Часть 15

Когда Сара осознаёт, что дочери рядом нет, она на удивление остаётся спокойной, лишь слегка озадаченной. Мия уже взрослая девушка, и, конечно, она могла встретить красивого парня и просто задержаться. Поэтому Сара решает просто подождать. Однако, когда проходит полчаса, в её материнском сердце зарождается тревога. Страх постепенно охватывает её разум, и она, не раздумывая больше, отправляется на поиски дочери. Сначала она бегает по этому чёртову цирку, заглядывает в каждую палатку, зовёт дочь по имени. Затем идёт по улице рядом, смотрит по сторонам, останавливает прохожих, спрашивает, не видели ли они девушку. Но люди только пожимают плечами, не понимая, о ком она говорит. Никто не видел её, никто даже не помнит, чтобы она здесь была. И тогда до Сары доходит страшная мысль. Мия пропала. Дрожащими пальцами она набирает номер мужа, и тот почти сразу отвечает. В трубке раздаётся его встревоженный голос, но Сара едва его слышит. В её голове шумит паника, сердце бьётся так сильно, что заглушает все звуки вокруг. — Ч-что?.. — хрипло шепчет она, не понимая, что говорит супруг. Ей страшно. Мии нигде нет. Сара пытается сообразить, что могло пойти не так. Ведь всё было хорошо, даже слишком. Впервые за долгое время её дочь улыбнулась, хорошо выспалась, даже согласилась выйти на улицу… И вот как всё обернулось. Но Сара ещё не знает, что видела свою дочь в последний раз. Может быть, даже лучше, что в её памяти останется именно этот образ — счастливая, улыбающаяся Мия. Ведь, наверное, всегда лучше помнить любимых такими, какими они были, а не теми, кем они стали. --- Когда Мия приходит в сознание, её голову пронзает боль. Она зажмуривается, стараясь хоть немного справиться с неприятными ощущениями, а затем медленно открывает глаза. Перед ней — сырая, твёрдая земля. Она осторожно приподнимается, оглядывается. Вокруг серые стены — то ли они когда-то были белыми, но со временем потемнели, то ли такими были изначально. В воздухе пахнет сыростью и чем-то металлическим. Ночь. Холодно. Мия медленно встаёт, тут же ощущая ледяной пол босыми ногами. Её слегка пошатывает, и она на секунду опирается рукой о стену. В углу комнаты темнеет лужа… крови. Свежей. Кто-то лежал здесь вместе с ней? Мия сглатывает, стараясь не думать о возможных ответах. Она замечает массивную дверь. Либо она действительно такая большая, либо удар по голове искажал её восприятие. Девушка осторожно тянется к горлу, и тут же чувствует резкую боль. «Чёрт…» Пальцы осторожно касаются нежной кожи шеи. Парень, который напал на неё… Казалось, он не сильно сжимал её горло. Но по ощущениям там сплошные синяки — кожа болит при малейшем прикосновении. Она делает осторожный шаг к двери и пробует надавить на ручку. Заперто. И словно в ответ на её действия раздаётся щелчок замка. Мия резко отшатывается, когда дверь распахивается, и на пороге появляется высокий парень в белой маске. — Поднимайся. Голос звучит требовательно. Мия морщится. Она плохо его слышит — из-за удара или общего стресса, но он, кажется, даже не замечает этого. Просто делает шаг вперёд, хватает её за запястье и рывком поднимает на ноги. Слишком сильный. Слишком легко он её удерживает, не прилагая, кажется, и половины своей силы. Он ведёт её за собой, и у Мии не остаётся другого выбора, кроме как послушно следовать. Она думает, что это прокси. А если так, значит, он точно сильнее обычного человека. Когда Тим чувствует, что девушка больше не сопротивляется, он разжимает пальцы, освобождая её руку. Теперь он просто идёт вперёд, не оборачиваясь, но Мия всё равно следует за ним. Вскоре перед ними возникает массивная дверь. Два метра в высоту. По сравнению с ней Мия чувствует себя крошечной. Тим прислоняется к стене, будто собираясь с мыслями, а в поле зрения девушки появляется ещё один человек. Человек в очках. Она точно видела его раньше. Точнее, он был тем, кто ударил её по голове. Мия чувствует, как к горлу подступает страх. Она поспешно отводит взгляд, стараясь не встречаться с ним глазами. Но он всё равно смотрит на неё. Она замечает нервные тики, которые его преследуют, но не может вспомнить, как называется это состояние. В голове всплывает образ матери. «Мама…» Её плечи невольно опускаются, дыхание сбивается. Она так погружена в мысли о маме, что едва замечает, как Тим приближается. Он что-то говорит, но она не реагирует. Тогда он тянет её за волосы. Мия вскрикивает, рефлекторно поднимаясь на ноги. Тим открывает дверь и грубо толкает её внутрь. И только сейчас она замечает своё состояние. Толстовка испачкана грязью. Джинсы выглядят не лучше. Она поднимает голову… и замирает. Перед ней — существо. Без лица. Страх сковывает тело, ноги подкашиваются. И тут… в её голове звучат голоса. Тысячи голосов. Мия корчится от боли, зажимает голову руками, с её щёк текут слёзы. — Прекрати… пожалуйста… — жалобно шепчет она, зная, что её никто не услышит. Голоса сменяются словами. — Ты показалась мне довольно умной. Боль усиливается. В её голове словно буря — бесконечный поток мыслей, звуков, голосов, которые говорят не одновременно, а вразнобой. Громче, тише, и так по кругу. Мие страшно. Она молчит, как молчала всегда. Когда родители ругались, когда отец уходил, когда мама плакала. — Хм… Думаю, тебе стоит привыкнуть. Слендермен замолкает. Голоса исчезают. Боль отступает. Мия почти падает, и грубая рука парня с белой маской тянет её за волосы вверх, заставляя стоять на ногах и выйти из кабинета, а когда дверь с грохотом закрывается, парень наконец-то говорит. — Если тебе будет что-то нужно, обращайся ко мне, Тим. — раздаётся голос. Мия поднимает взгляд. — Это… так больно… — едва слышно говорит она, всё ещё ощущая слабость. — Бывало и хуже. Он ничего больше не говорит. Её возвращают в ту же комнату. Она ложится на холодный пол. Не осталось ничего, кроме как попробывать успокоиться. Было страшно осознавать, что рядом бродит Слендер. Спустя час того, как Мия просто лежала на холодной земле и пыталась прийти в себя, в голове снова раздался этот ноющий звук, тот самый который издавал Слендер в голове, когда хотел разговаривать с жертвой. Теперь он не утих до утра.