Часть 13. Прощение

Дни сменяли друг друга с безликой монотонностью, словно кадры старой киноплёнки, застрявшей на одном и том же эпизоде. Утро неизменно начиналось с лекций, конспектов, гула аудиторий – учеба поглощала Ю Ру до самого вечера, оставляя лишь смутное ощущение усталости и переполненности информацией. А потом, когда сумерки уже начинали сгущаться над городом, она спешила на свою вторую работу – в небольшой, но уютный ресторанчик, где звон посуды и приглушённые разговоры посетителей сливались в негромкий, успокаивающий оркестр. Этот устоявшийся распорядок, эта предсказуемость каждого часа странным образом утешали Ю Ру. В них она находила своеобразное убежище, защиту от боли, которая всё ещё пульсировала где-то внутри, напоминая о поступках Чжи Хо... и Чонгука? Воспоминания, острые, как осколки разбитого стекла, продолжали бередить её душу. И эта монотонность, эта серая, лишённая ярких красок повседневность казалась Ю Ре гораздо лучше, чем внезапные встречи, способные вновь всколыхнуть прошлое, чем новая боль, чем очередное разочарование. Лучше тихая гавань однообразия, чем шторм непредсказуемых эмоций. Поэтому и сегодня, едва прозвенел звонок, возвещая об окончании последней пары, Ю Ра, собрав свои вещи с лихорадочной поспешностью, почти бегом направилась в ресторан. Смена проходила привычно, размеренно. Будний день – посетителей немного. Заказы поступали неторопливо, давая Ю Ре возможность перевести дух между обслуживанием столиков, протереть уже начищенные до блеска приборы, ещё раз проверить, всё ли идеально подготовлено к приходу гостей. Ближе к вечеру, когда за окнами окончательно стемнело, а редкие прохожие спешили укрыться от прохлады в тёплых квартирах, ресторан и вовсе опустел. Лишь тихая мелодия доносилась из динамиков, да изредка позвякивала посуда на кухне, где повара заканчивали свои дела. Ю Ра, уставшая, но довольная, сидела в комнате для персонала, пересчитывая чаевые. Время неумолимо приближалось к закрытию. И вот, когда стрелки часов уже почти достигли заветной отметки, в комнату ворвался менеджер, бледный и растерянный. Его обычно аккуратно зачёсанные волосы были взъерошены, а в глазах читалась неприкрытая тревога. Он подбежал к Ю Рe, запинаясь и с трудом переводя дыхание. — Ю Ра, срочно! — выпалил менеджер, едва переступив порог комнаты для персонала. — Там гость в VIP-комнате… он просит, чтобы именно ты его обслуживала. — Я? — Ю Ра удивлённо подняла голову, отрываясь от пересчёта чаевых. — Но почему я? — Это… Господин Чон Чонгук из BTS, — менеджер нервно пригладил волосы. — Сказал, что ты обслуживала их в прошлый раз, когда они приходили всей группой, и… доверяет только тебе. Мир вокруг Ю Ры словно замер. Слова менеджера ударили её, как под дых. Шок сковал мышцы, мысли заметались в голове испуганными птицами. Непонимание. Отрицание. Внутри всё сжалось от ледяного ужаса. Чонгук? Здесь? Сейчас? После всего, что произошло… Лицо Ю Ры побледнело, а губы дрожали. — Я… я не хочу! — прошептала она, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. — Что значит «не хочешь»?! — в голосе менеджера послышались раздражённые нотки. — С ума сошла? Хочешь подставить тут нас всех? Это же Чон Чонгук! Такая честь для ресторана! Ю Ра сжала кулаки, борясь с подступающей паникой. Она понимала, что отказ сейчас – это не просто каприз, это настоящая катастрофа для заведения. И, собрав волю в кулак, выдавила из себя: — Ладно… Я пойду. Ю Ра медленно поднялась, ноги словно налились свинцом. Каждый шаг давался с трудом. В голове вихрем проносились мысли: «Зачем он здесь? Что ему нужно? Всё же было нормально, спокойно… Зачем он опять появился в моей жизни? Неужели он… неужели он хочет подставить меня? Обвинить в преследовании, как тогда?..» Дыхание сбилось, ладони вспотели. С каждым шагом к VIP-комнате тревога нарастала, превращаясь в тугой, болезненный ком в груди. «Только бы не разреветься, только бы сохранить спокойствие...» — приказывала она себе, пытаясь унять дрожь в руках. Коридор казался бесконечным, а дверь VIP-комнаты — вратами в неизвестность, за которыми её ждала встреча, которой она боялась больше всего на свете. Ю Ра остановилась перед массивной деревянной дверью, ведущей в VIP-комнату. На мгновение она застыла, собираясь с духом. «Вдох-выдох, вдох-выдох…» — повторяла она про себя, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Медленно, словно в замедленной съёмке, её рука потянулась к дверной ручке. Холодный металл обжёг кожу, и Ю Ра невольно вздрогнула. «Нужно просто сделать это. Просто войти, принять заказ и уйти. Вести себя так, будто ничего не произошло. Будто… будто мы просто незнакомые люди, потому что так оно и есть». С этой мыслью она толкнула дверь и вошла. VIP-комната была погружена в полумрак, мягкий свет ламп создавал уютную, почти интимную атмосферу. Чонгук сидел на диванчике, склонившись над меню. На нём была чёрная толстовка с капюшоном, почти полностью скрывающим его лицо. «Но почему он один? Без менеджера, без охраны?» — с тревогой подумала Ю Ра. Эта неожиданная деталь ещё больше усилила её беспокойство. — Добрый вечер, — начала она, сделав небольшой поклон. Голос её, несмотря на все усилия, слегка дрожал. — Разрешите представиться, меня зовут Ли Ю Ра. Сегодня я буду вас обслуживать. Вы уже решили, что будете заказывать? Чонгук медленно поднял голову, и капюшон немного откинулся назад, открывая его лицо. На мгновение их взгляды встретились. В глазах Чонгука Ю Ра прочла… грусть? Или ей показалось? Она быстро отвела взгляд, не в силах выдержать это молчаливое столкновение. Сердце билось где-то в горле. — Да, — голос Чонгука был тихим, чуть хрипловатым, словно он преодолевал внутреннее сопротивление. — Я хотел бы… стейк рибай средней прожарки, картофель фри и… — он на секунду замешкался, словно выбирая слова, — и ваш фирменный шоколадный мусс. И, пожалуйста, бокал красного вина, Cabernet Sauvignon. — Вам принести всё сразу или десерт подать чуть позже? — вежливо спросила Ю Ра, стараясь, чтобы её голос звучал ровно и спокойно. — Сразу, — коротко ответил Чонгук. — Прекрасно. Заказ принят. Пожалуйста, ожидайте. Время приготовления — около пятнадцати минут. Чонгук кивнул, снова опуская взгляд в меню. Ю Ра, поклонившись, поспешила удалиться. Едва сдерживая дрожь в руках, она передала заказ на кухню. «Соберись, Ю Ра! Это всего лишь работа. Ты справляешься с этим каждый день», — повторяла она себе, пытаясь отвлечься от бушующих внутри эмоций. Пятнадцать минут тянулись бесконечно. Наконец, когда заказ был готов, Ю Ра, с замирающим сердцем, вернулась в VIP-комнату. Она поставила перед Чонгуком тарелки, бокал с вином, и, стараясь не смотреть ему в глаза, произнесла: — Приятного аппетита. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь позвать меня. Она уже почти развернулась, чтобы уйти, когда тихий голос Чонгука остановил её: — Ли Ю Ра, подождите, пожалуйста. Ю Ра застыла, чувствуя на себе его взгляд. Повернувшись, она встретилась с его взглядом. — Да, господин Чон? Желаете ещё что-нибудь заказать? — спросила она, стараясь придать своему голосу нейтральный тон. Чонгук резко встал, его движение было неожиданным и немного резким. Он склонил голову в глубоком поклоне, его голос был тише, чем прежде: — Нет. Я хотел бы… извиниться перед вами. За то, что тогда обвинил вас… в том, чего вы не делали. Приношу свои самые искренние извинения. Ю Ра стояла как вкопанная, не в силах произнести и слова. Чонгук… Чонгук просит прощения? Эта мысль пронеслась в её голове, словно молния, осветив всё окружающее новым, неожиданным светом. Она не могла поверить своим ушам. — Перестаньте, пожалуйста, — тихо произнесла Ю Ра, голос её звучал немного отстранённо, словно она пыталась дистанцироваться от нахлынувших эмоций. — Это уже в прошлом. Я… я тоже виновата. Виновата в том, что наши пути так часто пересекались. Поэтому… я надеюсь, что таких встреч больше не будет. — Она говорила, стараясь сохранять спокойствие, но дрожь в её голосе выдавала волнение. В её словах звучала и боль, и усталость от этой затянувшейся истории. Чонгук поднял голову, его взгляд был серьёзным, наполненным искренним раскаянием. — Нет, Ли Ю Ра, — Чонгук мягко возразил, его голос был полон искренности, — вашей вины здесь нет. Я был слеп, зациклен на своих проблемах и… неправильно истолковал ситуацию. Я позволил своим предрассудкам и эмоциям ослепить меня. Вы были правы всё это время, и я глубоко сожалею о своём поведении. Я действительно надеюсь, что вы сможете меня простить. Ю Ра почувствовала, как напряжение, сковывавшее её до этого момента, начинает постепенно спадать. Её голос, хотя и оставался немного дрожащим, уже не звучал так холодно и отстранённо. В нём появилась лёгкая неуверенность, смешанная с неожиданным облегчением. Принятие извинений Чонгука стало для неё неожиданностью, и эта неожиданность вызывала в ней странную смесь чувств: удивление, некоторое сочувствие, и ощущение неловкости от собственной быстроты прощения. Она помнила его резкость, его обвинения, но теперь всё это казалось далёким, почти нереальным. — Я… — начала она, подбирая слова с осторожностью, стараясь сохранять профессиональный тон, но одновременно стремясь выразить свою готовность отпустить ситуацию. — Я принимаю ваши извинения, господин Чон. Пауза, короткая, но наполненная целым букетом эмоций. Она старалась не выдавать своего внутреннего волнения, но лёгкий румянец на щеках и едва заметная дрожь в голосе выдавали её истинные чувства. — Я понимаю, что вы были под давлением, что ситуация была сложной… — эти слова звучали уже не как обвинение, а как попытка понять и простить. В них скрывалась и сочувствие, и некоторое понимание человеческой слабости. Улыбка Чонгука и его кивок подтвердили, что он воспринял её слова так, как она и задумала. В этой улыбке, как ей показалось, было больше облегчения, чем радости. — Спасибо за понимание, — тихо сказал он. — Тогда я пойду? Мне ещё нужно работать, — Ю Ра старалась придать своему голосу ровный, деловой тон, но всё ещё ощущала лёгкое волнение. Эта внезапная смена тонов в их взаимоотношениях была слишком резкой, и ей было неловко от собственного быстрого прощения. — Да, конечно. Не буду отвлекать, — ответил Чонгук, и в его голосе Ю Ра уловила некоторую грусть, возможно, связанную с тяжестью прошедших событий. — Если что-то ещё понадобится, нажмите на кнопку вызова, — она произнесла эти слова, словно выполняя профессиональный ритуал, но и в них уже не было прежнего холода и отчуждения. Выйдя из VIP-комнаты, Ю Ра испытывала странную смесь облегчения и волнения. Облегчение проистекало из разрешения непростой ситуации, напряжение которой наконец-то спало. Однако волнение, лёгкое, но устойчивое, было вызвано необычностью произошедшего. Её мысли, обычно сосредоточенные на работе, теперь крутились вокруг только что завершившегося разговора. Ю Ра решила для себя, что это был ценный, запоминающийся опыт, который она будет хранить в памяти долгое время. Мысль о том, что когда-то, ещё в школьные годы, она лишь наблюдала за ним на экране телефона или телевизора, а теперь он лично извинялся перед ней, казалась невероятной. Если бы она попыталась рассказать об этом кому-либо, никто бы не поверил. И сама Ю Ра до конца не могла поверить, что всё это случилось именно с ней. Это было похоже на сон, яркий и неправдоподобный. Чонгук не произнес больше ни слова, спокойно доел свою еду и вскоре удалился. Погруженная в водоворот мыслей о произошедшем в ресторане, Ю Ра даже не заметила, как добралась до общежития. Она пока не хотела делиться этим с Чхэён. Наконец оказавшись в тишине своей комнаты, Ю Ра опустилась на кровать, пытаясь осознать масштаб произошедшего. Её разум снова и снова прокручивал сцену в VIP-комнате, но она никак не могла поверить, что это произошло на самом деле. Это было похоже на нелепый розыгрыш или сцену из дорамы, но никак не на реальность. Рассказать Чхэён? Определенно нет. Это было бы слишком сложно объяснить, да и Чхэён наверняка подняла бы такой шум, который Ю Ре совершенно не нужен. Это был просто... крайне странный инцидент, одноразовый курьез. И всё. Ничего больше. Просто известный человек, сделавший что-то из ряда вон выходящее. Глупо придавать этому какое-то особенное значение. Она поднялась и подошла к окну. Огни Сеула мерцали за стеклом, привычные и безмятежные. Ю Ра глубоко вдохнула, стараясь выдохнуть остатки невероятности этого дня. Это была всего лишь рабочая ситуация, необычная, но не более того. Она просто встретила известного человека, который извинился за неловкость. И всё. Никаких особых чувств, никаких предзнаменований. Она просто очень устала от всей этой неразберихи, вот и все. И это было главное, о чем ей сейчас следовало думать. Скорее бы уже завтра.