И как это... Убивать?

      Джей и Тесса ушли. Вновь. Я проводил их взглядом и позволил себе выдохнуть. Впервые за долгое время — выдохнуть по-настоящему.       Джей сияла. Я не помню, чтобы когда-либо видел её такой. Даже в те редкие минуты покоя на планете, даже когда она примеряла одежду и улыбалась — это было не то. А тут... она светилась изнутри.       Тесса... Тесса таяла. Я видел это. Каждое её движение становилось мягче, взгляд — теплее. Она всё ещё косилась по сторонам, всё ещё держала спину прямой, но пальцы выдавали. Эти вечные защитники выдавали. Они мяли ткань, перебирали складки, будто не знали, куда себя деть от нахлынувших чувств.       — Хорошо, — шепчу я про себя. — Пусть побудут вдвоём.       Карнаж и Хель       Смотрю на них. Спят впритирку, спинами к стене. Карнаж — гора мышц и металла, сейчас выглядит почти беззащитным. Грудь не двигается, ноздри не шевелятся, но я знаю — он жив. Глаза под веками бегают, значит, видит сны.       Хель рядом. Её хвост медленно водит по полу, чертит какие-то узоры. Иногда замирает, иногда отрывается и водит жалом по воздуху. Ищет. Даже во сне ищет опасность. Они продвинулись друг к другу ближе, чем я ожидал. Карнаж, который никогда никого не подпускал, спит рядом с ней. А она... она не против.       — Хорошо, — снова шепчу я. — Очень хорошо.       Эн Эн не спит. Он имитирует сон, но я вижу. Уши дёргаются от каждого звука, даже от гула двигателей. Зрачки под веками бегают — он сканирует, оценивает, просчитывает.       Я смотрю внимательнее. В просветах рваной одежды, на коже, пробегают струйки жидкого металла. Наниты. Они движутся не хаотично, а целенаправленно, будто по команде.       — Ты научился управлять ими, — думаю я. — Или они учатся управлять тобой?       Эн открывает глаза. Смотрит перед собой. На меня. На Карнажа с Хель. Себе под ноги. Долго. На Ви.       В его взгляде — смесь тревоги и решимости. Он боится за неё. За всех нас. Но он готов.       Я киваю ему. Он кивает в ответ.       Ви       Она спит. По-настоящему. Сидя в углу, ноги повалены на бок, руки на них, голова чуть свесилась на плечо. Поза открытая, беззащитная.       Она чувствует себя в безопасности здесь. С нами.       Я смотрю на неё и вспоминаю ту девушку, что когда-то краснела от взглядов. Ту, что носила очки и мечтала о простой жизни. Ту, что сломалась, но не разбилась.       — Мы вытащим тебя, — обещаю я мысленно. — Вытащим всех.       Тишина       Корабль летит. Где-то там, в другой комнате, Джей и Тесса говорят о жизни, смерти и всём, что между ними. Здесь, в грузовом отсеке, спят уставшие воины.       Я сижу и смотрю за ними. За нами.       Мы выжили. Мы улетели. Мы вместе.       Это не конец. Но это начало чего-то нового.       Я закрываю глаза. Всего на минуту.       Реактор — теперь уже сердце — бьётся ровно.       Хорошо.       Закрываю глаза всего на минуту. Открываю снова. Кто-то стоит перед мной. Девушка. Смотрит сверху в низ. Руки на груди. Одна из них подпирает подбородок.       Она замечает мое пробуждение. Мой озадаченный взгляд на себе, а потом и ней.       Ее губы растягиваются в улыбке, она говорит, — Привет.       Я смотрю на нее неотрывно. Что-то кажется в ней знакомым, но что, я не пойму.       — Не узнаешь? — Улыбка чуть сползает с ее лица. — А если так...       Девушка быстро отходит от меня, идет к двери из отсека. Нажатие ее руки на панель и дверь с тихим шипящим звуком отъезжает в сторону. Она выкрикивает в проем:       — Тесса! Принимай го... — Она не договаривает. Замолкает. На ее лице выступает гримаса недоумения и осуждения к кому-то, и ее голова дергается назад, а помещение глохнет в громком звуке выстрела.       — Кто!? — Ревет вскочивший Карнаж.       Эн и Ви тоже встают со своих мест.       Эн серьезный. Спокойный. Взгляд острый.       Ви озадачена. Спокойна. Разум отдохнул слегка. Перезагрузился. Она анализирует.       Хель позже всех встает. Выглядывает из-за Карнажа. Видит меня, потом тело не подалеку. Молчит. Смотрит внимательно на мертвую девушку. Нервно улыбается и косится на меня.       — Встретили... — Начала она. — С хлебом и солью.       В темном дверном проеме появляется голова. За ней вторая. Третья. Четвертая. Все в защитных костюмах и оружием. Заходят в помещение. Берут всех на прицел, меня тоже.       Рассредотачиваются.       — Что происходит... — Рычит Карнаж в ствол направленный на него.       Солдат не желающий что-то отвечать, быстро перехватывает оружие и бьет прикладом в лицо парня, но Карнаж перехватывает его и отбирает. Разрывая ремень накинутый на солдата и дергая на себя, под подставленный в живот кулак.       — Оставить! — Властный крик проносится в ушах каждого и солдаты замирают. А тот что получил от Карнажа и лежал на полу, — замолкает.       В помещение заходит Тесса. За ней Джей. Обе в полном боевом обличии. Тесса постаралась, точно.       Переступив порог, Тесса морщится и ведет носиком, косо глядя на тело под собой и огибая его по дуге.       Джей за ней следом.       — Прекращай. — Говорит Тесса, пиная тело в руку. — Я не куплюсь на такое.       — Грубо. — Спокойно отвечает труп.       Неизвестная сила поднимает тело на ноги и оно поворачивается ко всем, прикладывая два пальца ко лбу с аккуратным отверстием в нем.       — Глупышка... — Начинает она. — Больно, знаешь ли.       Два пальца сложенных в виде пистолета, вытягивают пулю из черепа девушки и всем на вид предстает кусочек свинца, зависший у пальцев в воздухе.       Медленно поднимаюсь с пола. Все тело ломит, но это неважно. Глаза прикованы к ней.       — А если я так сделаю? — Спрашивает Госпожа в своем новом обличии, и направляет этот "пистолет" с пулей на конце пальцев в Тессу.       Пулевое отверстие во лбу затягивается прямо на глазах — кожа срастается, и через секунду нет даже следа. Она улыбается, но в этой улыбке тысяча лет жизни и безумия.       — Стреляй. — Холодно отвечает она.       Госпожа кивает. Знала что Тесса так ответит. Улыбается еще шире. Еще страшнее. Помещение оглушает от хлопка воздуха. Но Тесса стоит. На ней нет раны.       Громкий вопль и все смотрят в его сторону.       Солдат что напал на Карнажа, сейчас лежа в собственной крови, катался по полу, держась за ногу и матеря всех.       Тесса молчит. Только желваки ходят на скулах.       Госпожа переводит взгляд на меня. На Карнажа, застывшего с отобранным автоматом. На Хель, которая выглядывает из-за его плеча. На Клина и Ви, вставших плечом к плечу.       — Как мило, — мурлычет она. — Прямо как люди.       — Чего ты хочешь? — Голос Тессы режет тишину.       Госпожа поворачивается к ней. Подходит ближе. Останавливается в шаге.       — Хочу? — Она задумчиво наклоняет голову. — Я хочу, чтобы этот спектакль наконец закончился. Сколько нам с тобой? Тысячи лет, Тесса. Мы живем из цикла в цикл без цели и смысла. Я живу без цели и смысла...       Я делаю первый шаг в ее сторону. Она сразу его замечает. Смотрит на меня в пол оборота. Улыбается, глубоко заглядывая в глаза.       Отворачивается.       — Мне это надоело. У тебя есть цель. Ты хочешь убить меня. Из цикла в цикл ты пытаешься. Умираешь. Я убиваю тебя. Время проходит. Мне становится скучно. Я откатываю мир до своего рождения. Ты начинаешь заново. Сново пытаешься мне пустить кишки наружу. Ты видишь смысл жизни. Я, — нет. — Девушка поворачивается в сторону. Подмечает ящик. Садится на него. — Теперь я только жду. Жду, когда кто-то сможет меня убить. Потому что я устала.       — Мы не будем тебя убивать.       — О, я знаю. — Госпожа усмехается. — В этом цикле ты решила взять на измор меня... Но они... — она обводит рукой нас, — ...они другие. В них есть то, чего нет в тебе и твоих солдатах.       — Что же?       — Жизнь. — Она произносит это слово с благоговением. — Настоящая, грязная, жестокая жизнь. Они рождались страдать. Любить и умирать. А ты... ты просто существуешь.       Тесса вздрагивает, но молчит.       Госпожа смотрит ко меня. Её глаза — бездонные колодцы — впиваются в мои.       — Несотый. Ты мне нравишься. Правда. Ты единственный, кто не пытался меня убить при встрече. Ты слушал. Ты понимал.       — Я не понимаю тебя, — отвечаю я. — Я просто вижу боль.       — Боль — это уже понимание.       Она делает шаг ко мне. Карнаж сдавленно кряхтит, я останавливаю его жестом.       — Чего ты хочешь на самом деле? — спрашиваю я.       Она замирает. На миг её лицо становится почти человеческим.       — Я хочу умереть, — шепчет она. — Но не от руки палача. Не в бою с теми, кто меня ненавидит. Я хочу, чтобы меня убил тот, кто поймёт. Кто пожалеет. Кто скажет: "Я буду помнить тебя всегда" и сделает это с любовью.       Тишина. Только взгляд мертвых, остекляневших глаз на мне.       Тесса сглатывает. В её глазах — слёзы? Нет, показалось.       — И ты думаешь, это буду я? — спрашиваю я.       — Не знаю. — Госпожа пожимает плечами. Глаза вновь оживают. — Но ты ближе всех.       Она отступает. Смотрит на солдат, на Тессу, на нас.       — Я даю вам время. Месяц. Может, два. Отдохните. Придите в себя. А потом... потом мы встретимся снова. Там, где всё началось.       — На планете? — уточняет Джей.       — Да. В кратере. Я буду ждать.       Она делает шаг назад, и её тело начинает таять, растворяться в воздухе.       — И, Тесса, — голос звучит уже издалека. — Присматривай за ними. Они хорошие.       Она исчезает.       В отсеке повисает мёртвая тишина. Только стонет раненый солдат.       Тесса смотрит на меня. Я — на неё.       — Что теперь? — спрашивает Джей.       Я обвожу взглядом своих. Уставших, израненных, но живых.       — Теперь — отдых, — отвечаю я. — А потом... потом решим.

***

      — Забавно, говоришь? — Вспоминаю собственные слова, которые всплыли сами собой как Госпожа ушла.       Усмехаюсь. Коротко, горьковато.       Месяц или два. Тесса будет выбивать нам статусы в корпорации. Дефектные элементы, беглые единицы, предатели — по документам мы кто угодно, только не герои. Но она справится. Она дочь главы. У неё есть рычаги.       А дальше...       — К битве против бога готовиться будем, — отвечаю я на свой же вопрос. — Звучит смешно? Согласен. Особенно если учесть, что мы даже не люди до конца.       Карнаж хмыкает из своего угла. Следит за моим развитием шизофринии.       Хель сидит рядом с ним, её хвост лениво чертит по полу.       — А что ещё остаётся? — подаёт голос Эн. — Ждать, пока она сама не придёт?       — Она придёт в любом случае, — тихо говорит Ви. — Лучше встретить её на своих условиях.       Тесса стоит у входа, скрестив руки на груди. Её лицо непроницаемо, но я вижу, как пальцы сжимают ткань куртки.       — Знала, — произносит она наконец. — Стрелять не стоило. Но когда она появилась... в теле одной из себя версий... я не смогла сдержаться.       — Ты испугалась? — спрашиваю прямо.       Она молчит. Потом кивает. Едва заметно.       — Да.— Она смотрит на подругу, которая сидит рядом со мной. — Вспомнить только... как она с меня шкуру снимала... а потом носила сама...       Джей сжимает мою руку. Я отвечаю тем же.       К чему нам готовиться?       Она бог. Она может всё. Останавливать время, воскрешать мёртвых, менять тела. Мы видели это своими глазами.       — У неё есть слабость, — вдруг говорит Тесса.       Все поворачиваются к ней.       — Она хочет умереть. По-настоящему. Не в игре, не в спектакле. Она ищет того, кто сможет подарить ей покой.       — И мы должны стать этим "кем-то"? — усмехается Карнаж.       — Или хотя бы попытаться. — Тесса смотрит на меня. — Несотый, она выделила тебя. Сказала, что ты ближе всех. Это не просто слова. В тебе есть что-то, чего нет в других.       — Что?       — Не знаю. Может, твоя способность чувствовать. Даже будучи машиной, ты оставался человеком. А теперь, когда ты стал биоройдом... ты стал ещё ближе к ней.       Я молчу. Перевариваю.       — Значит, я — ключ?       — Возможно. Но не единственный. — Тесса обводит взглядом всех. — Каждый из вас важен. Джей — её верность. Хель — её интуиция. Карнаж — его сила и преданность. Эн — его ум и хитрость. Ви — её способность чувствовать страх и не ломаться. Вы все — части одного целого.       — А ты? — спрашивает Джей.       Тесса улыбается. Устало, но тепло.       — А я — та, кто прикроет вас со спины. И, если понадобится, заслонит собой.       — Месяц подготовки, — говорю я. — Месяц, чтобы стать сильнее. Месяц, чтобы стать единым целым. А потом... потом мы встретим её.       — И что скажем? — спрашивает Ви.       Я думаю.       — Скажем, что принимаем её вызов. Но не как враги. Как те, кто хочет понять. И, может быть, подарить ей то, что она ищет.       — Покой, — шепчет Хель.       — Да. Покой.