Часть 15 фетиш Руби.

Кабинет Озпина. Поздний вечер. За стеклянной стеной — огни Вейла. Перед Озпином — панель с записями наблюдений, в том числе — утро в столовой, разговоры учеников, выражения лиц. Он смотрит. Молча. Долго. На экране — Руби и Жон: она сияет, он выглядит опустошённым. Позади, в полутени, стоит Глинда, скрестив руки. — Глинда (тихо): — Мы должны были вмешаться раньше. — Озпин (медленно): — Теперь уже поздно. Он отводит взгляд от экрана, будто не хочет больше видеть, но рука всё ещё лежит на панели. Легкое дрожание пальцев. — Озпин: — Мы следили за балансом команд, за тактическим ростом, за угрозами извне... — …но пропустили то, что рвёт их изнутри. Глинда: — Жон — сломлен. Остальные — напуганы. — А Руби… она изменилась. Слишком быстро. — Озпин (тихо): — Не изменилась. Открылась. Он долго молчит. Потом добавляет: — Озпин: — Это уже не вопрос дисциплины. Это… человеческое. — А значит — куда опаснее. Тем временем. Комната команды RWBY. Блэйк сидит на кровати, перебирает аккуратно сложенные книги. Выражение лица — медленно переходящее от удивления к подозрению… и дальше к ужасающему осознанию. — Блэйк (бормочет): — «Темные узы». «Подчинение и страсть». «Связанные судьбы»... (глаза расширяются) — Пропали… Она оглядывает полки. Потом тихо приоткрывает тумбочку. Пусто. — Блэйк (шепчет): — Нет… нет-нет-нет. Неужели кто-то… В дверь заходит Вайс с кружкой. Заметив лицо Блэйк, останавливается. — Вайс: — Что случилось? — Блэйк: — У меня… пропали книги. — Не просто книги. ОПРЕДЕЛЁННЫЕ книги. Вайс (подозрительно): — Ты хочешь сказать… эротика? — Блэйк (сухо): — Сюжеты с... узами доверия, доминированием, дисциплиной. (еще тише) — Связыванием. — Вайс (отступая): — Ох... (морщит лоб) — И ты думаешь, их взяла…? Они обе поворачивают головы — к пустой кровати Руби. — Блэйк: — Кто-то… изучал. Методично. — Очень методично. Пауза. Обе переглядываются. — Вайс: — Нам нужно поговорить с Янг. ........ Комната команды RWBY. Позднее утро. Блэйк стоит у своей открытой тумбочки, в руках — пустая обложка книги "Тени уз. Часть 2". Вайс рядом, прищурившись и сжав губы в линию, будто её собственная репутация как-то осквернена этим фактом. В комнату заходит Янг с полотенцем на плечах. Только увидев лица подруг — тут же останавливается. — Янг: — Ого. Что я пропустила? Кто-то съел последний кусок пиццы или мы обсуждаем… тайный клуб БДСМ-энтузиастов? Блэйк: — Некоторые из моих книг… очень… специфических — исчезли. Янг (кивает): — А потом утром Жон выглядел как будто его на сковородке жарили, а не в постели спали. (усмехается) — Ну что, теперь ясно, чем моя милая сестрёнка занималась ночью. Вайс (на автомате): — …Боги. (морщится) — Я не хотела этого знать. Блэйк (с округлившимися глазами): — Ты хочешь сказать, что… она не просто… (запинается) — …она это планировала? Янг (цокает языком, но с долей беспокойства): — Планировала, читала, тренировалась — видимо, всё. — У неё, оказывается, фетиш на контроль. (горько) — И она не боится применять практику на реальном человеке. Блэйк (шокировано): — Она же выглядела такой… милой. Наивной. Розовые щёчки, маленькие ножки, “я люблю пончики”. — Янг (устало): — А теперь она любит пудинг из мужского достоинства с гарниром из верёвок. Вайс: — Пожалуйста. Никогда больше не используй слово "гарнир" в таком контексте. Пауза. Все трое молчат. Атмосфера — тревожная. — Блэйк (тихо): — Нам надо что-то делать. Пока она не… сломала его окончательно. — Янг: — Или пока он не решит сбежать. (жёстко) — А если он решит — я буду первой, кто ему поможет. ........ Гостевая комната преподавателей. Днём. Юлиус Арк — высокий, широкоплечий мужчина с шрамом над бровью, в потертом доспехе и с пронзительным взглядом — наливает себе чай и усаживается за стол. В дверях появляется Жон, замявшись, но всё же входит. — Жон: — Папа, у тебя есть… минута? — Юлиус (поднимает бровь): — Для сына — всегда. (оценивающе смотрит) — Хотя, судя по твоему лицу, минута может не хватить. Жон садится. Долго молчит. Наконец, выдыхает: — Жон: — У меня… проблемы. С девушкой. — Юлиус: — Сразу ясно. Ты выглядишь так, будто тебя держат в заложниках, но ты ещё и сам доплачиваешь. Жон (слабо усмехается): — Почти. Она… ну… у нас отношения. Но она… давит. Сильно. (тихо) — И я не смог её остановить. Не тогда. Не сейчас. Юлиус резко ставит кружку. Глаза сверкают. — Юлиус: — Ты — Арк. Мы не сгибаемся. — Если она взяла верх — значит, ты позволил. — Жон: — Она угрожала. Говорила, что… сделает с собой что-то. (взгляд в пол) — Я испугался. Не за себя. Юлиус встаёт, обходит стол, кладёт тяжёлую руку на плечо сына. — Юлиус (жёстко): — Жалость — не основа для отношений. — Хочешь, чтобы она тебя уважала? Будь жёстче. — Покажи, что ты не мальчишка на поводке. А мужчина. (резко) — Или так и останешься каблуком с покусанной спиной. Жон опускает глаза. Плечи напрягаются. — Юлиус (уже тише): — Защищать — не значит сдаваться. Иногда лучший способ защитить кого-то — это удержать границу. Пауза. Жон кивает, всё ещё с сомнением. — Жон: — Спасибо. Я… подумаю. — Юлиус (выходя): — Не думай. Действуй. Или кто-то решит за тебя. Опять. ....... Комната команды RWBY. Вечер. Тишина. Жон стоит у порога. Его руки сжаты в кулаки, лицо серьёзное. Он долго репетировал речь. Вдох — и шаг внутрь. Руби, как будто ждала. Сидит на краю кровати, в простом домашнем наряде, глаза опущены. Улыбки нет. — Жон (твёрдо): — Мы должны поговорить. Руби поднимает взгляд. Медленно. Глаза — чуть влажные. — Руби: — Я… Я знала, что ты скоро устанешь от меня. (вздыхает, глядя в пол) — Я... виновата. Я слишком навязчива. Ты заслуживаешь лучше. Жон моргает. Момент сомнения. Но он сжимает зубы. — Жон: — Нет. Не начинай. Я пришёл сказать, что я не вещь, не утешение, не... объект. — Я чувствую, что ты давишь. Что я... не хочу этого всего. Постоянно. Руби медленно встаёт. Делает шаг к нему — не спеша. — Руби (тихо): — Ты прав. (опускает голову) — Ты можешь уйти. Если хочешь. Я… не остановлю. (еще тише) — Просто… останься хоть на минуту. Молча. Не для меня. А для себя. Жон сбит с толку. Он делает полшага назад… и не уходит. Руби подходит ближе. Поднимает руку. Тянется, но останавливается. Смотрит на него снизу вверх. — Руби (шепчет): — Только обними. Я больше не прошу. Жон медлит… и обнимает. Механически. Аккуратно. И в ту же секунду — её руки крепко сомкнулись за его спиной. Она прижимается всем телом. Дышит быстро. — Руби (едва слышно): — Мне так страшно без тебя… — Не оставляй меня. Не сегодня. Жон выдыхает. Ему тяжело. Он не отталкивает. Не говорит "нет". Он просто… позволяет. Слова отца уже звучат отдалённым эхом. Позже. Его рубашка на полу. Она спит у него на груди, тихо улыбаясь. А он — смотрит в потолок. С пустым взглядом. И лишь шепчет сам себе: — Жон: — Я снова… проиграл. ........ Где-то за пределами времени и пространства. Межмировая обсерватория. Огромный зал, усыпанный звёздами. В воздухе висят порталы, отражающие вселенные, судьбы, судьбоносные выборы. Посреди сияющих тронов — десяток сущностей, облачённых в стилизованные мантии. Каждый из них — разный аспект Жона Арка, бог в своём проявлении: — Жон-Проводник Времени, — Жон-Бессмертный Воин, — Жон-Охотник за Гриммами, — Жон-Воскрешатель, и другие… включая Жона-Избранного Без Сил, который сейчас и наблюдается на экранах. На одном из порталов отображается сцена: Руби, спящая, счастливая. Жон — с выжженным взглядом. Рубашка валяется на полу. Он снова сдался. Все боги делают синхронный жест — рука к лицу. — Жон-Смерть (устало): — Опять. Просто… опять. — Жон-Хранитель Судеб: — Я думал, в этот раз он хотя бы скажет "нет". Он ведь тренировался! Был шанс! — Жон-Пламенный Бог (раздражённо): — У меня десять тысяч душ под началом, но этот парень — мой самый мучительный аватар. — Жон-Проводник Времени: — Кто держал на “сломается через одну попытку объятий”? **Трое богов поднимают руки. Один из них — Жон-Свет, торжествующе вытягивает ладонь. Остальные тяжело вздыхают и передают ему сияющие жетоны, похожие на межреальные кредиты. — Жон-Свет (усмехаясь): — Спасибо, господа. Всегда ставьте на эмоциональный шантаж. — Жон-Бессмертный: — Я ставил на внутренний рост. Что с ним не так?! — Жон-Песнь Грёз (тихо, в сторону): — Он всё ещё думает, что "если я помогу ей — она станет лучше". Наивный. Очаровательный. Обречённый. В тишине вновь загорается экран. Появляется Янг, стоящая у двери и сжимающая кулаки. Кто-то начинает спорить — "вмешается ли она?" Один бог уже достаёт новую ставку. — Жон-Хаос (злорадно): — Игра продолжается.