Фила. Если Дрим доберётся до неё, она сможет разорвать его связь с сервером и остановить петлю. Проблема была в том, что Дрим не знал дороги. И каждый раз, когда он пытался сбежать, его ловили и убивали раньше, чем он добирался до снежных лесов. Томми знал дорогу. В одной из петель он просто пришёл к Дриму в первый же день, взял его за плечо и сказал: — Мы уходим. Сейчас. Бери только самое необходимое. — Куда? — Дрим смотрел на него с недоверием, но в глазах теплилась отчаянная надежда. — На север. К снегу. Там живёт одна женщина с чёрными крыльями. Она поможет. — Откуда ты... — Долгая история. Потом расскажу. Идём. И они пошли. Путь занял несколько недель. Томми вёл Дрима через леса, горы, пустыни — туда, где снег ложился на землю и не таял. Они избегали поселений, охотились сами, спали по очереди. Дрим поначалу дёргался от каждого звука, но постепенно, вдали от сервера, его дрожь стала чуть меньше. Он даже начал разговаривать — тихо, осторожно, но всё же. Томми узнал, что в одной из петель Дрим перерезал себе горло, просто чтобы не умирать от чужих рук. Узнал, что он бросался с обрыва, травился, душил себя — всё, чтобы избежать боли, которую причиняли другие. И каждый раз просыпался снова. — Почему ты мне помогаешь? — спросил Дрим однажды ночью, когда они сидели у костра. — Ты не из этого мира, я понял. У тебя нет причин. Томми долго молчал, глядя в огонь. — Потому что ты не заслужил этого, — сказал он наконец. — То, что с тобой делают — это пиздец. И я... я знаю, каково это, когда тебя убивают снова и снова. Не так, как ты, но... я умирал. И это дерьмово. Дрим ничего не ответил, только придвинулся чуть ближе к костру. Когда они наконец добрались до снежного леса, Томми остановился. — Дальше сам, — сказал он. — Иди на север. Ты почувствуешь, когда войдёшь в её владения. Она найдёт тебя. — А ты? — У меня свои дела, — Томми поправил маску. — Но, может, ещё увидимся. Если выживешь. Дрим посмотрел на него долгим взглядом, потом кивнул. — Спасибо, — сказал он тихо. — За всё. И ушёл в снег. Томми смотрел ему вслед, пока белая фигура не растворилась между деревьями. Потом развернулся и пошёл в другую сторону. Через два дня его нашли. Томми пробирался через лес, когда стрела вонзилась ему в бок. Он рухнул на снег, хватая ртом воздух, и пополз, оставляя кровавый след. За спиной слышались крики — кажется, охотники за головами, которые приняли его за кого-то другого. Он полз, пока не уткнулся в чей-то сапог. Поднял голову. Над ним стоял Филза. Местный Филза — с чёрными крыльями, в зелёных одеждах, с голубыми глазами, полными тревоги. — Какого... — начал он, но осёкся, увидев кровь. — Ты ранен. — Сам вижу, — прохрипел Томми. — Помоги. Филза, не задавая лишних вопросов, подхватил его и понёс в дом. Томми провалялся в доме Фила несколько дней. Рана заживала медленно — стрела задела что-то важное, и без зелий регенерации (которые обнулились вместе с инвентарём, чёрт бы побрал эту петлю) приходилось полагаться только на время и заботу элитриана. Филза не спрашивал, кто он и откуда. Просто менял повязки, приносил еду и сидел рядом, когда Томми проваливался в лихорадочный сон. Иногда заходила Кристин — высокая, величественная, с лицом, скрытым вуалью. Она смотрела на Томми долгим взглядом, но ничего не говорила. Томми чувствовал себя неловко. Этот Филза не был его Филзой. Он не помнил его, не знал, кто он такой. И всё равно помогал. Когда Томми достаточно окреп, чтобы вставать, он начал собираться в путь. — Уже уходишь? — спросил Филза, глядя, как он затягивает плащ. — Да. Спасибо за всё. Я твой должник. — Не должен, — Филза покачал головой. — Просто... будь осторожен. Томми кивнул и вышел в снег. Он не планировал возвращаться. Честно. Но через какое-то время — он сам не знал, сколько прошло, петли сбивали счёт времени, — он снова оказался у дома Техно. Просто шёл по лесу и вышел к знакомой хижине. Из трубы шёл дым, внутри горел свет. Томми хотел пройти мимо. Правда. Но тут дверь открылась, и на пороге появился Техно. Местный Техно — с розовыми волосами, в красном плаще, с мечом на поясе. Он уставился на Томми, и его рука дёрнулась к оружию. — Ты кто? Томми вздохнул. — Странник. Мимо проходил. Уже ухожу. — Техно, кто там? — из-за спины пиглина выглянул Дрим. Они встретились взглядами. Дрим изменился. Он больше не дрожал так сильно, и в его глазах появилось что-то, чего Томми не видел раньше, — спокойствие. Его живот был округлён — совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы Томми понял. — О, — сказал он. — Поздравляю. Дрим моргнул, потом узнал его — маска, очки, та самая фигура, которая вела его через леса в одной из петель. — Это ты, — выдохнул он. — Ты... ты помог мне. Тогда. В лесу. — Я, — Томми пожал плечами. — Рад, что у тебя всё наладилось. — Заходи, — неожиданно сказал Техно, убирая руку с меча. — Дрим, ты его знаешь? — Он... помог мне добраться до Кристин, — Дрим смотрел на Томми с благодарностью. — Без него я бы не выжил. Техно перевёл взгляд на Томми, потом кивнул и отступил в сторону, пропуская его в дом. Они сидели за столом втроём. Техно, Дрим и Томми. На столе стоял чай, печенье и какая-то еда, которую приготовил Дрим. Томми чувствовал себя странно. Он смотрел на них — на Дрима, который осторожно гладил свой живот, на Техно, который то и дело бросал на мужа тёплые, защищающие взгляды, — и не мог отделаться от ощущения сюрреализма. В его мире Дрим был врагом. Конченым психопатом с синдромом бога, который пытал его, ломал, изолировал, убивал. А здесь... здесь Дрим был жертвой. Сломанной, выцветшей, но всё ещё живой. И счастливой. Томми медленно стянул маску. Потом снял очки. Дрим ахнул. — Ты... Томми, — медленно произнёс он, и в его голосе мелькнул страх. — Как тот мальчик, который... который пытал меня в одной из петель? — Не я, — быстро сказал Томми. — Местный Томми. Я здесь вообще проездом. Меня сюда закинули по... делам. Я не могу рассказывать подробности, извините. Это личное. И, возможно, опасно. — Опасно для кого? — спросил Техно, и его голос был спокойным, но внимательным. — Для меня, — честно ответил Томми. — У меня есть... покровитель. Он не любит, когда я распространяюсь о своей реальности. Дрим смотрел на него долгим взглядом. Потом медленно кивнул. — Я понимаю. У меня тоже были секреты, которые я не мог рассказать. Томми вздохнул и откинулся на стуле. — Твоя версия SMP, — сказал он, глядя на Дрима, — настолько вывернута наизнанку, что тянет ком в горле прямо в желудок. Настоящий Дрим злой. Конченный психопат, если хотите, с синдромом бога. Но ты не такой. Так что не забивай себе голову. Тебе нервничать нельзя. Дрим моргнул, и в его глазах мелькнуло что-то сложное — облегчение пополам с грустью. — Спасибо, — сказал он тихо. — За то, что сказал. И за то, что помог. Томми пожал плечами. — Обращайся. Но я, наверное, скоро уйду. Мне пора возвращаться домой. Техно, всё это время молчавший, вдруг подал голос: — Твой плащ. Он похож на мой. Томми посмотрел на свой плащ. Потом на плащ Техно. Потом снова на свой. — Совпадение, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Техно хмыкнул, но ничего не сказал. Томми вышел из дома на рассвете. Звезда на шее мерцала, готовая перенести его обратно. Он в последний раз оглянулся на хижину, где остались Техно и Дрим — странная, сломанная, но счастливая семья. — Прощайте, — прошептал он. — И удачи с ребёнком. Звезда вспыхнула, и мир исчез. Томми открыл глаза в своём гнезде — в том самом моменте, из которого ушёл. Книга Найтмера всё ещё лежала на его коленях, страницы были открыты на той же главе. Рольф, спавший в углу, даже не заметил его отсутствия — только ухом повёл, когда Томми пошевелился. За окном было то же время суток, те же вороны сидели на карнизе и чистили перья. Словно ничего не произошло. Словно он не провёл неизвестно сколько времени в мире, где администратора убивали снова и снова, а местный Томми был конченым психом. Томми медленно закрыл книгу. Провёл ладонью по лицу. Потом посмотрел на тени в углу комнаты. — Найтмер, — позвал он. Тишина. — Я знаю, что ты здесь. Выходи. Тень шевельнулась, и из неё выступил демон — как всегда, бесшумно и до отвращения эффектно. Его маска с кривой улыбкой блестела в свете фонаря, а поза была расслабленной, почти ленивой. — Ну как? — спросил он. — Развлёкся? Томми посмотрел на него долгим, очень долгим взглядом. Потом глубоко вздохнул. — Развлёкся? — повторил он. — Ты закинул меня в мир, где Дрим умирал сотни раз. Где его пытали, морили голодом, жгли лавой и ломали кости. Где местный Томми — псих, который лично участвовал в пытках. Где я сам умирал, между прочим, и не один раз. Где мой инвентарь обнулялся КАЖДЫЙ РАЗ, и мне приходилось собирать ресурсы заново, как какому-то новичку. И ты спрашиваешь, развлёкся ли я? Найтмер молчал. Его маска, как всегда, ничего не выражала, но Томми готов был поклясться, что демон мысленно ухмыляется. — Это был ценный опыт, — сказал наконец Найтмер. — Ты научился действовать в условиях ограниченных ресурсов. Адаптироваться к нестабильной временной линии. Взаимодействовать с альтернативными версиями знакомых личностей. Всё это пригодится тебе в будущем. — В будущем?! — Томми вскочил с гнезда, крылья за спиной встали дыбом. — Нет. Нет-нет-нет. Я требую отпуск. — Отпуск? — От-пуск. Месяц. Минимум. Никаких других миров, никаких петель, никаких альтернативных реальностей. Я хочу просто... жить. Спать в своём гнезде. Красть плащ Техно раз в неделю. Тренироваться с Филзой. Смотреть, как Таббо точит мечи о свои рога. Нормальной жизни, Найтмер. Человеческой. Или сорочьей. Неважно. Найтмер склонил голову набок. Его хвост — длинный, с кисточкой на конце — медленно качнулся из стороны в сторону. — Месяц, — повторил он задумчиво. — Месяц, — твёрдо сказал Томми. — И даже не думай сокращать. Я заслужил. Демон помолчал. Потом издал звук, похожий на вздох. — Хорошо. Месяц. Но потом — новая миссия. И я не обещаю, что она будет легче. — Плевать, — Томми рухнул обратно в гнездо и натянул плащ Техно до подбородка. — Главное, что не сейчас. А теперь уйди. Я хочу поспать в своей кровати, в своём мире, без петлей времени и без психованных альтернативных версий моих друзей. Найтмер хмыкнул и начал отступать в тень. — Отдыхай, Томми, — сказал он напоследок. — Ты действительно заслужил. И исчез. Томми остался один в тишине своей комнаты. Рольф, почувствовав, что хозяин наконец расслабился, подошёл и улёгся рядом, положив тяжёлую голову ему на ноги. Вороны за окном негромко перекаркивались, обсуждая что-то своё, птичье. Томми погладил Рольфа по голове и закрыл глаза. Месяц. Целый месяц без других миров. Без Найтмера. Без петель, смертей и альтернативных версий. Он улыбнулся. — Слышишь, Рольф? У меня отпуск. Рольф фыркнул и лизнул его руку. Всё было хорошо.