16. Общее (у)влечение. Часть 3

Микропредисловие

Финальная часть. Она неоднозначна, интерпретировать её можно по-разному, так что толкуйте, как вам нравится ^^

Приятного прочтения!

Общее (у)влечение. Часть 3. [Финал]

***

      Утро встретило Т/и болью во всём теле. Болело без преувеличения всё, ведь её изнасиловали восемь человек. Девушка, осознав, что произошло, просто лежала и смотрела в потолок, не имея сил шелохнуться, лишь тихонько вздохнув. Через несколько минут, услышав шёпот на повышенных тонах за дверью, Т/и попробовала сесть, но боль в теле дала о себе знать, и всё, что девушка смогла сделать — лишь болезненно промычать.       — Вы слышали? — прошептал Ромео, припадая ухом к двери. — Кажется, Т/и-шечка проснулась! Зонтик, иди!       Понимая, что они виноваты перед Т/и, клоны в качестве переговорщика решили направить к ней Зонтика, зная, что, уж кого-кого, а это милое создание девушка выслушает. Возможно, даже сочтёт, что его заставили или обманом уговорили участвовать во всём этом непотребстве.       Из-за двери показалась бирюзовая макушка трефового валета. Убедившись, что Т/и проснулась, Зонтик зашёл в комнату. В руках его был поднос, на котором расположился легкий завтрак, обезболивающие таблетки и стакан воды. Парень боялся поднять взгляд, волновался и краснел. Остальные клоны, затаив дыхание, подслушивали за самую малость приоткрытой дверью.       — С п-пробуждением, Т/и-шечка, ­— слегка улыбнулся Зонтик и подошёл к постели.       — Ну, спасибо хоть, что не «доброе утро», — вяло ответила ему Т/и.       — А-а мы тебе завтрак приготовили… Покушаешь? — произнёс шестой клон, а в ответ услышал только короткое отрицательное мычание. Зонтик, вздохнув, поставил поднос на ближайший стол в комнате. — Хотя бы обезболивающего выпьешь? — в этот раз в ответ послышалось короткое согласное мычание. Зонтик приподнял Т/и и помог ей выпить таблетки, а после, уложив девушку поудобнее, сел у кровати, притулился к ней щекой и, гладя подругу по руке, задал очередной вопрос: — Что у тебя болит, Т/и-шечка?       — Всё, — коротко ответила Т/ф, глядя в потолок.       Зонтик начал негромко извиняться:       — П-прости нас, если сможешь… Не знаем, что на нас нашло… Просто мы поняли, что сильно-сильно тебя любим. Больше такого не повторится, обещаем, — проговорил клон, а в комнату стали заглядывать цветастые головы. — Мы будем о тебе заботиться и очень беречь. Нам очень стыдно за произошедшее…       «Нет, нисколько не стыдно», — невольно промелькнуло в голове каждого из клонов.       Со стороны Т/и послышался вздох, хорошо знакомый клонам. Этот вздох они частенько слышат, когда накуролесят, а Т/и, отчитав их, в итоге вздыхает и с улыбкой качает головой, прощая их таким образом. Клоны стали заходить в комнату и располагаться, окружая девушку: кто-то сел на край кровати, кто-то рядом с ней.       — Мы тебя очень сильно любим, дорогая, — заботливо поправляя одеяло на Т/и, промурчал Ромео.       — Очень сильно, — подтвердил Пик, скрещивая на груди руки, и прикрыв глаза, выдохнул. — Ты нужна нам.       — Ты можешь сколько угодно на нас обижаться и срывать злость, н-но только не уходи, пожалуйста, — тихо попросил Зонтик, прислоняясь щекой к ладошке Т/и.       Ромео вновь подал голос:       — Да, мы ведь с ума сойдём без нашей Афродиты.       Куромаку деловито поправил новые очки, которые были заменой разбитым вчера днём, и добавил:       — 100% подтверждаю.       — М? Чего-чего? А разве не сошли уже? Или это не мы? А кто тогда?       — Габриэль, — раздражённо взъелся Вару, — хотя бы сейчас можно без твоих вопросов!       Габри озадаченно похлопал своими раскосыми глазками, а Феликс шикнул на пятого клона:       — Тихо, Вару! Т/и-шка уснула! — Феля перевёл на неё взгляд и умилился, еле сдерживаясь, чтобы не затискать спящую девушку, что заснула под действием обезболивающего: — Божечки, такое милое и доброе солнышко!       — Дрыхнет? Ну и хорошо, — довольно ответил зелёноволосый. — Распинаться не пришлось.       — Как гласит народная поговорка, меньше знаешь, крепче спишь, — умиротворённо улыбаясь и гладя Т/и по волосам, бросил Данте.

***

      День за днём у Т/и проходили словно в тумане. Девушка чувствовала себя прескверно, тело и повреждения ныли, в голове была каша. Клоны, беспокоясь о состоянии обожаемой подруги, ей первые несколько дней часто давали лекарства с седативным или снотворным эффектом. «Сон — лучшее лекарство», как сказал бы Данте. И действительно, физические следы преступления заживали на удивление быстро. Парни о любимой неустанно заботились, буквально нося на руках, постоянно стараясь поддержать и развеселить. Как ни странно, но именно не самая нормальная любовь к Т/и и забота о ней смогли сплотить их.       Так прошло 12 дней с момента отъезда Фёдора, а затем наступил и 13-й день. Именно вечером этого дня вернулся Федя: на день раньше, чем планировалось. Он настороженно зашёл в гостиную, ведь, судя по обуви в прихожей, дома были все, но было спокойно и даже относительно тихо.       В гостиной Нечитайло увидел ребят, спокойно проводящих время вместе. Куромаку, Вару и Пик играли в домино, Ромео и Данте обсуждали гомеровскую «Иллиаду», Габриэль и Феликс просто смотрели что-то по телевизору, а на кухне была слышна возня: похоже, там кашеварил Зонтик. Федя подозрительно прищурился. Он слишком хорошо знает этих парней, чтобы вот так легко поверить в то, что они ничего не натворили.       — Привет, ребят, — поздоровался с ними Федя, те взаимно поприветствовали его. Кто-то словами, кто-то просто жестом. — Как успехи? Вижу, «поручение» моё выполнили.              — Да-а-а, - с несколько подозрительной интонацией протянули в унисон клоны, что ещё больше насторожило Фёдора.       — Мы теперь самая лучшая и дружная команда! — весело ответил Феликс.       — Ну и как же это вам удалось?       — Чтобы дойти до цели, надо прежде всего идти, — лениво ответил изречением де Бальзака Данте.       — Поверь, тебе это знать не нужно, — сообщил создателю Пик, кладя на стол костяшку домино, тем самым начиная новую партию игры.       — Так, а вот тут поподробнее, — уперев руки в боки, строго произнёс Федя, когда подошёл к столу играющих и встал спиной к двери на кухню.       Куромаку, делая свой ход, вздохнул:       — Это непростая тема, Фёдор, поэтому мы хотели бы, чтобы всё произошедшее осталось лишь между нами восьмерыми.       — Девятерыми, — не отвлекаясь от экрана, поправил его Габриэль. — Т/и же тоже знает. Или нет? Тогда это странно, если нет.       Федю осенило, что нужно расспросить Габри, ведь он, кажется, не способен лгать.       — Габриэль, выкладывай, — обратился создатель к эльфу. Тот сунул руки к себе в карманы штанов, откуда выудил пару карамелек, гигиеническую помаду, телефон и ключи. Все предметы он положил на стол. Фёдор вздохнул: — Я не это имел ввиду. Как вы сплотились?       — Мы сплотились? Это от слова «плотный» или от слова «плоть»? А слова «плотный» и «плоть» одного происхождения? Может быть от слова «плот»? А куда вообще можно доплыть на плоту?       «Ну, конечно. Кого я вообще спросил…» — подумал Федя, а после обратился к Феликсу: — Что у вас тут произошло? Либо я пойду узнавать у Т/и. Напоминаю, что ложь — плохо, — предпринял попытку манипуляции создатель, надавливая на убеждения четвёртого клона, который заметно занервничал.       — Ну… Понима-а-а-а-ешь… — протянул Феля, пытаясь придумать отмазку.       Ромео только раскрыл рот, чтобы ответить вместо Феликса, как Фёдор упал на пол без чувств, и под головой шатена растеклась лужица крови. Позади него стоял Зонтик, крепко держащий сковороду за ручку.       — Ой… П-перенервничал, простите… — нервно сглотнул Зонтик, глядя на обмякшую тушку создателя. Услышав за дверью из кухни расспросы Феди, шестой запаниковал и не придумал ничего лучше, чем оглушить его сковородой.       Вару одобрительно посмотрел на Зонтика.       — Хм, а ты, оказывается, не такой уж и тряпка!

***

      Утром спустя 14 дней после отъезда Феди, Т/и разбудил будильник на телефоне, поставленный как раз две недели назад. Девушка собиралась встретить друга в аэропорту. Т/и открыла глаза и пробормотала себе под нос:       — Жесть… Приснится же такое… — девушка убрала голову под подушку, пытаясь забыть привидевшийся во сне кошмар, где над ней надругались её нетрезвые друзья, и выключила будильник коротким движением. — Хрен выспишься с такими снами, -              Девушка затем посмотрела на часы и календарь телефона: — Охренеть… Уже семнадцатое? Надо же… Ладно, пора вставать, Федька через три часа прилетает. — Нехотя покинув тёплую уютную кровать и переодевшись, Т/и зашла на кухню, где завтракали Пик, Вару и Данте, у которых были выходные, и спросила: — Так. Кто со мной едет Федю встречать?       Пьющий кофе Пик невозмутимо ответил:       — Он сегодня не прилетит. Звонил ночью, сказал, рейс задержали.       — Надолго? — накладывая себе завтрак, поинтересовалась девушка, на что Пик пожал плечами. Взгляд Т/и упал на сковороду, что как обычно висела на крючке неподалёку от плиты, но была слегка деформирована. — А чего сковородка помята?

***Конец***

Напоминашка: эту часть трактуем, как душе угодно. Да, так было задумано ^^