7.

Драко был ошарашен известием, что ему предстоит восстанавливать замок вместе с Грейнджер, но постарался не подать виду. Он вернул на лицо привычную, ничего не выражающую маску и едва заметно кивнул ей. Он успел заметить, как её щёки порозовели. «Ей стыдно, что все знают, что нам придётся работать вместе?» — мелькнула мысль. Этому следовало уделить внимание позже, в одиночестве. Драко отложил размышления на вечер и медленно направился к одному из столов, где уже суетились волшебники. В центре располагалась огромная карта Хогвартса и прилегающих территорий. Она была многослойной и разделённой на сектора, каждый из которых отражал определённый фронт работ: магические портреты, древние книги, остаточные заклинания после битвы, повреждённые участки Запретного леса, утерянные документы — и многое другое. Подойдя ближе, Драко заметил боковым зрением Грейнджер. Деваться было некуда. Он повернулся к ней и, увидев панику в её взгляде, задумчиво нахмурился. — Грейнджер, я не кусаюсь, — сказал он, протягивая ей руку для рукопожатия. — Если уж нам предстоит работать вместе, стоит попытаться подружиться. Он едва заметно усмехнулся. Гермиона мягко, но слишком быстро пожала его руку. Его кожа была тёплой и неожиданно мягкой. Она тут же приказала себе не думать об этом. — Что ты здесь делаешь? — резко спросила Гермиона, вглядываясь ему в глаза. — Я читала в Пророке, что ваша семья под следствием... Как вижу, тебя уже отпустили. — Не совсем, — Драко пожал плечами. — Поскольку я... причастен ко всему этому, — он обвёл руками пространство. — Министерство считает, что я должен участвовать в восстановлении. Ну и, пожалуй, я сам тоже. Гермиона хотела съязвить, но не нашлась, что ответить. В душе она радовалась, что с ним всё в порядке, и эти эмоции затмевали всё остальное. Она старалась сосредоточить внимание на карте. Наклонившись, увидела своё и его имя, начертанные над полупрозрачной Астрономической башней. Похоже, это была их первая локация для работы. Драко встал рядом и начал рассматривать карту. Их плечи на мгновение соприкоснулись, и Гермиона, почувствовав прикосновение, застыла. Она не хотела разрывать этот случайный контакт. Краем глаза посмотрела на Драко: казалось, он ничего не заметил. Он изучал карту Хогвартса и, найдя своё имя у Астрономической башни, медленно протянул: — Астрономическая башня… какая ирония. Он чуть выпрямился, и Гермиона, к своему огорчению, потеряла ощущение его касания. Она сделала вид, что изучает, какие участки достались Рону и Гарри. (Гарри — Выручай-комната и часть поля для квиддича, а Рон будет вместе с Аберфортом и Хагридом заниматься Запретным лесом.) Потом она огляделась. Рон и Гарри стояли неподалёку и тревожно вглядывались в её лицо, пытаясь понять, всё ли в порядке. Поймав их взгляд, она кивнула. Они немного расслабились. В зале царила рабочая атмосфера. Кто-то практиковался в заклинаниях, некоторые уже направились на первые осмотры своих локаций. Сегодня в Зале появились призраки: они порхали от одной группы волшебников к другой, помогая сориентироваться тем, кто давно не был в замке. Почти Безголовый Ник подплыл к Гермионе и Драко: — Мисс Гермиона… и мистер Малфой? — Ник задумчиво посмотрел на юношу. Драко прикрыл глаза и отвернулся. Его начинало утомлять пристальное внимание каждого, кто его узнавал — живого или мёртвого. — Как поживаете? Гермиона, очень рад вас видеть! Я уже успел обсудить дела с мистером Поттером, а теперь вот встретил вас! Чрезвычайно рад! Все вместе мы оживим Замок! — Ник гордо поднял голову. — Сэр Николас! Я тоже очень рада Вас видеть, — Гермиона тепло улыбнулась призраку. Ник кивнул и упорхнул к группе пожилых волшебников, которые растерянно вглядывались в карту замка, пытаясь найти свои имена. Гермиона взяла со стола небольшой пергамент, на котором профессора кратко изложили планы на сегодняшний день. Предстоял первоначальный осмотр локаций и проверка их на остаточные эффекты боевых заклинаний. — Надо идти, — тихо сказала Гермиона, взглянув на Драко и кивнув на пергамент. — Предстоит осмотреть то, что осталось от Астрономической башни. В её голосе не было злобы и даже намёка на обвинение, будто Драко был причастен к тому, что случилось в башне. Драко посмотрел на Гермиону, задержал взгляд на её волосах чуть дольше, чем следовало, и молча кивнул. Гермиона и Драко, не глядя друг на друга, направились к Астрономической башне. Гермиона разглядывала стены, смотрела под ноги, лишь бы не встречаться с парнем глазами. Не то чтобы он часто на неё смотрел, но она не хотела накалять обстановку. Она не чувствовала к нему ненависти или обиды за то, что он язвил и обзывал её в школе. Это казалось детскими переживаниями. Всё это меркло на фоне того, что происходило в их жизни потом. Они проходили мимо других помещений, где бывшие и нынешние ученики уже начинали работы по восстановлению. Звучали заклинания, камни снова возвращались в стены Замка и становились на своё прежнее место. Молодая девушка, младшекурсница, внимательно держа палочку, сшивала разлетевшиеся листы древнего фолианта. Профессор Бинс кружил вокруг, давая ценные советы. Непривычно было видеть его таким суетившимся. Драко вспоминал свои школьные годы и с гордостью думал о том, как хорошо у него получалось разбираться в астрономии. На этом уроке он был предельно внимателен и просто обожал делать расчёты, глядя в большой телескоп. Уцелел ли телескоп? Идти становилось всё труднее, под ногами появлялось всё больше камней. С момента битвы здесь ещё никто не был. Сначала старались помочь в Большом Зале и прилегающих помещениях. Гермиона и Драко дошли до того места, где обычно находилась дверь в башню. Сейчас на её месте зияла дыра. За отверстием почти ничего не было видно. — Пошли, — негромко сказал Драко и, подняв палочку, наколдовал шар света. Он осторожно зашёл в башню и остановился. Здесь два года назад произошёл переломный момент в его жизни. За это время он стал другим человеком. Он не убийца. Это было всё, что он хотел о себе знать в тот момент. Когда обезумевшие от удачи пожиратели вихрем пронеслись по этой лестнице и направились дальше, круша все на своем пути, Драко стало по-настоящему страшно. Сейчас тут пахло сыростью, просачивавшейся с улицы, и пылью, а в воздухе витал дух одиночества и скорби. Идти дальше было опасно. Башня была узкой, и на самый верх можно было добраться только с помощью узкой винтовой лестницы. Сейчас больше половины лестницы было уничтожено. Оставшиеся куски опасно висели в воздухе. Около пола сохранился один небольшой оборот лестницы из семи ступенек, на которые можно было относительно безопасно подняться. Драко шагнул на ступеньку, и она угрожающе заскрипела. Он вздрогнул, но через секунду взял себя в руки. Света было недостаточно, чтобы рассмотреть, что творилось на вершине башни. В стенах башни были расположены несколько витражных окон, необыкновенно красивых. В солнечные дни свет озарял стены башни, а витражи окрашивали солнечный свет в красочные сочетания цветов. Сейчас же было пасмурно, а стекла острыми кусочками лежали на полу. Драко аккуратно коснулся пальцами кусочка стекла и поднял его. Это был небольшой, полупрозрачный сиреневый осколок витража. Когда-то он был частью потрясающе красивой композиции — большой витражной, движущейся фрески. Теперь на её месте зияла дыра, а осколки лежали рядом, слегка сверкая в редких лучах солнца. Они были самых разных цветов и размеров. Возможно, оглушающее заклинание попало прямо в стекло и разнесло его на мельчайшие частички. Вместе с ним погибла и магия витража. Некогда живой рисунок утратил своё очарование — он больше не двигался. Гермиона осматривала дыру в стене, вспоминая, как раньше, поднимаясь на башню на уроки Астрономии, восхищалась изображениями планет Солнечной системы и созвездиями, украшавшими этот витраж. В ясные, тёмные ночи, когда нужно было делать замеры с помощью телескопа, ученики часто задерживались на лестнице, чтобы понаблюдать за движением планет и сиянием звёзд, подчёркнутых лунным светом. Это место было одним из самых волшебных в Хогвартсе. Глаза Гермионы защипало. Это место, хранящее столько воспоминаний, теперь было разрушено. Зло просочилось в Хогвартс на шестом курсе именно отсюда. И сейчас тот, кто помог Пожирателям пробраться в Замок, стоял прямо рядом с ней. Гермиона не обвиняла его ни в чём, хотя и не могла бы простить его поступков. Вспоминая всё, что произошло, она поняла, что жизнь Драко была гораздо более сложной и многослойной, чем они привыкли думать. Она не оправдывала его, но пыталась понять, как ему удалось оказаться на той стороне. Драко повертел в руках осколок, и тот, задев кожу, оставил на ладони тонкую, но болезненную рану. Он поморщился и стряхнул капли крови на пол. Темным рукавом водолазки промокнул рану от новых капель и осторожно положил кусочек стекла обратно. Гермиона обернулась и заметила, как с его руки упала кровь. Драко перехватил её взгляд — в нём застыл страх. «Наверняка ей не раз приходилось видеть кровь», — подумал он. Ему вдруг захотелось утешить её, обнять, защитить от всех бед и несправедливостей этого мира. Но он не мог. Здоровой рукой он достал палочку из кармана и небрежным движением залечил рану. Не глядя на Гермиону, сказал: — Ерунда. Двигаемся дальше. Гермиона лишь пожала плечами и отошла к дальней стене башни, чтобы осмотреть угол на наличие остаточной магии. Драко задумчиво проводил её взглядом. Гермиона достала палочку и направила ее на стену башни: — Ревелио! Свет пробежал по камням, и в следующее мгновение каменная кладка заиграла разноцветными отблесками. Свечение то вспыхивало, то гасло в разных уголках башни. Гермиона с грустью наблюдала за реакцией: башня действительно сильно пострадала. То, что раньше скрывалось от глаз, теперь становилось заметным. Здесь произошло настоящее магическое сражение. — Здесь всё ещё остаются следы тёмной магии. Надо быть осторожнее. Ещё я чувствую много оглушающих заклинаний. Я читала, что они оставляют сильный след — волшебники ощущают их буквально физически, — серьёзно произнесла Гермиона. Драко внимательно осмотрел стены. — Сначала придётся убрать все следы боевой магии, а потом уже восстанавливать башню физически, — задумчиво сказал он. — Большая концентрация остаточной магии может помешать восстановлению. Если она накопится, то начнёт подпитываться сама от себя и продолжит разрушать место. Это сложный уровень магии. В Хогвартсе мы такого не изучали… но мне пришлось разобраться в этом самому. Гермиона искоса взглянула на него. Она могла лишь догадываться, зачем ему понадобились такие знания. Она подумала о его доме — и о том, сколько тёмных заклинаний могли впитать его стены. Скорее всего, Драко пытался найти способ избавиться от ауры Волан-де-Морта, которая до сих пор могла таиться в его родном доме. — На сегодня хватит. Нужно вернуться и свериться с картой. Если всё так, как я думаю, мне нужно будет получше изучить одно из заклинаний. Оно может помочь. Идёшь? — Драко вопросительно взглянул на девушку. — А… да, конечно, — Гермиона вынырнула из своих мыслей и направилась к выходу следом за Драко. Её мучил один вопрос. Теперь, когда они остались одни, она решилась. — Малфой… — негромко позвала она. Он обернулся и посмотрел на неё. Собравшись с духом, Гермиона задала вопрос: — Тогда… у тебя дома, когда нас с Гарри и Роном поймали… Ты ведь узнал нас. Почему ты ничего не сказал? Драко замер. Помолчал. Потом негромко ответил: — Это было правильно. Не глядя на девушку, он шагнул через осколки камней и вышел в коридор. Гермиона последовала за ним, размышляя над его словами. До Большого зала они шли молча.