Часть 17 Демон

Ночь. Комната команды RWBY. Тишина. Все спят, кроме неё. Точнее — она спит, но будто бы не здесь. Руби сжимает подушку, её дыхание сбивается, лицо дёргается в судорогах беспокойства. А где-то, за пределами обычного сна, сквозь слои ауры и сознания, пробивается нечто чужое. Там, в тени других миров, Демон Жон открывает глаза. — Пришло время углубить трещину. Он вытягивает руку, покрытую роговыми пластинами, и тихо касается пустоты. Она пульсирует в такт её сну. Легчайший импульс — и кошмар начинает разворачиваться. Сон. Площадь Вейла. Праздник. Руби и Жон — вместе. Он улыбается, держит её за руку. Музыка, цветы, счастье. Но затем... он отпускает. На горизонте появляется силуэт — высокая, сильная фигура. Янг. Жон поворачивается к ней. Потом — к Пирре. Потом — к Блэйк. Все по очереди тянут к нему руки. Он уходит. Он не смотрит назад. Руби кричит, бежит, но ноги словно в цементе. Воздух становится вязким, как патока. Всё вокруг — расплывается. — Нет… нет! Жон! Вернись! Но он не слышит. И уходит. Сцена меняется. Жон лежит мёртвый. Над ним — врачи, охотники, Озпин. Никто не может помочь. Она пытается дотянуться — и видит кровь на своих ладонях. Слишком поздно. Голоса шепчут. "Ты отпустила." "Ты ослабила хватку." "Ты виновата." "Ты недостаточно любила." Руби бьёт себя по голове, закрывает уши. Всё темнеет. И тут он появляется. Жон. Но не тот. Высокий. Угрожающе спокойный. В чёрной броне. Лицо — искажённое, но знакомое. — Я умер, потому что ты позволила. — И умру снова, если отпустишь. Он протягивает к ней руку. — Или будешь держать крепче. До трещин в костях. До истерики. До крови. Руби трясётся. Но кивает. И берёт его за руку. Комната. Реальность. Раннее утро. Руби резко просыпается. Глубокий вдох. Глаза открыты, зрачки расширены. Пот на висках. Но на лице... лёгкая улыбка. Она садится на кровати. Смотрит на спящего Жона. Его грудь спокойно поднимается и опускается. — Я никому не отдам. Никогда. И где-то за гранью сна, в пустоте, Демон Жон смотрит на неё с одобрением. Он ничего не говорит. Просто исчезает в тени. ....... Тронный круг. Бессчётные звёзды горят на куполе. В центре — проекция мира Ремнант, искажающаяся под вспышками кошмаров, что насылает Демон Жон. Сверхсущности — Жоны из других реальностей — стоят в гневе. Кто-то сверкает бронёй, кто-то окружён аурой магии или времени, один — весь из света. Демон Жон, виновник, стоит в тени, руки за спиной. — Ты зашёл слишком далеко! — кричит Жон Света, его голос раскалывает пустоту. — Мы дали клятву наблюдать. Не калечить! — Он только усилил то, что было, — парирует Жон Иллюзий. — Но мы не позволим всему разрушиться ради его прихоти! — Ты рушишь структуру, — рявкает Жон Закона. — Мы храним равновесие! Мы…! Вдруг всё затихает. Пространство трясётся. Купол трескается от золотого и чёрного света. Мир содрогается. В зал входят Братья-Драконы. Их присутствие подавляет саму реальность. Один — свет, как тысяча солнц. Другой — тьма, как само начало вселенной. Говорит Свет. — Мы слышали ваши крики. Видели вашу слабость. — Один из вас коснулся огня, что не должен был касаться. Говорит Тьма. — А остальные — ничего не сделали, чтобы остановить его. — Ваше молчание — соучастие. Жон Бессмертия сжимает кулак. — Мы могли бы исправить! Позвольте нам, и мы затушим пламя! Жон Воскрешения делает шаг вперёд, в отчаянии: — Позвольте договор! Один шанс! Один путь назад! Я отдал вам мир! Дайте нам остаться! — Пусть накажут одного, а не всех! — выкрикивает Жон Герой. Жон Проклятий — шепчет: — Или хотя бы… дайте нам говорить. Одно слово. Одно предупреждение! Демон Жон молчит. Он даже не отрицает. И тогда Свет говорит — с яростью, что сжигает. — Вы пришли не как мудрецы, а как дети. — Вы играли. Манипулировали. Ломали. — Вы забыли, что вы — не боги этого мира. Вы гости. Тьма — холодно, но окончательно. — Ваш доступ закрыт. — Ни советов. Ни слов. Ни снов. Ни шепота. — Только смотреть. Без рук. Без воли. Без надежды. Они поднимают руки. Все порталы с Ремнантом гаснут, обрываясь, как оборванные нити. Один за другим Жоны теряют контакт. Их силы трещат, глаза полны ужаса. — Вы сделали выбор, — шепчет Свет. — Теперь терпите его. Мгновение — и Братья исчезают. Мир гаснет. Остались только они. Силуэты, что теперь могут лишь смотреть. И среди них — Демон Жон, который, наконец, чуть улыбается. Он получил то, чего хотел. ...... Свет меркнет. Порталы с Ремнантом закрыты. Богожоны молчат. Все, кроме нескольких. Среди них: Жон Воскрешающий, Жон Света, Жон Сна. Они стоят перед остатком портала, горящим золотыми всполохами. Они ждут. И, наконец — он появляется. Дракон Света. Без грома. Без вспышки. Просто — взгляд, от которого рушатся звёзды. — Вам не хватило урока? Жон Воскрешающий делает шаг вперёд. — Мы не просим прощения. И не просим вернуть власть. — Только один допуск. Один жест. Один намёк. Не приказ. Не вторжение. — Один раз. Чтобы он не умер… внутри, раньше времени. Жон Сна поднимает кристалл — пульсирующий миниатюрный мир. — Новый. Неиспользованный. С магической сердцевиной. Потенциал — поколений. — Мы отдадим его. Без условий. Дракон Света молчит. Его взгляд скользит между ними. За его спиной — безмолвие вечности. — Вы отдадите зарождающуюся вселенную… за один намёк? — Да. — И вы понимаете, что даже этот жест может быть бесполезен? — Понимаем. Но это — лучше, чем просто смотреть, как рушится всё, что мы любим. Долгая тишина. Течение времени вокруг замирает. И, наконец, голос Света — мягкий, но резкий, как лезвие: — Один раз. — Одна возможность. — Один знак, не более. — И пусть последствия — будут на вас. Мир исчезает из рук Жона Сна. Растворяется в золоте. Портал на мгновение дрожит. На поверхности — короткая трещина. Щель между мирами. — Используйте мудро. И никогда… больше не просите. В зале вновь темно. Порталы закрыты. ....... Башня Озпина. Ночь. В комнате царит привычная тишина. Озпин сидит за столом, листая отчёты, наблюдая за кадрами с тренировок. Его взгляд задерживается на двух фигурах на экране — Жон Арк и Руби Роуз. Он морщится. Что-то в их взаимодействии начинает вызывать у него тревогу. Вдруг... всё замирает. Часы останавливаются. Мониторы гаснут. Воздух становится плотным, почти тяжёлым. Из глубины комнаты вспыхивает мягкий золотой свет. Свиток, лежащий рядом, сам собой открывается, излучая сияние древнего символа — переплетённые драконы. Голос, лишённый эмоций, звучит не в ушах, а в разуме. — Озпин. Время движется. Сдвиг начался. — Ты следил, но теперь должен чувствовать. — Будущее близко. И ты должен быть готов. — Следи за ними. В особенности — за ним. И за ней. Пульсирует жар в груди. Тихо, как дыхание пламени. Озпин дёргается, едва удерживая равновесие. Он ощущает… силу. Что-то, что было утрачено давно. Магия. Не чистая. Не зрелая. Но настоящая. Искра, вплетённая в его душу. Часть чего-то большего. — Пусть будет твоим. И пусть ты воспользуешься им с рассудительностью. — Ты — наблюдатель. Но больше — не просто он. Свет гаснет. Воздух вновь становится лёгким. Часы идут. Экран оживает. Озпин сидит в молчании. Он смотрит на свою ладонь — тонкий отблеск золотого пульсации исчезает под кожей. Он говорит тихо, себе: — Значит, больше нет пути назад. Он встаёт и подходит к окну. Вейл спит. Но он знает: утро принесёт перемены. ........ Пределы тьмы. Трон Бога. Чёрный зал, в котором нет звука и формы. Лишь пульс света — редкий, как дыхание вечности. На троне — Бог Тьмы. Не гневен. Спокоен. Но в этом спокойствии — напряжение, будто перед взрывом. Он смотрит вдаль. Сквозь слои миров. Он уже знает. — Значит, ты сделал это без меня, брат. (голос — шелест пустоты) — Забрал мир. Передал магию. Пошёл вперёд… оставив меня в тени. Он медленно поднимает руку. Чёрная энергия закручивается, складываясь в символ. — Ты дал искру. Я дам пламя. Дворец Салем. Тишина. Бесконечность. Салем стоит у окна, глядя в пустоту. Ничто не меняется. Вечность тяготеет на плечах. Внезапно — воздух рвётся. Перед ней появляется знак. Прямо в воздухе. И голос. Старый. Знакомый. Тот, кого она ненавидит... и жаждет услышать. — Салем. Она замирает. Зрачки расширяются. — Тебе будет дарована награда. То, чего ты жаждешь с момента падения. — Дети. Те, кого ты оплакивала столетиями. Я верну их. — Не как тени. Не как воспоминания. — Как живых. Бессмертных. Таких же, как ты. Пауза. — Взамен… ты разорвёшь связь. — Между двумя душами, сплетающимися вне плана. — Руби Роуз. Жон Арк. — Раздели их. Через смерть… или боль. — Мне всё равно. Главное — результат. Символ исчезает. Тьма вновь становится обычной. Но Салем — уже другая. Плечи выпрямляются. В глазах — дрожащий, сдерживаемый огонь. Она шепчет: — Мои дети… А затем — ярко, жёстко, с хищной решимостью: — Значит, они... умрут. Или потеряют друг друга. Она разворачивается. Мир содрогается.