Часть 17

Глава 17: Прах прошлого Скрип кресла был единственным звуком в кабинете, кроме еле слышного щелчка часов на стене. Детектив Лео Максвелл сидел напротив Дэниела Уэста, записывая каждое слово в блокнот, но мысли его были далеко. — То есть, ты был с ней, когда она нашла камень? — тихо переспросил он, не поднимая взгляда. Дэниел кивнул. Его руки лежали на коленях, сжаты в кулаки. Костяшки побелели. — Да. Я… я не думал, что это так важно. Тогда. — Но теперь ты думаешь иначе? — Теперь я понимаю, что с этого всё началось. Лео наконец поднял глаза. В них не было осуждения — только усталость. Тяжесть, которая с каждым днём всё сильнее давила на плечи. — Ты мог сказать об этом раньше. — Я боялся. Она просила молчать. А потом… — Дэниел сглотнул. — Когда её не стало, я чувствовал, что это как-то моя вина. Лео закрыл блокнот, щелчком защёлкнув пружину. Встал, прошёлся по кабинету и остановился у окна. За стеклом, под холодным светом фонаря, лениво кружили снежинки. Лощина готовилась к зиме. — Есть кое-что ещё, — сказал он, не оборачиваясь. — Мы нашли кулон. Тот самый, спиральный. Со следами крови. В лесу, у старого колодца. Дэниел вздрогнул. — Эмили всегда носила его. Вы уверены? — Абсолютно. Миссис Блэквуд его опознала. Сейчас кулон в лаборатории. Ждём результаты анализа. — Думаете, это кровь убийцы? Лео повернулся. — Или её собственная. А может, и то, и другое. Кто-то боролся с ней. Или пытался вырвать что-то из её рук. В прямом смысле. Он подошёл ближе и посмотрел на Дэниела пристально. — А теперь скажи честно. Кто ещё мог знать о том месте? О камне? Дэниел колебался. Потом покачал головой. — Я не знаю. Она не говорила. Но… один раз я видел, как она разговаривала с кем-то у музея. Мужчина. В пальто. Я подошёл — она резко закончила разговор. Сказала, что это «просто знакомый». Но у неё дрожали руки. Лео прищурился. — Ты мог бы его описать? — Высокий. С седыми висками. Резкие черты лица. Что-то в нём было… чужое. Знаете, как будто он не отсюда. Не из Лощины. Лео сразу подумал о Викторе Блэквуде. Подходило. И внешность, и поведение. Но не было уверенности. Не было доказательств. Он вышел из кабинета, оставив Дэниела в тишине, и направился в участок, где сержант Миллер ждал с результатами экспертизы. — У нас что-то есть? — спросил Лео. Миллер кивнул и протянул папку. — Кровь на кулоне — не только Эмили. Есть вторичная группа. Мужская. Не совпадает с Дэниелом. Не совпадает с Артуром. Но… — Но? — Есть частичное совпадение с образцом, найденным на перчатке в антикварной лавке Рейнса. Старая запись, два года назад. Не совпадает полностью, но профиль близок. Возможно — родственник. Лео почувствовал, как в его голове начали складываться новые звенья цепи. Кто-то, кого не учли. Кто-то, кто был рядом, но оставался в тени. — Вы нашли что-то ещё? Миллер покачал головой. — Пока нет. Но мы проверим все записи в гостиницах за последние месяцы. И ещё одно. Я бы на вашем месте поговорил с тем старым реставратором из музея. Он недавно намекал, что хранит кое-что, о чём предпочёл бы молчать. Лео нахмурился. — Реставратор? Ричард Грей? — Именно. Сказал, что видел Эмили за несколько дней до смерти. И что она что-то отдала ему на хранение. — Почему сразу не сказал? — Боялся, что его обвинят в сокрытии улик. Лео не теряя времени направился к музею. Вечер уже спускался на город, и здание окутывал лёгкий туман. Внутри было темно, только тусклая лампа над рабочим столом Грея освещала пространство. — Я знал, что вы придёте, — тихо сказал старик, не оборачиваясь. — И что вы мне скажете? Грей развернулся и поставил на стол небольшой свёрток, обёрнутый в чёрную ткань. — Она просила спрятать это. Сказала: «Если со мной что-то случится — отнесите это только Максвеллу». Но я не решался. До сегодняшнего дня. Лео развернул ткань. Это был дневник. Старый. Почерк — женский, аккуратный. Но это был не дневник Элизабет. На обложке было написано: "Эмили Блэквуд". Лео сжал его в руках. Одна тайна уходила, и на её месте появлялась другая. Он чувствовал: в этих страницах — ответы. И, возможно, имя убийцы.