Часть 21

XXI

***

Тени недоверия

      После интервью Гарри Поттера в «Придире» атмосфера Хогвартса накалилась до предела. Долорес Амбридж, взбешённая тем, что Гарри осмелился рассказать правду, усилила давление на него и тех, кто был с ним связан. Но Сабина чувствовала последствия интервью не только из-за Амбридж.       Её статус сестры Гарри Поттера, который до сих пор был лишь поводом для редких насмешек, теперь стал настоящим клеймом. Слизеринцы, известные своим прагматизмом и подозрительностью, начали смотреть на неё иначе. Недоверие, шёпот за спиной и откровенные обвинения становились всё громче.       Вечер в гостиной Слизерина выдался напряжённым. Сабина сидела в углу, её руки сжимали книгу по окклюменции, но она не могла сосредоточиться. Тишина в комнате была обманчивой — она чувствовала взгляды, слышала приглушённые разговоры, в которых, несомненно, обсуждали её.       Наконец, напряжение прорвалось.       — Ты ведь понимаешь, что это уже слишком, — начал Драко, отрываясь от разговора с Блезом и Теодором Ноттом. Его голос прозвучал громче, чем нужно, привлекая внимание остальных.       Сабина подняла глаза, её взгляд был твёрдым.       — Что именно слишком, Малфой? — спросила она, стараясь сохранить спокойствие.       Драко откинулся на спинку кресла, его тон был холодным и язвительным.       — То, что после интервью твоего брата Амбридж ещё больше на нас давит. И что теперь все говорят, будто ты помогала ему.       — Это абсурд, — твёрдо ответила слизеринка. — Я не имею никакого отношения к интервью Гарри.       — Правда? — протянул он, его глаза сузились. — Тогда почему твой брат в этом интервью обвинил наших родителей?       Сабина нахмурилась, чувствуя, как её дыхание стало чуть тяжелее.       — О чём ты говоришь? — спросила она, хотя уже догадывалась, куда он клонит.       — Он сказал, что некоторые родители из Слизерина — Пожиратели смерти, — резко ответил Драко. — И кто, как ты думаешь, первым приходит людям в голову?       Блез, сидевший рядом, нахмурился, но не вмешивался. Миллисента Булстроуд, стоявшая неподалёку, усмехнулась.       — Это правда, Сабина, — добавила Миллисента ядовито. — Твой брат выставил нас всех будущими слугами Того-Кого-Нельзя-Называть. И теперь ты, как его сестра, выглядишь… как бы это сказать… пособницей.       Сабина почувствовала, как внутри неё закипает гнев.       — Гарри говорил правду, — твёрдо сказала она. — Если ваши родители действительно были Пожирателями смерти, то это не его вина.       Эти слова прозвучали, как удар грома. Гостиная замерла, а затем разразилась шёпотом.       Драко резко поднялся с места, его лицо побледнело от гнева.       — Мой отец — уважаемый человек, — процедил он, приближаясь к Сабине. — А твой брат — жалкий лжец, который пытается очернить мою семью.       — Неужели? — не сдержавшись, ответила Сабина, вставая напротив него. — Тогда почему он так уверен в своих словах? Может, потому что видел ваше истинное лицо?       — Ты переходишь границы, Сабина, — прошипел Драко.       — А ты думаешь, что можешь командовать всеми вокруг? — не уступала она.       Блез поднял руку, пытаясь вмешаться.       — Хватит, вы оба, — сказал он, его голос был усталым, но твёрдым. — Мы не для того здесь, чтобы выяснять, кто прав.       Но Сабина уже не могла остановиться. Её голос дрожал от эмоций, но она не отводила взгляд от Драко.       — Если ты сомневаешься во мне только из-за того, что я его сестра, то, может, ты никогда и не был мне другом, — резко сказала она.       Драко усмехнулся, но в его глазах светилась ярость.       — Другом? — повторил он. — Ты сама выбрала, чью сторону занять, Сабина. Ты всегда была ближе к Поттеру — и теперь это стало очевидно.       Эти слова больно ударили по ней. Сабина почувствовала, как её сердце сжалось.       — Ты ничего не знаешь обо мне, Драко, — тихо сказала она, её голос дрожал. — И, похоже, никогда не знал.       Она повернулась к Блезу, её глаза встретились с его взглядом.       — А ты? — спросила она. — Ты тоже сомневаешься в моей преданности?       Блез отвёл глаза, и этого было достаточно. Сабина почувствовала, как её последний оплот рухнул.       — Вы оба так легко поверили слухам, — сказала она, её голос был полон горечи. — Что ж, может, вы не такие друзья, как я думала.       Она резко развернулась и вышла из гостиной, громко хлопнув дверью.       Коридоры подземелий были тёмными и пустыми. Сабина шла быстро, её дыхание было тяжёлым, а руки дрожали. Слова Драко и молчание Блеза жгли её изнутри.       «Ты всегда была ближе к Поттеру».       Эти слова эхом повторялись в её голове. Её брат, Гарри, всегда был источником её силы и слабости. Но теперь он стал причиной того, что её собственный факультет отвернулся от неё.       Она остановилась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох.       «Преврати свою боль в силу».       Эти слова Тома всплыли в её памяти, как спасительный маяк. Она знала, что должна быть сильной, что должна двигаться вперёд, даже если её мир рушится.       Сабина выпрямила спину и направилась в сторону библиотеки. Её путь только начинался, и она знала, что впереди её ждут ещё большие испытания.

***

Вести от Дамблдора

      Прошло несколько дней после напряжённого вечера в гостиной Слизерина. Сабина старалась избегать разговоров с Драко, Блезом и другими слизеринцами. Их недоверие всё ещё ощущалось в каждом взгляде, в каждом шёпоте за её спиной. Гарри, напротив, выглядел ещё более сосредоточенным и упрямым, но Сабина знала, что за его внешней стойкостью скрывается беспокойство.       Урок зельеварения выдался особенно тяжёлым. Снейп, как всегда, был непреклонен, и каждое его резкое замечание заставляло студентов работать с удвоенной осторожностью. Сабина старалась сосредоточиться на своей работе, но её мысли постоянно ускользали.       Когда урок наконец закончился, и она начала собирать свои вещи, в кабинет вошла профессор Макгонагалл. Её строгий взгляд заставил всех замолчать.       — Мисс Поттер, мистер Поттер, — произнесла она, оглядывая Сабину и Гарри.       Сабина подняла голову, её сердце сжалось. Гарри тоже насторожился, его лицо сразу стало напряжённым.       — Я прошу вас пройти со мной, — сказала Макгонагалл, её тон не допускал вопросов.       Сабина и Гарри переглянулись. Гарри нахмурился, но ничего не сказал. Сабина молча последовала за братом, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее.       Макгонагалл привела их к горгулье, охранявшей вход в кабинет директора. Сабина и Гарри замерли, когда она произнесла пароль:       — Лимонные дольки.       Сабина на мгновение удивилась. Лимонные дольки? Её напряжение слегка ослабло, и она взглянула на Гарри, но его лицо оставалось угрюмым.       Статуя горгульи отодвинулась в сторону, открывая проход к винтовой лестнице. Макгонагалл жестом пригласила их идти вперёд. Сабина и Гарри поднялись, чувствуя, как их тревога нарастает с каждым шагом.       Когда они вошли в кабинет Дамблдора, директор встретил их серьёзным взглядом, но что-то в его манере всё же оставалось тёплым.       — Гарри, Сабина, — произнёс он, улыбнувшись уголком губ, — добро пожаловать.       Он указал на два стула перед своим столом.       — Садитесь, — добавил он, а затем, словно пытаясь разрядить напряжённую атмосферу, протянул небольшую тарелку с лимонными дольками.       — Лимонные дольки? — предложил он с лёгкой улыбкой.       Сабина на мгновение растерялась, но Гарри, нахмурившись, покачал головой.       — Нет, спасибо, — ответил он, его голос был напряжённым.       Сабина тоже покачала головой, её мысли были заняты тем, что могло быть причиной вызова.       — Как вам угодно, — сказал Дамблдор, убирая тарелку.       Он скрестил пальцы перед лицом, а затем заговорил:       — Я вызвал вас сюда, потому что произошёл инцидент, который касается вас обоих.       Сабина почувствовала, как её дыхание сбилось. Гарри напрягся, его руки нервно сжались.       — Что случилось? — быстро спросил он.       Дамблдор вздохнул, будто ему было тяжело начинать.       — Дом, в котором вы жили у Дурслей, загорелся, — сказал он.       Сабина замерла. Её сердце на мгновение замерло, а затем забилось быстрее. Гарри, напротив, побледнел, а его глаза вспыхнули тревогой.       — Они… они в порядке? — спросил он, его голос дрожал.       — Да, — ответил Дамблдор. — Дурсли выжили. Им удалось выбраться из дома до того, как огонь полностью охватил его. Сейчас они находятся в безопасности.       Сабина молчала, но её мысли уже начали вращаться вокруг воспоминаний. Она видела взгляд Тома, когда показала ему свои детские кошмары. Видела его ярость. Она не сомневалась, что это он.       — Кто это сделал? — резко спросил Гарри, его голос был полон злости.       Дамблдор посмотрел на него с лёгкой грустью.       — Мы пока не знаем, Гарри, — сказал он. — Есть вероятность, что это связано с вашей семьёй.       — Пожиратели смерти? — спросил Гарри, его кулаки дрожали от напряжения.       — Это возможно, но пока мы не можем утверждать это наверняка, — ответил Дамблдор. — Министерство проводит расследование, но никаких подтверждений магического вмешательства пока не найдено.       Сабина всё ещё молчала. Она чувствовала странное облегчение. Эти люди, которые заставили её страдать столько лет, наконец-то получили по заслугам. И она знала, что это не случайность. Том сделал это. Он сделал это для неё.       — Почему они? — тихо спросила она, её голос был ровным, хотя внутри всё кипело.       Дамблдор посмотрел на неё, его глаза на мгновение застыли на её лице.       — Если это нападение, — сказал он, — это была попытка запугивания. Дурсли связаны с вами, Сабина, с тобой и Гарри. Это мог быть способ показать, что никто не в безопасности.       Гарри вскочил на ноги, его лицо горело от гнева.       — Они пытаются нас сломать! — выкрикнул он.       — Гарри, — мягко произнёс Дамблдор, — спокойствие сейчас особенно важно. Мы усилили защиту вокруг Хогвартса, и я лично позабочусь о том, чтобы ни ты, ни Сабина не подверглись опасности.       Сабина наконец заговорила, её голос был тихим, но в нём чувствовалась странная смесь спокойствия и внутренней решимости:       — Нам не нужна их защита, — сказала она, её взгляд упал на Гарри, но голос звучал так, словно она говорила это не только ему, но и самой себе. — Мы справимся. Мы всегда справлялись.       Гарри резко повернулся к ней, его глаза расширились от удивления.       — Сабина, это не шутки! — воскликнул он, его голос был полон гнева и тревоги. — Это не просто какая-то случайность! Они могли погибнуть!       Сабина посмотрела на него, её лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то тёмное.       — И что с того? — спросила она, её голос был тихим, но в нём звучали холодные нотки. — Гарри, разве тебя это волнует? После всего, что они сделали с нами?       Гарри замер, словно её слова ударили его.       — Они ужасные люди, — продолжила Сабина. — Но они выжили, и всё. Я не буду притворяться, что мне их жалко.       Дамблдор внимательно смотрел на Сабину, его глаза блестели, но он не вмешивался.       — Сабина, ты не можешь быть такой… такой холодной, — Гарри покачал головой, его голос стал тише, но в нём всё ещё звучало возмущение. — Что с тобой?       Она отвернулась от него, её взгляд упал на одну из странных серебряных приборов, стоящих на столе Дамблдора. Огонь в её душе горел слишком ярко, и она не могла рассказать Гарри о том, что знала. О том, что чувствовала.       Дамблдор, наконец, нарушил тишину, его голос был мягким, но в нём чувствовалась твёрдость:       — Сабина, Гарри, ваши чувства к семье Дурслей понятны. Вы оба пережили трудные времена, и эти эмоции естественны. Но важно помнить: страх, гнев и ненависть — это опасные спутники. Они могут затмить ваш разум и отвлечь вас от того, что действительно важно.       Сабина молчала, её мысли метались между словами Дамблдора и её собственными ощущениями. Она знала, что Том сделал это ради неё. Она видела это во сне, в его глазах, в том, как он отреагировал, когда узнал о её прошлом.       Но она не могла сказать это Гарри. Не сейчас.       Гарри сжал кулаки, но кивнул. Его лицо было напряжённым, будто он пытался подавить в себе бушующий гнев.       — Спасибо, сэр, — сказал он, его голос был натянутым, но в нём чувствовалась благодарность.       Сабина сдержанно кивнула, её взгляд был направлен куда-то в сторону.       Дамблдор посмотрел на них обоих, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на печаль.       — Я рассчитываю на вас обоих, — сказал он, его голос был твёрдым, но тёплым. — Если вы почувствуете, что вам нужно поговорить, мой кабинет всегда открыт. Помните, что в вашем единстве ваша сила.       Сабина и Гарри поднялись, направляясь к выходу. Гарри шагал быстро, его плечи были напряжены, а взгляд направлен вперёд. Сабина шла рядом с ним, её лицо оставалось спокойным, но внутри неё всё бурлило.       Сабина резко схватила Гарри за руку, как только они вышли из кабинета Дамблдора.       — Подожди, — коротко сказала она.       Гарри вырвал руку, нахмурившись.       — Что? — резко бросил он, его голос был полон раздражения. — Что тебе ещё?       Сабина быстро оглянулась по сторонам, убедившись, что коридор был пуст. Она не собиралась устраивать сцену, где их могли бы услышать другие.       — Иди за мной, — сказала она резко, не дожидаясь его согласия.       — Сабина, я не в настроении… — начал он, но девушка уже сделала несколько шагов вперёд.       — Гарри, просто иди, — перебила она, не оборачиваясь.       С недовольным вздохом Гарри последовал за ней. Сабина свернула в один из боковых коридоров, ведущих к старому, давно не используемому классу. Его двери всегда были открыты, и сюда редко кто заходил.       Она быстро вошла первой, дождавшись, пока Гарри пройдёт следом, и закрыла за ними дверь. В комнате пахло пылью, а слабый свет из высоких окон едва освещал старые парты.       — Ладно, мы здесь, — сказал Гарри, скрестив руки на груди. — Что теперь?       Сабина повернулась к нему, её взгляд был твёрдым.       — Мы поговорим, — ответила она, её голос звучал почти как приказ.       Гарри сделал шаг ближе, его глаза вспыхнули от гнева.       — Ты изменилась, Сабина, — начал он, его голос был напряжённым, но тихим. — Я не знаю, что происходит с тобой, но ты больше не та.       Сабина скрестила руки, словно защищаясь, её взгляд стал холодным.       — Ты ничего не знаешь, Гарри, — твёрдо сказала она. — Ты даже не пытаешься понять.       Гарри усмехнулся, но в его голосе звучала горечь.       — Понять? — переспросил он, его тон стал резким. — Как я могу тебя понять, если ты сама отталкиваешь меня? Если ты сама строишь стену между нами? Ты ведёшь себя так, будто всё вокруг тебя должно крутиться!       — Потому что ты не знаешь, каково это — быть мной! — воскликнула Сабина, её голос дрожал от переполняющих её эмоций. — Ты всегда был героем, Гарри. Люди верят в тебя, они смотрят на тебя, как на спасителя. А я? Я всегда остаюсь в тени.       Гарри покачал головой, его взгляд был полон разочарования.       — Это твой выбор, Сабина, — сказал он резко. — Ты сама выбрала эту тень. Ты сама решила отдалиться от всех.       Сабина шагнула вперёд, её голос стал ледяным.       — Ты думаешь, что всё так просто? — прошептала она, её глаза сузились. — Ты даже не представляешь, через что я прохожу каждый день. Ты не замечаешь, как Амбридж издевается надо мной. Ты не видишь, как мои друзья меня бросили. Ты считаешь, что я сама во всём виновата?       Гарри сжал кулаки, его голос сорвался на крик:       — Может, потому что ты сама довела их до этого! Ты сама становишься похожей на… на тёмных магов.       Эти слова ударили Сабину, как удар молнии. Её глаза вспыхнули гневом.       — Как ты смеешь? — прошептала она, её голос дрожал. — Ты даже не знаешь меня.       — Может, потому что ты больше не позволяешь мне узнать тебя! — выкрикнул Гарри. — Ты всё скрываешь, Сабина. Даже тогда, в деревне… кто был тот парень, с которым ты целовалась?       Сабина откинула назад волосы, её лицо стало напряжённым.       — Это не твоё дело, Гарри, — сказала она холодно.       Гарри усмехнулся, но в его глазах блестело разочарование.       — Не моё дело? — повторил он. — А как насчёт того, что ты ведёшь себя, будто тебе всё можно? Сабина, ты… ты ведёшь себя, как…       Он замолчал, но Сабина уже знала, что он хочет сказать.       — Как кто, Гарри? — её голос стал почти шёпотом, но в нём чувствовалась угроза.       — Как шлюха, — бросил он.       Эти слова, словно нож, вонзились в её сердце. Сабина почувствовала, как её дыхание стало рваным, а в груди вспыхнула странная боль. Её рука рефлекторно сжалась в кулак, и слабая вспышка магии пробежала по её пальцам.       — Ты… — начала она, но её голос сорвался.       Внезапно боль в груди усилилась, словно что-то внутри неё разрывалось. Её ноги подкосились, и Сабина рухнула на колени, хватаясь за грудь.       — Что ты делаешь? — спросил Гарри, его голос был резким, но в нём чувствовалась растерянность.       — Мне… больно… — прошептала она, пытаясь вдохнуть.       Гарри нахмурился, его глаза сузились.       — Ты опять играешь, Сабина? — сказал он холодно. — Ты слишком хорошо научилась манипулировать людьми.       Сабина подняла на него глаза, полные боли и отчаяния.       — Я не играю, Гарри… — выдохнула она.       Но Гарри только покачал головой.       — Ты сама выбрала этот путь, сестра, — бросил он через плечо, направляясь к двери.       Он ушёл, оставив её на полу, сжимающую грудь и тяжело дышащую.       Сабина с трудом поднялась на ноги, опираясь на ближайшую парту. Её дыхание было рваным, а тело дрожало. Боль в груди постепенно ослабевала, но оставляла за собой ощущение пустоты и слабости.       Её ноги подгибались, и каждый шаг давался с трудом. Она сделала несколько неуверенных шагов к двери, но внезапно её зрение стало расплываться. Её голова закружилась, и Сабина почувствовала себя так, будто мир начал вращаться вокруг неё.       Она попыталась ухватиться за край парты, но пальцы соскользнули. Слабый стон вырвался из её губ, когда ноги окончательно отказались её держать.       — Нет… — прошептала она, перед тем как всё вокруг потемнело.       Сабина рухнула на холодный каменный пол, её тело безвольно раскинулось. Боль в груди тлела, как уголь, но теперь её сознание ускользало от неё. Она больше не чувствовала ничего, кроме далёкого эха своих мыслей.       «Он никогда не поймёт…»       Её дыхание стало едва заметным, а сознание погрузилось в темноту. Сабина лежала одна в пустом классе, где её боль и слабость остались невидимыми для всех.

***

      Сабина медленно пришла в себя, её сознание словно выныривало из глубокого тумана.       Первое, что она ощутила, — это мягкость под спиной. Она лежала не на холодном полу, а на чём-то мягком и обволакивающем. Затем пришло осознание запаха — резкий, терпкий аромат зелий, смешанный с лёгким запахом древесного дыма.       Её веки дрожали, а затем приоткрылись. Она увидела тёмный потолок, слабо освещённый пламенем свечей. Она с трудом повернула голову и поняла, что лежит на чёрном кожаном диванчике. Её тело всё ещё чувствовало слабость, но боль в груди почти исчезла, оставив после себя лишь лёгкую тяжесть.       — Вы наконец-то пришли в себя, мисс Поттер, — раздался низкий, холодный голос.       Сабина вздрогнула и резко повернула голову в сторону, откуда доносился голос. В углу комнаты, за столом, сидел профессор Снейп. Он внимательно смотрел на неё, его тёмные глаза блестели в свете свечей.       — Где я? — прошептала она, её голос был хриплым, будто она не говорила несколько часов.       — В моём кабинете, — спокойно ответил Снейп, откинувшись на спинку стула. — Я нашёл вас в одном из пустых классов. На полу. Без сознания.       Сабина отвела взгляд, её пальцы сжались в кулаки. Она не ожидала, что кто-то найдёт её, тем более Снейп.       — Что случилось? — продолжил он, его голос был ровным, но в нём чувствовалась скрытая настойчивость.       — Ничего, — быстро ответила Сабина, отворачиваясь от него. Её взгляд устремился на пламя свечи, которое тихо колыхалось в углу комнаты.       — Ничего? — переспросил Снейп, его бровь приподнялась. — Вы хотите сказать, что просто решили прилечь на холодный пол и потерять сознание ради развлечения?       Сабина почувствовала, как её щеки заливает лёгкий румянец. Она знала, что он не отстанет, но всё равно не собиралась рассказывать ему правду.       — Я просто… устала, — пробормотала она, избегая его взгляда.       Снейп поднялся со стула и подошёл ближе, его фигура словно нависла над ней.       — Неужели? — его голос прозвучал саркастически. — Я видел множество уставших студентов, мисс Поттер, но ни один из них не падал в обморок с выражением боли на лице.       Сабина сжала зубы, её взгляд остался устремлённым куда-то в сторону.       — Я не хочу говорить об этом, — сказала она твёрдо, её голос был тихим, но в нём звучала решимость.       Снейп прищурился, его глаза стали ещё более проницательными.       — Вы можете не хотеть говорить, мисс Поттер, но если подобное случится снова, это может закончиться значительно хуже. Я рекомендую вам пересмотреть своё отношение к собственному здоровью.       Сабина сжала кулаки, чувствуя, как в ней закипает раздражение, но она знала, что спорить с ним бесполезно.       — Спасибо за заботу, профессор, — холодно ответила она, наконец повернувшись к нему лицом.       Снейп смотрел на неё несколько мгновений, прежде чем кивнул и отошёл обратно к своему столу. Он взял в руки перо и, не поднимая глаз, холодно произнёс:       — Удивительно, как вы, Поттеры, умудряетесь всегда создавать вокруг себя драму. Даже в обморок падаете так, чтобы это выглядело максимально трагично.       Эти слова ударили Сабину, как удар хлыста. Её дыхание на мгновение сбилось, а затем внутри неё что-то лопнуло. Она резко села на диванчике, её глаза блестели от гнева, а голос дрожал от переполнявших её эмоций.       — Вы правда думаете, что это всё ради внимания?! — выкрикнула она, её голос сорвался. — Вы понятия не имеете, через что мне приходится проходить каждый день!       Снейп приподнял бровь, его глаза блеснули, но он молчал, позволяя ей говорить.       — Мне всё надоело! — её голос стал громче, почти истеричным. — Надоело каждый день видеть ненависть в глазах этих людей! Надоело слушать шёпоты за спиной, видеть, как друзья отворачиваются!       Она вскочила на ноги, её дыхание было рваным, а руки дрожали.       — Амбридж ненавидит меня! Мой факультет ненавидит меня! Все ненавидят меня! — выкрикнула она, её голос ломался. — А Гарри? Гарри думает, что всё это моя вина! Что я сама всё разрушила!       Снейп нахмурился, его взгляд стал более сосредоточенным.       — Я больше не могу, профессор! — продолжила Сабина, её голос стал хриплым, а слёзы начали стекать по её щекам. — Я устала! Устала бороться, устала быть сильной, устала чувствовать себя чужой!       Её ноги подкосились, и она снова рухнула на диван. Сабина закрыла лицо руками, а её рыдания стали громкими и неконтролируемыми.       — Я ненавижу это место… — пробормотала она сквозь слёзы, её голос был почти не слышен. — Я ненавижу себя…       Снейп медленно поднялся из-за стола. Его взгляд, обычно холодный и презрительный, теперь был серьёзным. Он подошёл ближе, его фигура нависала над ней.       — Разве ненависть к себе решает ваши проблемы? — тихо спросил он, его голос был низким и ровным.       Сабина не ответила, лишь ещё сильнее всхлипнула.       Снейп посмотрел на неё несколько секунд, а затем, словно в порыве импульса, осторожно сел рядом. Он на мгновение замер, будто сомневался, как поступить, а затем протянул руку и неловко обнял её за плечи.       Сабина вздрогнула от его прикосновения, но не отстранилась. Её рыдания становились всё громче, а дыхание — рваным.       — Тише, — тихо сказал он, его голос звучал неожиданно мягко. — Тише, Сабина.       Она хотела оттолкнуть его, но не смогла. Вместо этого она уткнулась лицом в его мантию. И тут её охватило странное чувство.       Он пахнул… как Том. Тот самый терпкий, пряный аромат, который она чувствовала, когда была рядом с ним. Этот запах был тёплым, успокаивающим, заставлял её чувствовать себя в безопасности.       Сабина замерла, её рыдания постепенно стихли, уступив место тихим всхлипам. Её тело расслабилось в его объятиях, словно этот запах поглотил всё её напряжение.       — Всё это слишком… — прошептала она, её голос был слабым.       Снейп молчал, позволяя ей выплакаться. Его рука мягко поглаживала её плечо, а голос больше не звучал саркастично или холодно.       — Вам нужно отпустить эту боль, — тихо сказал он. — Но если вы будете носить её в себе, она разрушит вас.       Сабина не ответила. Она просто сидела, уткнувшись в его мантию, позволяя слезам стекать по её щекам. Постепенно её дыхание становилось всё тише, а её тело всё более расслабленным.       Через несколько минут она окончательно успокоилась и почувствовала, как усталость наваливается на неё. Её веки стали тяжёлыми, и она не могла больше сопротивляться.       Сабина заснула прямо в объятиях Снейпа, её слабое дыхание было едва слышно.       Снейп, глядя на её лицо, больше не видел перед собой ученицу Поттера. Он видел сломанного ребёнка, который отчаянно нуждался в защите, даже если сам не осознавал этого.       Он осторожно уложил её на диван, поправив плед, который оказался рядом, и тихо вздохнул.       — Даже самые сильные ломаются, — пробормотал он, прежде чем вернуться к столу, оставив её отдыхать. Сейчас как никогда она напомнила ему Лили.

***