Часть 19

Обеденный зал Бикона. Шум, смех, повседневность. Руби идёт рядом с Жоном, обняв его за руку. Улыбается, болтает без умолку, будто вернулась в первую главу академической жизни. — А потом я такая — бдыщ! — одним выстрелом уложила двух целей сразу! (подмигивает) — Словно в старые добрые времена, правда? Жон смеётся, хоть и немного устало. Он кивает, отводя глаза. Руби всё замечает — но не показывает. К ним присоединяются Янг, Блэйк и Вайс. Руби приветливо машет рукой. — Привет, девочки! У меня всё отлично! Психолог сказала, что у меня прогресс, вы же видите? Ха-ха! — Да… ты выглядишь бодро, — осторожно отвечает Блэйк, глядя слишком пристально. Руби опускает поднос на стол, и молниеносно перехватывает руку Жона, когда тот тянется за салфеткой. — Осторожно, — шепчет она, — не тянись слишком далеко, вдруг ещё уйдёшь совсем? Она смеётся — звонко и "по-доброму". Все за столом замолкают на секунду. Жон натянуто улыбается. — Шутка такая?.. — бормочет он. — Конечно, — отвечает Руби. — Я же теперь «выздоравливаю». Всё же замечают, правда? Она ест аккуратно. Смотрит всем в глаза. Слишком часто. Слишком внимательно. Как будто оценивает угрозу. Когда Жон говорит что-то Вайс — даже просто вежливо — Руби наклоняется ближе и перебивает: — Вайс, ты сегодня особенно… холодная, как лёд. (с улыбкой) — Надеюсь, ты не замораживаешь чужие чувства? Вайс стискивает зубы. Янг обменивается взглядом с Блэйк. Когда обед заканчивается, и Жон встаёт первым, Руби моментально встаёт с ним, не отставая ни на шаг. Она берёт его под руку слишком крепко. Но всё это — под вуалью радости, света, "прогресса". Наблюдательная комната. Через зеркало. Доктор Ливия и Озпин стоят, наблюдая за происходящим. — Она играет, — спокойно говорит Ливия. — Изучила себя из прошлого… и носит эту личину как идеально подогнанную маску. — Жон верит? — тихо спрашивает Озпин. — Он надеется. А значит — да. (пауза) — Но его аура истощается. Он не замечает. Он выгорает… медленно. Озпин сжимает трость. — Мы опоздаем? Ливия опускает взгляд: — Мы уже опаздываем. Но ещё не слишком. .......... Вечер. Прогулка по территории Бикона. Жон остановился у парапета с видом на тренировочную площадку. Он сжал кулаки, собрался. Руби шла рядом, на удивление молчаливая. — Слушай… — начал он, поворачиваясь к ней. — Я думал, может, стоит немного… поменять расклад. (вздыхает) — В последнее время всё как будто на твоих плечах. А я ведь парень. Я должен… Руби слегка наклоняет голову, смотрит на него, глаза — мягкие, доверчивые. — …быть сильнее? — произносит она шёпотом. — Вести? Жон кивает. — Да. Мы — пара. Я хочу заботиться о тебе, не просто следовать за тобой. Она приближается, берёт его за руку. Касается его груди пальцами — там, где сердце. — Ты уже заботишься, Жон. Ты самый добрый человек, которого я знаю. (улыбается) — Но если хочешь — веди. Я не против. Он удивлён. Он не ожидал такого лёгкого согласия. — Правда?.. — немного неуверенно спрашивает он. — Конечно, — мягко кивает она. — Даже сейчас — ты сам выбрал, куда пойти. С тобой безопасно. (улыбка чуть шире) — А я просто… рядом. Но в ту же секунду она, почти незаметно, кладёт руку на его локоть и чуть меняет направление их движения. Он не замечает — просто продолжает идти. Позже, когда он хочет предложить что-то новое — она говорит: — Отличная идея. Только давай чуть позже, мне нужно сначала проверить одну вещь. Она всегда соглашается… но немного корректирует. Его решения — принимаются, но переплетаются с её планами. Он — ведущий, но она — настоящий рулевой. Позже. Комната Ливии. Наблюдение за поведением. Доктор делает запись: "Пациентка позволяет объекту иллюзию доминирования. Словами и выражением лица она подкрепляет его уверенность, но незаметно возвращает контроль себе через касание, перенаправление маршрута, изменение темпа речи. Манипуляция — на высоком уровне. Контакт сохраняется под её полным контролем, без грубости." "Жон… не понимает. Он думает, что стал ведущим. Но он в её игре. И он… счастлив. Пока." ....... Внутренний двор академии Бикон. Позднее утро. Пени сидит на скамейке, с аккуратно выпрямленной спиной, чуть склоняя голову к Жону, который рассказывает очередную глупую шутку. — …а потом я понял, что держал карту… вверх ногами! — Так что всё это время мы шли от цели, а не к ней! Пени хихикает: — Ты очень забавный, Жон. Мне нравится, как ты умеешь рассказывать истории. Даже когда они… эм, про неудачи! — Ну, это мой скрытый талант, — шутит он. — Универсальный позор — всегда хороший повод для смеха. Пени наклоняется ближе: — Это… хорошо, когда с кем-то можно просто… смеяться. Без давления. Без подозрений. С этими словами она смотрит на него с удивительно искренней теплотой. И в этот момент, из-за угла, тихо появляется Руби. Она останавливается на несколько секунд, наблюдая. Глаза прищурены. Улыбка — тонкая, выверенная. Внутри — что-то кипит. Боль. Ревность. Раздражение. Страх. Она подходит неспешно. В голосе — радость. Слишком радость. — О, Пени! Жон! Как мило вы тут сидите. О чём говорите? — Эм… я рассказывал шутки, — отвечает Жон. — Пени сказала, что я… поднимаю ей настроение. Руби подходит ближе, гладит Жона по плечу, будто между прочим. — Правда? А мне он обычно рассказывает всё самое смешное первым. (взгляд на Пени) — Наверное, ты просила? — О, нет. Он сам начал говорить. Я просто слушала… — М-м… ну, ты ведь умеешь слушать, да? (улыбка) — Даже если не совсем понимаешь, когда это просто дружба, а когда уже… не очень дружба. Пени моргает. — Я не… я просто смеюсь. Мне нравится смеяться. — Конечно. (Руби нежно, но жёстко берёт Жона за руку) — А мне нравится, когда мой парень не забывает, кому он нужен больше всего. — Руби… — начинает Жон, но она уже смотрит на него, и в её взгляде что-то железное. Он осекается. — Я просто скучала, вот и всё. (смотрит на Пени) — Ты ведь не против, если я немного "позаимствую" его? Он — мой, в конце концов. Пени, немного растерянная, кивает. — Конечно. Я… рада, что вы такие близкие. — Мы больше, чем близкие, — отвечает Руби тихо. — Мы неразделимы. И они уходят. Руби чуть плотнее сжимает его ладонь. Жон чувствует лёгкий холод по коже — но не говорит ни слова.