8.

Драко Малфой стоял посреди библиотеки и осматривал её. Время приближалось к ночи, но ему совсем не спалось. Он решил узнать подробнее об эффектах остаточных заклинаний. А может, он просто не хотел оставаться без дела. Большая часть стеллажей в библиотеке осталась на местах, но и они сильно пострадали. Почти ни один не уцелел: углы почернели и обуглились, а некоторые полки перекосились и теперь почти висели в воздухе. Пахло жжёной бумагой и древесиной. Было темно: раньше библиотеку освещали волшебные лампы над столами и свечи. Теперь лампы были разбиты, а несколько свечей грустно подмигивали ему из окружающей темноты. Драко, аккуратно обходя обугленные книги на полу, прошёл дальше. Он вспомнил, как любил проводить здесь время. Раньше здесь было уютно и светло, почти как дома. И он любил книги. Помимо домашних заданий и учебников, ему нравилось читать художественную литературу — сотни маленьких жизней на полках, готовых впустить в себя любого читателя. Он протиснулся в проход между рядами и увидел своё любимое место у окна. Это была небольшая ниша с каменным основанием, переходящим в широкий подоконник. Её отделка из мягкой ткани напоминала диван. Здесь можно было устроиться с книгой и смотреть на окрестности Хогвартса. Там бы легко уместились двое, но Драко всегда сидел один. Он присел на своё место и провёл ладонью по ткани. В воздух поднялось немного пыли. Здесь давно никого не было. Гермиона, Рон и Гарри договорились вечером пойти к Хагриду, и теперь, чувствуя себя снова детьми, быстро спускались по крутому склону к его хижине. — Я до сих пор не могу поверить, что Малфой вернулся! — сказал Рон и обернулся на друзей. — Гермиона, он нормально себя ведёт? Если что, ты можешь поговорить с Макгонагалл — пускай найдёт ему другую пару! — Всё нормально, Рон. Это его наказание, назначенное Министерством. Но, похоже, он и сам раскаивается. По крайней мере, он серьёзно относится к работе. Он очень умный и много знает. А то, что он хорошо разбирается в Тёмных искусствах, пойдёт только на пользу Хогвартсу. Рон ничего не ответил. Он понимал, что Драко не представляет для них угрозы. Но он не был готов простить его вот так сразу. — Когда я был в Министерстве и давал показания по делу Малфоев, я кое-что узнал, — заговорил Гарри. Он остановился, и Гермиона с Роном тоже остановились, глядя на него. — Малфои не участвовали в битве. В Министерстве провели анализ всех заклинаний, которые они использовали в тот день. Они изо всех сил старались избегать боевой магии. Они не могли не прийти на битву — Волан-де-Морт держал их при себе и жил в их доме. Но как только он переключил внимание на меня, они попытались найти Драко. Потом мы встретились в лесу, и Нарцисса спасла мне жизнь. А когда мы снова сражались с Волан-де-Мортом, Драко, Люциус и Нарцисса уже вернулись в поместье. Ещё до того, как он погиб. Это и стало решающим фактором, смягчившим им наказание. Дело Люциуса всё ещё не закрыто, но Министерство учло эти обстоятельства. Ребята переглянулись. — Никогда не думала, что их семья может вызывать сочувствие, — Гермиона задумчиво посмотрела на темнеющее небо. — Драко сегодня был искренен. Он правда хочет всё исправить. Я ему верю. — Ой, только смотри не влюбись в него, — недовольно хмыкнул Рон и первым зашагал вниз по склону. Гарри усмехнулся, но промолчал. Гермиона укоризненно посмотрела им вслед и поспешила за друзьями. Они снова зашагали по тропинке. Небо уже почти совсем потемнело, когда впереди показалась хижина Хагрида. Великан, как всегда, не стал ждать помощи — крыша вновь была на месте, хоть и слегка перекошенная, с небрежно свисающей соломой и пучками еловых веток. У входа уже распускались посаженные им новые цветы, а тонкие стволы молодых деревьев мягко покачивались на вечернем весеннем ветру. Изнутри уютно светился огонь, а из-под двери тянуло аппетитным ароматом тушёного мяса с травами. Ребята постучались — и внутри раздался лай, за которым последовали торопливые, громкие шаги. Дверь распахнулась, и на пороге появился улыбающийся, счастливый Хагрид, а за его спиной лениво, но приветливо вилял хвостом Клык. — Ребята, проходите, проходите! Всё уже почти готово! Клык, фу! Не приставай, дай ребятам пройти! Гермиона, Рон и Гарри вошли в хижину и осмотрелись. Всё было почти как прежде. Гермиона вдруг почувствовала себя дома. Она погладила Клыка по гладкой голове и села в своё любимое кресло. Хагрид суетился у печи, раскладывая мясо по глубоким тарелкам. Всё снова было хорошо. Гермиона уютно устроилась в кресле и на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Когда она снова посмотрела на Гарри и Рона, они оживлённо спорили, кому первому достанется тарелка с ароматной похлёбкой. — Ладно, ладно, на всех хватит! — рассмеялся Хагрид и поставил первую тарелку на стол. Они живы. Мы живы. Гермиона замерла на мгновение, ощущая, насколько прекрасен этот момент. Неважно, сколько трудностей ждёт их впереди — прямо сейчас всё было потрясающе. Драко смотрел в окно библиотеки и видел, как три знакомые фигуры скрылись в хижине Хагрида. Иногда он ловил себя на мысли, что ему не хватает такой настоящей дружбы. Той, где можно без страха доверить свои тайны. Слишком мало было людей, с кем это было возможно. А некоторые тайны — такие, как у него — нельзя было доверить вообще никому. Он невольно вспомнил мучительный шестой курс. Время тогда тянулось бесконечно, каждый день понемногу приближал его к неизбежному. Драко не мог никому рассказать, что именно ему предстояло сделать. Никому из Слизерина. Он снова посмотрел в сторону хижины. Наверное, эта троица — Поттер, Уизли и Грейнджер — смогла бы что-то придумать, окажись они на его месте. Казалось, для них не существовало нерешаемых проблем. Отогнав навязчивые мысли, Драко встал с подоконника и принялся искать нужную ему книгу. Многие тома оказались повреждены: страницы обгорели, переплёты почернели от дыма. Драко мысленно отметил, что стоит написать письмо матери — их репутация лишь выиграет от щедрого пожертвования книг в библиотеку Хогвартса. А коллекция в поместье всё равно останется по-прежнему богатой. Он медленно шагал вдоль стеллажей, напрягая зрение, чтобы различить потускневшие названия на корешках. В памяти всплывали обрывки знаний об остаточных следах магии — этого было слишком мало. Требовалось освежить память. Мысли упрямо скакали с Астрономической башни на Грейнджер и обратно. Она изменилась. Повзрослела. Драко понял это, когда смотрел на неё в башне — разумеется, пока она не видела. Она всё ещё оставалась красивой, но её взгляд стал глубже, серьёзнее. Ему показалось, что он не вызывал у неё отвращения. Ни в её голосе, ни во взгляде не было неприязни, несмотря на всё, что он сделал. Скорее усталость. Словно она до сих пор не верила, что Волан-де-Морт пал, что опасность миновала. Как будто ждала подвоха. Но не от него. Грейнджер смотрела на него так... обычно. Драко остановил взгляд на увесистом томе. Похоже, это было именно то, что нужно. Он взял книгу и положил её на ближайший стол, затем опустился в кресло и склонился над древним учебником. Спустя несколько минут он нашёл то, что искал. Заклинание. Драко решил потренироваться здесь, в библиотеке. — Tenebras Purgo, — тихо произнёс он, проводя палочкой по дуге. Из кончика палочки вырвался мягкий серебристый свет, озаривший полки. В этом тусклом сиянии вспыхнули тонкие нити старой магии, оплетающие камни, словно паутина. Драко сосредоточился, и свет начал медленно растворять липкие следы заклятий, оставшиеся в воздухе со времён войны. Он удивлённо посмотрел на стены. Что-то изменилось. Казалось, даже воздух стал чище, свободнее. Драко поймал себя на мысли, что безумно хочет увидеть выражение лица Грейнджер, когда она заметит, как он применяет это заклинание. Ему действительно хотелось её впечатлить. Слегка усмехнувшись, он захлопнул книгу и аккуратно поставил её обратно на полку. Он узнал, что хотел. Подойдя к окну, Драко ещё раз посмотрел в сторону хижины Хагрида. Внутри всё ещё горел свет, а из трубы лениво тянулся дымок. Скорее бы наступило завтра. Драко покинул библиотеку и направился в сторону Большого зала. Спать ему не хотелось, хотя замок уже укрыла ночь, и большинство его обитателей давно погрузились в сон. В это время коридоры были пустынны — лишь изредка шевелились портреты: одни готовились к восстановлению, другие, увы, были утрачены навсегда. Он замедлил шаг, когда оказался у дверей Большого зала. Провёл ладонью по холодной поверхности тяжёлых створок. Сколько воспоминаний впитало в себя это место… Именно здесь, несколько лет назад, проходил Святочный бал. Вспоминая те события, Драко понимал: всё началось тогда. С её нежного голубого платья, мягкого взгляда карих глаз. Она всегда была настоящей — просто он увидел это лишь в тот вечер. Драко тяжело вздохнул и развернулся, направляясь в сторону гостиной Слизерина, оставляя воспоминания юности позади. Возможно, пришло время создавать новые?