Часть 6

      Мы оказались на подземной станции. Тусклый свет ламп, едва справлявшихся с давлением тьмы, придавал этому месту мрачную, но при этом странно уютную атмосферу. Здесь было много людей — выживших, изгнанников, потерянных душ, которые искали хоть какой-то смысл в новом, изменившемся мире. Кажется, все, кто смог выжить, теперь создавали группы и поселения. Катаклизмы уничтожили вышки связи, и люди попросту не могли найти друг друга. Теперь они были вынуждены искать смысл в объединении, иначе их ждала смерть.       — Вам есть куда идти? — голос мужчины прозвучал резко, но не враждебно. Это был тот человек, который до этого остановил меня в попытке спасти человека. В его взгляде читалась усталость.       — Мы возвращаемся к затопленным небоскрёбам. Приведем все в порядок и выдвинемся, — ответил командир.       — Там еще остались люди? — мужчина был ошарашен, — Передайте им, что для них здесь найдется место.       В его глазах вспыхнула надежда, словно он не верил, что кто-то ещё мог выжить за пределами их убежища. К мужчине подбежала женщина и бросилась на шею, её лицо озарилось радостью. В её глазах было что-то большее, чем просто радость встречи, в них плескались: облегчение, тепло и нежность. Отряд отошел к стене. Я слышала у нескольких человек в отряде британский акцент, они тихо говорили об Ордене. Означало бы это то, что они возвращаются в Оксфорд?       — У вас там тоже все не спокойно? — ко мне обратился молодой парень.       — А? — я растерялась, на мгновение отвлекаясь от мыслей, — да, тоже много зараженных.       — Понятно, — увидев, что я не настроена на диалог, парень ушел.       Я рассматривала окружающих. Несколько человек стояли, разговаривая с бессмертными, их совершенно не пугал их внешний вид. Девушку ангела засыпали расспросами парни, все время пытаясь потрогать ее крылья. Демон вдалеке не сводил с них напряженный взгляд. Он то и дело одергивал себя, чтобы не подойти к ним и не разогнать их всех. С другой стороны стоял командир отряда и о чем-то говорил с мужчиной из поезда. Я подошла ближе.       —...не мы, бессмертные. Они нашли нас примерно год назад. Помогали нам, ничего не требуя взамен.       — И где они сейчас? — недоумевал командир.       — Их задрали отродья. Пару месяцев назад.       Я уже слышала об этом. Остин говорил про бессмертных, которые помогали. Он заходил так далеко? Почему не остался с ними?       — Они пожертвовали собой ради вас? — голос демона прозвучал хрипло, словно он не хотел верить в услышанное.       Мужчины продолжили разговор, а командир отошел. Я проследила за его взглядом, который был обращен на Киру, сидящую прямо на полу у стены. Перед ней, держа за руки, сидела девушка. Я подумала, что лучшего момента для меня не будет, и подошла к командиру ближе. Тот перевел взгляд с немым вопросом на меня и сложил руки на груди.       — Вы отправляетесь в Оксфорд?       Командир напрягся, кивнул, но не сводил с меня настороженного взгляда.       — Сколько будет стоить сесть вам на хвост? — я решила не ходить вокруг да около.       Мужчина сомневался и переводил взгляд то на Киру, которая уже могла бы быть мертва, то на меня. Командир молчал, оценивающе глядя на меня. Я видела, как в его голове идёт борьба — доверять мне или нет. Он снова взглянул на Киру. Обессиленная, но живая.       Мужчина сжал челюсти, потом тяжело выдохнул.       — Зачем тебе нужно в Оксфорд?       — У меня там дела, — я выдержала его взгляд.       — Неубедительно, — он хмыкнул, качая головой.       Я чуть наклонила голову, понимая, что простого ответа будет недостаточно.       — Допустим, у меня есть вопросы. И люди, которые могут знать ответы.       — Какие вопросы?       Я стиснула зубы. Он не доверяет мне, так с чего решил, что я должна доверять ему.       — Я не прошу доверять мне. Только место на корабле. Можете заковать меня в наручники, командир, если вам от этого будет легче.       Он молчал ещё несколько секунд, потом коротко кивнул. Но стоило мне сделать шаг, как подошел мужчина и схватил за запястья, это именно он вытягивал меня тогда из здания.       — Наручники, — произнес он и на моих запястьях щелкнули два блестящих браслета.       — Как только мы доберемся до города, наши пути расходятся, — произнес мужчина.       — Так точно, командир, - я подняла руки к голове.       Мужчина смерил меня взглядом и направился в сторону Киры. Один из отряда, надевший на мои запястья кандалы, хмыкнул. Я перевела на него взгляд.       Его руки были в бинтах, а открытые участки кожи были исполосованы шрамами. На его лице, от губ, тянулся рваный шрам, который не выглядел чем-то инородным, словно всегда был его частью. Я уловила в его взгляде нечто большее, чем просто оценку. Возможно, любопытство.       — Что? — я снова посмотрела на него, чуть приподняв бровь.       — Ничего, — он хмыкнул, — просто редко встречаю людей, которые предлагают генералу надеть на них наручники.       — А какой у меня выбор? У вас нет причин мне доверять, ровно как и у меня доверять вам, — я пожала плечами.       — Верно подмечено, — он кивнул и отвернулся, но затем, как бы между делом, добавил, — но если бы хотел тебя пристрелить, уже сделал бы это.       Я не ответила сразу, просто улыбнулась уголками губ.       — Какая честь, — протянула.       Он снова усмехнулся, но уже мягче, и отвернулся, направляясь за остальными.       Я отметила про себя — этот человек не просто наблюдал, он запоминал. Я наблюдала за тем, как мужчина шел вслед за командиром, но не могла не заметить — генерал едва удостоил его взглядом. Что-то между ними было. Напряжение и какая-то отчуждённость.       — Что, генерал тебя не жалует? — бросила, когда мужчина со шрамом вновь оказался рядом.       Он скользнул по мне взглядом, в котором мелькнуло что-то насмешливое.       — Ты наблюдательная.       — Ну, мне теперь делать особо нечего, руки-то заняты, — я чуть пошевелила наручниками.       Он снова ухмыльнулся, но в глазах скользнула тень.       — Генерал просто… не любит тех, кто не вписывается в его идеальную картину мира.       — А ты не вписываешься? — я прищурилась.       Он пожал плечами, словно это не имело значения.       — Делаю, что должен. Но у генерала на это другой взгляд.       Я кивнула, запоминая. Этот человек был не просто солдатом. И, судя по всему, его история могла оказаться не менее интересной, чем моя собственная.       — Выходим, — скомандовал генерал.       По карте, нарисованной мужчиной из поезда, мы вышли на пустую магистраль. В воздухе витал запах гнили и разложения, а тихий ветер приносил с собой пыль и старую, прелую листву. Рядом, как конвой, шел демон. Я чувствовала, как мои силы истощаются, как всё сложнее поддерживать завесу, скрывающую мои способности.       Отряд вышел к лодке, которая уже успела покрыться тиной за время их отсутствия. Добирались в тишине, следуя за ангелом и демоном, летящими впереди. Они контролировали обстановку впереди, заранее сообщая о преградах.       Небо было почти черным, едва видимый серый свет неба служил лишь фоновой тенью для мракобесных силуэтов. На горизонте, среди обломков разрушенных небоскрёбов, я заметила тусклый огонёк. Он танцевал в темноте, словно одиночный глаз, который следил за нами. Это был костёр. Одна единственная точка света среди разрушений и тьмы, надежда на какое-то тепло и безопасность.       Генерал отдал приказ отряду и направился к капитану корабля, их шаги раздавались глухо в пустоте, но я не пошла за ними. Я осталась в тени, предпочитая наблюдать.       Здесь, среди разрушенных стен и обломков, я могла немного ослабить завесу. Скрывать свои силы от бессмертных было как балансировать на острие ножа — чуть меньше концентрации, и я могла выдать себя. Но здесь, в этой тени, на мгновение я позволила себе расслабиться. Пусть даже немного.       Мы провели на отшибе несколько дней, пока мужчины подготавливали судно. Я отошла от отряда достаточно далеко, чтобы это было безопасно, но при этом они оставались в моем поле зрения. В дальнейшем я собиралась полагаться на то, что отголоски моей энергии смешаются с бессмертными и не вызовут подозрений.       Как только корабль отошёл от берега, меня проводили в одну из кают и без лишних слов приковали наручником к металлическому каркасу койки. Щёлкнул замок, и я осталась одна.       Каюта была маленькой, с единственным тусклым светильником, мерцающим на столе. Металл корабля скрипел, волны мерно бились о корпус. Тяжёлая тишина сдавливала грудь. Оковы тревожили отголоски воспоминаний, не давая расслабиться.       Когда на палубе наступила тишина, я пошарила свободной рукой в кармане, доставая пластину, которую мне дала Ребекка. Провела пальцем по гладкой поверхности пластины, ощущая едва заметные выемки и гравировки. Её вес был неожиданно приятным, чуть тяжелее, чем казалось на первый взгляд. Свет от стика, который мне оставили в каюте, отражался на металлическом покрытии, создавая блики, похожие на звёзды на тёмном небе.       В голове звучали школьные лекции, которые я перебирала, словно старые записи, пытаясь хоть чем-то занять себя. В голове крутились бессвязные отрывки знаний, всплывающие в памяти, пытаясь заглушить гнетущую тишину.       Иногда слышался топот шагов за дверью — тяжёлые ботинки, чьи-то приглушённые голоса. Шум угасал, и снова наступала тишина, только корабль скрипел в такт качке.       Я сжала пластину в ладони. Ребекка не объяснила, что на ней — на это не было времени. Возможно, это ключ. Возможно, билет назад.       Я прикрыла глаза, но сразу пожалела об этом. Вспышки прошлого нахлынули без спроса.       Ледяные стены лаборатории. Холодный свет люминесцентных ламп, запах антисептиков, металлический привкус крови во рту. Оковы на запястьях, удерживающие меня на столе. Глухие отстранённые, безразличные голоса, звучащие совсем рядом.       — Она нестабильна, внесите в протокол. Вводите тестируемый препарат, — эхом раздался голос.       Разрывающая, прожигающая каждую клетку тела боль, заполнила все чувства. Я дёрнулась, врезаясь в жёсткий матрас. Грудь сдавило, ладони вспотели. Тёплая ладонь коснулась моего плеча. Я дёрнулась, срабатывая на инстинктах, и резко схватила чужое запястье свободной рукой.       Глаза раскрылись — передо мной был он. Мужчина со шрамом. В темноте его лицо казалось резче, линии жёстче. Но он не отдёрнулся, не сделал резкого движения. Только слегка приподнял бровь, будто удивляясь моей реакции.       — Ты дерёшься даже во сне? — в голосе звучала усмешка, но в глазах проскользнула настороженность.       Я медленно разжала пальцы, отпуская его руку. Тёплая кожа, твёрдые мышцы под пальцами — он был живым напоминанием, что я больше не в лаборатории.       — Привычка.       В его взгляде промелькнуло нечто похожее на понимание. Наручники неприятно сковывали руку, напоминая о прошлом. Я заставила себя вернуться в реальность. Здесь не лаборатория.       — На вкус, как резина, но Ноа старался, —мужчина поставил тарелку на койку.       — Пленных начали кормить?       — Такое было условие.       — Расслабься, я помню, что говорила, — я погремела наручниками.       Мужчина подошел ближе и мне пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо. С тихим щелчком с моей руки упал серебряный браслет, оставаясь висеть на изголовье. Я с недоверием посмотрела на освободившееся запястье, чувствуя лёгкость.       — Сомневаюсь, что это приказ генерала.       — Бывает, знаешь ли, что тебя посылают, чтобы ты просто исчез, но при этом остаешься полезным, — мужчина протянул мне руку, — сомневаюсь, что ты бросишься меня убивать. Ян.       — Ами, — протянула руку в ответ.       Его рукопожатие было крепким, но без излишнего давления. Тёплая ладонь, шершавые мозоли — следы от оружия, сражений и тяжёлой работы. Он не разглядывал меня слишком пристально, но его взгляд цеплялся, как если бы он пытался разгадать меня с одного прикосновения.       — Значит, Ами, — Ян слегка кивнул, отпуская мою руку. — Теперь, когда формальности позади, может, ты всё-таки скажешь, зачем тебе в Оксфорд?       Я откинулась назад, упираясь спиной в холодный металлический каркас койки.       — Уже спрашивали, — напомнила я, покачивая рукой, на которой недавно ещё болтались наручники.       — Верно, — Ян скрестил руки на груди, ухмыляясь. — Но ты не ответила.       Я изучала его. Он играл в лёгкую непринуждённость, но я знала, такие люди как Ян не просто развлекались беседой. Он наблюдал и анализировал, всегда оставаясь в тени.       — А ты всегда такой любопытный?       — Когда дело касается попутчиков в наручниках — определённо.       Я вздохнула, скользнув пальцами по пластине, которая всё ещё лежала на моей ладони.       — Я слышала, вы говорили про Орден, — начала издалека, — может, они ответят на мои вопросы.       Ян замер на мгновение, едва уловимо напрягаясь, но быстро вернул себе обычную расслабленную позу.       — Орден, да? — пробормотал он, склонив голову набок, словно обдумывая мои слова.       Я уловила что-то в его голосе. Лёгкую тень усталости? Или, может, сожаление?       — Ты что-то знаешь? — прищурилась я, пристально глядя на него.       — Я много чего знаю, — Ян усмехнулся, уходя от ответа.       — Но конкретно на этот вопрос отвечать не хочешь, — заметила я, наблюдая за его реакцией.       — Может, просто не вижу смысла? — он лениво пожал плечами.       — Значит, в Оксфорде их нет? — спросила я прямо.       Ян не отвёл взгляда, но в глазах его мелькнуло что-то странное.       — Кто знает? — протянул он с лёгкой усмешкой.       Я вдруг почувствовала, что он что-то недоговаривает. Может, Орден давно распался? Может, его уничтожили? Или… Я прикусила внутреннюю сторону щеки, подавляя раздражение. В конце концов, в Оксфорде я получу свои ответы.