Пролог

За два месяца до событий       Холодные сумерки тихо оседали над деревней, стирая границы домов и дорог, обволакивая улочки туманом. Небо над маленькой деревней стремительно темнело, окрашиваясь в глубокие оттенки индиго и дымчатого серого. Небольшой храм на окраине деревни, едва заметный среди высоких зарослей бамбука и вечнозелёных криптомерий, выглядел так, словно застыл между мирами: время здесь тянулось медленнее, а тени ложились гуще, заполняя собой каждый уголок старого строения. Ветер шуршал опавшими листьями, разбрасывая их по сырой земле, и казалось, что воздух здесь застыл в ожидании чего-то неизбежного. — Сенсей, а зачем мы вообще идём туда? Проклятье ведь уже изгнали, — пробормотал Итадори, озираясь по сторонам и с подозрением щурясь от каждого резкого звука в густых зарослях. — Местные крайне рекомендовали. Итак, студенты, — Годжо широко улыбнулся, торжественно разведя руки в сторону, — у нас небольшая экскурсия в прошлое. Запомните этот миг: встреча с самой настоящей сельской жрицей! Как насчет того, чтобы попросить местных богов о дополнительном выходном? Нобара раздраженно поморщилась, отряхивая с куртки приставшие листочки, и тихо буркнула: — Сенсей, вас даже богам будет сложно выдержать. Особенно если они такие же старые, как этот храм. Юджи тихонько хихикнул, а Мегуми лишь молча вздохнул, внимательно разглядывая древние ворота и ощущая легкое беспокойство от странной атмосферы этого места. Храм встретил их тяжёлыми, рассохшимися дверьми с медными ручками, покрытыми тёмным налётом. Годжо легко толкнул створку, и они шагнули внутрь.       Полумрак внутри был густым, почти осязаемым. В центре просторного зала, наполненного терпким ароматом ладана и старого дерева, горели тусклые свечи, бросающие зыбкие тени на обветшалые стены. Статуи божеств смотрели на гостей пустыми глазами, казалось, бесконечно далекими и безразличными к происходящему. Посреди комнаты, прямо напротив алтаря, сидела старая женщина, закутанная в тяжёлые церемониальные одежды. Лицо ее было покрыто густой сетью морщин, седые волосы ниспадали запутанной паутиной, стекая по плечам до самого пола. Но глаза — ясные, жгучие, удивительно молодые — пристально изучали вошедших. Старая жрица была похожа на древнюю статуэтку, забытое божество, оставленное здесь людьми слишком давно. — Так это вы избавили деревню от проклятья? — произнесла она, и её голос, несмотря на слабость, звучал уверенно и властно. — Благодарю вас. Годжо улыбнулся, разведя руками: — Ну, нам было несложно. Можно считать это нашим добрым поступком за день. Жрица не улыбнулась в ответ. Её взгляд медленно переместился с Годжо на учеников, словно проникая в глубины их душ. Она тяжело вздохнула: — Доброта… Ты шумишь, словно ветер в пустом доме, пытаясь заглушить собственные сомнения и страхи. Разве может быть польза от того, кто за своим блеском уже давно не видит ничего, кроме самого себя? Ученики едва заметно переглянулись, с трудом подавляя смешки, а Годжо даже слегка опешил от подобной прямоты: — Что и требовалось доказать: даже бабули считают меня сиятельным, — пробормотал он, театрально схватившись за сердце. Старуха отвернулась от него, явно давая понять, что разговаривать с Годжо не о чем, и перевела взгляд на троих учеников: — Подойдите ближе, дети. Ваш болтливый сенсей подождёт в сторонке. Годжо, демонстративно вздохнув, отошел к стене, скрестив руки на груди и притворяясь глубоко обиженным, но на самом деле внимательно слушая каждое слово. Старуха поднесла сухие руки к небольшой каменной чаше с водой, стоящей на старинном низком столике, покрытом бархатной скатертью. Поверхность воды едва заметно дрогнула, отзываясь на её прикосновение. — Скоро уйду на покой… Храмы по всей стране перейдут под надзор Истинной Жрицы, и наконец старые, такие как я, смогут спокойно доживать свой век, — жрица слегка смягчилась, глядя на стоявшую перед ней троицу. — Я уже достаточно устала от общения с глупыми смертными и беспокойными духами… но в благодарность за вашу помощь я скажу вам то, что нужно знать. Первым подошёл Мегуми, спокойно и без лишних эмоций глядя на женщину. Та долго изучала его лицо, а затем медленно заговорила: — Ты… — её взгляд остановился на Фушигуро, — прячешь в тенях больше, чем показываешь. Но скоро придётся выбрать — шагнуть вперёд или навсегда остаться в собственных страхах. И помни, мальчик, что тени без света не бывать. Следом шагнула Нобара, выпрямившись и пытаясь казаться уверенной. — Ты сильна духом, девочка, — сказала старуха, оценивающе оглядывая её. — Но иногда твоя гордость ослепляет тебя. Будь осторожнее с огнём в собственной душе: не принимай его за силу, иначе сгоришь. Кугисаки задумчиво поджала губы, но тоже кивнула, не найдя слов для возражения. Итадори подошёл последним, слегка нервничая, но с искренним любопытством глядя на старуху. — А в тебе… — жрица вдруг замолчала, и в её глазах мелькнуло нечто похожее на испуг. — Ты носишь внутри себя чужую волю, и это бремя может сломать тебя. Тебе предстоит бороться с самим собой, и от твоего выбора зависит не только твоя жизнь. Юдзи растерянно моргнул, но затем твёрдо сказал: — Я знаю об этом. Я справлюсь. Старуха долго смотрела на него, а затем тихо выдохнула, кивая: — Возможно, ты и справишься. Но помни, что эта борьба будет долгой. Годжо уже приготовился услышать что-нибудь и о себе, но старуха лишь коротко взглянула на него, и в её глазах блеснула насмешка: — Скоро получишь всё, что заслужил, без моих подсказок. Судьба давно приготовила тебе достойный сюрприз. Годжо, слегка раздосадованный, пожал плечами и насмешливо хмыкнул: — Ну и ладно, сюрпризы я люблю. Старуха махнула рукой, словно прогоняя гостей: — Ступайте уже. Нечего тут делать людям, которые сами создают себе проблемы. Когда они покинули храм, выйдя во двор, Годжо наконец не выдержал и тихо фыркнул: — Вот это местный колорит… жаль, сувениров не прихватили. Итадори, она тебе хоть настроение не испортила? Юдзи покачал головой, задумчиво улыбнувшись: — Нет, но сказала так, словно точно знала про Сукуну… Фушигуро задумчиво уставился под ноги: — Её слова были слишком точными. Может, она и вправду что-то видит? — Ещё и про какую-то Истинную Жрицу говорила, — Нобара поежилась. — Мне даже не по себе. Интересно, кто это такая? Годжо беззаботно вздохнул, спрятав руки в карманы, глядя в сумеречное небо: — О, это старая история. Якобы раз в несколько столетий рождается девушка-маг, наделенная не проклятой, а духовной энергией — Истинная Жрица. Говорят, она способна защитить целый регион от проклятий одним лишь взглядом, разрушить целый город одним взмахом руки… — вдохновленно начал Годжо. — Пока больше похоже на вас, сенсей, — фыркнула Кугисаки, улыбнувшись. -… и храмы действительно ждут её вознесения, — наставительно закончил Годжо. — Но знаете, на деле ничего особенного. Просто красивая легенда, которую любят пересказывать всякие старушки в захолустьях. — То есть они реальны? — удивлённо переспросил Итадори. Годжо махнул рукой: — Ну, допустим, в клане Хайдо сейчас есть такая Жрица, но по сути просто девчонка, которую всю жизнь обучали пафосно размахивать руками и смотреть сурово. Ничего сверхъестественного. Фушигуро слегка усмехнулся: — А вы с ней встречались? — Было дело… — Сатору задумался на долю секунды и тряхнул головой, не позволяя воспоминанию обосноваться в сознании. — Хватило, чтобы понять, что обычно за этим скрывается лишь красивая легенда и куча проблем для самой «избранной». Поверьте, ученики, от таких Жриц больше головной боли, чем реальной пользы. И вообще, вы еще слишком юные, чтобы принимать всерьез каждое слово старой храмовой бабки. Пока лучше сосредоточимся на том, что прямо перед нами. Нобара насмешливо посмотрела на него: — Например, на достойном сюрпризе от судьбы специально для вас, сенсей? Годжо закатил глаза и театрально вздохнул: — Вы лучше молитесь, чтобы мне этот сюрприз понравился, иначе всю тяжесть моих переживаний будете разгребать вы трое. Ученики хором вздохнули, прекрасно понимая, что предсказание старой жрицы заставит их еще долго размышлять о своём будущем. И хотя Годжо пытался выглядеть беспечным, даже он ощущал, что слова старухи — не просто пустой звук, а тревожный отголосок грядущих событий.