42. Новый день на Мальдивах.

      Утром я проснулась от яркого света, проникающего через раздвижные шторы. Я открыла глаза и увидела, как солнце встаёт над океаном, окрашивая воду в золотистые и розовые оттенки.       Я вышла на террасу и замерла, глядя на бескрайнюю гладь бирюзовой воды, что практически сливалась с небом. Она была чистой и прозрачной, и я видела, как рыбы проплывают прямо под виллой.       В голове пронеслось сравнение с Турцией, когда я ходила на мост и подкармливала рыбок. А ещё как ныряла с маской, и вблизи наблюдала за ними, как они начинают кружить вокруг меня. И это при всём учитывая то, что я до безумия люблю нырять с маской. Надо будет и здесь это сделать. — Доброе утро, — раздался голос Димы за спиной, что заставил меня вздрогнуть.       Я обернулась и увидела его, стоящего на пороге с кружкой кофе в руке. — Доброе утро, — улыбнулась я. — Ты обещал, что океан покажет себя совсем другим. Ты был прав. Это невероятно.       Он подошёл и обнял меня, и мы вместе смотрели на этот мир, на эту красоту, которая стала нашим общим домом. Жаль что на время. — Дим, спасибо, — сказала я тихо. — За всё. За то, что подарил мне это путешествие. За то, что показал, какой может быть любовь. — Я сделал это не для тебя, — ответил он, и я чувствовала, как его руки обнимают меня всё крепче. — Я сделал это для нас. Потому что ты — мой дом.       Я закрыла глаза и поняла: эти десять дней на Мальдивах станут для меня не просто отпуском, а началом новой главы. Главы, где мы будем вместе, несмотря на расстояния, работу и все преграды.       Главы, в которой счастье было реальным и настоящим. Я стояла на террасе, вглядываясь в бирюзовую гладь океана, и не могла поверить, что это реальность. Солнце уже поднялось выше, окрашивая воду в ослепительно яркие оттенки, и я видела, как под нами, сквозь стеклянный пол виллы, проплывают разноцветные рыбы. Это настолько завораживало, что очередной вопрос от Димы заставил вздрогнуть. — Ты не замёрзла? — спросил Дима улыбаясь и подходя ближе, чтобы дать мне вторую кружку с ароматным кофе. — Здесь невозможно замёрзнуть, — улыбнулась я, принимая напиток. — Даже утром. Это невероятное ощущение — когда февраль, а ты стоишь босиком на террасе и смотришь на океан. — Привыкай, — он обнял меня за талию, целуя в висок. — У нас ещё девять дней такого счастья.       Мы стояли молча, наслаждаясь тишиной и красотой, которая нас окружала. Где-то вдалеке кричали птицы, а вода тихо плескалась о деревянные сваи виллы. — Я голодная, — призналась я через некоторое время. — И хочу попробовать всё, что здесь есть. — Тогда одевайся, — усмехнулся Дима. — Завтрак на пляже. Я уже заказал столик.       Мы спустились к ресторану, расположенному прямо на песке. Столики стояли под лёгкими навесами из белой ткани, которые развивались на утреннем ветерке. Официант приветливо улыбнулся и провёл нас к месту с лучшим видом на океан. — Доброе утро, — поздоровался он. — Могу я предложить вам что-то особенное сегодня? — Принесите нам всё, что у вас есть самого вкусного, — сказал Дима, подмигивая мне. — Мы хотим попробовать всё. — Хороший выбор, — улыбнулся официант. — Сегодня у нас свежайшие морепродукты.       Я заказала фруктовый сок, а Дима — эспрессо. — Дим, — сказала я, когда официант отошёл, — я хочу спросить тебя кое о чём.       Он поднял брови: — Давай. — Ты часто бываешь на Мальдивах? Здесь... ты выглядишь иначе, чем в Москве. Более расслабленным. Будто ты другой человек. Даже на фотографиях из Дубая не совсем так было.       Он задумался на мгновение, глядя на горизонт, где небо сливалось с водой. — Я бываю здесь раз в год, — ответил он. — Иногда с друзьями, иногда один. Это место, где я могу выдохнуть. Но до этого дня я ни разу не был здесь с кем-то, кого люблю.       Я почувствовала, как внутри разливается тепло. —А мне казалось, что ты здесь бывал с Клавой... Получается я первая? — Первая, — подтвердил он. — И я надеюсь, что последняя.       Я смущённо улыбнулась и взяла его руку в свою, чувствуя, как её тепло передаётся мне. —Я тоже хочу на это надеяться... Но жизнь такая штука... —Ей, ты чего? Я же не собираюсь тебя бросать, — не дал завершить мне мысль Дима и улыбнулся, но я заметила как на его лице проскользнула грусть. — И я. Но я понимаю, что любовь живёт три года. А потом бытовуха и всё такое... —Не бойся, со мной бытовухи не будет, — подмигнул он мне и в этот момент принесли первое блюдо.       Завтрак оказался не просто завтраком, а настоящим кулинарным путешествием. Нам принесли тарелки с креветками, устрицами, лёгкими салатами и тропическими фруктами. Я с жадностью пробовала всё, ощущая непривычные вкусы и текстуры. — Это невероятно, — сказала я, жуя кусочек манго. — Я никогда не пробовала таких фруктов. Они такие сочные... — На Мальдивах всё сочное и яркое, — усмехнулся Дима. — Как и ты сегодня.       Я закатила глаза, но улыбнулась. Он знал, как смущать меня, но в этом было что-то особенное — его способность видеть меня, такую, какая я есть, и влюбляться в это. — Что мы будем делать сегодня? — спросила я, отпивая сок. — Я подумал: сначала искупаемся, потом я покажу тебе остров. Здесь есть невероятно красивые места, которые стоит увидеть. А вечером — снова ужин. И никаких планов. Только мы. — Мне нравится, — улыбнулась я. — План идеальный.       Мы пошли на пляж, где белоснежный песок казался мукой, а вода — хрустально чистой. Я скинула лёгкое платье и побежала к воде, оставляя следы на мокром песке. Дима последовал за мной, смеясь, и когда я окунулась в тёплую воду, почувствовала, как он подплывает ко мне. — Ты знаешь, — сказал он, обнимая меня, — я никогда не чувствовал себя таким счастливым. С тобой я могу быть собой. Просто Дима. Не блогер, не телеведущий. Просто человек, который любит.       Я посмотрела на него, и в его глазах я видела что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание. — Я тоже могу быть собой, — ответила я. — Я не играю роль твоей девушки. Я просто люблю тебя, и этого достаточно. В прочем и до этого ни с кем я не умела играть ролей. Я всегда была просто собой, и часто мне казалось, что меня считают странной. Даже тогда на той премии я удивилась, что ты со мной заговорил...       На это Дима ничего не сказал, лишь крепче обнял и улыбнулся. В прочем, мне и не нужно было никакого ответа. Мы застыли в объятиях, и я слышала лишь шум волн и собственное дыхание.       После купания мы отправились исследовать остров. Дима вёл меня по тропинкам, огибая пальмы и густую зелень, и я чувствовала себя исследователем, открывающим новые миры. — Дим, это место — как сказка, — сказала я, вдыхая аромат цветов, который витал в воздухе. — Такого я не видела даже в фильмах. — Это один из самых красивых островов на Мальдивах, — объяснил он. — Я специально выбрал его. Потому что хотел, чтобы ты запомнила это на всю жизнь.       Я остановилась и посмотрела на него. — Я запомню, — тихо сказала я. — Каждый миг.       Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб. — А теперь пошли, я покажу тебе место, где можно увидеть акул. — Акул?! — я округлила глаза. — Ты серьёзно? — Не бойся, — засмеялся он. — Они безобидные. Китовые акулы. Они плавают у берега, и это невероятное зрелище.       Я затаила дыхание, представляя, как увижу этих гигантов в их естественной среде. — Идём, — сказала я с улыбкой.       Мы шли по пляжу, и я чувствовала, как песок нагревается под ногами. Дима держал меня за руку, и я не чувствовала страха — только лёгкое волнение, которое будоражило кровь. — Дим, а когда мы вернёмся в Москву, что будет? — спросила я, глядя на него. — Мы будем жить как раньше, — ответил он. — Но теперь я буду знать, что у меня есть ты. И я буду делать всё, чтобы мы были вместе. — Ты правда так думаешь? — спросила я, чувствуя, как внутри появляются сомнения. — Я знаю это, — он остановился и посмотрел мне в глаза. — Ты — моя семья, Аня. И я не собираюсь тебя терять.       Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, и обняла его. — Я тоже не хочу тебя терять, — прошептала я. Мы дошли до мелководья, где песок плавно переходил в прозрачную бирюзу. Дима остановился, присел на корточки и осторожно опустил руку в воду, будто проверяя, всё ли готово к чуду. — Смотри, — прошептал он, указывая вперёд. — Вон там… видишь лёгкое движение?       Я вгляделась. Сначала мне показалось, что это просто игра света на воде, но потом из глубины вынырнула огромная тень, неспешно скользнувшая вдоль берега. Огромная, но не пугающая — в её плавном движении была какая-то древняя, спокойная сила. — Это она… китовая акула, — выдохнула я, не в силах оторвать взгляд. Это было немного пугающе, но настолько круто. Круто увидеть акулу не в океанариуме. — Она такая большая… и такая красивая.       Дима улыбнулся, сел прямо на влажный песок и похлопал рядом с собой: — Садись. Так лучше видно. Они любят держаться у самой кромки, где вода чуть теплее.       Я опустилась рядом, поджав ноги, и замерла. Акула проплыла совсем близко — настолько, что я могла разглядеть пятнышки на её серой коже, похожие на звёздную карту. Она двигалась так неторопливо, будто сама вечность текла вместе с ней. — Знаешь, — тихо сказал Дима, не сводя глаз с акулы, — они могут проплывать тысячи километров, а всё равно возвращаются туда, где им хорошо. У них есть свои места силы. Свои острова.       Я покосилась на него: — Ты будто про нас сейчас говоришь.       Он чуть наклонил голову, будто прислушиваясь к собственным словам: — Может, и про нас. Я хочу, чтобы у нас тоже было такое место. Не обязательно остров. Хоть скамейка в парке, хоть кухня в нашей квартире — главное, чтобы мы знали: сюда можно вернуться, когда всё вокруг рушится.       Я опустила пальцы в тёплую воду, чувствуя, как мелкие волны щекочут кожу. — Я хочу этого, — призналась я. — Но иногда мне кажется, что мы смотрим на мир по-разному. Что для тебя это приключение, а для меня — попытка понять, куда мы идём.       Дима не стал отмахиваться, не стал говорить пустых утешений. Он просто взял мою ладонь, сжал её и тихо произнёс: — Тогда давай идти вместе и смотреть в одну сторону. Шаг за шагом. Сегодня — на акул. Завтра — на что-то ещё. Главное, не отпускать руку.       Акула сделала ещё один широкий круг и медленно ушла в глубину, оставив после себя лишь лёгкую рябь на воде. Я улыбнулась, уткнулась лбом в плечо Димы и почувствовала, как уходит то самое сомнение, что царапало изнутри. — Знаешь, — сказала я, — если завтра мы будем пить кофе на московской кухне и вспоминать этот день, мне уже будет тепло. Даже если за окном метель.       Дима обнял меня за плечи, притянул к себе: — Значит, будем вспоминать. Каждый миг. Как ты и обещала.       Вечер наступил быстро. Мы сидели на террасе, глядя на закат. Небо окрасилось в оранжевый, розовый и фиолетовый, и я смотрела на эту красоту, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. — Дим, спасибо, — сказала я тихо. — За сегодня. За эти дни. За всё. — Спасибо тебе, — ответил он. — За то, что ты есть. За то, что ты рядом. За то, что делаешь меня счастливым.       Я улыбнулась и прижалась к нему, чувствуя, как он обнимает меня. — Мы построим что-то особенное, — сказала я. — Я это чувствую. — Я тоже, — ответил он. — Мы уже построили.       И мы замолчали, глядя на закат и зная, что завтра будет ещё один день, полный красоты, радости и любви.