Глава 12. Ванна.

. Маниса. Август. 1540 год.    – Ты должна быть в комнате, – равнодушным тоном протянула Амира, не поднимая взгляда на Джихан.    Смотреть было не на что; живота не было видно, а рассматривать её, украшенное озлобленностью или неприязностью, лицо желания не было.    – Вы думаете, что выиграли? Втёрлись в доверие Шехзаде и теперь правите здесь? – В её голосе слышалась ирония и обида.    – Править здесь могут только Повелитель, Шехзаде и Хюррем Султан, – она подняла на наложницу взгляд. – Я же управляю. Хочешь ты этого или нет, но на то воля Падишаха и Шехзаде. Идти против их приказа – отправиться на плаху. Ты, как рабыня, должна это знать.    – Вы никогда не будете с Шехзаде. Повелитель этого не позволит, – сменила тему, резко зашипев. Рабия хатун требовательно зыркнула на неё, но темноволосая проигнорировала это.    – Да я вроде и не прыгала к нему в постель, – хмыкнула Амира и отложила свёрток с отчётом.     – Слухи в гареме просто так не появляются. Все знают о ваших совместных вечерах, – она явно не собиралась отступать.    Амира лишь в мыслях посочувствовала её будущим служанкам. Не все беременные настолько истеричны, но блондинке не повезло застать и такой случай. Та же Михримах вела себя вполне миролюбиво, когда вынашивала дочь.    – За пустословие принято наказывать, – добродушно вставил Огюз-ага.    Амира краем глаза заметила посветлевший оттенок кожи Джихан. Почему-то сомнений в том, что слухи распускают её служанки или девушки, подначиваемые ими, не было. Но блондинка могла ошибаться, конечно.    – Ну тебя сильно жестко я наказать не могу, пока ты носишь дитя Шехзаде, – она увидела, как грудная клетка наложницы опустилась в облегчённом вздохе. – Но приказать закрыть тебя в комнате и выпускать только под строгим контролем Рабии хатун я могу. Девушки в гареме на тебя плохо влияют. Заставляют волноваться…    Наложница замерла. Ребёнок в её чреве был и гарантом безопасности, и оковами одновременно. Вместе с властью к Джихан приходит ответственность и правила. Жаль, что поняла она это, похоже, только сейчас.    – Шехзаде не позволит вам сделать это! Я мать его ребёнка! – Возмутилась девушка.    – А ещё Шехзаде знает все предписания врача. Так же, как и то, что ты сейчас должна быть в комнате и соблюдать постельный режим, – Амира слегка злорадно усмехнулась и поднялась, подошла к ней. – Если уж изволишь защищаться своим дитём, будь добра – заботиться о нём ещё в чреве. Твой срок ещё считается рисковым. Потерять ребёнка на третьем месяце – не редкость, к сожалению.    – Вы угрожаете?.. – Голос Джихан сел, а взгляд стал стеклянным.    – Предупреждаю.    Она правда предупреждала. До двенадцатой недели риск потерять ребёнка и правда велик. У Джихан была одинадцатая неделя. Возможно, наложница подумала, что Амира может начать травить её, но для неё это означало бы предать Мехмеда. Он хочет этого ребёнка, пускай и не особо жалует его мать.    Она отвернулась и села обратно на тахту. Свиток снова появился в хрупких на вид руках.    – Возвращайся к себе. Рабия хатун тебя проводит, – хазнедар поклонилась и, взяв наложницу под локоть, увела оскорблённую девушку из покоев.    – Огюз-ага, – спустя несколько минут молчания отозвалась управляющая.    – Да?     – Присмотрись к девушкам внимательнее. Узнаешь, кто пустословит, наказывай по всей строгости, – Амира посмотрела на слегка встревоженную кошку, умостившуюся под трюмо.     – Как прикажете, – евнух поклонился. .    Амира окинула внимательным взглядом Елизавету. Встревоженная женщина зачем-то позвала её к себе и теперь мельтешила по комнате. Главная служанка покинула их вместе с другими служащими.    – Вы взволнованы, – постаралась аккуратно начать девушка.    – Кое-что приготовила для тебя, но наберись терпения, дорогая, – пробормотала женщина, не останавливаясь. Девушка промолчала.    Через несколько минут они уже спешным шагом шли к баням. Служанки семенили поодаль. Амира, не задавая лишних вопросов, потому что поняла, что ей не ответят, просто шла рядом.    Знакомая жаркая пара ударила в лицо, когда они вошли в купальни. Елизавета вела её по широким залам хамама и завела в укромный уголок одной из купален.    Посреди помещения Амира увидела аккуратно выложенную плиткой ванную. Её рот слегка приоткрылся от удивления.    Ванные стали появляться в этой стране после появления Нурбану. Но она едва ли появится только через несколько лет. Елизавета очень рисковала, отдавая приказ сделать здесь ванну.     – Я отдала приказ сделать её сразу по приезду. Указ пошёл через Шехзаде, так что сделали по совести, – она обошла внучку со спины. Аккуратно поддела прохладными, слегка огрубевшим с возрастом пальцами полотенце. – Тебе стоит расслабиться. Полежи, попроси Аслы сделать тебе массаж.    Она мягко отодвинула светлые волосы, осматривая бледную спину. Амира почувствовала, как взгляд родственницы опустился ниже. Прошёлся по пояснице, округлым ягодицам и поджарым ногам.    – Тренировки отразились на тебе. Тело накаченее, чем привычное для женщин. Плечи шире, фигура выглядит грубее, – прокомментировала женщина.    – Елизавета, – слегка смущённо упрекнула она и слегка повернула голову.    – Не смущайся, дорогая. Я хочу быть уверена, что в случае брака ты сможешь пережить беременность и роды. Поверь, знать особенности своего тела полезно, – женщина мягко надавила на светлое плечо, заставляя повернуться передом.    Взгляд прошёлся по тонким ключицам, стоячей груди, выступающим рёбрам, выделяющейся талии и плоскому животу с видневшейся полоской пресса.    Добиться кубиков женщине очень сложно, но она и не стремилась. Хотела оставить черты, делающие её фигуру женственной. Но плечи, ставшие шире, едва ли оставили ей шансов.    – У тебя крепкая фигура. Будем надеятся, что здоровье тоже, – довольно хмыкнула женщина, а после молча оставила её.    Амира расслабленно вздохнула и повернула голову к ванне, наполненной розовой водой. Услышала, как двери открылись и тихую ходу Аслы.    – Госпожа, вы в порядке? – Тихий голосок служанки и олений взгляд вернули её в реальность.    – Да, Аслы, – тихо, на выдохе.    – Ваша бабушка приказала мне сделать вам массаж, но если вы не хотите…    – Всё в порядке, Аслы. Откажусь и Елизавета примет за оскорбление. Это подарок, – Амира не отводила взгляда от розоватой воды.    – Странные у мадам подарки… – Аслы стала рассматривать столик с фруктами и вином, стоящие рядом с ванной. – Никогда не видела таких.    – Это называется ванна. В Европе они используються так же, как и у нас хамамы, – она опустила стопу в воду.    Голень обожгла горячая вода. Кожа раскраснелась. Амира медленно опустилась в воду, стараясь расслабить напряжённое тело.    Перед глазами стояла рука с занесённым кухонным ножом и злые глаза её убийцы. Тело рефлекторно напрягалось и, невзирая на все попытки хозяйки, расслабляться не спешило.    – Вы слишком напряжены, – пробормотала служанка, в очередной раз проходясь по мышцам.    – Я просто не привыкла. – Вздохнула она.    – Оно и ясно. Где это видано, чтобы люди мылись в стоячей воде, – недовольно пробормотала девушка. Блондинка хмыкнула себе под нос. – Я налью вам вина. Оно должно помочь расслабиться хотя бы немного.    Она подлетела к небольшому столику. Тихое журчание напитка порезало слух. Амира прикрыла глаза и опустилась ниже. Маленькие островка пены коснулись груди.    Девушка вытянула руку, когда тёплые пальцы слегка постучали по плечу. Прохладный металл, покрытый конденсатом, создал контраст, в сравнении с горячей водой.    Слегка пригубила, делая мелкий глоток сладкого напитка.    – От Шехзаде ничего не слышно? – Всё таки опустив плечи в расслабленном жесте, поинтересовалась управляющая.    – Шехзаде хочет собрать знатных мужчин в одном из охотничьих поместий. Сезон охоты начинается совсем скоро, – разминая мышцы, проворковала девушка.    – Нужно будет поинтересоваться. Мехмед знает, как сильно я хотела побывать на таком событии, – она приоткрыла голубые очи и встретилась с вопросительным взглядом. – Я не бывала на охоте с султанской семьёй. Точнее, не пробовала охотиться, хотя из лука стреляю хорошо. Всегда оставалась с другими женщинами. Мехмед, если и возмёт меня с собой, то обязательно попросит меня поучаствовать в самой охоте.    – Я даже не знаю, что с собой брать в поездку, если вы будете тоже охотиться, – растерянно пролепетала она.    – Тоже самое, только ещё и форму для езды на лошади, – помогла Амира.    – У вас же нет лошади, – остановила массажные движения. Амира вздохнула и служанка, услышав вздох, возобновила движения.    – Присмотрю из местной конюшни, если Шехзаде, конечно, просто не выберет мне одну из своих знакомых, – хатун отпила ещё вина.    – У вас не было длительных поездок на лошади, кроме тренировок. Охота длится едва ли не целый день, уверены, что выдержите?    – Я же не постоянно буду на ней. Время от времени будут остановки, опять же, суть охоты в том, чтобы ловить дичь, – усмехнулась она. Потянулась за виноградиной.    – Кровь, – поморщилась Аслы. – Вам же плохо от её вида…    – Только от своей. Кровь кабана или птицы меня не пугает, – поправила её Амира.    – Мадам тоже поедет?.. – Настороженно насупилась служанка.    – Возможно. Даже если поедет, то будет в доме. Незачем ей сама охота, – блондинка вернула бокал на стол. – Это может быть показателем для знати, что Шехзаде следует приказам отца и принимает его волю.    – А Джихан хатун? – Аслы продолжала супиться.    – Не думаю. Лекарь настоятельно попросил её беречься. Его советам она возможно и не следует, но воле Шехзаде, который не даст ей жертвовать здоровьем ребёнка, противиться не посмеет.    – А вы мягко намекнёте, что Джихан не сидится? – Улыбнулась служанка.    – Ты догадлива, Аслы, – качнула головой Амира с мягкой улыбкой на устах. Вдруг посерьёзнела. – Будь осторожнее с догадками и озвучиванием их вслух. Иногда они могут стоять жизни.    – Вы слишком осторожны, госпожа, – улыбнулась девушка.    – А вы все слишком наивны, – хмыкнула блондинка.    – Спасибо за совет, госпожа, – служанка оторвала руки от распаренной кожи и склонилась в глубоком поклоне.    Амира мягко улыбнулась. Некоторые люди будут всегда надеяться на лучшее, как бы этот мир не был жесток с ними.    Возможно, без них не было бы того самого света, в который все так верят. .    Очередной вечер в компании Шехзаде проходил в домашней обстановке. Мехмед рассказывал о заседании дивана, обстановки в городе и новостях в столице.    – Ты всё ещё уверенно держишь лук? – Внезапно спросил мужчина.    – Несколько недель назад ещё и стреляла, – не удержалась съязвить девушка.    – Хех. Я хочу устроить охоту где-то в следующем месяце, – продолжил Мехмед, усмехнувшись. – Ты как-то говорила, что хотела бы там побывать. Что думаешь?    – Я никогда не была на таких мероприятиях. Знать нормально отнесётся? – Вопросом на вопрос спросила девушка.    – Они были наслышаны о девушке, что училась наравне с наследниками, – пожал плечом он. – Думаю, что увидеть тебя воочию, даже если у тебя не выйдет поймать дичь, им будет интересно.    – Ты настолько в меня не веришь? – Хмыкнула девушка и не заметила как перешла на Ты.    – Не верь я в тебя, не доверял бы и не брал  бы с собой в Манису, – вполголоса произнёс мужчина, резко наклонившись к её лицу. Амира, упав на локти, почувствовала как по щекам и ушам растёкся румянец. Он буквально навис над ней.    – Вам бы научиться осторожничать, – шёпотом произнесла она.     Тёплое дыхание коснулось его губ. Адамово яблоко дрогнуло, когда мужчина сглотнул. Их губы были слишком близко, но из головы вылетело всё.    Правила, традиции, моральные устои. Были только их губы и горячее дыхание. Хитрая усмешка коснулась тонких губ Мехмеда. Амира недоверчиво сощурилась.     Сухие губы вдруг стали совсем близко, но когда расстояние сократилось к нескольким дюймам, её взгляду  резко предстал его острый подбородок, а желанные губы коснулись взмокшего лба.    Не ожидав такого прикосновения тело ослабло и девушка повалилась на спину, вытаращившись на него одновременно удивлённо и растерянно.    Мехмед, удовлетворённый произведённой реакцией, поднялся на коленях и обвёл распластавшуюся на полу девушку довольным взглядом.    Амира открыла рот и закрыла. В её голове закрутились шестерёнки. В чувства её привёл мягкий смех Шехзаде и девушка, опомнившись, резко дёрнулась и отползла как можно дальше от него, врезавшись спиной в стол.    Мягкий смех продолжился, но в глазах не было насмешки.     – В-вы!.. – Не находила слов девушка.     Успокоившийся после приступа смеха Мехмед поднялся и подошёл к девушке. Сел перед ней на корточки, сдул упавшую на покрытый лёгкой испариной лоб светлую прядь.    – Ты слишком мило смущаешься. Красная сейчас, как мак, – удовлетворённо произнёс мужчина, чем вызвал ещё больший румянец.    – М-мехмед! Ты…    – О? Уже не Шехзаде? – Продолжал дразниться. Словно игривый кот.    И вот что делать, когда он такой?    – В-вы! – В ней резко поднялся гнев. Она вскочила.    Впрочем, весьма праведный. Разве можно доводить девушку до такого состояния?    – Воды? – Мехмед поднялся следом и подошёл к кувшину с водой.    – Нельзя так делать! – Она подошла к нему.    – Хм… – Он наигранно задумался, не теряя игривости. Всучил ей чашу с водой. – Кажется, по слухам в Топкапы, я, как и моя мать, не знаю слова “нельзя”.    – С каких пор, вы делаете так? – Осушив сосуд одним глотком, спросила Амира. Её пыл остывал.    – Как, так? – Саркастически переспросил он, тоже отпивая немного воды.    – Вы поняли, – насупилась девушка, подходя к нему ближе.    – Кхгм, – прочистил горло Шехзаде. – Кажется, с того момента, как начал принимать наложниц.    – Не замечала за вами, – хмыкнула она. Взяла со стола платок и провела по своему лицу.    – Ты просто не присматривалась, – казалось, ответ пришёлся равнодушным, но Амира знала его достаточно хорошо чтобы различить толику обиды. Чувство вины неожиданно кольнуло.    – Будто мне разрешенно было присматриваться, – полушёпотом пробормотала она. Казалось, эта фраза заставила Мехмеда задуматься.