Из жалости и любви

Мальчишка лет пяти, тёмные волосы в уродливой в своей простоте стрижке, здесь кажущейся до рези в глазах неуместной, бледное, уставшее лицо. Он не казался испуганным, но упрямо хранил молчание, хотя говорить, наверное, умел. Что-то пустое было в нём - такое знакомое; и Ос отвернулся. Он чувствовал: Антея ждёт вопросов - просто не понимал, что именно ей задать. Она готова была ответить на всё.