Глава 18. Предатели.

. Маниса. Февраль. 1541 год.    Вода большими всплесками выходила из краёв ванны, руки прыгали то с плеч убийцы, то по воде. Жидкость стала попадать в нос против воли и паника наполнила её тело.     Правая рука отскочила от борта и стала ощупывать стоящий рядом столик. Железный поднос сам попался под руку. Ягоды в тарелке и стакан с недопитым щербетом полетели на пол со звоном, заставив убийцу отвлечься и слегка ослабить хватку.    Железо попало точно по загривку наёмника и обескуражило его. Амира с силой оттолкнула руки и подскочила. Обернулась к незнакомой девушке, чей взгляд был затуманен. Сквозь заложенные уши Амира услышала, как в двери тарабанят.    Поднос улетел на пол и блондинка хлёстко ударила наёмницу по лицу, заставляя ту потерять сознание. Девушка со стуком упала на плитку, а Амира закашлялась, заставляя лишнюю воду покинуть организм.    Двери со стуком открылись и в хамам ворвались Фахрие со служанками. Огюз-ага стоял за их спинами, с волнением осматривая помещение.    – Госпожа! Вставайте, – калфа подняла полотенце и вместе с Аслы помогла управляющей подняться. Эсма быстро сообразила подать шёлковый халат. Блондинка наспех вытерлась и закуталась в розовую ткань.    – Стража! – Голос вернулся к ней, но охриплость осталось. Из-за дверей показались стражники с опущенными головами. – Заберите её в темницу, когда придёт в себя, сообщите.    Мужчины покинули их, забрав девушку. Взгляд Фахрие бегал с дверей на управляющую. Амира, не одеваясь, вышла из хамама. Гневный взгляд сразу же наткнулся на евнуха. Девушка махнула ему головой, зовя за собой.    Покои встретили её запахом зажжённых благовоний. Амира замерла напротив окон, сложив руки на груди. Двери закрылись.    – Оставьте нас, – ровным тоном отправила служанок восвояси. Когда шаги затихли, а двери закрылись, она продолжила.    – Сначала я узнаю о смерти двух служащих, девушки, что не была невинна и мужчине, который не являлся евнухом, – её голос звенел от сдержанного гнева. – Теперь меня пытались утопить. Что будет дальше? Попробуют убить Михримах Султан? Маленькую Хюмашах? Или, не приведи Аллах, Шехзаде?!     – Что вы, госпожа… – Евнух растерялся и девушка повернулась к нему.    – Сейчас, когда враги Шехзаде и Хюррем Султан особенно желают насолить нам, в гареме такой беспорядок!     – Госпожа… – Огюз не решался поднимать взгляда.    – Сделай всё, чтобы такого больше не повторилось, иначе твою судьбу будет решать Михримах Султан или вообще Шехзаде, – она резко повернулась к нему и зашипела на евнуха. – А теперь вон с моих глаз!    Амира опёрлась на перила своей кровати, стараясь дышать.    Напуганный Огюз-ага вылетел из покоев и сразу же наткнулся на кого-то. Обеспокоенные карие глаза встретились с испуганным взглядом служащего.    – Шехзаде, – он склонился. Увидел позади Султаншу. – Михримах Султан.    – Что-то случилось, Огюз-ага? – Султанша напряглась. Евнух открыл и закрыл рот, подбирая слова. Его глаза забегали.    – Амиру хатун… – он стушевался, но продолжил, –...утопить пытались.    Мехмед замер, а Михримах пулей рванула в покои. .    Амира, уже одетая, сидела на тахте, поглаживая беспокойную кошку. Михримах напряжённо ходила по комнате, Мехмед сидел рядом, сжав руку возлюбленной в поддерживающем жесте.    – Слишком много происшествий за сутки, – вздохнула Султанша. – И от отца новостей нет…    – Нужно быть осторожными. Усилить… – Блондинку перебил влетевший в покои Огюз-ага.    – Есть новости, – коротко объяснил мужчина, поклонившись.    – Говори, – Мехмед крепче сжал женскую ладонь.    – Прибывшая девушка и евнух были привезены из Венеции. Наложница не являлась еврейкой, – не поднимая глаз, начал евнух. – Умерший мужчина был её единокровным братом…     Бровь Амиры слегка дрогнула. Инцест в средневековой Европе иногда поощрялся. Те же Габсбурги к примеру.    – Они служили ранее кому-то? – Михримах подобралась ближе к евнуху.    – Говорят… До приезда Шехзаде, когда здесь проживал Шехзаде Мустафа с Махидевран Султан, девушка служила госпоже.    – Могли ли их застукать и?.. – Амира не стала продолжать, но её поняли.    – Вполне, – кивнул Огюз-ага. – Что в исламе, что в христианстве связь с ближайшими родственниками порицается.     – Им мог встретиться человек, что знал об их родстве… – Нахмурилась блондинка. – Только стал бы он убивать их? Не было бы легче прийти к кому-то вышестоящем и рассказать об этом?    – Мы ищем убийцу, госпожа. Опросы служащих и наложниц продолжаются. Евнухов уже проверили – не кастрированных среди них нет, тот мужчина был единственным, – евнух осторожно поднял глаза на управляющую. Та в задумчивости поглаживала задремавшую кошку.    – Нападавшая уже пришла в себя? – Мехмед же смотрел на него испытывающим взглядом.    – Как только придет, вас сразу же оповестят, – потупил взгляд Огюз.    – Приготовь ужин в моих покоях, – вздохнул Шехзаде. Посмотрел на Амиру. – Я всю ночь буду работать, не хочу чтобы вы с Хюмашах были далеко, – посмотрел на сестру, – если хочешь присоединиться за ужином.    – Я заберу Хюмашах к себе. Повелитель хотел побыть в компании внучек, а вы побудьте вдвоем, – качнула головой Михримах. Мягко обняла подругу. – Как только будут новости, оповестите меня.    – Обязательно, – кивнула Амира. .    Амира не могла уснуть. Даже в постели, пропахнувшей Мехмедом и его присутствием. Не хотела упустить момент.  Амира была без понятия, что будет, если узнают об этой ночи, но сейчас было так хорошо, что думать об этом не хотелось. Она украдкой наблюдала за перебирающим бумаги мужчиной и вдыхала запах его постели.    В его жестах не было нервозности, только уверенные движения. Вот он кладёт перед собой документ, просматривает, что-то подписывает и ставит печать, откладывает.    Прикрыла глаза. Ей так хотелось бы, чтобы таких моментов было больше. По крайней мере, она сделает для этого всё возможное. Треск камина ласкал слух.    Так и не уснув, она зашевелилась. Поднялась, накинула на ночную сорочку халат. Мехмед оторвал взгляд от дел и следил за её движениями ласковым, но обеспокоенным взглядом. Хотел повернуться, когда она подошла к нему, но девушка остановила его. Положила ладони на твёрдые мышцы. Острый подбородок мягко приземлился на тёмную макушку.    – Я уже подумал, что ты уснула, – мягко хмыкнул мужчина.    – Не могу. Сон не идёт, – вздохнула Амира.    – Всё уже прошло, – он накрыл своими пальцами её.    – Знаю. Не из-за этого не могу уснуть, – пробормотала девушка. Подошла к нему сбоку. Шехзаде повернулся к ней. – Просто сон не идёт и всё.    Мехмед ласково улыбнулся. Притянул к себе, усаживая на колени. Мягко обнял, ощущая под слоями ткани тёплую кожу её бока. Амира прижалась к его плечу. Кончик носа приблизился к смуглой коже мужской шеи.    – Что тебе сказал отец? – Спустя несколько минут уютной тишины спросил мужчина. Блондинка втянула носом воздух, ощущая его запах.    – По Манисе ходят слухи, – она тихонько вздохнула. – Строго говоря, передо мной стоит задача перебить их чем-то весомее. Я пока думаю.    – Думает, народ может взбунтоваться? – Не особо удивился Шехзаде.    – Не говори, что сам не обдумывал этот вариант, – украдкой закатила глаза.    – Обдумывал. Я много, что обдумывал, – согласился Мехмед. – Например, что отец может воспротивиться из-за отсутствия у меня сына.    – Я больше удивлена, что он не привёл этот аргумент мне. Для наследника важно показать, что он может продолжить род. Я, по сути, неизвестность.    – Если так размышлять, то большинство незамужних свободных женщин неизвестность, но замуж их выдают и наследники у них появляются, – пожал плечом Мехмед. Убрал с её лба прядь светлых волос. – Не обобщай. Всё у нас будет хорошо. – Он посмотрел на неё одним из самых ласковых своих взглядов и Амира расслабилась в его руках полностью. – Давай я почитаю тебе перед сном.    Девушка благодарно улыбнулась и, поддерживаемая руками мужчины, поднялась с его колен. Не снимая халата, она легла на постель и отодвинулась, освобождая место для Мехмеда. Тот полулёг рядом с книгой в руках, и примостившись, открыл книгу и начал читать. Тёплая рука впуталась в её волосы и Амира окунулась в мир Морфея. . Маниса. Март. 1541 год.    – Не подведи меня, – протёрла глаза Амира, не глядя на евнуха.    – Всё будет в лучшем виде, госпожа, – бодро усмехнулся Огюз-ага и, поклонившись, выпорхнул из покоев. Пролетело несколько дней и вот тебе уже весна. Траурная пора для Амиры.     Девушка посмотрела на дремлющую в своей колыбели Хюмашах.     Сама невинность. Что тебя будет ждать во взрослой жизни?    Амира прикрыла глаза. Лицо её приобрело болезненность, она слегка сморщилась.     – Кто приказал?! – Тонкие пальцы вцепились в острый подбородок девушки.    Амиру потряхивало от злости на неудачливую наёмницу. Лицо несчастной покрылось кровоподтёками от незначительных царапин и синяков. Её уже допрашивали до управляющей стражники, блондинка же особо над ней не измывалась. Придушивала, да лёгкие пощёчины давала.    – Кто?    Девушка не обращала внимания на не то восхищённые, не то напуганные вздохи Огюза-аги. Фахрие, ожидаемо, следила за происходящем с безразличием. Чего только не увидишь на службе у главной Хасеки Повелителя.    – И… Кхг…  – Девчонка будто воды наглоталась, похрипывала, задыхалась и откашливалась. Тихий, охрипший голос всё же появился спустя несколько минут кашля.  – Я… Была во служении… у Джихан хатун… К ней… пришёл И… И-ильяс-ага… Предложил… верность… Махи…    Слова прервал хриплый кашель. Амира отпустила подбородок несчастной, уже подозревала, что скажет дальше.    – Верность и благосклонность Махидевран Султан, взамен на мою смерть? Заберёт дочь, возможно, снова пройдёт по золотому пути?    Девчонка судорожно закивала. Евнух позади Амиры побледнел, калфа только бровью дёрнула. Управляющая не называла имени предателя, но не ожидать такого поворота было бы глупо. Шехзаде Мехмед всё-таки первенец Хюррем Султан.    – Госпожа, – Хасан-ага показался в дверях темницы. – Ильяс-ага сейчас будет проводить допрос.    Амира посмотрела на заливающуюся слезами девушку.    – Приставь одного из стражников Шехзаде, пусть скажет, приказали контролировать допрос, – она поднялась и повернулась к дверям. – Вырванных языков нам ещё в придачу не хватает.    Огюз-ага покачал головой, приложив пальцы к губам. Фахрие молча отступила и склонилась в поклоне, пропуская управляющую на выход.    Амира открыла глаза. Перевела взгляд на стоящую на трюмо корзину. Думала.    У неё был компромат на хранителя покоев и Махидевран Султан. Про то, что здесь может быть замешан Мустафа она думать не хотела. Слишком хорошими между ними были отношения, да и по сериалу он не знал о действиях матери.    Можно было бы прямо сейчас приказать подложить корзину в покои Мехмеда, а после доложить о результатах допроса. Ильяса-агу задержали бы, не случилось бы раны, а потом смерти от оспы. Только, стоило ли сейчас нагнетать? Положение и так не очень.    Амира с силой потёрла веки, улеглась в кровать. Прикрыла глаза всего на минуту, а после резко подорвалась. Ощущение недосыпа сразу же пронеслось по телу лёгкой болью. За окном, где буквально мгновение назад был поздний вечер, стояло утро. Возможно, ближе к полудню. Девушка вздохнула. Поднялась.    Переодетая в чистые пелёнки Хюмашах с любопытством рассматривала окружающую её колыбель среду.    – Эсма? Аслы? – Амира взяла щётку и стала прочёсывать волосы. Из комнаты служанок показалась Фахрие.    – Госпожа, – она поклонилась. – Из города есть новости.    Амира посмотрела на неё с немым вопросом. Калфа довольно улыбнулась. Управляющая посмотрела на корзинку. .    Мехмед вошёл в покои, разминая шею. Заседание дивана прошло спокойно. Особых проблем в городе не было, лишь пара краж и стычек, которые уже передались Кадию. Можно было собраться на тренировку или попросить наставника о вылазке в город. Кажется, украшение, которое он заказал для Амиры уже должно быть готово.    Шехзаде подошёл к столу, где появилась корзина, полная каких-то бумаг. Мужчина нахмурился. Взял крайний свиток, открыл. Подпись Махидевран Султан сразу зацепила взгляд. Знакомое обращение заставило замереть в неверии.    Мехмед достал следующее письмо. Почерк хранителя его покоев и обращение к Махидевран Султан заставили потерять равновесие. Он опёрся поясницей о стол. Сглотнул.    Откинул письмо, стал судорожно пересматривать другие письма. Слежка, доносы о его решениях, неудавшиеся попытки убить, покушения на Амиру. Произошедшее на охоте. Султанша отчитывала агу, приказала в срочном порядке закончить, раз уж начал. Убить.    Все без печатей, чтобы не оставлять след, вместо них подписи, обращения. Мехмед отбросил письма, упёрся руками в стол и склонив голову, прикрыл глаза.    Сколько так стоял, не считал, но думы прервал стук в дверь.    – Да, – он глубоко вдохнул и повернулся к дверям, возвращая себе невозмутимость. Показался стражник из темницы.    – Девушка призналась. Говорит, – стражник замялся, – Ильяс-ага приказал сделать это. .    – Так ты… – Михримах с сомнением посмотрела на подругу.    – Дала знать о предателе, – кивнула Амира. – Думаю, Мехмед и Повелитель смогут принять решение.    – И это?..    – Ильяс-ага, – полушёпотом произнесла девушка. – Он шпион Махидевран Султан.    – Как тебе удалось это провернуть? Неужто… – Султанша была перебита.    – Письма, что приходили предателям были очень хорошими копиями. Отсутствие печатей и спасало их и подвело одновременно. Спасало тем, что письма отсылались от других имён, а подвело, потому что подписи, как и печати, бывают индивидуальны, – Амира подпёрла щеку кулачком. Где-то в стороне тихонько хмыкнула Аслы.  – Все оригиналы у Шехзаде.    – Неужели ты смогла так хорошо подделать их, – Михримах всё ещё обдумывала ситуацию.    – Люди, которые умеют делать такое, попадаются слишком редко. Благословение Всевышнего, не иначе.   – Ты смогла меня удивить, – улыбнулась Султанша. Амира тепло улыбнулась в ответ.