Том 1 - Глава 4

Глава 4

Тук-тук-тук. Я постучал в дверь покоев старшей горничной. Дверь приоткрылась, и в щель выглянул глаз. Тут же раздался удивлённый вздох, глаза расширились, и дверь распахнулась полностью. Старшая горничная была пожилой женщиной с седеющими растрёпанными волосами. Её лицо покрывали глубокие морщины, а спина была сгорблена. Согласно найденной мной информации, она служила королевской семье много лет. — Вы… вы пришли… — пробормотала она, но тут же сменила удивление на почтительность и жестом пригласила меня войти. — Милорд, эта глупая девчонка явилась ранее, заявив, что вы лично посетите её для наказания. Она отказалась покинуть мои покои по вашему приказу. Видимо, мне не стоило сомневаться в её словах. Старшая горничная указала на юную служанку. Та была в синяках, что наводило на мысль о попытке силой проникнуть сюда. Видимо, старшая горничная оказалась проворнее, чем выглядела, и пыталась выдворить её самостоятельно. Так или иначе, со слезами на глазах и дрожью в теле, служанка, которую я приказал ждать наказания, явно прошла через многое, чтобы выполнить приказ. Это лишь усилило моё удовлетворение. — Не корите себя, если была строги с этой служанкой, — сказал я старшей горничной. — Её преступления тягчайшие. — Милорд, позвольте, это излишне. Она признала вину, и я сама должным образом накажу её. Вам не стоит беспокоиться… — Неповиновение. Измена трону. Предательство. Разве эти преступления кажутся вам незначительными? — ответил я, бросив на юную служанку ледяной взгляд. Та опустила голову, не смея возразить. — М-милорд… вы явно преувеличиваете. — Она открыто проявляла отвращение к своему господину. И не раз, как вы сами знаете, — я взглянул на её руку, где виднелись свежие следы плетей. — Она явно ненавидит наследника, то есть меня, а значит, презирает сам трон. Ты отрицаешь это, девчонка? Девушка встретила мой взгляд и, сжав зубы, выкрикнула: — Нет! Ты — грязное дьявольское отродье! Дьяволы убили моих родителей в прошлой войне. Ты выглядишь также как и они! Ты недостоин быть моим королём! — с ядом выплюнула она эти слова; прежнее почтение как ветром сдуло. — Эйрин! — в отчаянии воскликнула старшая горничная. — Закрой рот, или я сама тебя заставлю! — Она ответила на мой вопрос, — я вздохнул, покачав головой в ответ на растерянный взгляд старшей горничной. — Милорд… — старшая горничная заломила руки. — Она годами служит у нас. Я сама взяла её из жалости к её судьбе. Она усердна, милорд, и много сделала для королевства. — Как я могу позволить такой служанке остаться в замке, зная её чувства ко мне? — Мы… можем удалить её от вас, милорд. Например, отправить в конюшни. — Чтобы она подковала моего коня, и я сломал шею? Нет, я не могу ей доверять… разве что… — Что? — старшая горничная попала в ловушку. Я прикрыл лицо, скрывая усмешку: — Разве что обратить её в рабство. Лишь магия порабощения позволит мне спокойно держать её в замке. — Это возмутительно! — вскрикнула служанка Эйрин, вскочив на ноги. — Обратить служанку в рабство в качестве наказание? Только дьявол… кхм… то есть, милорд, это поистине зловещее предложение. — С чего бы? Старшая горничная смотрела на меня с недоверием, тогда как Эйрин лишь мрачно сверлила меня взглядом. Я понимал, что допустил первую оплошность с момента прибытия в этот мир. Я рисковал. Например, даже не был уверен на 100%, существует ли здесь заклинание порабощения. Лишь предположил, что подобная магия может быть в этом мире, где рабство — не просто цепи и клеймо. Однако, учитывая, как легко тот бог приказал мне поработить собственных сестёр, я решил, что рабство здесь обыденно, как и магия подчинения. Лишь по выражению лиц этих двух женщин я осознал: порабощение здесь — табу. Чёртов бог снова подставил меня. Что ж, я подготовился к такому повороту. С самого начала морально готовился раскрыть слабости. Но всё же надеялся вытянуть из старшей горничной больше информации, поэтому продолжил смотреть на неё бесстрастно, пока она не заговорила: — Заклинание порабощения — уникальная способность… дьяволов. Даже сейчас они держат в плену множество существ из других королевств. Во время войны захватывали солдат, подчиняли их и заставляли убивать друзей и семью. Из-за этой мерзкой магии рабы вынуждены были резать детей, родителей… никто в этом замке не владеет такой силой. Никто, кроме… — её голос прервался. — Кроме меня, — закончил я. Старшая горничная решительно покачала головой: — Милорд, мы не уверены. Вы не рождены дьяволом. Даже если вы похожи на дьявола, вы можете им не быть… — Проверим, — мягко произнёс я, разглядывая свои руки. — Принесите из библиотеки манускрипты о магии порабощения. — Милорд, это… — Приказ! — Д-да, милорд. — Старшая горничная кивнула, бросив взгляд на Эйрин, и вышла. Оставшись наедине со служанкой, я заметил в её больших глазах отблески страха. Она была симпатичной: хрупкое телосложение, упругая попка, бледная нежная кожа. Несмотря на тяжёлую жизнь, почти не имела шрамов. Мысли о недавних сексуальных намёках заставили моё юное тело отреагировать. Я кашлянул, поправившись. — Похоже, ты не против стать рабыней, — небрежно бросил я. — Конечно, против! — Эйрин нахмурилась. — Но приказ господина — закон. — Могла бы сбежать. — Сбежать? — она моргнула. — Я всего лишь юный бесполезный принц. Прорваться мимо меня и бежать — легко. Старшая горничная даже помогла бы. — Никогда! — Эйрин вскочила, грохнув кулаком по столу. — Я не предам королевство! Она злилась сильнее, чем от моих обвинений. Я скрыл улыбку. — Тогда преклонись как рабыня. Сейчас. Эйрин зашипела, но без колебаний опустилась на четвереньки, уткнувшись лбом в пол: — Как прикажете, милорд. Я протянул руку, и она дрогнула, но не сопротивлялась, когда мои серые пальцы коснулись её кожи. Затем я сунул ладонь под блузку, сжав грудь. Она ахнула, но, встретив мой взгляд, замерла. Её глаза закрылись, лицо исказилось от отвращения, но она терпела. Грудь была мягкой, тёплой, хоть и уступала в размерах «матери». — В этом суть? — с горечью спросила она. — Вы хотите меня? — Да, — просто ответил я, заставив её замереть. — Ты будешь моей каждую ночь до конца жизни. Подчинишься? Выражение лица девушки становилось все более отрешенным, пока, казалось, весь свет не покинул ее, но в конце концов она кивнула: — Как прикажете, милорд. Я кивнул, получив желаемый ответ. Достал из-под мантии нож. Эйрин испуганно уставилась на лезвие, но вместо угрозы я рассек ладонь. Чёрная, как смоль, кровь тут же наполнила рану. Поднёс окровавленную руку к её лицу. — Пей. Горничная не поняла приказа, но, как и раньше, послушно наклонилась и принялась жадно глотать кровь. Она высасывала её, словно боясь уронить хоть каплю на ковёр старшей горничной. Когда жидкость закончилась, она принялась облизывать рану, словно моя рука была мороженым, которое нельзя упустить. Пришлось грубо вырвать ладонь из её хватки и обмотать бинтом. Эйрин рухнула на пол, широко раскрыв глаза. Её лицо залилось румянцем, дыхание участилось. Тело дрожало — я знал, что её чувства искажаются под действием крови. Даже ненавидя меня, её плоть реагировала на мою. — Что вы со мной сделали? — выдохнула она, задыхаясь. — Есть два интересных факта о крови дьяволов. Узнал их в библиотеке перед встречей. Первый: разбавленная кровь — сильнейший афродизиак. Эффект только начался, но настоящая агония ждёт впереди. Через час ты не сможешь думать ни о чём, кроме секса. С выпитой дозой, если не соединишься со мной сегодня, сойдёшь с ума. — Ч-что… з-зачем… я же девственница… — с трудом выговорила она, судорожно сжав бёдра. — Второй факт объясняет, почему нашу кровь не продают в других королевствах. Неразбавленная — яд. Его действие — заклинание порабощения. — Р-рабыня… — она сжалась, будто хотела в туалет. — Вы… отослали старшую горничную, но уже знали, как поработить меня… вы… и правда дьявол. — Ты и так видела во мне дьявола, иначе не смотрела бы с таким отвращением. — пожал плечами я. — Но я — дьявол с планами, и ты будешь их исполнять. Это твоё наказание. Станешь рабыней, служанкой и доверенным лицом. Не хотел лишать воли, но ошибки мне непозволительны. Чтобы спасти королевство и людей, нужен абсолютный контроль. Не люблю не законченных дел. — С-спасти королевство? — Эйрин удивлённо подняла взгляд. — Можешь считать меня чудовищем, Эйрин, но я не равнодушен. Планирую вернуть своих сестёр и поработить их, как тебя. Воссоединить королевство. Таков мой долг. Моё обещание. Эйрин молча смотрела, будто впервые видела меня. — Вернись на стул. Нужно кое-что завершить, прежде чем заняться… твоей проблемой. Она покраснела, но послушалась, сев и ёрзая от нарастающего жара. — Что ещё? — Говорил же — не терплю не решенных вопросов. Как по сигналу, дверь открылась, и вошла старшая горничная. Окинув нас взглядом, она невозмутимо сделала реверанс. — Ваша светлость, в библиотеке не нашлось сведений о заклинаниях порабощения дьяволов — улыбнулась женщина. — Неужели? — поднял бровь я. — Как досадно. Эйрин удивлённо вздрогнула, зная, что я только что ссылался на библиотечные данные. Для неё это означало, что один из нас лжёт. — Осмелюсь заметить, ваша светлость, — продолжила горничная, — Эйрин ни разу не преступила правил. Её мысли… понятны. Умоляю судить её по поступкам, а не мыслям. — То есть, наказывать лишь за действия, а не за намерения? — притворно задумался я. — Именно так, ваша светлость. Давайте забудем этот инцидент и… — Подождите. Вопрос по вашей теории, — перебил я. — Человека следует судить строже за поступки, верно? Горничная кивнула, улыбка стала напряжённой. — Д-да, ваша светлость. — Хорошо. Благодарю за урок, — моя улыбка заставила её облегчённо выдохнуть. Я подошёл к ней и похлопал по плечу. Она улыбнулась в ответ: — Да, милорд. — Тогда скажи, насколько ты ответственна за помощь эльфам в доставке яда в замок для моего убийства. Выражение лица старшей горничной мгновенно исказилось. Эйрин вскочила, ахнув. Не колеблясь, я вонзил нож, которым до этого резал себя, в иссохшую плоть старухи. Лезвие вошло в живот с такой силой, что она отшатнулась, издав хриплый стон. — Вы… — в её голосе звучала ярость, а не шок. Этого было достаточно. Старшая горничная, как и Эйрин, ненавидела «дьявольское отродье». Просто маскировалась лучше, подобно эльфийской принцессе. Улыбалась и кланялась, исподтишка плетя интриги. Это делало её смертельно опасной. Эйрин же, хоть и прямолинейная, была предана королевству. Идеальная рабыня. — Почему? — Эйрин бросилась к старухе, но я остановил её жестом. — Почему вы предали королевство? — Предала? — женщина захрипела, кровь выступила на губах. — Это вы предали королевство, включая самого короля! Дьявол не должен править! Я с радостью помогала эльфам убить тебя. С радостью! Я всё скрыла. Как ты узнал? Я пожал плечами. — Мелочи. Тон, поведение — всё выдавало. Ты спорила со мной слишком рьяно. Стража проверяет гостей, значит, яд пронёс кто-то из своих. А ещё ты солгала о книгах по магии дьяволов в библиотеке. — Кхекх… этого мало для казни! — Рисковал, но мог себе позволить. Правду твоё лицо выдало только сейчас. Поэтому первый удар не был смертельным. Но теперь… — Дьявол! — она плюнула кровью. Я увернулся и перерезал ей горло. Старуха захрипела, захлёбываясь кровью. Я наблюдал, как она истекает, пока её тело не обмякло. Затем повернулся к Эйрин, застывшей в ужасе. Вытащив платок, я безуспешно вытер клинок. — Эйрин, твоя первая задача — убрать беспорядок. Фраза звучала многозначно. Эйрин только начала понимать, что тропинка, по которой я иду, залита кровью, и, скорее всего, в будущем ей еще не раз придется выполнять подобную работу. Тело Эйрин на мгновение содрогнулось, но она умудрилась лишь кивнуть. — Хорошо. — Я повернулся к двери. — Закончишь — приходи в мои покои. «Обслужишь» меня. Поспеши, если не хочешь стать некрофилкой. Эйрин содрогнулась, но кивнула снова. Я изменился. Она только начала это осознавать. Но даже в прошлой жизни я доводил дела до конца. Видимо, поэтому тот жалкий бог выбрал меня. Смыв кровь, я оставил Эйрин разбираться с трупом. Не стал указывать, как его утилизировать. Это был тест: насколько она сообразительна и готова ли к жестокости. Похороны начальницы — хорошее начало её новой роли. — Одна рабыня готова… осталось пять… — пробормотал я, возвращаясь в комнату. Отнеся «мать», давно уснувшую, в её покои, я уложил её на кровать. Она что-то бормотала, но я молча удалился. Теперь оставалось ждать, когда Эйрин придёт умолять о «милости». Пора было получить хоть каплю удовольствия от этой миссии, возложенную на меня богом.