9. Воспоминания.

Вся гостиная Слизерина гудела. Вокруг царил полный хаос. Девочки в суматохе бегали, помогая друг другу с причёсками, поправляя платья и нанося макияж. Каждая вертелась перед зеркалом и любовалась собой. На этом вечере все обязаны были блистать! На их фоне парни казались относительно спокойными. Наряды им прислали эльфы, и единственной задачей оставалось причесаться и надеть ботинки. Драко Малфой не любил делать всё в последний момент, поэтому подготовился заранее: оделся, уложил волосы. Его чёлка уже немного отросла, и он аккуратно зачесал её по обе стороны от пробора. Внимательно осмотрел себя в зеркале. Драко любил выглядеть элегантно — всегда следил за чистотой волос и одежды, предпочитал выглаженные вещи. Последним штрихом стал парфюм. Его Драко выбрал сам — летом, в небольшом парфюмерном магазинчике на Косом переулке. Тогда он впервые заинтересовался ароматами, и отец подсказал, где искать хорошие духи. Процесс выбора парфюма напоминал выбор палочки: можно было попробовать сотни запахов, но стоило вдохнуть тот самый — и всё становилось ясно. Так вышло и у Драко. Едва он вдохнул аромат из тёмно-серого флакона, сразу понял — это он.Ноты апельсина, перца, кедра, ванили, белого мускуса и ветивера волшебно переплелись, создавая чарующий аромат. Драко нанёс духи на шею и волосы, провёл по ним ладонями, потом — чуть-чуть на запястья. Теперь он был готов. Он вышел в гостиную. Крэбб и Гойл безуспешно пытались застегнуть мантии друг другу — крючки попали не в те петли, и мантия Крэбба повисла криво, съехав на бок. Сегодня вечером Драко сопровождал Пэнси Паркинсон. Они дружили, но романтических чувств он к ней не испытывал. Возможно, их связывало общее детство — это делало их по-настоящему близкими. Пэнси сидела на диване, закинув ногу на ногу. На ней было элегантное тёмное платье с открытыми плечами и блестящим подолом. — О, Драко, ты уже готов? Мне нужно ещё пару минуточек. Мы вроде успеваем? Пэнси достала ярко-красную помаду и ловкими движениями подкрасила губы. — Да, через десять минут вернусь. Люблю приходить заранее. Встретимся здесь, — Драко кивнул на дверь, давая понять, что хочет подышать свежим воздухом. Он поднялся из подземелий и направился к ближайшему выходу. На улице было слегка морозно — совсем недавно выпал первый снег. Лавочки и статуи были припорошены, а на земле кое-где виднелись следы. Двор Хогвартса был совершенно безлюден в этот час. Драко любил бывать в одиночестве — думать о себе, о своей жизни, размышлять над текущими событиями. Иногда, наоборот, ему хотелось очистить голову от лишних мыслей. Сейчас был именно такой момент. Он чувствовал, что в магическом мире зарождается нечто тёмное. Его родители — особенно отец — считали, что он ещё слишком юн и не посвящали его в свои планы. Но Драко не мог игнорировать знаки, которые замечал вокруг. Что-то надвигалось, и это ощущалось в воздухе. Особенно с тех пор, как Кубок выбрал Поттера четвёртым чемпионом. Он расчистил небольшой участок на лавке от снега и присел. Его зимняя мантия, надетая поверх праздничной, была достаточно тёплой, и ему было комфортно. Он глубоко вдохнул и выдохнул. Закрыл глаза, продолжая дышать. Холодный воздух легко проникал в лёгкие, наполняя его приятной ясностью. Мысли начали ускользать. Ему становилось спокойно. Окинув взглядом тёмное зимнее небо, Драко поднялся, вернулся в замок и спустился в подземелье. Студенты в спешке заканчивали свои праздничные наряды. Он заметил Пэнси, подошёл к ней. Девушка тут же взяла его под руку и повела в Большой зал. Хогвартс был украшен просто потрясающе. Казалось, всё вокруг сияло: с потолка свисали ледяные свечи, огромные сосульки мерцали в коридорах, а массивные ели стояли почти в каждом из них. Каменные рыцари были облачены в ледяные доспехи, а пол покрывал лёгкий слой светящейся пыльцы. В Большом зале уже собирались студенты и преподаватели. Бал должны были открыть чемпионы Хогвартса со своими избранниками, а затем к танцам могли присоединиться все желающие. Драко и Пэнси протиснулись поближе, оттеснив младшекурсников Слизерина в сторону. Скоро здесь пройдут чемпионы. Белые ленточки висели в воздухе, ограничивая пространство, а сверкающий пол, напоминающий лёд, был чуть приподнят — создавая иллюзию подиума. Пэнси повернулась к Драко, критически осмотрела себя и спросила: — Драко, тебе нравится моё платье? Мне кажется, оно самое элегантное из всех, что я тут вижу! Где они только нашли такую безвкусицу?.. — она с пренебрежением взглянула на группу девочек, стоявших поодаль. Драко усмехнулся. Пэнси была в своём репертуаре. — Прекрасное платье, Пэнс, — ответил он. — Швея твоей мамы превзошла саму себя. Он разгладил небольшие складки на своей мантии и огляделся. Почти все были в парадных мантиях, но по-настоящему элегантных нарядов было немного. Родители Драко заказали его мантию ещё осенью — у самого известного портного Великобритании. Глубокий чёрный цвет был специально подобран под оттенок его кожи и глаз. Взгляд Драко остановился на буро-красно-коричневом пятне с бело-жёлтыми, неопрятными рюшами. Улыбнувшись, он привлёк внимание Пэнси и указал на Рона Уизли: — Пэнс, как думаешь, если будет номинация на самый нелепый наряд вечера, у Уизли найдутся конкуренты? Рон, услышав это, обернулся и злобно взглянул на него. Казалось, он хотел что-то сказать, но в этот момент между ними встала профессор Макгонагалл. Она осмотрела присутствующих и строго произнесла: — Студенты, внимание! С минуты на минуту чемпионы откроют наш бал. Прошу всех встать вдоль подиума и не мешать проходящим! Первый танец танцуют чемпионы, далее каждый — со своим партнёром. Я надеюсь на ваше воспитание и способность соблюдать порядок! Негромко заиграла приятная мелодия, свет в зале стал мягче, и все взгляды обратились к ледяному подиуму. Голос Альбуса Дамблдора прозвучал, как всегда, торжественно и немного озорно: — Дорогие ученики! Я рад приветствовать вас на традиционном Святочном балу. Этот вечер — для танцев, приятных бесед и дружеского общения. Радуйтесь и развлекайтесь! — он лукаво подмигнул. — Приглашаю чемпионов Хогвартса и их избранников открыть бал! Раздались громкие аплодисменты. Седрик Диггори и Чжоу Чанг, обворожительно улыбаясь, прошли по подиуму, приветствуя учеников и гостей. За ними последовали другие чемпионы. Драко заметил Поттера и закатил глаза. Тот выглядел так, будто хотел провалиться сквозь землю. Интересно, он будет танцевать так же глупо, как идёт? — Драко, с кем это Крам? С Грейнджер?! — глаза Пэнси округлились от изумления. Похожая реакция пронеслась по залу: мало кто ожидал увидеть главную заучку школы в паре с самым известным игроком в квидичч. Драко перевёл взгляд на Гермиону. Она выглядела иначе, чем обычно. Голубое платье подчёркивало оттенок её волос и глаз. На её лице не было того сосредоточенного выражения, с которым она обычно сидела на уроках. Сейчас оно выражало мягкость и лёгкое смущение. Она с улыбкой оглядывала зал, светясь от радости. Драко задержал на ней взгляд чуть дольше, чем следовало. Опомнившись, он перевёл взгляд на танцпол, где уже собрались чемпионы. Музыка притихла: вот-вот начнётся первый танец участников Турнира. Чемпионы приняли позы и замерли. Волшебное фортепиано сыграло первую ноту, и скрипка, парящая в воздухе, подхватила мелодию. Один за другим подключились другие инструменты, сливаясь в необычайно красивую симфонию. Чемпионы тронулись с места, и первый танец понёс их по залу. Драко усмехнулся. Поттер танцевал именно так, как он и ожидал: старательно, но неловко. Он, безусловно, пытался правильно выполнить каждое движение, но упустил главное — поддаться музыке, уловить её ритм, расслабиться и уверенно вести партнёршу. Именно этому учили Драко с детства. Он снова взглянул на Грейнджер. Крам, в отличие от Поттера, явно умел танцевать. Казалось, он не прилагал ни малейших усилий — с лёгкой улыбкой он вёл свою партнёршу, словно сам становился частью мелодии. Драко перевёл взгляд на их сцепленные руки. Розовый лак на ногтях Грейнджер мягко сиял. Кожа выглядела нежной, а тонкая серебряная нить, опоясывая её пальцы, свивалась в элегантный браслет на запястье. Музыка сменилась: теперь особенно отчётливо звучало фортепиано. Ученики начали заполнять танцпол, и Драко, взяв Пэнси за руку, повёл её танцевать. Для него это было приятно. Он не был фанатом балов, но ему нравилась музыка и то, как тело отзывается на каждый её оттенок. Он легко и уверенно вёл партнёршу, улыбающуюся ему в ответ. Однако что-то не давало ему покоя. Незаметная мысль, неуловимая, но настойчивая, заставляла задуматься. Он решил отложить размышления, пока что наслаждаясь вечером. Музыка становилась всё медленнее. Традиционный танец завершился, и оркестр словно позволил волшебникам передохнуть. Парочки, отдышавшись после вальса, сближались и тихо покачивались в ритме мягкой мелодии. Пэнси прижалась к Драко и положила голову ему на грудь. Он уловил тонкий аромат лотоса и мускуса. Вскоре подали еду и напитки. Драко слышал, что Дамблдор поручил Снейпу подготовить множество необычных рецептов коктейлей для бала, к неудовольствию зельевара. Он заказал себе коктейль под названием «Слизеринская Змея». Очень необычное название, профессор Снейп! Высокий бокал был наполнен светящейся нежно-зелёной жидкостью. На вкус он оказался весьма необычным: смесь сладости и терпкости лайма. Мелодии сменяли друг друга — медленные вальсы и последние хиты популярных волшебных групп. Пэнси, немного потанцевав с Драко, убежала к подружкам. Все развлекались и отдыхали. Профессора выглядели непривычно весёлыми — как будто они слишком заработались и теперь, отбросив всю серьёзность и строгость, от души танцевали. Кроме, конечно же, профессора Снейпа. Он выглядел почти так же, как обычно, лишь изредка закрывая глаза и покачиваясь в такт музыке. Казалось, он наслаждался одиночеством и прекрасными звуками мелодий. Вечер подходил к концу. Студенты немного устали: кто-то отдыхал на мягких подушках, а самые выносливые продолжали танцевать. Зазвучал последний медленный танец. Драко пригласил Асторию Гринграсс, и она, улыбнувшись, согласилась. Он галантно обнимал свою спутницу и осматривал зал. Обратил внимание на оркестр — мелодия ему очень понравилась. Фортепиано мягко извлекало звуки: ми, фа, соль, си, ми… Драко зачем-то поискал глазами Виктора Крама. Тот стоял в компании однокурсников и ел брускетту с креветкой. Они смеялись, болгарин, стоявший рядом с ним, увлечённо рассказывал какую-то историю. Последние звуки вальса затихли, и Драко, поцеловав руку Астории, отступил на шаг назад. Он знал все тонкости поведения на подобных балах и строго следовал правилам. Девушка улыбнулась и отошла к подружкам. Зал пустел. Многие преподаватели уже отправились к себе; остались только главы факультетов, следившие за порядком. Драко поискал глазами Пэнси. Она, с самым обворожительным выражением лица, разговаривала со студентом Дурмстранга — высоким, темноволосым волшебником. Драко закатил глаза и направился к выходу из Большого зала. Время перевалило далеко за полночь. В коридорах в ту ночь зажгли свечи. Они парили под потолком, мягко подсвечивая проходы, но оставляя в тени целующиеся парочки, не желавшие расставаться. Драко свернул за угол и увидел на ступеньках лестницы девушку. Голубое платье мягко лежало на мраморе, волнами спускаясь вниз. Это была Грейнджер. Она подняла глаза — и Драко понял, что она плакала. По щекам текли чёрные дорожки туши, глаза были чуть припухшими. Увидев его, она мгновенно изменилась: лицо стало настороженным, как будто она приготовилась к нападкам. Драко не знал, что сказать. Колкости промелькнули в его голове, но неожиданно исчезли. Не понравился наряд Уизли? Поттер пригласил на танец и оттоптал все ноги? Закралась мысль: Вдруг Крам её обидел? Драко был сбит с толку. Гермиона расценила его молчание как подготовку к очередной словесной перепалке и решила действовать первой: — Малфой, ты забыл, как пройти в гостиную Слизерина? Уходи! Драко, всё ещё храня молчание, поднялся по лестнице и свернул в сторону своей гостиной. Что-то не давало ему покоя. Почему он не смог сказать ей ничего обидного? Это же Грейнджер. Такая же заносчивая и раздражающая, как её дружок Поттер! Или нет?.. Что-то изменилось сегодня. Драко нахмурился и вошёл в гостиную, затем прошёл в спальню, не зажигая света. В комнате царил полумрак: лунный свет мягко струился через окно, ложась на подушку. Драко снял мантию и аккуратно повесил её на спинку стула. Он прилёг на кровать и потер глаза. Что-то изменилось с самого утра — он чувствовал это. Подушка была прохладной, приятно холодя щёку. Сон постепенно накрывал его, и Драко позволил себе утонуть в этой тишине. Его последней мыслью стало нежно-голубое платье и заплаканные глаза Гермионы Грейнджер…