17. Их всего девятнадцать...

      Город медленно проплывал за окнами машины, а неоновые вывески привлекали своей яркостью и разнообразием.       — Ты всегда встаёшь так рано? — Вика первая не выдержала тишины в салоне.       — Почти… но сегодня немного раньше, — Тэхён крепче сжал руль, вспоминая, что сегодня даже не ложился. Спать не хотелось, только привычная сдавливающая боль в висках появилась снова после нескольких дней затишья. Тэхён мельком взглянул на Вику.       Она сидела на соседнем сиденье, уткнувшись носом в стекло. «Закрыла глаза? Смотрит на город? О чём она думает?»       — Тэ… — она вдруг повернулась, но едва встретившись с ним взглядом, замолчала.       Он улыбнулся про себя, снова глядя на дорогу. — О чём ты хотела спросить?       — Просто. Ни о чём. Забудь.       — Так не делают. Ты не можешь заинтересовать меня, а потом замолчать... — сказать получилось немного обиженнее, чем он планировал.       — Зачем обычно парень помогает девушке? — она спросила тихо, но с явным беспокойством в голосе. Тэхён почувствовал, как внутри него что-то напряглось.       — Смотря чем, в какой ситуации и вообще, что это за парень… тут много нюансов… нужны подробности.       — Скажем так… девушка боится, что нравится этому парню, потому что не сможет ответить взаимностью.       «Это она обо мне? Почему она не сможет ответить взаимностью?» Он сильнее сжал руль и закусил губу, стараясь скрыть ту расстерянность, которая была сейчас глубоко внутри. Он мельком взглянул на себя в зеркало заднего вида и поправил волосы:       — Знаешь, помощь… и чувства, эмоции, что ты испытываешь, помогая кому-то… они не всегда означают любовь, если ты об этом. Можно симпатизировать человеку, но не любить его. Можно помогать, но так никогда и не почувствовать к нему ничего большего, кроме дружбы. Ты можешь тоже помочь ему, когда он будет нуждаться в чём-то. Взаимопомощь, даже между парнем и девушкой — это не любовь, это человечность, что всё ещё живёт в людях.       Вика молча слушала каждое слово, медленно кивала.       Он чувствовал на себе её пристальный взгляд и от этого становилось неудобно. Хотелось тут же поправить причёску, разгладить складку на рукаве… да вообще сделать всё, что угодно, лишь бы выглядеть идеально в её глазах.       — Тэ… а другие в группе… они не будут против, если я приеду с тобой?       Он снова уловил в её тоне страх, и теперь, наконец, понял почему она так сильно сжала пальцами ремешок небольшой сумочки.       — Не бойся. Я с тобой. — он не улыбнулся, но постарался вложить в голос столько мягкости, насколько вообще был способен.       — Далеко ещё ехать?       — Нет. Почти приехали.       — Почему я всё равно боюсь?       — Это не страх. Ты просто немного волнуешься.

***

      Дверь в студию открылась почти бесшумно и также, стараясь не нарушать неожиданно тихой здесь атмосферы, Вика прошла следом за Тэхёном. В лицо ударила не просто чистота, а стерильность. Прохлада, лёгкий запах свежей краски, дерева и озона от работающей на всю мощность климатической системы. В этом пространстве не было ни пылинки на глянцевом полу, ни следа на огромном во всю стену зеркале. На мгновение Вике показалось, что это зеркало похоже на кусок льда — холодный и безжизненный. Только несколько небольших бутылок с водой в углу зала нарушали этот порядок, напоминая о том, что здесь есть жизнь.       — Здесь так всё официально… — Вика сама не заметила, как сжала пальцами край футболки Тэхёна и тут же отпустила, когда этот край немного натянулся.       — Не обращай внимания. Здесь, да… — он остановился всего на миг, вероятно почувствовав её руку на своей одежде. — В нашей студии, в Корее, всё немного… по-другому…       Вика кивнула сама себе, будто понимая, что он имеет ввиду. Она не стала спрашивать, просто отошла в сторону и прислонилась к стене.       — Как ты?       Она вздрогнула от внезапно голоса совсем рядом. Чииин подошёл тихо, хотя недавно разминался перед зеркалом. В руках он держал два бумажных стаканчика. — Без кофеина, просто согреться. Ты же не завтракала.       — Я в порядке. Спасибо. — внутри снова начала подниматься волна, не то стыда, не то раздражения. Не на Чимина. На себя. За то, что позволила себе быть слабой на его глазах, за те слова, что наговорила пару часов назад. — Чимин, я… ты не… — она хотела сказать: «Ты не должен заботиться обо мне. Прости за то, что произошло…», но слова застряли, а вместо них получился лишь слабый выдох.       Чимин не обратил внимания на её жалкие попытки, а может и просто сделал вид, что не услышал. Вместо этого он перевёл взгляд на Тэхёна, который уже в наушниках разминался в углу.       — Он тебе хоть поесть предложил что-то? Или как всегда забыл, что другим нужно питаться?       — Да, мы… — «Забывает, что другим нужно питаться? Странно…» Вика не заметила, как вдруг улыбнулась своим воспоминаниям о завтраке.       Она не видела, как Чимин удивлённо приподнял бровь, а затем тоже ушёл ближе к середине зала.

      — Нет, в этой части мы же решили сделать не выпад, а разворот, так будет… — голос показался неожиданно знакомым, со звонкой, но достаточно твёрдой нотой и Вика обернулась.       В противоположном углу зала, стояли несколько человек. Она не задумывалась кто именно и сколько их, просто стояла. Даже не пытаясь прислушиваться к их разговору, но и не слышать их не могла.       — Тэхён, в этой части ты зачем-то замедляешься. Ускорь темп.       — Что? Я? Ладно… — Тэхён пожал плечами и сделал несколько движений из танца, вероятно, тот самый момент, который должен был ускорить. — Я постараюсь.       — Намджун, Чонгук, вы немного сдержаннее во второй части, там где сразу после партии Чимина и ещё…       — Хосок-а, тебе бы тоже в этой части по сдержаннее... — фыркнул кто-то из группы, глядя в экран телефона. — Ты здесь даже быстрее Чонгука… боже, что это? Зачем ты так сделал?       — Как?       — Как? Ну-ка перемотай назад.       Вика замерла, глядя на них. Такие простые. Такие обычные. Серьёзные, сосредоточенные, внимательные. Такие же, как и на сцене, только без яркого макияжа, без идеально подобранной одежды. С растрёпанными волосами или следами пролитой воды на футболке.       Она стояла в стороне, не решаясь подойти. Да, не вежливо. Но о какой вежливости можно думать, когда осознание было одно: «Я не должна находиться здесь. Не просто здесь. А вообще в их жизни.»       В мыслях снова засверкали звёзды, но почему-то сейчас от этого стало неловко. «Не думай. У них есть они, а у меня есть Мира. И совсем скоро всё станет как прежде.»       — А вот и наша блудная овечка…       Вика чуть не столкнулась с Юнги, когда хотела выйти за дверь. В его голосе была только наигранная скука, от которой Вике почему-то захотелось улыбнуться, но она сдержалась.       — Утром я звонил в твой номер, Лаурент. Но мне сказали, что ты не сможешь выйти на работу, так как… плохо себя чувствуешь… — он сделал паузу, прищурился, глядя ей прямо в глаза. — Интересно, что за чудодейственное лекарство поставило тебя на ноги и даже доставило сюда? Это лекарство случайно не носит фамилию Ким?       Вика видела краем глаза, как Чимин сделал несколько шагов в их сторону. Она сжала край светлой рубашки и как можно незаметнее для окружающих сделала глубокий вдох и постаралась вложить в ответ весь сарказм, на который только была сейчас способна.       — Вы правы, доктор Юнги-сси. Оказалось, что лучшее лекарство — это сменить обстановку и провести время с кем-то, кто не щёлкает зажигалкой над самым ухом с утра пораньше.       Юнги улыбнулся краешком губ, с плохо скрытым удовольствием, а Вика напряглась сильнее, когда увидела, что к ним направляются остальные участники группы.       Взгляд непроизвольно метнулся в сторону Тэхёна, но тот лишь спокойно продолжал разминку. «Ты же сказал, что будешь рядом, а сейчас… что же делать…»       Ей показалось, что всё вокруг вдруг замерло, словно время остановилось. Не было страшно или неловко. И это точно не было из-за фанатских чувств. Было в принципе некомфортно стоять в окружении парней, каждый из которых выше почти на голову, но при этом знать, что ни один из них не причинит вреда.       Давняя привычка к тому, что только одиночество может быть безопасным, а любое общение может приносить боль и неудобства. И снова «Мира… была бы ты рядом…»       — О, снова острый язычок. Только учти, мы здесь танцуем, а не занимаемся словесными дуэлями. — голос Юнги вывел из внезапного ступора и Вика переключила всё внимание на него. Она старалась ухватиться за его слова, как за возможность ещё хоть что-то контролировать здесь. Он лишь усмехнулся и отошёл немного в сторону.       — Не волнуйтесь, Юнги-сси, я умею вести себя в обществе и не провоцировать окружающих. — она повторила его усмешку и сделала нарочно расслабленное лицо, да и вообще попыталась расслабиться, но стоя в таком окружении и чувствуя на себе взгляды… ощущала себя редким экспонатом в музее.       — Так ты и есть та самая… — первым начал Чонгук, но сразу замолчал, поймав на себе серьёзный взгляд Чимина, — То есть… просто привет… я Чонгук.       — Вика. — она смущённо кивнула и снова посмотрела в сторону Тэхёна. Без изменений. Он будто специально делал вид, что не замечал всего. Но если бы она могла читать мысли, то прочитала бы другое. «Ты считаешь доброту чувствами и боишься, что не сможешь ответить на них. Мне просто нужно быть немного дальше от тебя… Тогда тебе будет проще.»       — А мы слышали, что ты умеешь… — начал кто-то ещё, и тут же осёкся.       Воздух будто стал накаляться от неловкости и постоянных заминок. Вика не заметила, как дыхание начало сбиваться, а пальцы до боли вцепились в край собственной рубашки.       — Ребят, хватит уже смущать её... — рядом снова появился Чимин. Слегка разжал её пальцы своими.       — Расслабься. Всё в порядке… — он прошептал так тихо, что услышала только она. Другие могли увидеть, но сейчас было всё равно. Главное поддержка, что чувствовалась в его словах. — У нас мало времени. Давайте начнём репетицию. — добавил он громче и отпуская её дрожащие пальцы.       Они двинулись к центру зала. В колонках заиграли первые ноты. Вика осторожно тронула Чимина за руку и на миг сжала его длинный рукав кофты.       — Зачем ты помогаешь мне? — вопрос получился тихим, мягким, со всем тем страхом, который был внутри неё. — Чимин... — она назвала его имя, когда он хотел уйти без ответа.       — Прости, но если ты о чувствах, то нет. — он ответил твёрдо, будто хотел пресечь все её подозрения и мысли на корню. — У меня нет времени на это. Прости… — он добавил мягче, почти с улыбкой, но в его взгляде была твёрдость. — Мы можем поговорить об этом позже, ладно?       — Слава богу… — Вика тут же отпустила ткань его кофты и спрятала руки за спину. — Я так боялась…       — Боялась? — Чимин снова остановился в попытке уйти. Он прищурился и попытался заглянуть ей в глаза. Вика улыбнулась, увидев каким милым стало его выражение лица, но тут же смахнула с себя эту улыбку, когда он серьёзно продолжил. — Чего ты боялась?       — Твоих чувств. Я… я не… — слова снова застряли в горле, не в силах вырваться с правдой.       Чимин молча ждал, когда она договорит, не перебивал, не заставлял продолжить начатое.       — Я боялась... — снова начала она, закрыв глаза и пытаясь представить, что сейчас стоит одна и просто должна сказать это вслух. Не ему. Себе. Просто сказать. — Я боялась, что вдруг ты помогаешь мне не просто так, а я не смогу ответить тебе. — она сказала на одном дыхании, с внутренним страхом: «Лишь бы не запнуться, лишь бы не ошибиться словом…»       — Всё в порядке. — он улыбнулся и погладил её по голове. Она почувствовала, как вся сжалась от неожиданности, но почти сразу расслабилась. В этом жесте не было романтики, только тихая, осторожно начинающаяся дружба. — За чувствами тебе не ко мне. Я просто тут. Просто помогаю. Просто могу побыть рядом, если нужно, но… — он снова провёл ладонью по её волосам. — Мне пора. Кстати, закажи обед и не забудь про напитки. Список с обычным заказом, возьми там. — он кивнул в сторону противоположного угла, где стоял небольшой диванчик, а на нём валялась тетрадь с потрёпанным листами.       — Спасибо... — это было всё, чего она сейчас могла сказать. Он не просто успокоил — он снял с неё тяжесть, которую она сама на себя взвалила. И сделал это так просто, будто иначе и быть не могло.       — Список с заказом и название сайта на последней странице. — немного громче добавил он, уже отдаляясь к центру зала.

***

      — Тэ, — тихо позвал Чимин, когда их партии были рядом, а движения не слишком сложными, да и давно отточенными. — Зачем ты привёз её сюда, если даже не подходишь?       — Отстань, ладно? — Тэхён отвернулся, показывая всем видом, что дальше продолжать разговор не намерен.       — Ты обиделся? На меня? На неё? — Чимин не унимался, пытаясь узнать причину странной реакции. Это было теперь не столько любопытно, сколько принципиально.       Музыка стала громче, движения более резкими, точными до автоматизма, до одержимости в каждом бите, рывке, такте. Казалось, что не они танцуют под музыку, а музыка сама ведёт их, или даже следует за ними. Это была не репетиция, это был полноценный концерт перед зеркалом, где они выкладывали все силы.       Едва прозвучал последний бит, а динамики стихли, погрузившись в тишину. В зале также всё умолкло. Только тяжёлое дыхание, звук открываемых бутылок с водой, кто-то сел на пол, кто-то лёг.       Чимин сразу придвинулся к Тэхёну.       — Тэхён-а …       — Чего тебе?       — Что произошло? — Чимин спросил тихо, чтобы никто другой не услышал.       — Знаешь, просто… — Тэхён сделал несколько глотков воды и уставился в одну точку перед собой, будто что-то вспоминая и пытаясь осознать. — Она сказала, что боится, что моя помощь из-за чувств к ней, а она не сможет ответить взаимностью.       — А ты? — Чимин усмехнулся и ткнул Тэхёна локтем в бок. — Только не говори, что поверил в это, а…       — В смысле? О чём ты?       — Ну она тебе прям сказала, что боится твоих чувств или просто сказала в общем?       Тэхён задумался.       — Вроде бы нет… она говорила в общем. Вроде бы…       — Тэ, она говорила обо мне. Не о тебе. Ты видел её телефон? — Чимин снова усмехнулся и закрыл глаза, разминая шею. — На экране твоё фото… правда она его прячет. На чехле тоже твоё фото… было. Вчера она его убрала. — он улыбнулся и открыл глаза. — Но я почему-то уверен, что под чехлом тоже что-то есть.       — То есть ты говоришь, что она фа…       — Ой, да ладно тебе... — перебил Чимин. — Какая из неё фанатка… не кричит, не визжит, автографы не просит, из-за углов не фоткает.       — Тогда она… — Тэхён остановился на полуслове и посмотрел в сторону Вики. Она сидела на диванчике, облокотившись на спинку и даже не смотрела в их сторону. Телефон тоже лежал возле неё, а не был направлен камерой на них.       — Не знаю насчёт влюблённости, но ты ей определённо нравишься. Даже возможно по-настоящему. — Чимин встал, снова продолжая разминку. — Что сидишь? Ты плохо размялся, я видел. Следующая песня сложная, разомнись лучше, иначе можешь упасть.       Тэхён не ответил, просто смотрел в одну точку перед собой, а затем сделал несколько глотков воды, вытер лицо полотенцем и… пошёл к ней.       Вика сидела на диванчике в углу, уткнувшись в телефон, делая вид, что её здесь нет. Что она просто тень, просто ассистент, просто лишняя.       Он подошёл и сел перед ней на пол.       Она подняла голову. В глазах — растерянность, испуг, непонимание.       — Ты чего? — её голос дрогнул. — Воды принести? Или…       Он не ответил. Просто положил подбородок ей на колени и закрыл глаза.       — Тэхён?! — она дёрнулась, попыталась отодвинуться. — Ты с ума сошёл? Нас же увидят… там менеджеры за стеклом, персонал…       — Пусть видят.       — Там…       — Мне всё равно.       Он открыл глаза и посмотрел на неё снизу вверх.       — Ты вчера сказала, что я просто пришёл и ушёл. — он сказал тихо, но отчётливо. — Запомни: я не ухожу. Я здесь. И если кому-то это не нравится — они могут идти к чёрту. Поняла?       Она смотрела на него. Растерянно. Испуганно. И впервые за всё время — с каким-то новым чувством, которому пока не могла подобрать названия. Оно не помещалось в девятнадцать звёзд.       — Поняла... — выдохнула она.       Он улыбнулся. Краешком губ, быстро, почти незаметно. Встал, поправил футболку и, не оборачиваясь, пошёл обратно к зеркалу.       Вика смотрела ему вслед. Чувствовала, как колотится сердце. Чувствовала тепло на коленях — там, где он только что касался.       — Сумасшедший... — прошептала она.       Но не отвернулась.

***

      Приглушённый свет в танцевальной студии разливался мягким полотном по огромному помещению. Даже сейчас, после множества часов работы и репетиции, здесь не изменилось почти ничего. Только несколько меток, оставленных цветным скотчем. Разводы по низу зеркала — кто-то случайно ударял о него подошвой. На небольшом столике в углу — столбик из пустых бумажных стаканчиков.       Уже полчаса, а может и больше в студии висела тишина. Музыка стихла, прыжки, шаги, хлопки, чей-то громкий счёт при сложных движениях — всё осталось витать в воздухе, но уже стало очередным прошедшим днём.       Кто-то лежал на полу с закрытыми глазами, положив под голову руку, кто-то сидел прислонившись к стене.       Кроме Вики за весь день приходили ещё несколько сотрудников, проверяли всё ли в порядке и не требуется ли помощь. Но долго никто не задерживались.       Вика сидела на полу, прислонившись спиной к кожаному диванчику. Усталость ощущалась в каждой клеточке тела. «Боже… как они вообще выживают в таком темпе…» Сейчас она видела в них не звёзд, сияющих на сцене, а тот самый процесс, в котором они и достигали этого сияния. И этот процесс был изнурительным. В нём не было той романтики, которая была на экране. Это была работа. Тяжёлая работа. Над собой, над свои телом, движениями, голосом. «Я бы не смогла так… они такие сильные… не жалуются на усталость… а я буквально развалюсь сейчас…»       — Прости... — Тэхён подошёл совсем тихо и присел рядом на пол. — Я думал, что сегодня ты сможешь отдохнуть, пока здесь будут другие ассистенты.       — Всё в порядке. Я рада, что я здесь.       Вика смотрела на его уставшее лицо, на круги под глазами и внутри всё сжималось от осознания, что она не может ничем помочь. Совсем ничем. Только быть рядом, только подать чай, воду или принести напиток, что он попросит.       Она видела, как он пытается положить голову на сиденье дивана, но это было крайне неудобно в таком положении.       — Тэ… — она тихонько позвала, но он только что-то пробормотал в ответ. Больше не говоря ни слова она осторожно обняла его и положила его голову себе на плечо. — Так удобнее... — пояснила она, когда он попытался отстраниться и осторожно взяла его руку в свою. Тёплая, такая же крепкая, как и тогда, при их первой встрече, когда он вёл её за собой, только сейчас он не вёл её — он доверял ей, хотя бы в этой мелочи. Просто сидел рядом.       Она улыбнулась, проводя пальцем по его ладони и сразу почувствовала, как даже в полудрёме он напрягся.       Во время репетиции ей показалось, что его ладонь заклеена лейкопластырем, но он постоянно прятал его.       — Я отклею это и заменю, ладно?       Тэхён ничего не ответил. Вика одной рукой подтянула к себе сумочку и достала оттуда упаковку с лейкопластырем. Она аккуратно подцепила липкую ленту на его руке, осторожно убирая её, и тихо вздохнула, увидев глубокий, слегка воспалённый по краям порез. «Это нужно обрабатывать… почему он этого не делал…» Она наклеила чистый лейкопластырь, стараясь не задеть покрасневшие края и легонько прижала к коже.       Она видела, что Тэхён не спал, что изредка морщился, когда она прикасалась к пораненному месту и старалась быть ещё аккуратнее.       — Нужно обработать. — она попыталась встать, но он придержал её руку. Совсем не крепко, будто просто намекал, что ей лучше остаться. — Хорошо, только в отеле обработай, ладно?       Он ничего не ответил, только удобнее лёг на её плечо.       В студии уже никого не осталось. Только Юнги уходил сейчас, прикрывая за собой дверь и стараясь не хлопать.       — Тэ, нам нужно ехать…       — Подожди… совсем немного…       — Хорошо… ещё пять минут…       — Почему ты считаешь звёзды?       Вика замерла от этого тихого, внезапного вопроса. Он был задан почти шёпотом, но для неё был ударом грома.       — Я… я…       — И почему до девятнадцати..? Я весь мозг сломал, пока пытался понять.       Вика улыбнулась сама себе в зеркале напротив. Эта улыбка была грустной, потерянной, а выдох, что сорвался с губ, таким тихий, что она сама едва его уловила. Она только сейчас поймала себя на том, что совершенно спокойна, что не сжимает края одежды, не закрывает глаза. Просто думает с чего начать.       — Я считаю не просто звёзды… каждая звезда — это одна из ваших песен, что я слушала в то время… тогда их было девятнадцать и… вы давно идёте вперёд и написали гораздо больше, а я… я так и не смогла.       Признание прозвучало тихо, просто, без пафоса и красивых фраз. Как обычный рассказ, часть жизни, часть момента, что она не только прожила когда-то, а проживает до сих пор.       Тэхён молчал. Он даже не двигался, будто боясь сделать или сказать в этот момент что-то не то. Он накрыл её руку своей. Так осторожно, мягко, но в то же время так твёрдо, будто в этом жесте хотел что-то сказать, но так, чтобы не нарушать тишину, которая была настолько хрупкой, что её можно было сломать одним неосторожным вдохом.       — Тэ, больше не ранься… Не надо… Ладно?       — Не буду. Обещаю. Я научу тебя считать дальше девятнадцати. Можно?       — Можно.