Часть 16. Лондон.

Я будто жила в чужом теле. Всё казалось нереальным — мягкие простыни, аромат жасмина, шелест занавесок… как будто не я часами сидела в сыром подвале, дрожа от страха и боли. Как будто не меня крепко держали за волосы, не мне приказывали молчать, не мне угрожали смертью. Но шрамы остались. Не только на коже — на сердце. Каждый раз, когда закрывала глаза, передо мной всплывало лицо Винса. Его холодный, расчетливый взгляд. То, как он смотрел на меня, будто я вещь. Его голос, когда он говорил, что никто меня не спасёт. Что он — мой приговор. Я сжимала одеяло, как будто от этого зависело моё дыхание. Днём Егор почти не отходил от меня. Он был рядом — тихий, внимательный, сдержанный. Ни одного вопроса. Только взгляд. Глубокий, чуть отстранённый, но наполненный болью. За меня. Но когда наступала ночь, мне было страшнее всего. Я лежала в его кровати — большая, мягкая, уютная, как будто создана для того, чтобы забыть боль. Но даже она не могла заглушить эхо прошлого. Я перевернулась на бок, прижимаясь щекой к подушке, и уже почти провалилась в сон… как вдруг: — Какая встреча, — усмехнулся Сергей, небрежно облокотившись о дверной косяк. — Ты думал, я не узнаю? Что твою девочку похитили? — Тебе здесь не место, — прошипел Егор, подходя вплотную. — Вон из моего дома. Сейчас же. — Расслабься, я не за ней пришёл, — лениво протянул Сергей. — Хотя, чёрт, мне даже стало интересно, чем она тебя так зацепила. Раньше ты не сходил с ума из-за женщин. — Осторожнее, — голос Егора понизился до угрозы. — Не смей даже упоминать её имя. — Спокойно, босс, — усмехнулся Сергей. — Я здесь потому, что чувствую запах той же гнили, с которой мы однажды уже сталкивались. Этот тип, что держал её, — он не новичок. И я почти уверен, кто за ним стоит. — Мне плевать, во что ты там уверен. — Егор скрипнул зубами. — Если ты пришёл поиграть в детектива — выбрал не то время и не то место. — Я пришёл, потому что ты сам всё просрёшь, если будешь и дальше действовать в одиночку, — усмехнулся Сергей. — Но, как всегда, ты не видишь дальше своих эмоций. Всё по старой схеме. — Если ты не уйдёшь, клянусь, я вышвырну тебя сам. — Егор сжал кулаки. — Не появляйся рядом с ней. Даже не думай. — Расслабься, герой, — подмигнул Сергей и выпрямился. — Но помни: если ты не справишься, не вздумай звать меня позже. Второго предупреждения не будет. Я не собиралась подслушивать. Но тишина в доме была такой звенящей, что даже шепот с лестницы звучал, как удар грома. Я уже лежала в постели Егора, в его рубашке, пытаясь хоть как-то успокоиться после всего, что пережила. Но голоса… они сорвали меня с места. Я встала босиком, едва касаясь пола, как будто сама боялась издать звук. Узнала голос Егора сразу — он был напряжённым, злым, сдержанным. Но второй голос… Я моргнула. Сергей? Что он здесь делает? «…не появляйся рядом с ней. Даже не думай», — услышала я. Я не выдержала. Вышла в коридор и почти на бегу спустилась по ступенькам. — Что здесь происходит? — спросила я резко, остановившись в нескольких шагах от них. Сергей, как ни в чём не бывало, обернулся первым. Его взгляд скользнул по мне — и, кажется, с ноткой иронии задержался на моих босых ногах и расстёгнутой рубашке. — А вот и наша звезда вечера, — протянул он с ухмылкой. — Добрый вечер, красавица. — Не начинай, — прорычал Егор, подойдя ко мне и став между нами, будто ограждая от Сергея. — Тебе сказали идти наверх. Тебе нужен покой. — Мне нужен ответ, — я упрямо посмотрела ему в глаза. — Почему он здесь? — Потому что слишком любит совать нос туда, куда не просят, — процедил Егор, не оборачиваясь. — И сейчас же он уходит. Сергей усмехнулся: — Расслабься, я не собирался устраивать сцену. Просто, милая, будь осторожна. Вокруг тебя больше теней, чем ты думаешь. — Убирайся, — отчеканил Егор, не сводя с него взгляда. И на этот раз Сергей послушался. Развернулся и ушёл — спокойно, без суеты, как будто это он контролировал ситуацию. А я осталась стоять рядом с Егором, ощущая, как между нами снова натягивается тонкая нить напряжения. Я подняла взгляд на Егора, всё ещё ощущая тепло его рук на своей спине. Но внутри бурлило — не от страха, не от злости, а от вопросов, которые я больше не могла в себе держать. — Почему ты так реагируешь на него? — спросила я тихо, но чётко. — Почему ты не хочешь, чтобы он появлялся там где я? Что между вами? Егор замер, на долю секунды будто отстранился мысленно, но затем снова посмотрел на меня. В его глазах промелькнуло нечто — усталость? ревность? предостережение? — Потому что он не тот, за кого себя выдаёт, — резко сказал он. — Потому что он играет в игры, где на кону стоишь ты. А я не позволю никому поставить тебя под удар, даже если это человек из моего прошлого. — Из прошлого? — переспросила я, делая шаг назад, чтобы лучше видеть его лицо. — Ты говорил, вы просто работали вместе. Но там что-то большее, правда? Вы были друзьями? Егор провёл рукой по лицу, явно сдерживая раздражение. — Были. Давным-давно. И он выбрал путь, в котором ему было удобно предавать. Меня. Людей, которым он клялся в верности. Поэтому, когда он приближается к тебе — у меня нет ни одного спокойного нерва. — Но ты же не можешь контролировать всех вокруг меня, — прошептала я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. — Я не игрушка. — Ты не игрушка, — Егор шагнул ко мне ближе и взял за руки. — Ты — моя. Ты то, что я не отдам никому. Ни в прошлое, ни в чужие руки, ни под чужую защиту. — Но я должна знать. Всё. — Я смотрела ему в глаза. — Потому что если вокруг меня начинают всплывать старые враги, тени, пули и похищения — я хочу понимать, что происходит. Я имею право. Я уже повернулась, чтобы снова лечь в постель, как он вдруг заговорил — негромко, но с той самой твердостью, от которой внутри всё замирает: — Мы уезжаем, — спокойно, но твёрдо сказал он, пока я, завернувшись в плед, стояла у окна его спальни. Солнце только начинало пробиваться сквозь тучи, но внутри него уже бушевала буря. Я это чувствовала кожей. Я повернулась к нему, хмурясь: — Что значит «уезжаем»? — В Лондон. — Он подошёл ближе, обхватил меня за талию, заглядывая в глаза. — На месяц, может, дольше. Пока я не докопаюсь до истины. Пока не разберусь, кто стоит за этим адом. Я попыталась возразить, но он не дал. — Я не оставлю тебя здесь, Але. Я не прощу себе, если ты снова окажешься в их руках. Всё это… — он кивнул в сторону города, спрятанного за окнами, — сейчас не безопасно. Для тебя. Я почувствовала, как сердце сжалось. — А как же ты?.. Всё, что ты строил… твои дела… Он провёл пальцем по моей щеке, так нежно, будто прикасался к стеклу. — Всё это ничто, если с тобой что-то случится. Я не смогу дышать, зная, что ты в опасности. Всё остальное подождёт. Я вырву эту гниль с корнем — но ты будешь рядом. Я прижалась к его груди, впитывая тепло и решимость. Он был каменной стеной, за которой мне впервые в жизни было по-настоящему спокойно. — Хорошо, — выдохнула я. — Только мы вместе, Егор. Не оставляй меня. Он посмотрел на меня так, будто в его глазах был весь мир. Мой мир. Остальной перестал существовать. Только это утро, его руки, его дыхание рядом. — Даже не думай, — прошептал он, прижимая меня крепче. — Я пройду сквозь любую бурю, но ты будешь рядом. Всегда. Я чувствовала, как его сердце стучит в унисон с моим. Он провёл пальцами по моим волосам, убирая прядь за ухо, затем коснулся губами моего лба — легко, почти благоговейно. Как будто не просто целовал, а давал клятву. — Когда ты рядом, я впервые в жизни чувствую, что живу, — сказал он хрипло, глядя мне в глаза. — Не просто существую… а дышу. Из-за тебя. Ради тебя. Я поднялась на носочки и коснулась его губ, будто подтверждая: я слышу, я понимаю. Мысли путались, но было одно ясное чувство — он мой дом. И в тот момент я поняла: где бы мы ни были — в Лондоне или в аду — я буду с ним. Потому что без него… нет меня.  прижалась к его плечу, чувствуя, как с каждым вдохом во мне медленно растворяется тревога. Мы сидели на широком подоконнике, укрытые пледом, и просто смотрели вдаль — туда, где ещё вчера всё казалось обычным. — Егор… — тихо сказала я, не поднимая глаз. — А подругам стоит сказать? Они будут спрашивать, где я. Может, предупредить хотя бы тех, с кем я ближе всего?.. Он медленно повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд потемнел — не от злости, а от напряжения. — Нет, — твёрдо ответил он. — Алессандра, я понимаю, тебе хочется поделиться, объяснить, быть честной. Но сейчас… чем меньше знают, тем лучше. — Но если они… — Пока мы не понимаем, кто за всем этим стоит, — его голос звучал низко, но твёрдо, — лучше не втягивать в это никого. Ни их, ни даже тех, кто может быть случайной частью твоей жизни. Он говорил спокойно, но в каждом слове чувствовалась тревога, тщательно скрываемая под маской уверенности. Я знала — он просчитал всё. И если сказал «нельзя» — значит, это действительно опасно. — То есть… пока ни слова? — Пока тишина. Без исключений. — Он подошёл ближе и мягко провёл ладонью по моей щеке. — Я хочу защитить тебя, Алессандра. И всё, что связано с тобой. Пока не разберусь в этом сам — никого не вовлекаем. Я кивнула. Немного грустно. Немного растерянно. Но с лёгкой надеждой — он рядом. Он всё решит. И, может быть, даже быстрее, чем я думаю.

***

Алессандра сидела на краю кровати с открытым чемоданом перед собой. Комната всё ещё пахла парфюмом Егора и чем-то уютным — дорогим, но родным. Вещи аккуратно ложились слоями: любимые джинсы, базовые топы, пару платьев «на случай чего-то красивого» и, конечно, миниатюрный парфюм, который она всегда брала в поездки. Лондон. На месяц. С Егором. Это звучало так… нереально и романтично, что сердце вздрагивало каждый раз, когда она повторяла это про себя. Телефон завибрировал — входящий групповой видеозвонок от “Crazy Queens”. Я невольно усмехнулась и нажала принять, не успев даже как следует привести себя в порядок. На экране тут же появились сияющие лица Стеллы и Изабелы. — Ну что, королева, жива? — засмеялась Стелла, откидывая с лица пряди. — А то ты как в воду канула! — Мы уже думали, ты у нас тут влюбилась по уши и забыла, как телефон работает, — добавила Изабела, глотая что-то из огромной кружки. — Хотя, судя по твоим глазам… не ошиблись? — Да ну вас, — я усмехнулась, пристраивая телефон на подушку. — Просто всё закрутилось… — “Закрутилось” — это значит, ты официально пропала в объятиях горячего миллиардера?— Стелла хмыкнула. — Боже, я так завидую, что аж хочется поцарапать экран! — Рассказывай. Быстро. Всё. Без фильтра. — Изабела вытянула указательный палец, как будто собиралась допросить меня под лампой. — Девочки… честно? — я глубоко вдохнула. — Он… настоящий. Даже в хаосе и в страхе — он держит. Как будто я могу выдохнуть впервые за долгое время. — А-а-а, это уже серьёзно! — Стелла хлопнула в ладоши. — Я чувствую, как в воздухе пахнет свадьбой… или хотя бы горячим сексом на кухонной стойке. Я расхохоталась, прикрывая лицо ладонью. — Девочки, вы неисправимы… — О-о-о, а это что за чемодан на заднем фоне?! — с прищуром спросила Стелла, указав пальцем в экран. — Подозрительно, Але. Очень подозрительно, — Изабела скрестила руки, будто собиралась допрашивать меня. — Ты что, сбегаешь от нас?! Я рассмеялась, поправляя волосы. — Не сбегаю. Мы с Егором уезжаем в Лондон на месяц… может, чуть больше. — Вы что, снова как Бонни и Клайд, но в деловом классе? — фыркнула Стелла. — Типа того. У него проект, а я… ну, я не хочу оставлять его одного. И честно — мне само́й хочется сменить воздух. — Ах вот оно что! — протянула Изабела, приподняв брови. — Любовь, бизнес, чемоданы и драма… Ваша история — это сериал! — Скажи честно, это побег от реальности или к ней? — Стелла прищурилась. — Наверное, и то и другое, — выдохнула я с мягкой улыбкой. — Просто хочу быть с ним. Сейчас так надо. — Ты выглядишь уставшей, Але, — тихо сказала Изабела, её взгляд стал более пристальным, как будто она заметила что-то, что я пыталась скрыть. — Что случилось? — Да не переживайте, просто немного устала. — Я старалась улыбаться, но это не помогло скрыть усталость в голосе. Мои подруги не отступали. Стелла, как всегда, не могла удержаться от насмешек: — Ага, устала! Ну да, мы тут тебя не знаем! Это у тебя не просто усталость, я смотрю. Ты что, с кем-то в бой пошла? — её голос наполнился игривым тоном, но в её глазах было недоумение. — Губа что-то побитая, а ты как-то невыспавшаяся. Точно всё в порядке? Я попыталась отшутиться, но снова почувствовала, как напряжение нарастает. — Просто небольшая травма. Всё нормально. — Я пыталась скрыть, как мои пальцы нервно зажали угол стола. — Была небольшая ситуация, но ничего страшного, правда. Не переживайте. Изабела прищурилась и внимательно осмотрела мой образ. Что-то явно не сходилось, и её интуиция сработала сразу. — Может, ты нам что-то не говоришь? Ты ведь не в порядке, мы видим это, Але. — Изабела не пыталась скрыть свою тревогу. — Давай, признайся, что с тобой? Я почувствовала, как внутри что-то сжалось. Не хотелось их тревожить, но скрыть всё было уже невозможно. — Нет-нет, правда всё нормально! — я начала нервно махать рукой, словно пытаясь убедить не только их, но и себя. — Это просто мелочи, работа… знаешь, всё так вот, нужно держать себя в руках. В общем, ничего особенного. Но они не сдавались. — Да ну тебя, как будто мы тебя не знаем! — с улыбкой сказала Стелла. — Ну, давай, расскажи! Мы что, не можем быть тебе друзьями, как всегда? Я опять сжала зубы, но была уже не так уверена, что смогу скрыть правду. Они знали меня слишком хорошо. — Хорошо, ладно. Не переживайте, я вам потом расскажу, обещаю! — попыталась я немного расслабиться, но при этом чувствовала, как внутри меня всё равно остаётся тревога. — Поняли, поняли! Ну ладно, не будем тебя тревожить, но всё-таки, мы тут за тебя переживаем, чтобы ты не лгала себе. — ответила Изабела. — Ты, конечно, держишь всё в себе, но мы с Стеллой в любом случае будем рядом. Если что — пиши, не стесняйся! Я кивнула, улыбаясь через силу. — Конечно, ребят, я вас люблю. — Моя улыбка стала немного искренней, но всё равно не могла скрыть следы усталости и волнения. — Ладно, ладно, мы не будем тебе мешать. Только не забывай нас, когда на тебе окажется миллион в банке! — Стелла рассмеялась, чтобы развеять напряжённость, а я почувствовала облегчение. — Любим тебя тоже, берегись там, и не забывай отдыхать! — ответила Стелла с лёгкой улыбкой. — Скоро увидимся! Я махнула рукой, прерывая видеозвонок. Когда экран погас, я почувствовала облегчение, но одновременно тяжёлую ношу на сердце. Как бы я не скрывала, мои подруги всё равно знали, что что-то не так. И я не могла не думать о том, как я буду с этим справляться. Через несколько минут я услышала лёгкий стук в дверь, и прежде чем я успела что-то сказать, в комнате появился Михаил. Он смотрел на меня с каким-то особым выражением, будто знал, что в душе я переживаю. — Алессандра Аркадьевна, — сказал он, подходя ближе. — Егор Николаевич велел за вами зайти. Вылет через два часа. Вам нужно подготовиться. Я немного застыла, пытаясь осознать его слова. Вылет… через два часа? Я даже не успела толком прийти в себя после всего, что случилось. Когда я накинула лёгкое пальто и вышла в холл с чемоданом в руках, Михаил уже стоял у двери, ожидая. Что-то в его спокойствии было настораживающим — будто он знал больше, чем говорил. Я не могла не спросить: — А Егор?.. — Я остановилась, сжимая ручку чемодана. — Он разве не поедет со мной? Михаил бросил быстрый взгляд в мою сторону и коротко кивнул: — Егор Николаевич подъедет прямо в аэропорт. Он просил вас не волноваться. Всё под контролем. Мне хотелось верить этим словам… но сердце всё равно сжалось. Только мысль, что совсем скоро я снова его увижу, удерживала от новых волн тревоги. Когда автомобиль плавно выехал со двора, я устроилась поудобнее на заднем сиденье, глядя, как мимо проносятся улицы. Сердце билось тихо, но неровно — как будто что-то всё ещё не давало покоя. Я взяла телефон, открыла чат с Егором и быстро набрала сообщение: “Михаил меня уже выкрал, как настоящую леди. Еду в аэропорт.  Ты разбил мне сердце, не приехав лично. Я в красивом пальто, с чемоданом — выгляжу, как героиня из фильма. А ты пропускаешь самое зрелищное начало. Пальцы зависли над клавиатурой, потом я добавила, чуть игриво: “Считаю, что ты мне должен. Как минимум, один красивый поцелуй в лондонском дождю.” Телефон едва заметно завибрировал, и моё сердце, будто зная, от кого сообщение, резко дернулось. Я разблокировала экран — сообщение от Егора: “Поцелуй под дождём? Детка, я устрою тебе бурю. А за утренний побег — ещё обсудим, когда окажемся наедине. Готовься. Я лечу к тебе. Через пару секунд пришло второе: «Не скучай в пути, а лучше скучай по мне. Совсем скоро заберу тебя — и никто не посмеет нас тронуть.» Я невольно улыбнулась, пряча телефон в ладонях. Чёрт, он умел играть словами. Даже через экран чувствовалась эта дерзкая, защищающая нежность, от которой всё внутри трепетало.

***

В зале прилёта было шумно — голоса, объявления, звон чемоданов по кафелю. Алессандра шла по направлению к выходу, оглядываясь по сторонам, пока взгляд не зацепился за знакомую фигуру. Он стоял чуть в стороне, в тёмном пальто, со спокойно-сосредоточенным лицом, как будто ничто вокруг не имело значения. Но как только их взгляды встретились — на лице Егора промелькнула та самая тень облегчения, которую она видела лишь однажды — тогда, когда он спас её. — Привет, малышка, — тихо сказал он, подойдя ближе. Его рука обвила её талию, притянула к себе. — Скучала? Алессандра утонула в его запахе, в прикосновении его руки к спине, в тихом стуке его сердца. — Очень, — выдохнула она. Егор мягко сжал ладонь Алессандры, ведя её по коридору аэропорта. Его шаг был уверенным, взгляд — сосредоточенным. Она шла рядом, почти прижимаясь к нему плечом, будто так чувствовала себя в безопасности. У выхода их уже ждал Михаил. Он вытянулся, как по команде, и с лёгким кивком посмотрел на обоих. — Михаил, — начал Егор, отпуская ладонь Алесс и переходя в деловой тон,— Я хочу, чтобы ты держал руку на пульсе: бизнес, встречи, передвижения людей — каждый шорох должен быть у меня на телефоне. — Всё, что будет происходить здесь, должно идти через тебя. Понял? — Есть, Егор Николаевич, — серьёзно кивнул Михаил. — Буду держать вас в курсе по каждому пункту. Егор обернулся к Алессандре, чуть улыбнувшись, и добавил: — Мы с тобой пару дней отдохнём, а потом я вернусь. То дело, которое здесь зреет, не терпит промедлений. Но сначала — ты. Только ты. Алессандра прижалась к его плечу, ощущая, как уверенность Егора мягко окутывает её с головы до ног. Впервые за всё это время она действительно верила — всё будет хорошо. С каждым шагом по стерильному, прохладному залу аэропорта внутри меня поднималась лёгкая дрожь. Всё происходящее казалось сном — слишком быстрым, слишком резким. Чемодан в руке, Егор рядом, но всё равно… чувство неуверенности грызло изнутри. Я улетаю. В другую страну. Надолго. И не по своей воле. Да, рядом он — самый надёжный, самый сильный, единственный, кто сейчас даёт мне опору. Но всё равно сердце колотилось, как у школьницы. Лондон… чужие улицы, чужие лица, новая реальность, где я должна прятаться, будто преступница. В груди разливался тревожный коктейль из страха, предвкушения и растерянности. Я оставляю за спиной всё знакомое — дом, подруг, ту себя, что смеялась над глупыми шутками Стеллы и Изабелы, вечно опаздывала на встречи и жила, не задумываясь о тени за спиной. А теперь… Всё изменилось. Я украдкой взглянула на Егора. Он говорил с Михаилом, сосредоточенно, чётко, как всегда. Его лицо — резкое, мужское, уверенное. И только в глубине глаз таилась тревога. Он тоже чувствовал, что всё становится серьёзнее, чем мы думали. — Ты в порядке? — вдруг повернулся ко мне он, и в голосе стало столько тепла, что внутри что-то сжалось. Я молча кивнула. Но в груди будто сжалась пружина. Я не знала, что нас ждёт впереди. Но точно знала одно — если он рядом, я справлюсь. Даже с самым тёмным кошмаром.