Часть 1

      Небеса рушились. Гулкий раскат грома сотрясал землю, и черные облака, словно рваные полотна, застилали небосвод. Воздух дрожал от невыносимого жара, молнии били в землю, оставляя за собой шрамы пламени. Сама Матерь Жизнь была разгневана, и ее гнев обрушился на мир неумолимой карой. Это было не просто наказание — это стало началом конца.       Школа Бессмертных не избежала катастрофы. За ее древними стенами, где прежде царила тишина вечности, теперь разносились предсмертные крики. Столько смертей среди бессмертных — казалось, никто из нас еще не видел подобного. Старшие укрывали младших, пытаясь дать им хоть мимолетный шанс на спасение, но бежать было некуда. Или, возможно, так лишь казалось.       Цитадель — сердце нашей силы, крепость, возведенная для защиты нас самих. Теперь же здесь царил разгром. Всадники, воплощенные посланники смерти, сделали верный ход: они ударили по самому сильному звену первым. После того как падут воины, кто сможет защитить слабых?       Я знала, что так будет. Я предчувствовала это задолго до того, как стены содрогнулись от первого удара. Но знание не делало реальность менее страшной.       Каждый бессмертный был на счету. День и ночь я несла свою службу, зная, что даже те, кто никогда не умирает, нуждаются в защите. Но покой так и не пришел.       Первый удар громыхнул, сотрясая стены, и в ту же секунду в оружейную ворвался воин цитадели. В глазах его бушевал огонь битвы, а в голосе звучал приказ:       — Дети должны быть в безопасности!       — Какие указания? — я вправду не понимала, что я могу сейчас сделать, кроме как отражать нападение на цитадель. Даже несмотря на незатянувшиеся травмы, я была готова выстоять столько, сколько потребуется.       — Я тебе не приказываю, я тебя прошу. Защити их, мы справимся, по крайней мере пока. Найди орден. Я тебе доверяю, — ангел схватил меня за плечи и не отрывал умоляющий взгляд от моего лица.       Покидать цитадель, пока мои соратники прикрывали меня своими спинами и крыльями, было унизительно. Хоть я понимала — это для благой цели, внутри все сжималось от отчаяния. Это выглядело как бегство.       Сильные белоснежные крылья несли меня к храму знаний, то и дело огибая препятствия. В небе уже нигде не было безопасно. Красные вспышки то и дело озаряли небосвод.       Я ступила на землю у входа и замерла. Меня встретили распахнутые двери и тишина. Слишком звенящая тишина для места, где должны находиться дети. Напряжение затянуло все пространство. Я сделала несколько шагов вперед, поднимая руки для готовности атаковать. Создавать импульсы и наносить удары, равно как и перенаправлять их, было сродни дыханию.       —Ами! — голос Мисселины раздался сбоку.       Я опустила руки и направилась в сторону учительницы.       — Мы ждали тебя. Эрагон предупредил, что ты их заберешь в безопасное место, — Мисселина семенила за моим широким шагом.       Эрагон, значит, предупредил. Всегда знает наперед.       —Где все?       — У омута, — ответила ангел.       Я сжала челюсти, ведь я и вправду не придумала ничего лучше, чем перенести детей на землю. Во всяком случае на время они будут в безопасности. А он знал.       — Он был опечален, — добавила Мисселина.       Знал, очевидно, больше, чем сказал.       — Надо торопиться.       В уме я продумывала, где я смогу спрятать бессмертных.       — Всего шестеро ребят...       Я толкнула массивную дверь вперед и отошла в сторону, пропуская бессмертную.       — Втянули воздух... — раздался хриплый мужской голос.       Геральд отвлекал маленьких бессмертных от проблем внешнего мира, старательно показывая фокусы со своей магией. Мужчина только внешне был грозный, но глубоко внутри он переживал за каждого своего подопечного.       — Нам пора, — я понимала, что, возможно, дети видят своих учителей в последний раз, но времени уже не было. Мисселина утерла слезы платком и обняла каждого из ребят.       — Будьте храбрыми, — если бы ангел могла, она бы вложила свои слова глубоко им в голову, чтобы те никогда не думали сдаваться.       Я оторвала взгляд от Мисселины и наткнулась на напряженный Геральда.       — Возвращайтесь, — он окинул взглядом затихшую Мисселину, — возвращайтесь, если будет куда.       Я не нашла, что ответить, ведь ни один из нас не знал исход событий. Вернёмся ли мы, будем ли живы. Даже бессмертные умирают. Я подтолкнула детей к омуту и нас окутала облачная дымка портала. Я старательно фокусировалась на месте, в которое предполагала отправить бессмертных, ведь сейчас это моя главная и единственная задача.       Нас выкинуло в поле, сама природа противилась нашему появлению. Дыхание сбилось, а в лицо ударил промозглый ветер.       — Мы вернемся назад? — звонкий голосок ворвался в мои мысли, а маленькие ручки дернули за крыло.       Я присела перед девочкой и коснулась ее плеча.       — Я не знаю, — какой толк врать прямо в глаза.       Я обернулась через плечо, где, по меньшей мере, в километре, стояло несколько зданий, одно из которых походило на церковь.       — Мы пойдем туда, — я кивнула на здание церкви.       Дети, хоть и уставшие, послушно двинулись вперед, топая по сырой траве. Камелия держала за руку младшую Аду, Саму шел немного позади, я непрерывно чувствовала его взгляд на своих крыльях, а остальные просто старались не отставать. Когда мы дошли до первой пристройки, мальчик остановился.       — Ты ведь им поможешь? — маленький демон не отрывал от меня взгляд, ковыряя ноготками свои пальцы.       Камелия шагнула вперед первой, прижимая к себе Аду. Саму повременил, бросив долгий взгляд на меня. Я хотела бы сказать что-то ободряющее, что они встретятся со своими родными, хотя уже знала, что Саму никогда не увидит вновь своего отца, что все будет хорошо. Но я не имею права давать ложные надежды.       Я прошла внутрь, вслед за молодыми бессмертными. Они казались чем-то нереальным и находящимися не в том месте, здесь, на Земле. Бегло оценив скудный интерьер, я заперла все двери и окна, но в такой глуши это было без надобности. После сдвинула несколько лавок и позвала детей. Роль няньки меня не очень впечатляла, но одновременно в груди расплывалось теплое чувство к детям. Весь оставшийся день я рассказывала им сказки про острова бессмертных, про жизнь на Земле, сама я бывала слишком часто на заданиях, может поэтому Эрагон послал меня… И про то, какие артефакты они смогут найти в кабинете Фенцио, если будут достаточно ловкими. Дети смеялись и, казалось, немного расслабились, да и я спустя какое-то время смогла улыбнуться.       Вскоре сквозь щели в окнах перестал проникать свет, а усталость сказалась на всех нас. Мы соорудили что-то отдаленно похожее на кровати из того, что нашли в сундуках, стоящих у стены. Это, конечно, не небеса, но, учитывая события, вполне терпимо. Я проследила за бессмертными, пока все не легли на свои места, и вышла на улицу, напрягая слух. Где-то далеко прокаркал ворон. Рядом с церковью не было живой души. Я вернулась к детям, заперла дверь и заняла свое место. Бессмертное тело еще немного ныло после прошлой схватки, поэтому в сон провалилась также легко, как в омут.       Что-то было не так. Грудь сжало. Волна невидимой силы прошла сквозь меня, вырвав из сна. Я вскочила, моментально обостряя чувства, и тут же поняла — призыв. Я потянулась вперед, попыталась ухватиться за Камелию — она была ближе всех, но было уже поздно. Сила небес уносила меня прочь, тело теряло вес, подчиняясь чужой воле.       Я резко втянула воздух, ощущая, как призыв вышвыривает меня обратно в Цитадель. Гул битвы заполнил уши. Крики, звон мечей, удары магии, рев всадников. Я сорвалась вниз, раскинув крылья в последний момент. Пыль и обломки камней заполнили воздух, запах горящего металла и крови бил в нос.       — Сзади! — чей-то голос прорвался сквозь шум.       Я обернулась, посылая импульс, который мгновенно уничтожил препятствие. Нашла взглядом Ребекку. Ее белоснежные одежды были залиты кровью, а золотистые крылья были напряжены. В одной руке она держала меч, другой удерживала раненого Эрагона.       — Найди орден! — выкрикнула она, отбиваясь от приспешника, чей жуткий, покрытый тенью силуэт неотступно двигался вперед. Она вскинула руку, кидая небольшой предмет в мою сторону, который я поймала и спрятала в карман брюк.       Я видела, как воины Цитадели падают один за другим. Бессмертные умирали. Но худшее было впереди. Я почувствовала его еще до того, как увидела. Матерь Жизнь отвернулась от нас. Я стиснула зубы и сжала руки в кулаки, чувствуя, как в венах закипает светлая магия.       — Если мы падем здесь, — прошептала я, — некому будет спасти остальных.       Тогда сражайся, Ами. Вторил мне разум. И я сражалась. Бок о бок с остальными воинами. До головокружения от истощения магии. До привкуса металла во рту. Когда в небесах появились крылатые чудовища и как только мы все поняли, что происходит, я из последних сил ринулась к омуту Цитадели. В последнее мгновение переноса я почувствовала силу разрушения, погружающую меня в небытие на пути к оставленным мною бессмертным.       Над землей разносились крики чудовищ, лица касалась высокая трава под гнетом ветра. Я открыла глаза, отмечая, что солнце заходит за горизонт. В голове гулом разносилась лишь одна мысль. Дети. Я вскочила на ноги и расправила крылья, в считанные секунды преодолевая расстояние до церкви, где оставила бессмертных и застыла. Сорванные с петель двери открывали вид на разрушенные лавки, которые послужили нам постелью, копоть на стенах, пепел от одеял и тряпок.       — Ада! — сорвалось с моих губ.       Я сделала несколько шагов вперед. Под ногами затрещало стекло. Я присела на корточки около растекающейся зеленой лужицы и взяла куски стекла в руки, которые тут же врезались в кожу. Вскрикнув от неожиданного колющего ощущения, выронила осколки обратно на пол. Взгляд зацепился за еще несколько таких разбитых колб. Чувствуя нарастающую тревогу я выбежала на улицу и поднялась в воздух.       Облетев периметр, я заметила следы шин на мокрой земле, которые вскоре обрывались.       —Камелия! Саму! — я не могла поверить в то, что они не спрятались где-то в здании.       На землю спустились сумерки и разглядеть что-либо становилось сложно. Я поднялась выше и пролетела вперед еще несколько километров.       Нечеловеческий крик раздался где-то рядом и я завертела головой в поисках источника. Передо мной словно выросло чудовище и потянулось к крыльям. Уворачиваясь от когтистой лапы, я схватилась за его голову, поворачивая ее до щелчка. Отродье упало вниз, оставляя меня в полном смятении.       До ближайшего города — Оксфорда, было около двух часов пути, если мне не изменяла память. Я судорожно пыталась понять, что делать и где искать бессмертных, да еще и так, чтобы меня не заметили.       Наплевав на все, я кружила над каждой деревушкой и каждым домом, иногда слыша возгласы людей. Их нигде не было. Никаких следов. Вскоре я добралась до города и опустилась на крышу здания. Ночь помогала мне скрываться, но белые крылья так и наровили выдать мое присутствие. Я наблюдала за проезжавшими мимо машинами, пытаясь выцепить взглядом что-нибудь подозрительное. Поняв, что попусту трачу время, поднялась высоко к облакам и отправилась на окраину. Я спустилась на землю и прошла вдоль ангаров, стараясь уловить присутствие бессмертных.       — Крылатых тварей становится больше, — напряженный слух уловил грубое высказывание.       — Отродий или этих? — отвечал ему другой человек.       — Всех, — мужской голос взорвался смехом.       Я нахмурилась и отошла глубже в тень, скрывая крылья и слыша приближение шагов. Я теряла время, но и показаться тем, кто мог бы быть опасен, не хотелось. В голове до сих пор всплывал образ колбы с зеленым раствором, от которого еще долго жгло пальцы. Я выжидала время, когда мужчины удалятся на безопасное для меня расстояние, чтобы взлететь.       Казалось, прошло не меньше часа прежде, чем я вышла из своего укрытия. Я огляделась и, не найдя свидетелей, сделала рывок в воздух. Раздался тихий хлопок, руку и бедро обожгло, перед глазами все расплывалось, затем обожгло крыло и я, теряя равновесие и скорость, начала камнем падать вниз.       Сознание уплыло в момент, когда тело, казалось, разломилось на две части, достигнув твердой поверхности, а рядом был слышен тяжелый стук сапог.