Ч. 2

Эмма с «бабулей» Региной и Генри чинно завтракали в кафе Бабули Лукас — Генри с идеально прямой спиной, очень аккуратно и не торопясь, ножом отделял крохотные кусочки от блинчика, накалывал их на вилку и отправлял в рот, совершенно бесшумно и медленно жевал, церемонно промокал салфеткой губы. Эмму эта старушечья чопорность Генри откровенно смешила и шериф старалась не смотреть на мальчика лишний раз, чтобы не начать ржать в голос уронив голову на стол. Регина, когда Эмма в первый раз назвала мисс Миллс «бабушкой» только закатила глаза, а потом просто прекратила реагировать на совершенно детский «троллинг» от почти тридцатилетней взрослой тётки. Но внимательно вглядевшись в совершенно больные глаза шерифа молча вручила «внучке» визитку Арчи. — Зачем это? — буркнула Эмма, разглядывая пёстрый кусочек картона. Такой же подсовывали шерифу очень многие и, как подозревала Свон, сам Арчи незаметно засунул в карман. С намёком, что шериф стал слишком часто срываться на окружающих. С нервами пора что-то делать, дорогуша. Может добрый доктор Хоппер чего пропишет… — Затем, что тебе необходимо с кем то поговорить, Свон, — строго сказала «бабушка», — ты просто на грани. Твой привычный мир рухнул, все твои представления о реальности. Арчи надёжен, как сейф в банке и всё останется в стенах его кабинета. Понго тоже не болтлив. Эмма вздохнула и спрятала картонный прямоугольник в бумажник. Арчи ещё должен был отчитываться перед соцслужбами о Генри и мог решить, что шериф не в том состоянии, чтобы ему можно было доверять оружие и жизни горожан, а мэр могла поделиться, если уже не поделилась, с Арчи своими опасениями связанными с душевным состоянием «внучки»… Оказалось, что Эмме, это реально необходимо — выговориться, выплеснуть, что накопилось и Арчи на удивление быстро удалось немного успокоить шерифа, привести нервы и голову Эммы в почти полный порядок. Во всяком случае Эмма стала заметно спокойней. — Можно к вам присоединиться? — Мэри Маргарет. Регина кивает и мисс Бланшар усаживается за стол рядом с Эммой и возле их столика мгновенно возникает Руби с блокнотом на изготовку и карандашом в алых когтях. — Спасибо. Мне как всегда, Руби. Эмма внимательно наблюдает за «мамочкой», которая на удивление спокойно восприняла то, что «дочурка» не рвётся признавать её и Дэвида родителями. «Дай ей прийти в себя» так сказал Мэри Маргарет Арчи. Прямая спина, холодный и колючий взгляд — биография у Мэри Маргарет тоже оказалась непростой. И характер. От взгляда глаза в глаза ново-старой Мэри Маргарет Бланшар у бедняги Лероя-Ворчуна начиналось заикание и теплело в штанах. Он теперь вспомнил почему боялся своего полководца до икоты, как Белоснежка завоёвывала авторитет у своего разношёрстного войска. И сколько поплатилось за нежелание признавать право этой девочки стать их предводителем. «Принцессочка» быстро объяснила самым упрямым, что её распоряжения и приказы стоит воспринимать серьёзно, исполнять немедленно и лучше лишний раз не спорить с командиром — так будет полезней для здоровья. Принцесса Лилиан, она же Белоснежка, не умела вырывать магией сердца из груди, но своим остро отточенным кинжалом владела прекрасно. Белоснежка на самом деле была не добрей Злой Королевы. А её отец Леопольд тоже не отличался большой добротой — в королевском дворце нравы были даже круче чем в любой бандитской шайке и, чтобы выжить в таком окружении, требовался незаурядный ум, хитрость, было необходимо обладать талантом и склонностью к сложным интригам, быть жестоким и безжалостным, когда этого требовали обстоятельства. — Если мы все остались в этом мире и вы больше не королевские особы, — осторожно начинает Эмма. Мэри Маргарет, Регина и Генри смотрят на Эмму с одинаковым выражением на лицах. Даже левая бровь приподнята одинаково у всех — мол, что вы хотите этим сказать, шериф? Эмма откашливается, делает глоток из чашки и продолжает: — То не пора ли окончательно положить конец войне? Официально, я хочу сказать. Не знаю, как у вас там, в вашем Сказочном Королевстве, это делается, принято… — Оно и ваше, Ваше Высочество, — говорит Регина. Мэри Маргарет кивает: — Ты родилась там, Эмма. — Родилась я может и там, но выросла в этом мире, — Эмма тоже так умеет — высоко приподнимать левую бровь. — Генри я родила в тюрьме, но вырастила его мэр Сторибрука Регина Миллс. И он, я очень на это надеюсь, не встанет однажды на скользкий путь и не свяжет свою жизнь с криминалом. — Думаю, что мы поговорим с нашими соратниками, — говорит Регина, — с теми, кто принимал участие в войне и проведём церемонию так, как полагается в нашем Королевстве. Действительно, необходимо окончательно расставить все точки над «i». Покончить с войной и объявить об этом публично. Мэри Маргарет кивает в знак полного согласия со сказанным бывшей мачехой и подругой. … Присутствовали — несколько торговцев и рыбаков, которые, как оказалось, были в прошлой жизни царедворцами и важными вельможами при дворе Злой Королевы, Лерой-Ворчун, Бабуля Лукас с Руби, Дэвид и ещё несколько соратников Белоснежки. Все в старомодных платьях, шпаги, шляпы с перьями, драгоценные перстни. Даже Генри нарядили — камзол, короткий меч на боку, шляпа с перьями сползала на глаза. Генри был в полном восторге — он теперь настоящий сказочный Принц! Эмму Свон тоже переодели и шерифу было трудно дышать из-за туго затянутого корсета. Но рация и пистолет оставались при ней. Рул Горм, она же Голубая Фея с несколькими воспитанницами. Рул Горм практически не изменилась — строгое неулыбчивое лицо, синее длинное платье в пол. Фею побаивался даже Тёмный, который тоже прибыл на торжественное мероприятие — примирение старых врагов — стоял под руку со своей драгоценной Белль. Белль Френч, как оказалось, в прежней жизни была принцессой и дочерью короля Мориса, который стал в новом мире цветочником Мо — владельцем самого большого цветочного магазина в городе. Белль удалось отговорить своего тёмного возлюбленного от мести Регине — своими или чужими руками. На это ушло три ночи и с пол кило взбитых сливок плюс килограмм клубники. Регина — пышное платье, высокая причёска и диадема сверкает драгоценными камнями в тёмных волосах выходит на середину помоста, который сооружал Лерой вместе с Весельчаком. Мэри Маргарет Бланшар выступает следом под торжественную, но абсолютно незнакомую Эмме мелодию, которую исполняют гномы — приятели Лероя, Весельчака и Чихуна, который умудряется не чихать уже десять секунд сряду — личный рекорд, а потому страшно вспотел и красен, даже багров. Мэри Маргарет… плюёт себе в ладонь и у Эммы вытягивается лицо. Регина делает тоже самое! Две королевские особы тесно соединяют ладони, плюют на землю через левое плечо и сцепляются мизинцами. — Мирись, мирись, мирись! И больше не дерись, а если будешь драться — я буду кусаться! — этот нехитрый стишок обе дамы исполняют неожиданно очень торжественно и громко, хором, а Эмма с трудом сдерживается от того, чтобы ущипнуть себя до крови. Ей кажется, что она спит и видит самый дурацкий сон в своей жизни. Но все присутствующие убийственно серьёзны и даже тени улыбки на губах ни у кого нет. То есть дамы не впали в маразм, а это очень серьёзный обряд. «Так принято заканчивать ссоры между монаршими особами в НАШЕМ Королевстве, Свон. Смотри и учись!» Регина и Мэри Маргарет обнимаются, Регина целует бывшую падчерицу в щёку. Эмма недоумённо моргает — теперь Регину и Мэри Маргарет словно накрыло куполом из мерцающего всеми цветами радуги света. Эмма читала, но самой не пришлось пережить подобное, про оказавшихся внутри радуги — так это, наверное, выглядит со стороны. — Что происходит? — у шерифа выходит тихо и сипло, но остальные тоже смотрят, не отрываясь, на этих двоих — Регину и Мэри Маргарет. Регина теперь выглядит на шестнадцать, а в маленькой девочке в голубом платьице, при хорошо развитом воображении, можно узнать Мэри Маргарет. Ей теперь лет десять — не больше. — Поцелуй Истинной Любви, — поясняет Рул Горм для шерифа, который застыл с открытым ртом — птица залетит. Сейчас Фея не выглядит такой же невозмутимой, как каких то пять минут назад. Таращится в полном шоке на эту сцену. Регина и Мэри Маргарет, как чуть позже объявил Арчи, только стали выглядеть моложе, но всё прекрасно помнят. Так что шестнадцатилетняя Регина продолжала занимать своё кресло в мэрии, а с виду десятилетняя Лилиан — свой кабинет в школе. Дэвид был в полной растерянности — жена могла сойти за дочь, а его могли посчитать педофилом. Генри выглядел старшим братом собственной бабушке и младшим матери. — Поцелуй Истинной Любви, — важно произносит маленькая девочка у которой ещё не все молочные зубы выпали и при этом она директор школы, бывшая разбойница и в недалёком прошлом предводитель повстанцев, — поднял меня из гроба. Ты эту сказку не помнишь, милая? Посмотри знаменитый мультфильм Диснея, если подзабыла детали. — Только я не изображала страшную старуху, — ворчит шестнадцатилетняя девушка в деловом костюме — портфель, папки с бумагами. — Я была в своём лучшем платье! — Я помню, — кивает Лилиан. У Эммы голова буквально кругом. Генри тоже в лёгком шоке. Они все сидят за одним столиком в кафе Бабули и Руби только что принесла мэру любимый кофе в который Регина положила две ложки сахара! А Мэри Маргарет пьёт молоко — «Маленькие дети кофе не пьют!» — как строго было сказано Бабулей. — И как вы покажетесь в таком виде в столице штата? — спрашивает Эмма у Регины и Мэри Маргарет. — Проверяющие из Огасты время от времени приезжают к нам в город и у них могут возникнуть вопросы… — Магия, — важно произносит Регина, — отведём глаза. Я посмотрела в своих книгах и сварю специальное, как раз на этот случай, зелье. — Ладно, — вздыхает Эмма, — мне пора бежать… Я думаю, что из Дэвида и Лероя получаться прекрасные помощники шерифа. Ты же хорошо знакома с обоими, Мэри Маргарет? — Да, — кивает Мэри Маргарет, — Ворчун та ещё заноза в заднице, но не пьяница и дебошир каким был Лерой. Тем более, что в здешнем лесу он, как дома. Как раз накануне Эмме пришлось разыскивать потерявшегося ребёнка. Нос Руби помог и Лерой, который знает в лесу каждое дерево и каждый куст. Поэтому двухлетнего отпрыска каких то заезжих туристов, который решил в одиночку исследовать незнакомый для него и его родителей лес, нашли довольно быстро. Дольше в чувство приводили маму малыша — не каждый день встречаешь в лесной чаще говорящую волчицу с маникюром.