Часть 44

Дворец пропитался суматохой и волнением за считаные минуты. Гости в своих роскошных нарядах томились в нервном ожидании решения Его Величества. Музыка стихла, и теперь те, кто прибыл с семьей, старались держаться вместе, особенно обеспокоенные отцы держали рядом своих барышень-дочерей. Выйдя наконец из приемной императора, МаоМао оглядела двор тем же взглядом, которым смотрела на него раньше. И будто даже воздух вокруг изменился, появился некий… интерес и предвкушение. У входа топтались Цан Ци и Сяо Лань, обеспокоенные и взволнованные. Их лица тут же посветлели, стоило МаоМао появиться в поле зрения служанок. — Пойдемте, у нас с вами много дел, боюсь, мы здесь надолго… — тут же начала МаоМао. — Его Величество дозволил помочь ведомству наказаний в расследовании, но перед этим поручил позаботиться о гостьях. Служанки закивали, готовые помогать всем, чем смогут. Совсем скоро и Жуй Юэ вышел из павильона, взгляд его потяжелел, а рука предупредительно лежала на гарде. — Ты недоволен, — констатировала МаоМао, чтобы хоть как-то сбавить напряжение, так как в большей степени его недовольство заключалось в ее же решении. — Ты могла отправиться в поместье, где была бы в безопасности, — жестко ответил Жуй Юэ. — Это был приказ императора, я не смела перечить… — У тебя есть я! Какая разница, кто приказал — император… да хоть сам Будда! МаоМао в пару шагов подскочила к взбеленившемуся принцу и прикрыла его рот ладонью. — Не кричи, во дворце сейчас вся столичная знать, и твои слова с легкостью долетят до Его Величества, — рассудительно пояснила МаоМао. Несмотря на золото в волосах, многочисленные слои шелка, жемчуг, она все еще была осторожной и знающей свое место. Конечно, она не ровня наследному принцу, но даже он не мог так слепо верить в безнаказанность. МаоМао отдернула руку и отошла на пару шагов. — Что ты собираешься делать? — спросила она после недолгой паузы. — Мне нужно переодеться. Я не могу в таком виде предстать перед двором и командовать ведомством наказаний. МаоМао тяжело вздохнула, не до конца понимая, зачем принц так старательно скрывает свою личность на посту главы ведомства, но спросить не решилась. — Если меня спросят, где ты? Что мне отвечать? — Говори, что я с императорским войском в окружении дворца, вопросов не возникнет. На этом они и разошлись. Принц отправился к северным павильонам, и МаоМао проводила его взглядом, прежде чем отправиться к вдовствующей императрице. Она не сомневалась — ей уже доложили о происшествии, однако ей хотелось узнать, почему та не присутствовала на торжественной церемонии. В восточной части двора, где располагался дворец вдовствующей императрицы, царил покой, будто стройный ряд растущих деревьев хурмы был щитом от суеты. МаоМао чуть замедлилась, разглядывая еще совсем зеленые плоды на ветках. По рассказам папаши, они вызревают, когда столицу накрывает первый снег, а на могучих ветвях не остается ни одного, даже самого пожухлого листочка. И тогда темные, будто засохшие деревья расцветают всполохами огненно-рыжих плодов, чудесным образом укрытых снегом. МаоМао много раз пыталась представить эту картину, вот только во внутреннем дворе хурма не росла, а редкие деревья в городе почти сразу обирали для продажи фруктов на рынке. Свернув с главной тропы на более узкую, МаоМао вскоре заметила отдельно стоящий павильон с богато украшенным фасадом и множеством маленьких беседок вокруг. Сама она здесь ни разу не была, ведь для чайной церемонии императрица и наложницы собирались во внутреннем дворе, где у Ее Величества была своя резиденция для управления делами гарема — но только до момента, пока император не изберет императрицу. На пороге показалась старшая служанка, имя которой МаоМао не смогла вспомнить, так как крайне редко находилась в обществе вдовствующей императрицы. — Приветствую принцессу Хуан, — поклонилась немолодая женщина. — Я заварю для вас чай. Не успела МаоМао что-то ответить, как служанка уже скрылась под сводами дворца. Это означало, что ее ждали. Приемная дворца вдовствующей императрицы поражала не столько пышностью, сколько величественным спокойствием. Высокие потолки уходили в тень, а на массивных балках сверкала позолота, приглушенная мягким светом лампад из нефрита. Пол был выложен темным лакированным деревом, отражавшим силуэты колонн, расписанных облаками и журавлями — символами долголетия и власти. В центре располагалось возвышение с широким креслом-троном, инкрустированным перламутром и драгоценными камнями. Перед ним — низкие столики из красного сандала, где гости оставляли подношения и свитки. По обе стороны от трона стены были завешаны тяжелыми шелковыми гобеленами с изображением фениксов, расправляющих крылья. Их плавные линии смягчали строгую геометрию помещения, напоминая каждому вошедшему, что хозяйка этих залов — не просто женщина, а символ династии. Воздух был насыщен тонким ароматом благовоний: сандал смешивался с миррой, создавая ощущение вечности и уюта, но в то же время — давящей торжественности. Каждый шаг по этому залу отзывался гулким эхом, заставляя склонять голову и сдерживать дыхание. Все, что перед собой видела МаоМао, не вызывало удивления, она привыкла смотреть на золото и нефриты, но это место смогло поразить ее, да так, что она чуть не оступилась. Топот маленьких детских ножек в шелковых туфельках с колокольчиками. Рыжая девчушка явно тосковала и не могла найти чем себя занять, поэтому придумала себе игру — перепрыгивать стыки мраморных плит на полу, от чего колокольчики на ее туфельках и бряцали, посылая эхо по дворцу. — Приветствую, принцесса, — выйдя из короткого ступор, все же присела в поклоне МаоМао. Уже подросшая девчушка сначала вздрогнула, испугавшись, что ее застали за совершенно неподобающим занятием, но потом вся подобралась и присела в ответном поклоне. Из-за колонны вышла вдовствующая императрица. Выглядела та как и всегда, собрано и благородно, как и подобает ее статусу, а лицо украшали безмятежность и мягкая полуулыбка. МаоМао сначала подумала, что императрица еще не знает о случившемся в императорском саду, но вскоре поняла, что присутствие маленькой принцессы заставляет ее быть столь сдержанной. — Ваше Величество, прошу прощения за столь внезапный визит, — поклонилась МаоМао и вновь взглянула на Лин Ли, которая теперь не знала, куда ей приткнуться в присутствии старших. Растерянное детское личико даже позабавило МаоМао. — Не нужно церемоний, предлагаю поговорить за чаем, а Лин-эр поиграет с госпожой Люй, — сказала императрица и тут же взглянула на внучку, которой не нужно было повторять дважды. Она тут же присела в поклоне и убежала в левое крыло дворца. Как поняла МаоМао, госпожа Люй была придворной дамой при императрице. Приемная зала была ярко освещена свечами, на столике уже дымился свежезаваренный чай, а та служанка, что встретила МаоМао при входе, расставляла закуски. — Сю Ин, ты можешь идти, — коротко обратилась императрица к женщине и та незамедлительно поклонилась, и вышла из залы. МаоМао постаралась отложить в памяти это имя, но особых надежд она не питала. — Наверное, тебе интересно, почему принцесса Лин Ли здесь, а не во внутреннем дворе, — сразу начала Анши, как только села в кресло. МаоМао тут же подошла к столику, чтобы налить свекрови чай, но та махнула ладонью, дозволяя сесть рядом и не тратить время на церемонии, — Ты хорошо воспитана, благоразумна и почтительна, но дворцовый этикет быстро утомляет. В моем дворце так много слуг, что иногда я забываю, как самостоятельно зажечь свечу. — Понимаю вас, Ваше Величество, — выдохнула МаоМао, наблюдая, как изящно императрица наливает чай. Тоненькой непрерывной струйкой, так, что ни одна капелька не брызнула за пределы пиалы. — Чай из провинции Юньнань, он всегда успокаивает в тревожные дни, — умиротворенно, в пол тона сказала императрица. — Благодарю, у него и впрямь богатый аромат, — ничуть не слукавила МаоМао и тоже отпила немного чудесно пахнущего чая. — Жаль, что такой светлый праздник был омрачен преступлением. Его Величество озабочен делами империи, и даже в праздник ему нет покоя… — Позвольте, пусть я и не имею достаточно влияния при дворе, но я все еще могу открыто и вежливо попросить о помощи. Его Величество дозволил мне принять участие в расследовании, но позаботиться о гостьях дворца нужно в первую очередь, — немного сбивчиво и сумбурно начала МаоМао, пытаясь подобрать верные слова, — Если для вас не в тягость… принять дам и барышень в своем дворце, то я бы тут же распорядилась привести всех сюда, и тогда можно было бы открыто начать обыск дворца и допрос. В императорском саду сейчас много совсем юных девушек, боюсь, в окружении солдатни и чиновников ведомства наказаний им будет неловко, и это плохо скажется на репутации. — Не пугайся озвучивать такие просьбы, иначе твой титул так и останется пустым словом на бумаге, — снисходительно сказала Анши и совсем по-доброму, мягко, улыбнулась. Такое отношения вселяло уверенность и МаоМао улыбнулась в ответ. — Благодарю Ваше Величество за милость, я распоряжусь, чтобы евнухи сопроводили женщин к вашему дворцу.

***

Идти спокойно не получалось: в ногах появилась давно забытая легкость, поэтому по дорожкам МаоМао шла чуть ли не вприпрыжку. Хотелось поторопиться и поскорее приступить к расследованию. Тяжелые одежды ничуть не сковывали, наоборот — словно приземляли все рвущиеся наружу порывы. Среди дворцовой суеты никто даже не замечал, что обычно сдержанная и равнодушная ко всему принцесса сегодня была в крайнем воодушевлении. — Госпожа, аккуратнее, мы не поспеваем за вами! — кричала вслед Цан Ци, но МаоМао уже было не остановить. — Надо как можно скорее увести женщин и отправляться в яблоневую рощу, так что не отставайте, — сразу ответила МаоМао и поддала еще чуток, уже завидев женскую половину, где сейчас толпились в смятении барышни и знатные дамы. Подойдя ближе, она, конечно, замедлилась и даже поправила сбившиеся рукава своего ханьфу. Все присутствующие сразу обратили внимание на появление принцессы и замерли в томительном ожидании. Надежды были на скорейшее возвращение домой. — Приношу свои извинения за столь долгое ожидание, — начала МаоМао с поклона. — Во дворце неспокойно, и ради вашей безопасности прошу всех женщин пройти во дворец Ее Величества. Она обеспокоена сложившейся ситуацией и милостью своей готова обеспечить защиту на время проведения расследования. Толпа разодетых барышень и дам загудела, послышались вздохи, но все равно все дружно закивали — оставаться неподалеку от места убийства никто не хотел. — А как же наши мужья? Что будет с ними? — неожиданно задала вопрос одна из знатных дам. МаоМао тут же узнала супругу министра Доу, чья дочь сейчас была наложницей в поместье принца. — Госпожа Ян, сейчас важнее ваши безопасность и покой. Все министры и чиновники также будут оказывать помощь в раскрытии правды. Я как можно скорее приступлю к расследованию, чтобы вы могли отправиться домой. Еще раз прошу прощения от лица императорской семьи за этот неприятный инцидент. Снова поклонившись, МаоМао оглядела лица присутствующих в поисках недовольных, но даже если такие и были, то возражать принятому решению никто не осмелился. — Благодарим Ее Высочество за заботу, добейтесь справедливости, — поклонилась в ответ госпожа Ян и первая направилась к подошедшим евнухам. За ней потянулись и остальные. Когда взволнованная толпа наконец скрылась за поворотом, МаоМао без промедления направилась к яблоневой роще. Как и ожидалось, людей там столпилось немало: были люди и из ведомства наказаний — их легко было узнать по черной форме и серебряным жетонам на поясе, и гвардейцы в массивных доспехах, что неподвижными тенями стояли среди яблонь. Устрашающей фигуры в маске нигде видно не было, и МаоМао сразу поняла, что принц еще не успел переодеться; однако Басен был на месте, к нему она и направилась. — Принцесса, вам здесь не место, тело еще не перенесли в мертвецкую, — мигом подскочил какой-то из чиновников ведомства, прежде чем МаоМао успела поздороваться с Басеном. — Я здесь по приказу Его Величества, прошу, не мешайте мне, — нашла что ответить серьезно настроенная девушка и сразу же обратилась к помощнику принца: — Басен, как скоро здесь будет осмотрщик? — Госпожа, принц сам отправился за ним, скоро должны быть здесь, — уважительно поклонился Басен. — Вам что-то нужно? Или есть какие-то распоряжения? МаоМао задумалась, с чего начинать расследование, чтобы по возможности не поднимать шум и не тревожить и без того перепуганных гостей. — Пока осмотрите землю вокруг тела, возможно, остались следы обуви, не соответствующие размеру ноги Хон Нян, — начала она вслух и после короткой паузы продолжила: — И обыщите всю рощу. Возможно, убийца все же оставил где-то в кустах орудие убийства. — Да, госпожа, — снова поклонился Басен и тут же передал распоряжения. МаоМао отошла в сторону, решив дождаться осмотрщика, который прояснит детали смерти Хон Нян. Хотя даже на первый взгляд все было очевидно и без вскрытия. Ожидание затянулось, и МаоМао от усталости облокотилась на ствол яблони. Гвардейцы все еще рыскали по роще в поисках следов, но безрезультатно. «Что же не так? Какой убийца будет забирать орудие, если по нему проще всего отыскать преступника?» — размышляла МаоМао, но все пока оставалось смутным. — Басен, — отлипнув от дерева, громко позвала она. Тот сразу обернулся, как если бы его оклинул господин. — Да, госпожа, вы что-то выяснили? — Пока нет, мне нужно видеть общую картину. Есть ли у тебя лист бумаги и чернильная палочка? — озвучила просьбу МаоМао, не особо рассчитывая, что у Басена чудесным образом все это окажется в рукаве. — Я сейчас принесу, госпожа. Осмотрщик задерживается — скорее всего глава отправился за коронером в поместье Вэй. Оно у городских стен, далековато от дворца. — Поместье Вэй? Уже не в первый раз слышу о нем. Случаем не там ли живет наставник Вэй? — Да, все верно. Вы с ним знакомы? — Нет. Одна из наложниц принца обучалась у него лекарским навыкам, — объяснила МаоМао. Она хмурилась, пытаясь вспомнить, где еще слышала это имя. — Клан Вэй богат на таланты, но назначить их младшего господина коронером было опрометчиво. Хотя, возможно, это Вэни подсуетились. Назначение было еще до их падения в немилость. Сейчас Вэнь Гун действует осторожнее. — Зачем же тогда коронер, если он так плох? — Это стандартная процедура, госпожа. Он — связующее звено между осмотрщиком и ведомством наказаний. Без него нельзя опираться на заключение. МаоМао кивнула, подумав, что глупее ничего не слышала. — Хорошо, ждем, — закончила она, и Басен ушел за принадлежностями. Вернулся он довольно скоро, и МаоМао приступила к заметкам. Она была уверена: все события последних месяцев в столице — нити одного клубка. Облокотившись снова на яблоню, она принялась выписывать. Первым словом были «кочевники» — она поместила его в верх листа, обозначая север. Ниже — «осторожность в гареме», «рождение наследника», «убийство Хон Нян — послание». Слева — «бордовые рубахи» — так она назвала отравившихся, что приходили в ее лавку за снадобьями от тошноты. — Чего-то не хватает… Точно, — пробубнила она и добавила «зашифрованные письма», из-за которых наложница Гёкуё теперь была заперта в своих покоях. Но яснее не стало — загадка была слишком сложной. — Принцесса, прибыли коронер и осмотрщик. МаоМао вздрогнула, не услышав шагов Басена. Быстро сунула заметки в карман, чтобы потом еще раз все обдумать, может даже с кем-нибудь. «Например с этим», — подумала она, увидев, как к роще приближается мрачная фигура в доспехах и маске. Рядом шли еще двое: один нес тяжелый ящик, другой — молодой, невысокий, с совершенно растерянным, но с очень знакомым лицом. — Только не он… — едва не застонала МаоМао, наконец поняв, где слышала фамилию Вэй. — Приветствую, глава, — отрапортовал Басен, поклонившись принцу в маске. Тот лишь кивнул. — Принцесса, это осмотрщик Чан и придворный коронер Вэй, — пояснил Басен. Оба поклонились. — Рада знакомству. Давайте скорее приступим — скоро стемнеет. Осмотрщик Чан, я провожу вас к телу. МаоМао двинулась вперед, а принц с Басеном остались — не вмешиваясь. Свернув на тропу, она увидела, что Хон Нян лежит все в той же позе, кожа побелела еще сильнее. Позади раздалось квакающее сипение. Она обернулась: юный коронер держался за живот — его явно тошнило. — Осмотрщик Чан, можете приступать. Евнухи помогут перенести тело, — распорядилась МаоМао, и мужчина кивнул. — Осматривать ничего не надо?.. — жалобно пробормотал коронер. МаоМао едва удержалась от закатывания глаз. — Ты и лекарь был никудышный. Как тебя вообще взяли коронером? — не выдержала она, когда они остались вдвоем. — Что? Откуда вы знаете меня, Ваше Высочество? — Напомню: однажды ты проверял мой пульс и заявил, что я беременна. Припоминаешь? Лицо Вэй Лю перекосилось, рот распахнулся — словно он увидел призрака. — Все такой же эмоциональный… Я думала, что больше тебя не увижу — ты исчез сразу после возвращения в столицу, — сказала МаоМао с едва заметной улыбкой. — Сестренка, тебе говорили, что макияж… — Меняет мое лицо до неузнаваемости. Слышала и не один раз. Но неважно. Как тебя угораздило стать коронером с такой реакцией на трупы? — Какая разница… Твоя история интереснее. Ты же расскажешь потом? — Да, но сначала — в мертвецкую. Тело скоро подготовят к осмотру, надо поторопиться.

***

Здание стояло на окраине служебного двора — низкая темная постройка, укрытая черепицей. Внутри пахло травами, спиртом и холодным железом. Запах смерти перебивал аромат полыни, которую осмотрщик Чан жал для очищения воздуха, и чтобы пары трупного разложения не забивались в нос. Осмотрщик Чан стоял у каменного стола — мужчина лет пятидесяти, жилистый, сухопарый, с привычной хмуростью человека, который видел больше трупов, чем живых людей. Когда евнухи положили тело, он кивнул чему-то своему. — Благодарю. Принцесса Хуан, коронер Вэй, можете подойти ближе. МаоМао подошла сразу. Вэй Лю — с явным усилием, но подошел. — Начинаю осмотр, — произнес осмотрщик и ловко откинул ткань с тела. Хон Нян лежала прямо, словно спала. На холодной коже появилась синюшность. Вэй Лю шумно вдохнул, и МаоМао ткнула его в бок. — Не вздумай падать в обморок. — Я просто… дышу. — Дыши тише. Тем временем осмотрщик Чан уже начал подмечать детали. — Тело женское, предположительно двадцать пять лет. Телосложение худое. Следы переохлаждения не наблюдаются — смерть наступила около двух часов назад. Борозда красного цвета на шее. Он провел пальцем вдоль тонкой красноватой полосы. — Глубина равномерная. Ширина около одного цуня. Края ровные. Это не веревка — скорее мягкая лента или шелковый пояс. — Есть ли следы борьбы? — спросила МаоМао, надеясь, что под ногтями среди грязи действительно окажется кровь преступника. Осмотрщик Чан наклонился к кистям девушки. — Ладони грязные, ссадины на костяшках, ногти сломаны, под пластинами грязь, — мужчина отстранился и подошел к столу с инструментами, взяв небольшую лопатку. Вэй Лю пошатнулся, когда услышал, как осмотрщик выскребает грязь из-под ногтей девушки. — Среди комков грязи кусочки травы. Мужчина вгляделся получше в растертую по белой ткани землю. — Небольшие сгустки крови. Скорее всего, жертва вцепилась в руку убийце, — заключил осмотрщик и вернулся к телу. — На запястьях слабые следы давления, будто ее держали. Плечи без вывихов. Ребра целы. Внутренние органы после вскрытия покажут больше, но пока предварительно: смерть наступила быстро, от перекрытия дыхательных путей. — А голова? — вмешалась МаоМао. Осмотрщик Чан аккуратно повернул голову девушки. На затылке виднелась легкая припухлость. — След удара без рассечения. Вероятно, толчок или падение на землю до удушения. Но несмертельный. Вэй Лю едва не застонал. — Постарайся смотреть глазами коронера, а не драматурга, — фыркнула МаоМао и поборола желание пихнуть паренька в бок. Осмотрщик Чан между тем вернулся к столу с бумагой и чернилами, чтобы дать письменное заключение. МаоМао в ожидании оглядела помещение, где заканчивают свой путь все жители дворца — и служанки, и император. От этого стало тоскливо. Вэй Лю, стоящий рядом, снова пошатнулся, и МаоМао заметила, как тот смотрит на внушительных размеров пилу. — Ты что, в мертвецких не бывал? Ты же коронер, — шепнула она. — Я всегда полагался на заключение осмотрщика. Кто в здравом уме захочет смотреть, как разрезают трупы! Ты что, не знала, что это место притягивает неудачу и сокращает жизнь? Я еще слишком молод! — прошептал Вэй Лю и все же получил толчок в бок от МаоМао. Когда осмотрщик Чан закончил, он молча передал заключение в руки Вэй Лю, даже не взглянув в сторону принцессы. «Ну конечно, как еще не выгнал меня из мертвецкой… Он же наверное и потребовал присутствие коронера.» — неутешительно подумала МаоМао — Тебе это ни к чему, — уже выйдя из мертвецкой на свежий воздух, сказала МаоМао и выдернула листочек бумаги с заключением из рук парнишки. Тот и не был против. — А теперь серьезно. Надо передать распоряжение ведомству наказаний, чтобы начали поиск подозреваемых. И вероятнее всего, у убийцы свежие царапины на тыльной стороне ладони. Из-за поворота возник принц в устрашающей маске, от чего Вэй Лю чуть ли не подпрыгнул на месте. — Вы как раз вовремя, — поклонилась МаоМао подошедшим принцу и Басену. — Вот заключение. Смерть точно насильственная. Под ногтями нашли засохшую кровь, значит у преступника расцарапаны руки. Пока это единственная зацепка, придется осмотреть руки всех, кто был во дворце. — Во дворце тысячи слуг и придворных, осмотр может длиться до утра. Чиновники и министры такого не потерпят и будут требовать отослать домой хотя бы своих дочерей, — наконец заговорил принц, и голос его звучал угрожающе, но только потому, что маска приглушала и делала его ниже. МаоМао вздохнула, понимая, что допрос наложницы Гёкуё неизбежен, и надо как можно скорее отправиться во внутренний двор. — Я отправлюсь в Нефритовый павильон. Госпожа Гёкуё, возможно, что-то знает. «Она точно знает. Хон Нян никогда не действовала без приказа», — подумали одновременно и МаоМао, и Жуй Юэ.

***

Стены внутреннего двора будто отгораживали его обитателей от суматохи внешнего. Словно в искусственном пруду служанки, евнухи и наложницы продолжали неспешно плыть по течению, совершенно не обращая внимания на неожиданный визит наследной принцессы в сопровождении молодого коронера. Нефритовый павильон в закатных лучах был все так же прекрасен, как и прежде, точно вырезан из красного коралла и приправлен солнечным светом. — А мне точно следует идти с тобой? Это же гарем императора… — взволнованно шепнул Вэй Лю, так как не был уверен, можно ли ему здесь находиться. — Жетон на твоем поясе дает тебе власть допрашивать любого человека в Империи Ли, кроме Его Величества, конечно. Я бы завершила расследование сама, но у меня почти нет никаких полномочий. Так что если кто-то усомнится в моих выводах, я легко сошлюсь на тебя, так как ты чиновник судебного ведомства. — Но кто может усомниться в тебе, если это был приказ императора? — У императорской семьи достаточно недоброжелателей. Да и то, что я женщина, тоже сильно влияет на вес моих слов. Поэтому мне будет проще докопаться до истины, если мои доводы будут слушать, пусть и через тебя, — пояснила МаоМао и остановилась прямо перед входом в Нефритовый павильон. — Мы пришли. — Красиво… — пробормотал Вэй Лю, разглядывая своды павильона старшей наложницы. — Только вот… У всех дверей стояли крепкие евнухи, явно призванные никого не впускать и не выпускать без приказа. МаоМао отвязала от пояса свой нефритовый жетон. — Пропустите нас. Приказ императора, — отчеканила она и ткнула бесценной побрякушкой прямо в лицо высокому евнуху, стоявшему у главного входа. По его одеянию было заметно, что он из свиты Его Величества. «И бровью не повел. Бесстрастный. И явно отличный воин», — мысленно оценила мужчину МаоМао и прошла в приемную Нефритового павильона, когда молчаливый евнух отворил двери. В некогда светлом и сияющем павильоне царил мрак: все окна были задернуты плотными занавесками, будто само присутствие света оскорбляло горе госпожи. Служанок на первом этаже видно не было, как и самой госпожи Гёкуё. — А снаружи было так приветливо… — Помолчи. Тебя бы запереть в четырёх стенах. МаоМао вместе с Вэй Лю почти сразу пошли к лестнице, чтобы подняться во внутренние покои, так как наложница больше нигде не могла быть. — Ты была здесь? Идешь так уверенно, будто жила тут. — Я здесь служила, когда меня продали во дворец служанкой. Вроде бы я рассказывала, когда мы были в Юйлине. — Точно. Если честно, тяжело было поверить, что все, что ты тогда рассказывала — правда… — Так и есть, но что правда, а что ложь — думай сам. Пришли, — сказала МаоМао, остановившись рядом с дверями, что вели в покои госпожи Гёкуё. — Будь аккуратнее, наложница в положении, ей нельзя переживать. — Как ты планируешь сказать ей о смерти ее главной служанки и при этом не нервировать ее? — Просто разговор, а не допрос. Госпожа Гёкуё довольно сдержанная и рассудительная, она не будет впадать в истерию. МаоМао тихонько постучала в дверь, ожидая приглашения войти. Но она постучала во второй раз и в ответ ничего не получила, даже слабого шороха одежды. Это заставило МаоМао, не раздумывая, толкнуть дверь в покои. Та сразу поддалась. В покоях было так же темно, как и во всем павильоне, только одинокая свеча была зажжена на комоде. Там же лежала маленькая соломенная куколка, одетая в красное шелковое платье. МаоМао пригляделась, заметив, что наложница лежит на тахте, прижав ладони к груди. Дыхание ее было беспокойным, судя по всему, ей снился какой-то кошмар. Или горькая явь преследовала ее даже во сне. — Мне кажется, или именно так выглядит человек, который в любой момент впадет в истерию? — Помолчи. И стой здесь, — резким шепотом перебила горе-коронера МаоМао и пошла в глубь покоев. Она осторожно присела рядом с тахтой, где дремала наложница, и потрепала ее по плечу. Долго ждать не пришлось — госпожа Гёкуё подорвалась на месте, словно ужаленная, и тут же вцепилась в плечи МаоМао. — Лин Ли! Девочка моя!.. — воскликнула некогда яркая и непоколебимая любимица императора. Теперь же это была тень прежней госпожи Гёкуё: волосы ее были распущены, ни одной шпильки или заколки, словно преступница, а наряд ее был траурного белого цвета без единой вышивки, так что лицо ее казалось еще бледнее. — Госпожа Гёкуё, это я, МаоМао, — тихо позвала девушка взволнованную наложницу, что еще не отошла ото сна и продолжала цепляться за плечи МаоМао как за последний лучик надежды. — А… МаоМао… — будто пробуя имя на вкус, произнесла госпожа Гёкуё, затем повторила имя еще раз, как в попытке что-то вспомнить. — Точно, МаоМао. Ты пришла, чтобы посмеяться надо мной? Тяжелая, давящая тишина повисла между ними. МаоМао опешила, сомневаясь в целости рассудка госпожи, поэтому она решила это проверить, рассказав все как есть. — Госпожа Гёкуё… — мягко, но четко сказала МаоМао, — Хон Нян мертва. Будто ледяная игла прошла под кожей наложницы. Гёкуё застыла. Ладони, цеплявшиеся за плечи МаоМао, дрогнули и медленно соскользнули вниз. — Как же так… — еле слышно прошептала она, но затем голос сорвался на резкий то ли вскрик, то ли всхлип. Она разорвалась будто на части, истерика накрыла ее мгновенно. Гёкуё закрыла лицо руками и разрыдалась так горько, так отчаянно, что у МаоМао защемило в груди. Ее плечи тряслись, дыхание сбивалось, рыдания хрипели в груди. — Хон Нян… моя Хон Нян… она всегда была на моей стороне… она всегда была рядом… — слова обрывались всхлипами и стоном боли. — Они забрали ее… как забрали Лин Ли… мою маленькую… мою крошку… Гёкуё резко подняла заплаканное лицо, хватая МаоМао за запястье. Глаза ее были безумны от страха. — Они погубят мою девочку! — прорыдала она так пронзительно, что у Вэй Лю за спиной дрогнули колени. — Мое дитя… ей всего четыре года… Они продадут ее как какой-то товар на север! Она всхлипнула снова, схватившись за собственные волосы, будто пыталась удержать себя от полного безумия. — Госпожа Гёкуё, Лин Ли сейчас в безопасности, во дворце вдовствующей императрицы, — МаоМао попыталась подойти ближе, но наложница отшатнулась, вся сотрясаясь от рыданий. — Безопасности? — сорвалась Гёкуё. — Императрица ее и забрала! Она подговорила императора, что это хорошее решение, и сейчас она ее воспитывает, чтобы подать ее этим дикарям! Ее… мою девочку, мою Лин Ли… Наложница обхватила себя за плечи, кружась по комнате, не находя места, будто загнанная птица. Мраморный пол отражал ее дрожащий силуэт, а длинные тени делали отчаяние еще гуще. МаоМао почувствовала, как внутри холодным клубком сворачивается тревога. Эти слова, как и собственные подозрения, складывались в слишком ясную картину. Гёкуё упала на колени и закрыла лицо ладонями, рыдания сотрясали ее всю. — Они погубят мою девочку… — шептала она монотонно. — Погубят… погубят… МаоМао тихо опустилась рядом, не пытаясь утешать пустыми словами — знала, что в этот момент любые обещания прозвучат жестоко. — Госпожа Гёкуё. К кому на встречу шла Хон Нян? Что она должна была передать и кому? — серьезно спросила МаоМао, желая докопаться до правды как никогда раньше. — Я всего лишь хотела попросить о помощи… ради моей Лин Ли! Я не знаю, кто из них был во дворце сегодня, но это люди моего брата… — женщина вздрогнула и хлопнула себя по губам, осознав, что сказала и кому. — Меня казнят… погубят вслед за моей девочкой… У МаоМао все похолодело в душе. И ее никак не покидало ощущение, что вокруг все знали, кроме нее. — Госпожа, позвольте я проверю ваш пульс. Вы неспокойны, это может навредить ребенку, — заговорила МаоМао и небольшим усилием усадила наложницу обратно на тахту. Та без возражений протянула запястье. «На удивление, плод цел. Крепкий, будто ему все ни по чем… Такая легкая беременность и такие душевные испытания…» — Все в порядке, госпожа. Но прошу вас, поберегите себя. Вам нужно проветривать комнату и хотя бы днем открывать занавески. Не делайте свою жизнь еще сложнее, чем она есть, — постаралась утешить несчастную женщину МаоМао и поднялась на ноги. — Вас больше не будут допрашивать. Я найду что сказать о цели визита Хон Нян во внешний двор. — Спасибо, МаоМао…